Локус Контроля

Утро встречает не приятной чашкой чая на кухне под лучами раннего солнца, а запахом лака для волос и очередным брендовым нарядом, подобранным стилистом. По-видимому, девушка была уж очень большим перфекционистом, раз не отпускала бедного Пака битые три часа, то и дело находя за что зацепится, будто бы желая просто подольше посмотреть на его страдающую физиономию. — Вот мы наконец и закончили. Вы выглядите просто превосходно, думаю, вашей спутнице очень понравится. — говорит стилист, самодовольно поправляя очки на носу, после в последний раз ладонями разглаживал ворот чужой рубашки. Чимин же руки скрещивает, глаза закатывая апатично. — Спасибо, давайте вы уже отпустите меня на сегодня. Светловолосый отвернулся от девушки к зеркалу, не проявляя никаких эмоций, походивших на восторг или радость при виде себя в нём. Нет, конечно, он выглядел шикарно: шёлковая рубашка охристого оттенка с чёрными брюками, умело подчеркнувшими стройное тело, подвеска Tiffani, лёгкий макияж с укладкой блестящих волос. Однако насильно мил не будешь. От одного осознания причины данного ритуала хотелось склониться в рвотном позыве. Но даже, казалось бы, в такой сложной ситуации, где каждый его шаг караулят, чтобы не было произведено и попытки сбежать, Чимин нашёл вариант перевернуть ситуацию в свою пользу. Конечно, не без ввязывания туда ещё одной знакомой, весьма неординарной персоны. С надеждой, что его поймут и не ударят в нос снова. * * * Неторопливыми шагами Чимин подходит к ресторану, где ему и очередной девушке был забронирован стол. Взгляд карих глаз начал бегать вокруг, а губа закусывается верхними белоснежными зубами в небольшом волнении. Связано оно было совсем не с очередной девушкой, сидящей внутри помещения. Чимин принял решение назначить встречу с Юнги как раз неподалёку, чтобы благодаря ему благополучно и легально сбежать со свидания. К счастью, Мин пришёл. Силуэт темноволосого находился у стены, пока сам обладатель выкуривал сигарету, с удовольствием выдыхая дым расслабленными губами. Замечая в своём поле зрения Чимина, он заканчивал с никотиновым источником, кидая окурок в урну рядом и, зачёсывая смольные локоны назад пятернёй, направляется к нему на встречу. Не дав ничего толком сказать знакомому, Чимин подхватывает его под руку, ведя за собой в двери ресторана. — Привет? Пёрышко, я не настолько обеспеченный студент, — с сарказмом выдаёт Мин, на удивление послушно ступая за кареглазым. — Просто подыграй мне сейчас, я всё тебе объясню позже. — последнее пухлые губы выдают немного тише, прекрасно зная, что даже внутри помещения найдутся люди отца. На входе строго одетая, приятная внешне девушка улыбается вошедшим посетителям, склоняя голову в знак приветствия: — Здравствуйте, господин Пак Чимин, вам забронирован столик и вас уже ожидают, позвольте провести вас. Чимин лишь утвердительно кивает на слова администратора. Направляется за девушкой, продолжая вести за собой темноволосого. В одном из залов можно было заметить изящную леди с выразительными карими глазами, которыми та и встретила подходящего Пака, улыбаясь сдержанно, прекрасно дав понять, что именно она и должна была быть в его сегодняшней компании. На столике был только стакан воды. Возможно, она пришла раньше и ожидала его уже не такое маленькое время. Чимину было жаль девушку. Было заметно, что она старалась выглядеть сегодня как можно лучше, и у неё получилось создать отличный образ. Только вот самому юноше всё это было не интересно. Ему это было не нужно. Поэтому, чтобы обошлось без лишних прелюдий, он решил резко отрезать все возможные вопросы. — Здравствуйте. Извините за потраченное время, но свидания не будет. У меня уже есть любимые человек, и я не заинтересован в знакомствах, — произносит светловолосый, заставляя улыбку с лица сидящей за столиком девушки моментально пропасть. Выражение лица её было сбитое с толку, недоумевающее. Юнги на секунду бровь в вопросе немом поднял, быстро принимая на себя роль и кивая в подтверждение словам Пака. Лучше будет разобраться со всем за дверьми этого заведения. — То есть как? Ох, это было весьма неожиданно, почему же мне тогда назначили встречу? Какая нелепица.. — в непонимании брови ломает, — Спасибо, что хотя бы пришли и объяснились со мной, желаю вам и вашему партнёру всего самого наилучшего. — говорит кареглазая, прядь волос за ухо убирает расстроено. — Тогда, пожалуй.. Вы можете быть свободны? Даже так, была рада видеть вас. А я ещё немного посижу здесь и закажу себе вина, не зря же, в конце концов, я так наряжалась. — она взглянула на Юнги, с интересом изучив его черты лица, после подозвав к себе официанта. На лице Пака появилась благодарная улыбка. Он и не ожидал, что всё выйдет так легко. Без капризов и скандалов. — И вам спасибо, хорошо проведите время. — говорит Чимин, замечая ответный кивок, после чего разворачивается в сторону выхода. Смотрит на Юнги, который за Паком следует. **** Выйдя на улицу, те останавливаются. Мин в полном недоумении от ситуации, хочет открыть рот и начать заваливать вопросами, но его резко перебивает блондин. —Шоу не закончилось, они наблюдают. — тихо произносит Чимин, зная, что прямо сейчас за ним смотрят. Неизвестно, по камерам или лично, но суть одна. Нужно что-то придумать. Это была только малая часть выступления, в которую отец не поверит. —Тогда, с вашего позволения, мне придется подыграть, — говорит Мин, почти сразу же набрасывая на себя очень сомнительную ухмылку. Пак не успевает сообразить, как лицо оказывается в лапах этого невыносимого студента, а губы охватывает жаром от губ напротив. Сейчас происходит самая незапланированная вещь, которую мог вообразить светловолосый. И прежде чем его мысли успели вернуться, руки Юнги обвились вокруг, уверенно и крепко. И нахлынула беспомощность, он почувствовал, что сдается, почва уходит из-под ног и что-то теплое обволакивает его, лишая воли. Бесстрашное лицо Чимина расплывается и тонет в пустоте. Темноволосый целовал — сначала нежно, потом со стремительно нарастающей страстью, заставившей младшего прижаться к нему, как к своему единственному спасению. Его жадный рот раздвинул дрожащие губы парня, по нервам побежал ток, будя в нем ощущения, которых он раньше не знал и не думал, что способен познать. И прежде чем отдаться во власть закрутившего вихря, он понял, что тоже целует его. Пульс внезапно учащается, а давление растет. Щеки моментально краснеют, заставляя темноволосого лишь сильнее прижать к себе Чимина, прикусывая губу, тут же зализывая краснеющее место. Руки ползут на шею. Кажется, будто светловолосый прямо здесь сляжет от стука своего же сердца и нехватки кислорода в организме. От шока тот попросту забывает дышать, о чем напоминает Мин, выдыхая прямо в губы. Краем уха тот слышит тихий звон дорогой подвески, которую на него натянули стилисты. А еще хлопок двери заведения и девушку на фоне. Видимо, та, не закончив трапезу, решила покинуть помещение, уехав по своим делам на своей беленькой, такой же изящной и дорогостоящей машине, улыбнувшись напоследок картине перед глазами. Что-то подсказывало, что они еще встретятся и девушка сыграет свою роль. —Будешь должен, plume, — отрывается темноволосый, наблюдая за тяжело дышащим парнем. —Кто? —Перышко с французского. Ахуенно подыграл, скажи? — с небольшой издевкой проговаривает темноволосый, чуть улыбаясь и складывая руки. —Да пошёл ты, enfoire (с французского «ублюдок»), — агрессивно фыркая и почти сбегая от этого места подальше, парень быстрее запрыгивает в машину и уезжает домой. Единственное, что Чимин знал из французского - это маты. А теперь, видимо, знает еще и до жути противное «перышко». Которое также звонко ударяется в душу и запоминается голосом Юнги. Запоминается, как и та информация от слов Чонгука, что темноволосый до дрожи и вскипающей в жилах крови ненавидит, когда его трогают. **** 10:57. Блядство. Чимин вновь проспал. Всю ночь тот без остановки смотрел на бежевую стену в теплых оттенках, со стеклянными глазами и расширенными зрачками. Можно было бы пошутить про студенческую дурь в местном наркотрафике под названием «туалет», но, к радости, это лишь глазные капли и отсутствие света. Парень полностью провалился в мыслях, без желания спать. Да и вообще без желания существовать и продолжать трудиться во благо. Заснул Пак только под утро, видимо, из-за усталости организма. Именно поэтому и проспал. Странно, но после вчерашней выходки отец полностью пропал с радаров. И, наверное, так еще хуже. Это затишье перед бурей? Или же его отец смирился, что очень маловероятно. Подскочив с постели, тот по привычному маршруту, словно метель, пронесся, собирая вещи. Сегодня день какой-то не такой. Слишком сонный и вялый. Даже бегать по дому не хочется, зная, что будут выговоры. На дворе начало весны. Время слякоти и начала чего-то нового, теплого. Особенно для котов, которые кричат под окном, не давая спать. Раньше за такое отец скинул с окна на дерущихся пушистых вазу со стола. Этот шедевр нужно было видеть. Только весной ты понимаешь, что, оказывается, всю зиму был в спячке, словно медведи и другие животные. Спал длинным и тягучим сном и вот только начал отходить от него. Парень на занятиях. Вновь слушает старый несвязный бред преподавателя и прокручивает в мыслях все журналы для взрослых, представляя Юнги на месте суровых татуированных дядей. Сам останавливаясь на таком и быстро выгоняя эти мысли из головы. Но, все же, такой образ ему бы пошёл. —Чим, Ган со своей компанией больше не доставали тебя? — вопросительно поворачивает голову и почти шепотом проговаривает Чонгук, ставя под подбородок ладонь. — Как твоя губа? —Все хорошо, спасибо, что помог, — отвлекается от раздумий Пак и вспоминает про свою раненую губу, которая, вроде как, заживает. Чон очень по-доброму головой качает, означая, что рад подобным словам, и отворачивается, напевая про себя какую-то песенку. Возможно, одна из его новых. Кстати, про место и время выступлений Чимин так и не спросил. Нужно будет обязательно это исправить, угостить и посетить хотя бы одно. В честь дружбы? Или благодарности за помощь? В голову приходит очень странное желание. Сбежать с оставшихся пар. Казалось бы, Чимин, такой правильный и ответственный, уходит с занятий. Хочет подождать до конца пары, но и тут прилетает мысль уйти прямо сейчас. Вот так вот взять и уйти. Светловолосый поднимается и, незаметно взяв вещи, выходит, оправдываясь туалетом. Выходит, направляясь совершенно в другую сторону. На душе становится почему-то лучше. То ли из-за того, что он впервые специально уходил, а не прогуливал. Это совершенно разное, а знаете ли, запретный плод вкуснее. То ли просто от понимания того, что весь остаток дня на мозг не будет капать недовольная мина преподавателя по анатомии. Выйдя из здания, тот вдыхает свежий воздух, чувствуя приближающееся лето, пение птичек и лучи от солнца, которые слепят глаза. Чимин не любил лето. В детстве любил из-за долгих каникул, как и большинство детей, но точно не из-за того, что лето - это лето. Только вот сейчас не детство. Каникулы сократились почти в два раза. Отдыха меньше, работы больше, выпуск на носу, экзамены и сдачи сессий. Заглушение этого всего различными успокоительными, которые на вкус такие же отвратительные, как невоспитанные дети на улице, когда увидели беззащитного котенка или щеночка. Наборчик психопата неплохой выходит такой, особенно с семьей Чимина. **** Пак бредет, потом едет на автобусе. Куда - неизвестно даже ему. Куда-то далеко. Там, где нет никого. Там, где его не найдут и он сможет побыть наедине сам с собой. А ведь на автобусе тот ездить совершенно не привык, имея под рукой готовенькую машину. Очень странные ощущения на самом деле. Надевает наушники, включая песню «The roads — Jonah Kagen» И сам не замечает, как подошва почти новых дорогих кроссовок сталкивается не с шершавым асфальтом, а с травой. Оглянувшись, тот видит, что приехал за город и пришел в очень даже симпатичное место. Поляна с резким обрывом, внизу которого виднеется море. Вода ударяется о скалы. На поле растет сирень точно в ряд. Очень удачно, но Пак пришел в это место именно в период ее цветения. Обычно в подобных местах устраивают платную фотосессию молодожены и всякие сладкие парочки, чтобы хоть как-то скрасить и запомнить совместную любовь, периодические унижения с для всех понятным концом. Удивительно, но он и здесь не смог уединиться с собой, ведь на самом краю стоит небольшой вагончик. По всем догадкам, там сидит какой-нибудь сторож, который сдирает с этих же парочек приличную такую сумму денег. Подойти и посмотреть, что внутри особо смысла нет, да и желания. Выгонит еще. Поэтому, сев на траву поближе к обрыву, тот вдохнул холодный морской бриз, который раздувал блондинистые волосы, вынимая наушник с одного уха и слушая крик чаек с закрытыми глазами. Спокойно. Такого он не ощущал уже давно. —Хорошо тебе на травке сидеть? Смотри, муравей заползет еще, — голос, к сожалению, не злого дяди из охраны. Дела еще хуже. Чертов Мин Юнги. Хочется упасть прямо в эту воду и разбиться о скалы, вспоминая про свои дневные мысли и не вылезающего из них темноволосого. —Единственный муравей, которого я здесь вижу - это ты. Пак недовольно поворачивается, полностью убеждаясь, что не спутал голос ни с чем. Юнги, в принципе, очень трудно перепутать с кем-то другим. Мин курит, вдыхая никотин в легкие. Приближается к Чимину и садится рядом. —И то верно. А вообще, муравьи хорошие, они санитары леса, — проговаривает темноволосый, усаживаясь поудобнее. Потирает шею рукой, чуть морщась. Болит наверное, как после четырех часового сидения у компьютера за новой игрой, от рейтинга которой завидовали все знакомые. К слову, Пак играть бросил, понимая, что убивать тебя могут в реальной жизни не хуже. Да и мозги своими межличностными отношениями ебут похлеще логических головоломок на электронном прямоугольнике. —Похоже, ты стал исключением, — отвечает Чимин, замечая, как Мин бросает окурок на траву и придавливает ногой на автомате. —На, пососи конфетку и не вредничай. Неожиданно во рту Пака оказывается вишневый чупа чупс. От которого теперь скинуть в яму к скалам хочется темноволосого. —Чего ты тут забыл, перышко? Тут обычно ошивается моя компания в свободное время. Воон в том вагончике, — показывает на сооружение, а Пак вновь смотрит на него, как будто первый раз не видел. —Гулял я. Звук машины отвлекает от спокойных посиделок у моря. Чимин оборачивается, замечая темную машину, похожую на спорткар. У владельца есть вкус, однозначно. С двух дверей выходят два парня, на вид совершенно разные. Одного из них Пак точно видел в баре, в ту ночь, когда получил по лицу. Такое он запомнил надолго. Одет во все простое и не пестрое, по ауре напоминая больше Чонгука, хоть они совершенно разные. А вот второй похож на главу какой-то группировки мафиози, явно не вписываясь в эту компанию. Кстати, машина, скорее всего, принадлежит именно ему. Оба идут в сторону вагончика, видимо, не замечая две сидячие спины. —Перышко, вот как гулял, так и нагуляй обратно. Если увидят тебя, такую невинную принцессу, по кругу пустят. А тебе же три члена в жопе не нужны? — резко проговаривает Мин, проводя взглядом парней. Встает и отряхивается от травы. —Три? — останавливается именно на этом слове Чимин, насчитывая только две неизвестные головы и явно не беря в учет самого Юнги. —Три. —Ты так переживаешь за меня. Льстит, — встает с места Пак и также отряхивается, надевая на лицо лисью улыбку. —Иди уже. —На, пососи конфетку, не вредничай. — вынимает из рта леденец на палочке и, вставляя в рот темноволосого, уходит, помахав пару раз рукой. **** Путь домой казался намного утомительнее. Заходя за ворота, парень идет через охрану. Замечает машину. Машину его отца. Значит, родители дома. Интересно, а они знают о прогуле парня? А мать знает о том, что Пак устроил в ресторане? Мама никогда не осуждала Чимина. Всю его сознательную жизнь была достаточно хорошей и достойной женщиной. Только поэтому еще в раннем детстве мальчику даже в голову не приходили мысли пакостить матери. Хотя, детство у того было очень насыщенное на такие поступки, особенно в их доме. Например, как он разбил дорогущую вазу, которую очень ценил и дорожил отец. Подставляя за все свои проделки противную женщину в возрасте, которая была его гувернанткой, следила и занималась мальчиком, пока родителей не было дома. Гувернантку уволили, а отец остался без своей любимой вазы. Все довольны и счастливы. Дверь входной двери издаёт лёгкий скрип. В доме слышен лишь голос отца Пака, который рассказывает что-то своей супруге. На удивление, весьма спокойным голосом. Это заставляет насторожиться. Однако, гувернантка ловит на входе, говоря, что ужин был недавно подан и что его ожидают за столом. Женщина выглядит настороженно, видимо прекрасно ощущает атмосферу, что витает по дому, как и Пак. Ужинать не хотелось от слова совсем, но отказ ещё больше бы накалил ситуацию, поэтому юноша принял решение присоединиться к трапезе, настороженно проходя к столу. Лицо матери выражало волнение, она кидала непонятные взгляды на сына и аккуратно разрезала сочный стейк. Больше для видимости того, что она занята едой. В то время в глазах отца Пака прочитать нельзя было ничего. Он казался спокойным, даже слишком. Здороваясь с сыном и спрашивая про результаты сегодняшнего дня. — Проходи, — говорит мужчина, прожевывая кусок мяса. — Рассказывай, какие успехи принес сегодняшний день? Темноволосый мужчина смотрит на сына, поблёскивая хитростью в глазах. По нему видно, что снова ведёт свою игру. Этот взгляд разрезал стенки рёбер парня, пытаясь достать то, что за ними. — Кстати, как же прошло твоё свидание на днях? — не давая ответить на предыдущие вопросы, задаёт он новый, продолжая смотреть на Чимина. — Поешь, повара сегодня постарались на славу. Нежнейшее мясо. — Милый.. — негромко произносит сидящая напротив женщина, явно не желая, чтобы ужин перерастал в скандал с разбитой посудой. — Хэсоль, тебе не стоит волноваться, мы ведь просто беседуем. Так что, Чимин? Мне сказали, что у тебя, оказывается, есть.. парень.— и последнее слово было сказано с неимоверным отвращением, вперемешку с насмешкой над положением сына. Одна бровь мужчины приподнялась, пока на лице растекалась мерзкая, лёгкая, скептическая улыбка. — Это правда или ты ищешь любой путь, чтобы насолить мне? Неужели та девушка совсем не приглянулась тебе? Между прочим, она из семьи Чхва, те богатые бизнесмены, и апартаменты у них огромные. Закрепив с ней брак, ты бы построил себе путь на вершину. Чего хочешь, так ведь? И этого же хочу я, раз ты сам не в состоянии сделать это, Пак Чимин. — тон становится жёстче, а взгляд резче. Чимину хотелось слиться со стулом, обтянутым мягкой материей, чтобы только не слышать всё это. Перед лицом стоит тарелка с нетронутым блюдом, лишь нож передвинут, в попытке всё же попробовать пищу. — Я говорил, что меня не интересуют эти свидания, — подаёт голос Чимин, вставая из-за стола. Он понимает, что с отцом спорить бесполезно, и не хотелось бы окончить этот разговор криками. Только вот старший Пак невероятно спокоен, по крайней мере, пытается казаться таковым. — Даже вот как. Уверен, что хватит смелости сыграть со мной? Ты ведь себе хуже делаешь, крутясь в разные стороны от своей судьбы. Мужчина с силой втыкает заточенный нож в стейк, откладывает приборы и руки скрещивает на груди, продолжая смотреть на Пака, как на самое низшее существо на планете. И оставаться здесь дольше светловолосому не хотелось совсем. Подросток довольно решительно разворачивается спиной, направляясь к своей комнате. — Спасибо за ужин, — бросает коротко под вздох обречённой матери и скрывается в коридоре. В своей комнате ощущение безопасности вновь посещает парня, но это не облегчает внутренний осадок после всего произошедшего за день. Какой-то набор бреда и явно не самые удачные дни. Чимин понимает, что теперь его условия жизни ужесточаются ещё сильнее руками собственного отца. Возможно, за ним начнут следить? На это вполне способны его люди. Теперь он не уверен, что решение с фальшивыми отношениями и втягиванием в них Юнги было хорошим. Однако, какой другой вариант у него был? Так он хотя бы избавил себя от постоянного нападка касаемо молодой невесты. Но не пострадает ли от всего происходящего Юнги? Остаётся только надеяться и ждать.