Мысль появилась

Chris Brown — Under The Influence

— Мысль появилась, — внезапно говорит Тэхён. Он крепко сжимает тонкую ножку фужера с коктейлем, бросая в сторону Чонгука взгляд. И медленно делает глоток, начиная водить плечами, намекая на то, что хочет выйти. Чонгук замирает на секунду, отвлекаясь от разговора с коллегами, прежде чем очень тяжело и протяжно выдохнуть. Чонгук даже кривится, так как не может поверить, что в такую минуту у Тэхёна появилась… мысль. Почему он вообще во время рождественского корпоратива думает о чём-то таком, что толкало бы на оригинальные мысли? — Может, не надо? — подаёт голос Чимин, пожимая плечами. — У нас всех выходной. Отдохнём. — Я могу рассказать вам, — Тэхён кивает. Он звучит мягко. Однако совершенно не виновато. Вообще-то он тут всем праздник портит своей продуктивностью двадцать четыре на семь! — Вы мне потом расскажете в следующем году, что я рассказывал, чтобы потом вспомнил, а то это третий коктейль за сегодня. До этого я пил сухое шардоне. — Вот упёртый, — Чимин цокает языком. — Не надо пытать их, — Чонгук вздыхает, обращаясь к Тэхёну. — Пошли, — он машет, чтобы поднялись на свой этаж. — Мы быстренько, — говорит парень, улыбаясь коллегам. Намджун и Чимин провожают их взглядом. — Так что там, — Чонгук держится за стену, когда они выходят из офиса на лестничный пролёт, — что за мысль? — От возлюбленных к врагам с элементами триллера, — Тэхён кивает, начиная перечислять детали сюжета, который возник в голове во время беседы о том, кто у кого будет праздновать сегодня Рождество. «У нас самих так скоро будет», — думает Чонгук, следуя за ним. Мужчина быстро поднимается на верхний этаж. Там у них второй офис, где Чонгук обычно занимается редактурой и письмами. Туда же сегодня занесли посылки от издательств. Под конец года многие фирмы в знак благодарности за сотрудничество присылают свой мерч. Ребята ими потом в офисе делятся. Они сегодня так и поступят под конец корпоратива — каждый возьмёт то, в чём нуждается. А подарков у издательств много: начиная с редких книг, заканчивая набором для маникюра. Чонгук садится за компьютер, снимая туфли, чтобы удобнее сесть на стульчике. Тэхён позади него привычно устраивается у стола, держась за него. Потом он будет нарезать круги по всему офису, объясняя, что и как хочет описать. А Чонгук на пьяную голову должен спидранить скелетную структуру новой книги, чтобы действительно «мы быстренько», а то Чимин и Намджун налетят на Тэхёна с замечаниями по поводу того, что у их парочки теперь внеплановые сверхурочные, а Чонгук… Чонгук этого не хочет. Не хочет, чтобы Тэхёна ругали старшие. Хотя бы потому, что Чонгук понимает, в чём было дело. Ведь мысль появилась, когда Намджун невзначай спросил: «Где Чонгук будет справлять Рождество сегодня? У тебя родные, вроде, в Пусане. Поедешь?». Тэхён кусает нижнюю губу, смотря на Чонгука. Тот потягивается, прежде чем застучать по клавиатуре, создавая новый файл с названием «под рождество мысль сука появилась». Мы находимся сейчас в деловом офисе компании, которая занимается продвижением писателей. Находящиеся на корпоративе коллеги — это сами писатели, главный редактор, люди из типографии и Чонгук. Чонгук в отдельной категории. Он там, так как занимает должность личного секретаря писателя Ким Тэхёна. Это не рекламный агент, не агент рода даже финансового составляющего. Чонгук просто пишет то, что озвучивает Тэхён, потому что этот мужчина, как вы уже, наверное, поняли, довольно упрям. И самое огромное упрямство — это его решение не пользоваться современными технологиями. Тэхён, как писатель девятнадцатого века, собирает рукописи. Руко-писи. Он пишет их вручную. Переписывать всё это поручили Чонгуку. Поначалу Тэхён вообще-то привыкал, он сдался под критерии современного мира и начал учиться пользоваться компьютером, одновременно работая с Чонгуком. Однако так вышло, что к работе с Чонгуком Тэхён так привык, что решил: а зачем ему вообще лезть в болото технологий и тратить лишние нервы, если можно платить Чонгуку и продолжать писать? И Чонгук, к сожалению, уже не совсем копирайтер. В его обязанности входит писать всё то, что вслух оглашает Тэхён. Он также ищет нужные материалы, если нужно узнать детали, которые Тэхён не знает или не понимает. Как если бы, например, нужно было узнать об устройстве револьвера всё: от спускового крючка до механизма перезарядки. Чонгук общается с издательствами, если Тэхён упрямится и не желает давать интервью. А у них действительно скоро «от возлюбленных к врагам», так как Чонгук и Тэхён спали. Не раз. И не два. Но у них достаточно странные отношения, при которых, когда ситуация накаляется до отвала, Чонгук уже лежит затраханный на кровати, пока Тэхён целует его плечи, а в другие дни они машут перед коллегами, оба заявляя, что, мол, нет, они не встречаются. У них просто профессиональные осечки. Не будем рассказывать о том, что в первый раз это произошло, так как Тэхён с любопытствующим лицом сказал: «Я хочу ощутить оргазм, чтобы его описать», а Чонгук… ну, он не мог отказать. Да. Это называется «профессиональная осечка». — На такси поедешь? — спрашивает Тэхён. — На такси поедешь, — повторяет Чонгук, записывая фразу. Он потом задумывается. — Странный ответ на вопрос героя «А». Там есть контекст? — прокашливается. — Тебя спрашиваю, — Тэхён сглатывает, сканируя взглядом спину Чонгука. Тот вздрагивает, медленно поворачивая к нему голову. — К родным в Пусан. — Нет. — Значит, метро. — «Нет» в значении «я не поеду», — Чонгук вздыхает. Он выпрямляется, постукивая пальцем по кнопке «backspace» на клавиатуре, стирая написанную фразу. — Почему? — Без причин. Просто хочу остаться. — Что будешь делать тогда? — В Рождество? — Да, — Тэхён водит пальцем по кругу на поверхности стола, ожидая, когда Чонгук наконец-то выдавит сейчас: «Ну, я думал, мы закажем что-то у тебя». — Мне… Они оба замирают, затаив дыхание. — Ребята, вы чего в темноте-то? — Чимин включает свет в офисе. Он заходит с другими внутрь, держа фужер Тэхёна с коктейлем. — Мы решили закончить пораньше с делёжкой добра издательств, так как Намджуну названивает семья и говорит, чтобы спешили. Чонгук и Тэхён отмирают, бросая друг на друга короткие взгляды, кивнув, мол, поговорим позже. Они идут с другими к куче подарков, чтобы поучаствовать в аукционе первых кружек. Тэхён стоит, смотря в одну точку. Он думает о том, как помягче сказать, что хочется засесть у него сегодня ночью, потом сгрести в охапку Чонгука, спрятать под одеялом на три… нет, на все рождественские выходные. Тэхён и так сильно зависит в плане работы от него. Не хочется, чтобы Чонгук воспринимал его слова как предложение. Точнее — так оно и есть. Однако Тэхён — сложный персонаж. У него мыслительный процесс работает немного иначе, так что он считает вполне верным решением подвести Чонгука намёками к мысли «Прийти к тебе и застрять на все рождественские выходные» так, чтобы персонаж Чонгука думал: «Я сам так решил». В общем, сложно. Аккуратно выстроить диалог не получается. Тэхён мысленно представляет, как мог бы сейчас получить в подарок какую-то электротехнику и сделать вид, что ничего не понимает, чтобы Чонгук ему объяснил. Но он реально ничего не понимает, когда поднимает руку, стоит Чимину поднять коробку. — Ты уверен? — Чонгук рядом удивлённо хлопает глазами. Он смотрит то на Тэхёна, то на коробку. — Ты знаешь, что это? — Не знаю, — честно говорит Тэхён. — Подарок ведь? Стали бы нам дарить ужасные вещи. — Нет, но… — Чонгук нервно смеётся. Тэхён рассматривает данную коробку. Он крутит её в разные стороны. — Это набор полицейского для ролевых игр, — вслух произносит Чонгук, заставив добрую половину коллег обернуться к ним с нечитаемыми выражениями лиц. — Тебе точно это нужно? Тут были и сладости. — Какие игры? Ещё раз, — Тэхён заинтересованно дёргает бровью. Он действительно интересуется, так как всё ещё не шарит за всякую технику и читает исключительно проверенную литературу, в которой сюжеты, персонажи и сложные психологические диалоги. — Ролевые игры, — Чонгук повторяет. — Как бы объяснить нормально… — Это секс такой, — встревает Намджун. — С обыгрыванием ролей во время процесса, — но роняет он это вскользь, а затем тянется к большому подарку в виде микроволновой печи. Все забывают про Тэхёна и его недоумение ролевыми играми. Все, кроме Чонгука. — Думаю, тебе это подходит, — Чонгук улыбается. — Почему так думаешь? — Тэхён щурится. — Писатели наверняка любят секс, до которого надо продумать сценарий и фразы, — Чонгук смеётся. — Роли обдумать. Тэхён замирает. Он удивлённо смотрит на Чонгука, пытаясь переварить сказанное и трактовать для себя в том объёмном виде, что подаёт его почти (не) копирайтер. То есть существовал вид секса, при котором кто-то обыгрывал роль, а другой был частью этой игры, они проходили сценарий и потом занимались любовью? То есть это вот настолько распространённая практика, что существует коробочка с элементами полицейской формы, чтобы погрузиться в роль было бы лучше? То есть существовал вид секса для писателей (рай для них), но никто Тэхёну об этом не сказал? Тэхён преданно смотрит на Чонгука, словно он мог выпалить это… не знаю… год назад, когда они впервые решились на апробацию оргазма. И сейчас всё было бы иначе. Однако. Если это распространённая практика для секса, раз об этом знает даже ни с кем не встречавшийся Намджун, это вполне может быть рутиной для возлюбленных. Для возлюбленных, которые «к врагам» и «с триллером». Рутина, с которой начнётся новая книга. — Мысль появилась, — говорит Тэхён, но уже воодушевлённее, смотря на Чонгука. И говорит он тише, чтобы никто их не услышал. — Много ли знаешь о ролевых играх? — спрашивает деликатно. — Надо разузнать, — кивает. — Это… — Чонгук показывает жестами слова, которые из него хотят вырваться, но не могут, — это для сюжета? Серьёзно? Какую такую эротику собрался написать? — он поворачивается к мужчине всем телом. Его интересует этот вопрос. Тэхён читает Чонгука по каждому «слову» языка тела. — Можем и потом подумать. Если тебе куда-то надо, — но заупрямиться Тэхён всё равно должен. — Да никуда мне не надо. Можем провести за работой ночь Рождества, — потому что Чонгук всё равно сдаётся. После корпоратива все расходятся по тёплым домам, где их ждут родные. Чонгук же тащится с Тэхёном к его машине, махнув напоследок Чимину и Намджуну, качая отрицательно головой, когда те жестами показывают вопрос «Вы что опять за своё, которое переспать?» (не спрашивайте, как они это показали жестами). Чонгук вздыхает, отворачиваясь. Он идёт к машине Тэхёна, ожидая с ним на улице вызванного водителя. У Чонгука пакетик с набором кофейных чашек и шоколад. У Тэхёна коробочка с костюмом полицейского, инструкцию к которой он внимательно сейчас читает. — Знаешь, это довольно познавательно, — Тэхён показывает на строчку, пододвинувшись к Чонгуку. — Они самостоятельно предлагают сценарии, если фантазий совсем нет. Это хорошо, учитывая, на какой ступени функциональная грамотность людей. Не всем ведь нравится придумывать что-то, но это надо развивать. — Думаю, секс — это скорее отдых, чем учёба, — Чонгук выдыхает дым. На улице холодно. — Это познавательный досуг. Он развивает левое полушарие. Это нельзя игнорировать. Тэхён серьёзно. Чонгук это пока не знает. — Ты был бы отличным рекламодателем этой продукции, — он смеётся, указывая на коробку. Водитель приходит спустя три минуты. Он заводит машину, узнавая адрес. Немного пьяные Тэхён и Чонгук устраиваются на заднем сиденье. Первым обсуждение назревшего вопроса о ролевых играх начинает (естественно) Тэхён, любопытствуя, пока водитель бросает в их сторону настороженные взгляды, только услышав: — Нормально, если задержанный и полицейский спят? Разве это законно? Чонгук неловко прокашливается, бросая на водителя короткий взгляд через зеркало заднего вида. Он вздыхает, улыбнувшись про себя, так как Тэхён такой… такой. По-другому не описать. — Может, это и привлекает? — Чонгук вклинивается. Тэхён щурится. — То, что это незаконно, — уточняет, чтобы передать контекст. — Но ведь если ты не полицейский, ты не поймёшь специфику запрета настолько хорошо. Почему это возбуждает, раз в рамках постели они играют не себя, что сразу делает ситуацию фальшивой и не особо рисковой? — Поэтому они и играют. Атрибуты помогают погрузиться в это. — Понятно, — Тэхён размышляет. Водитель, ещё раз пристально и странно посмотрев на них, останавливает у нужного адреса машину, припарковавшись. Дом Тэхёна — это их личный офис на двоих. Чонгук здесь проводит больше всего времени. Из-за того, что вдохновение Тэхёна хаотично, иногда они застревают вместе аж на недели, всё это время записывая что-то, изучая, делая черновики и удаляя неудавшиеся главы. С периодичностью раз в три месяца в такие недели, когда Тэхён буквально рычит, не пуская Чонгука в разгар своего вдохновения даже в душ, у них случается секс. Обычный такой секс, ничего такого. После них они принимают душ, засыпают и Чонгук уходит к себе, возвращаясь к будням так, будто ночи и не было. Вы же помните, да? Это профессиональная осечка. Да и сейчас тоже. Осечка их профессий. Они просто погружаются в роли, никакого подтекста. Пока Чонгук готовит им чай, раскрывая ноутбук, Тэхён успевает распаковать коробку и, разложив все элементы костюма на кровати, задумчиво смотрит на них, пытаясь понять, какого чина офицер, из какой он страны, зачем ему длинная сплющенная палка с продолговатым отверстием в середине, а так же — почему существует ещё и чёрная палка, но с концом в виде цилиндра. К тому же последняя часть атрибутики мягкая и, судя по инструкции, её можно в кого-то совать. Чонгук приносит кружку Тэхёна с чаем. Он стоит рядом, смотря на разложенные вещи. — С чего начать? — спрашивает Тэхён. — Есть наметки? — Чонгук улыбается. — Говори, я запишу. — Нет, давай сначала обсудим, — Тэхён вздыхает. — Это офицерский костюм. Простой полицейский, он патрульный, он охранник или он контролёр. У него есть дубина, — Тэхён слишком серьёзен в лице для того, кто сейчас поднимает чёрный дилдо с вибрирующим концом, — и есть… что это? — он поднимает уже белую палку. И рассматривает, нажимая кнопку на ручке, из-за чего внутренняя часть с отверстием загорается красным, издав характерный звук вывода ошибки. Пиликанье. — Похоже, это… — Чонгук хмурится, — металлоискатель? Дай сюда, — он протягивает руку. Тэхён даёт ему в руки металлоискатель, который только выглядит так. Он пиликает из-за кнопки. Имитация найденного металла. Да и весь костюм не повторяет униформу настолько точно. Это тоже по закону нельзя. Вообще-то. — Итак, — Тэхён хмурится, начиная нарезать круги по комнате, — у нас есть офицер, у него дубинка и металлоискатель. У нас есть гражданский и он должен в чём-то провиниться. Далее идёт сценарий, я правильно понимаю? — Можно и так, — Чонгук кивает. — Погоди. А как задумывают? — Тэхён тормозит. — Ну, местность? Язык общения? Стоп-слово? Тэхён восторженно выдыхает. Он водит плечами, улыбнувшись. — Мне это начинает нравиться. Чонгук после изучения металлоискателя принимается за другие элементы, пока Тэхён на фоне перечисляет ситуации, задумывая каждую локацию. Изначально парень не придал сильное значение такому погружению, заинтересованный в получении сегодня милого пьяного секса, но когда он находит под фуражкой чёрную пробку, показывая Тэхёну, уже начиная возбуждаться от картины, где Тэхён в него это пихает, тот, с интересом осмотрев атрибут и узнав, для чего она, щёлкает пальцем, заявляя: — Я придумал сценарий. — Оу, — Чонгук ёрзает на месте, откладывая чай. — Мне… мне пойти помыться? — Ты хочешь разыграть? — Тэхён хлопает глазами. Он удивлён, потому что в этом погружении в последнюю очередь думает о том, что хочет попробовать. Ему интересен процесс ролевых игр. — А ты нет? — Чонгук звучит изумлённо. Тэхён сглатывает. — Хочу. — Не хочешь, — Чонгук вздыхает. — Не хотел. Не надо мне сейчас потакать и… — Я сделал всего одну короткую паузу! — Ты импровизируешь. Не нужно подстраиваться. Я просто немного пьяный, вот и… — Чонгук, я оглашу тебе сценарий, и ты не откажешься быть моим гражданским, — Тэхён надевает фуражку. — Поверхностно опишу, чтобы ты понимал, о чём речь. Тэхён даёт в руки Чонгуку пробку, мол, это твоё. Он потом сам берёт металлоискатель, встав в прямую позу. — Ситуация в аэропорту. Гражданский снимает с себя всё металлическое, однако металлоискатель всё равно что-то улавливает в районе пятой точки. Они проходят в специально отведённую для личного обыска комнату, где занимаются… всяким, — у Тэхёна цензура. — О, звучит креативно, — Чонгук действительно удивлён. Этому писателю дали костюм для ролевых игр, а он придумал на пьяную голову за пять минут сюжет для эротического рассказа в десять страниц, пять из которых жёсткий трах в комнате для личного обыска. Такое бы от него Чонгук почитал. И в книге, и на практике. — Нравится? — Звучит отлично, — Чонгук кивает. Он кусает нижнюю губу, чтобы не расплыться в широкой улыбке. — Тогда я помоюсь? — Да, конечно, — Тэхён указывает в сторону ванной комнаты. — Нужна сменная одежда? — Был бы не против, — Чонгук обнимает себя за плечи. — Найди мне самую гражданскую одежду из своего гардероба. — Стиль, — Тэхён цепляется за слово, указывая на Чонгука, идущего в сторону ванной комнаты, пальцем. — Твоему персонажу нужен стиль. — Ну, думаю, это не нужно продумывать. Не очень-то и… важно, — Чонгук смеётся, развернувшись к Тэхёну. Улыбка сползает с лица, когда мужчина на глазах свирепеет с железным риторическим вопросом: — Как это персонаж не нуждается в проработке? Как это «не очень-то и важно»? Чонгук, ты серьёзно? Может, это немного и странно, но именно за такие мелочи Чонгуку Тэхён и нравится. За то, что в их бренном мире этот мужчина самый неординарный во взгляде на подобные вещи. Потому, что всерьёз продумывает сценарий сексуальной ролевой игры, придумывая введение в жизнь гражданской позиции Чонгука, задумывая от стиля одежды вплоть до причины вылета куда-то с пробкой в заднице. И себя тоже продумывает до мелочей, чтобы звучало аргументированно то, какой он непрофессиональный, раз буквально занялся в комнате приватного обыска сексом во время работы. Чонгуку нравится, что Тэхёну надо это продумывать на бумажке. Чонгуку нравится, что им надо это расписывать, чтобы понять детали. Чонгуку нравится, что они пишут свои грязные словечки на ладони, чтобы точно не забыть. Однако Чонгук так хочет сейчас нежиться в его объятиях и целоваться, а не вот это вот всё. — Пиши ключевую фразу персонажа, — Тэхён наставляет. — Персонаж Чонгук говорит: «Хотите заменить эту пробку своим причиндалом?». Это ещё в описании главы должно быть. — Так не говорят в обиходе, — Чонгук вздыхает. — Причиндал. — А как говорят? — Член, — Чонгук пожимает плечами. — Это не очень литературно. — У нас тут словесное порно, а не… — Чонгук сразу показывает, что замолк, когда Тэхён хмурится, смотря на него. — Хорошо. Но допустим, что мой персонаж не любит слово «причиндал». Ему удобнее «член», — Чонгук закусывает нижнюю губу. Он пододвигается ближе к сидящему на кровати с блокнотом Тэхёну, шепча, записывая фразу: — Хотите заменить эту пробку своим членом? — он реально спрашивает. — Оу, — Тэхён улыбается, хлопая глазами, — ты входишь в роль. Чонгук кивает. Ладно, это почти не больно. — А ты что ответишь? — Чонгук поддакивает. Он потом и вовсе откладывает ноутбук в сторону. — Ну, раз мой персонаж более подлый и грязный на словах, это должно быть что-то из разряда слова, описывающего шлепок по попе, — Тэхён объясняет. — Пиши, — указывает на отложенный ноутбук, — персонаж Тэхёна отвечает: «Замена — это такое неподходящее слово. Я растяну тебя на моём…», — он думает, — «члене», — заканчивает с улыбкой. — О, господи, — Чонгук действительно удивлён. — Растянете? Такой ли он большой, офицер Ким? — Чонгук опускает ладонь на грудь Тэхёна, чтобы медленно опуститься пальцами к паху. — Ты же видел пробку, Чонгук. Она маленькая. Или… хотя… погоди, — Тэхён задумывается. Он поворачивает голову в поисках пробки. — Кстати, где она? Чонгук сглатывает. Он поджимает губы. И направляет потом руку Тэхёна к бедру, намекая на то, что пробка точно на своём месте. Тэхён удивлённо смотрит на него, выдавая шёпотом: — Ты после душа?.. её… — Да, — Чонгук кивает. — Гражданский готов и ждёт. — Оу, — Тэхён сглатывает. В горле сразу пересыхает. Мужчина тянется за остывшим чаем, чтобы выпить. И отвернуться от Чонгука тоже. Ну, неловко. — Тогда заключим, что после «натяну» у нас секс. Обыграем? — Естественно, — Чонгук закатывает глаза. — Наконец-то. — После того, как я запомню обычную процедуру обыска. Поищи мне пока требования, — Тэхён встаёт с кровати. — Нет. Ты не серьёзно, Тэхён, — Чонгук плавиться готов, а тут опять лезть в гугл. — Сделай мне рождественский подарок — хватит быть таким. — Нет, — Тэхён не соглашается. — Слушайся. А я за презервативами, — он идёт к выходу из комнаты. — Кстати, надо уточнить, что ты промыл кишечник до аэропорта, чтобы ввести в текст чуточку реализма гомосексуального полового акта. — Очень предусмотрительно, — Чонгук вздыхает. Он дует губы, начиная искать эти самые требования, устало хлопая глазами. Чонгук терпеливый. Он дождётся. Всё нормально. Он сейчас сидит с пробкой в заднице и ждёт, когда писатель внутри Тэхёна уснёт, уступив Тэхёну обычному. Однако. Однако. Однако. Когда они уже прописали каждую фразу, обстановку, сценарий, имена, локацию объяснили, поняли систему действий и оделись, готовые пройти роль, смотря друг на друга, оба ощущают, что им это… о, чёрт возьми, вообще не нужно. Тэхёну достаточно надеть небрежно полицейский костюм, чтобы выглядеть так, будто он персонаж с диким характером, у которого два замечания за непрофессиональность и за отвлечение на службе. Тэхёну достаточно держать во рту палочку от чупа-чупса, прокручивая металлоискатель, кивая Чонгуку подойти. Ему достаточно уже показать себя таким, чтобы Чонгук мысленно заскулил.

Такого Тэхёна Чонгуку достаточно, чтобы он подумал: не страшно потерпеть всё это, чтобы в конце целоваться с ним, хихикая в поцелуй.

Всё нормально.

Но Тэхёну… Тэхёну недостаточно Чонгука в его большой рубашке, которую он натянул с совета Тэхёна же, чтобы (цитата) «Намокание из-за пробки не было видно на джинсах» (конец цитаты). Тэхёну недостаточно Чонгука, показывающего, что его старые джинсы на нём хорошо сидят. Тэхёну недостаточно. От одной мысли, что Чонгук сейчас действительно подходит и поднимает руки, чтобы его обыскали, становится так тепло внутри.

Такого Чонгука Тэхёну всегда недостаточно.

Ему поэтому так хотелось, чтобы Чонгук провёл с ним Рождество, чтобы застрял на все выходные, чтобы они просыпались вместе, не одни в разных домах после жаркой ночи. Тэхёну недостаточно будет даже после этих выходных. Он хочет такого Чонгука всегда. Чтобы под боком был, чтобы ластился к прикосновениям, чтобы как сейчас смеялся, не сдерживаясь, чтобы стонал, когда Тэхён, не выдерживая, обнимет, крепко хватая пальцами за джинсы на заднице, дабы стянуть. Да и чёрт с этим. — О… хотите заменить пробку в моей заднице своим членом? — Чонгук думает, что просто перепутал последовательность в сценарии, отвечая на объятие. — Чонгук, я хочу, чтобы ты меня поцеловал, — Тэхён говорит это тише, продолжая крепко обнимать. Чонгук улыбается. Он зарывается пальцами в волосы, шепча в ухо: — Разве там не было что-то про «натянуть на свой член»? — Нет. Хочу, чтобы обнимал. — Конечно, — Чонгук сдаётся, кивая. Пик пьяного Тэхёна, верно? Хотя давно пора протрезветь. — Хочу и завтра так. — Как? — Чонгук замирает. Он резко обнимает крепче. — Вот так. — Так как? — С тобой. — Завтра утром? На работе? — Завтра выходной. — У меня же индивидуальное расписание, — Чонгук не хочет верить. — Я серьёзно, — Тэхён поджимает губы. — С тобой хочу проснуться. Гоняться за тобой в душ. Пить твой противный кофе. Сажать тебя на стол и шутить, что ты мой завтрак. Хочу, чтобы ты научил меня пользоваться ноутбуком. Хочу провожать на работу. Отпускать в офисе только для того, чтобы потом с упоением снова обнимать. Хочу ревновать к Намджуну открыто. Хочу, чтобы Чимин перестал намекать при тебе о наших отношениях. Хочу, чтобы ты рассказывал мне о других видах секса. Хочу писать с тобой. Всё хочу расписать. Нашу историю, свои чувства, твой ответ. И я бы начал это реализовывать, только бы мне проснуться, — Тэхён замирает, — утром с тобой. Чонгук выдыхает. Он щупает плечи Тэхёна, чтобы немного оттолкнуться от крепких объятий. Ему необходимо посмотреть в глаза мужчине и понять — он не шутит, он не пьян, он в своём уме. Просто не выдержал? Это вывалилось. Так ведь бывает. Их профессиональная осечка. — Ты… — Чонгук смотрит ему в глаза, читая каждую эмоцию. — Ты же подлый полицейский сейчас! Как ты мог выпалить это, когда я шутил про то, что ты насадишь меня на свой член? Как ты посмел признаться в такую минуту? — Чонгук, — Тэхён смеётся, удерживая его руки. Он наклоняется, целуя его. Так, что Чонгук выдыхает в поцелуй со стоном, снова обнимая за шею. Тэхён гладит пояс, опуская ладонь ниже, чтобы натянуть джинсы обратно, так как из-за недавних действий они наоборот сползли. Чонгук чувствует, как внутри него разливается тепло. Ощущение, свербящее в животе, накатываемое томящим ожиданием, импульсами бьющееся с каждым прикосновением. Чонгук задыхается, пока целуется. Тэхён закрывает глаза этой ночью, крепко прижимая к себе Чонгука, заключив все замки конечностями. Просыпается он не из-за пустоты на кровати. Его будит Чонгук, который седлает его и целует в шею. Тэхён приоткрывает глаза, тут же накрыв бёдра Чонгука. — Доброе утро, — шепчет он, улыбнувшись. На шее ощущается горячее дыхание. Тэхён улыбается. — По расписанию у нас душ и мой противный кофе. — Прекрасно, — Тэхён тоже шепчет. — Твой противный, но мной любимый кофе. Тэхёну нравится такое начало их истории. Книга в жанре «повседневность» с элементами юмора и рейтингом «восемнадцать плюс» из-за часто выходящих за рамки разговоров. Эту книгу Тэхён бы писал вечность, расписывая по всем подробностям, как бы нежил Чонгука, как бы целовал, как ощущает он их прикосновения, как видит, что Чонгук чувствует. Тэхён бы не мог остановиться, объясняя ход своих мыслей, когда просит Чонгука всегда будить его каждое утро таким образом. Отныне. Главы с названием «Паль перед коллегами», в которой с первых строк всё начнётся, как детектив от лица Чимина, который найдёт Тэхёна и Чонгука в их офисе с замазанными помадой лицами и аргументом: «Нам нужно для главы в книге, просто ищем метафоры». Главы с воспоминаниями об их знакомстве, когда Тэхён почувствовал трепет, увидев уютно устроившегося в его доме Чонгука, который тогда всё ещё был копирайтером. Главы, где Тэхён бы смеялся мысленно, но в жизни говорил иные вещи, заставляя Чонгука хмуриться. То, что оголило бы его намерения. То, что Чонгук после бы понял. О счастье, что в Рождество. Как в «Крепком орешке», где праздник вскользь и на фоне, ни на что не влияет. Случись это в пятницу, субботу, тридцатого числа или через год. Книга, которую Тэхён будет писать всю жизнь и назовёт «С Чонгуком». Книга с первой строчкой большого начала:

«Мысль появилась».