Её душа такая нежная

      Алёнка, Турбовская-то, в кругах Универсама славилась своим не самым мягким характером и не совсем свойственным для девушек блатным жаргоном. Многие пацаны за все годы, что она провела с ними бок о бок, к подобному привыкли, но Зима видел, что для новенького Пальто это всё казалось странным.       — Слышь, Зима… — в один из первых дней своего пребывания среди универсамовцев, шепнул Андрюха ему, точно из-за отсутствия рядом верного товарища Марата. — Это чё за девка-то?             Зима поглядел на Алёнку и поймал её недобрый взгляд, коим она прошлась по Пальто. Он усмехнулся, чуть кивнув ей.             — Ты здесь с такими вопросами не ходи, — благоразумно ответил Зима. — Турбовская она. Точнее, он её, — он позволил себе многозначительную улыбочку, стоило вспомнить Алёнкин нрав. В первое время многие из пацанов посмеивались над Турбо, ласково величая «подкаблучником», вот только Зима знал — попробуй у Алёны только не стать им.             Андрей какое-то время помолчал.             — И что… это всё нормально разве? — он кивком головы указал на гогочущую Алёнку, что вальяжно развалилась на Турбо и умудрялась одновременно прописывать люлей забавной скорлупе, заезжая руками Турбо по лицу и по всем частям тела. Тот только одобряюще лыбился, заботливо поглаживая девчушку по тёмным, буйным кудрям, задорно дергающимся в такт её движениям.             Зима не успел ответить, лишь открыл рот, перед этим горестно вздохнув от надоедливой скорлупы в виде Пальто, — раздался громкий, грубый женский голос.             — Слышь, скорлупа, — Зима стрельнул глазами в сторону Пальто, с усмешкой заметив, как тот стыдливо сжался, пойманный с поличным объектом своего нездорового интереса. Алёнка смотрела прямо на них, как она умела — чётко, жёстко и уверенно. — Ты чё там затих? Больше двух говорят вслух. Здесь никто ничё не скрывает. Правда, Валер? — она глянула на Турбо со всей нежностью, на которую была способна и напомнила сейчас Зиме шкодливую, любознательную, маленькую девчонку — настолько непосредственность её была не наигранной.       Ответ Турбо последовал незамедлительно и ему никто не удивился, кроме, наверное, самого Пальто:       — Правда-правда, — он чмокнул её в макушку, мягко потершись носом, а Лампа презрительно фыркнул, отворачиваясь от них, получая смешок Зимы.       Забавный мальчуган.       — Отвечайте давайте, о чем там шептались, — Турбо показательно добавил в голос требовательности и жёсткости, очевидно, желая произвести впечатление на свою взбалмошную девчонку.       — Скорлупа интересуется, — лениво протянул Зима, даже не напрягаясь, так как знает — Турбо — его брат, а Алёнка не раз по-пьяни, трогательно прижимаясь к нему, повторяла, что Зима — родной её человек, она за него любого порвёт. Конечно, девчонка никого ни разу не рвала, ни за просто так, ни за Зиму, да и вообще по разборкам не ходила, но слова эти приятно грели душу. — По нашим ли понятиям здесь Алёнка тусуется.       Пальто рядом неприятно поморщился и засопел, видимо, проклиная самого себя — за то, что подошёл, и Зиму — за его длинный язык.       — Не понял, — обронил Ералаш, зыркая своими наивными глазками то на Пальто, то на Алёнку.       — Вот и я не понял, — выпутавшись из объятий девушки, протянул Турбо, грозно поднимаясь и уже довольно-таки обыденной походкой направляясь в сторону Андрея.       Зима чуть в голос не заржал, стоило ему повернуться и увидеть, кажется, совсем замёрзшего от ужаса, Пальто.       — Я тебя предупрежу сразу, Пальто, — вкрадчиво начал Турбо, приобнимая того за плечи. — В нашем кругу не бывает тех, кто не по понятиям. Здесь все по понятиям. В том числе, — он кивнул на затихшую и внимательно наблюдавшую за ними, Алёну. — И она. Алёна появилась здесь задолго до тебя. Задолго до него, — указал на Лампу. — До него, — в этот раз прошелся по Ералашу. — И даже до него, — Турбо обнял другой рукой Зиму, пока тот ухмылялся в лицо Пальто, наслаждаясь глупостью мальчишки.       — Теперь понимаешь? — Зима наконец-то разулыбался во весь рот.       Пальто, не знающий, что ответить своим старшакам, то краснел, то бледнел.       — Хорош.       Все повернулись к Алёнке.       — Да ладно вам, ребята, — с кривой улыбкой протянула она. Голос у Алёнки хриплый, прокуренный, да и сама она явно не вписывается в понятия Пальто о настоящих девушках, зато — что самое главное — соответствует Турбо и, что удивительно, Зиме. — Много чести скорлупе. — она похожа на Кащея, но Зима чисто из принципа и уважения к самой девчушке никогда этого не скажет. — Ну сами понимаете, парень молодой, совсем недавно пополнил наши ряды — откуда ему знать, кто здесь кто?       Алёнка оттеснила Турбо, занимая его место и чуть ли не по-матерински, но по-грубому, прижала голову Пальто к своей груди, небрежно поглаживая бритую макушку.       — Но Зима прав, — притворно философским голосом, точь-в-точь, как говорит Турбо в того требующих ситуациях, заявила Алёнка. — Здесь с такими вопросами ходить не стоит.        Сам же Зима в тот момент принял решение молиться на острый слух Алёнки - та слышала всё и одновременно. Такими же способностями мог похвастаться и Ералаш, только в области зрения. Но возвращаясь к даме Турбо, Зима в очередной раз поразился её характеру - даже прекрасно слыша о чём они там с Пальто переговаривались, она до конца делала вид, что её это искренне интересует.       — Я понял, — понуро кивнул Андрей. Ну точно провинившийся щенок, с улыбкой подумал Зима, наблюдая за тем, как довольная произведённым эффектом Алёнка тянет их с Турбо на диван.       К слову, Зима давно перестал удивляться блаженному выражению лица друга, когда тот находился рядом с Алёной.       Хоть что-то в этой жизни остается неизменным.