Конец противостояния

       Недалёкое воспоминание до сих пор перед глазами несчастного героя. Он не может перестать видеть во сне ничего, кроме того самого момента, когда он вместе с Леди Баг дрался на пустой площади не с акумой, а с тем, кто их отправляет. Из-за постоянных проигрышей, Габриэль начал сходить с ума, его начальная цель ушла на второй план, а на первый пришла месть за всё парижским героям. Поэтому на конец своей трости он поместил некое подобие кинжала. Он больше не переживает насчёт сохранности чужих жизней, он сделает всё чтобы вернуть жену. Леди Баг была сильно ранена Монархом, который сразу после этого получил ответный удар от Кота, в виде Котаклизма. Злодей тут же скрылся, не ожидая получить от юного героя такой реакции, ведь обычно он и Леди Баг всегда были осторожны со своими силами, а когда его поразили Котаклизмом в 1 раз, Кот Нуар и вовсе был в ужасе.       — Миледи! — закричал Эдриан, подбегая к упавшей девушке. — Леди Баг, ты в порядке? Всё ведь будет хорошо, да?.. Там просто небольшая рана, ведь так?.. Ты крикнешь «Супер Шанс!», и всё будет нормально! — эти слова были адресованы больше к себе, нежели к напарнице. Он любит её и не хочет потерять. Паника приступает к горлу, наливается слезами на глаза, но он опровергает то, что что-то может случится плохое с его непобедимой леди.       — Кот Нуар... Всё будет хорошо... — она повернулась, чтобы посмотреть на рану. Но как оказалось, там была не маленькая царапинка... Спустя секунду молчания она добавила:       — У тебя всё будет хорошо... Я не смогу больше спасть Париж... — но она не успела договорить фразу, ведь напарник перебил её, не веря в то, что его Миледи наступает конец:       — Нет!.. Ты не можешь покинуть меня... Я не справлюсь один... Без тебя...       У бедняги пошли из глаз слёзы, которые капали на асфальт. Леди Баг приложила ладонь к его щеке, немного поглаживая и утирая слезинки, продолжая в это свой последний диалог с напарником:       — У меня не так много времени, Котик... Ты должен взять мои серги... Ты должен будешь один защищать город, тебе придётся победить Бражника в одиночку... Ты сможешь... Я знаю. Я верю в тебя так же, как и ты верил в меня всегда. А ещё я назначаю тебя новым хранителем, ты справишься.       Она сняла серги, из которых вылетела Тикки. Квами увидела эту сцену и тоже не смогла сдержать слёз, ведь исход был ясен. Какого же было удивление Эдриана, когда он узнал, что за маской героини скрывается его одноклассница. Не думая, он перевоплотился, чтобы попращаться с Леди Баг... Попрощаться с Маринетт. К его счастью, в ходе битвы был устроен такой погром, что людей не было, а репортёские вертолёты не успели прибыть к месту. Девушка открыла рот от удивления, но нашла в себе силы заговорить, ведь другого шанса уже не будет:       — Что за невезение... Моим напарником оказался тот, кого я любила всё время, но по ужасному совпадению отвергала от себя...       На её лице проступила улыбка. Эдриан тоже невольно улыбнулся. Наконец-то он получил то, чего так долго ждал — взаимность. Он пододвинулся к ней, и двое слились в поцелуе. Но постепенно парень стал чувствовать, что не получает ответ... В один момент, Маринетт и вовсе обмякла и будто-бы уснула... Он положил её себе на руку и тихо сказал, уже начиная рыдать:       — Я... Люблю тебя... И я клянусь... Я отомщу... Я спасу Париж... Ради тебя...

* * *

      Эдриан проснулся, часто дыша, а лицо было мокрым от слёз. Ему опять приснился этот сон-воспоминание... Уже прошёл месяц с того момента, как он, и Париж похоронили Леди Баг, а она до сих пор снится ему... К слову о похоронах: были там все из знакомых. Близкие проважали Маринетт, остальные проважали Леди Баг... Габриэль знал, что Дюпен-Чен была другом его сына, поэтому не позволил себе устроить погром в такой день.       Парень вытер глаза, на часах было 6:03. Плагг тоже проснулся. Он подлетел к хозяину, начиная поддерживать и успокаивать того. Отец семейства Агресов тоже не спал. Не мог. У него осталось слишком мало времени, чтобы тратить его на сон. Да и спать он не мог. Габриэль был около своей жены, хоть она и не отвечала ему, он верил, что она слышит его.       — Сегодня, Эмили... У меня осталось не так много времени, оттягивать больше нельзя. Этот мальчишка справляется с акуматизироваными, поэтому в этот день отправлюсь я... Или я убью его и заберу талисманы, или он победит меня... Возможно, что я последний раз прихожу к тебе, поэтому я хочу ещё раз сказать, о том, как велика моя любовь к тебе. И я сделаю всё, чтобы ты снова была рядом со мной... За Эдриана не переживай, он сильный и переживёт, если что-то случится со мной. За ним может последить Натали. Но я клянусь, я сделаю всё чтобы он не рос без отца! И без матери. Я сильно постараюсь сделать так, чтобы мы снова были одной семьёй... Ты, я, и наш волшебный мальчик. — закончив клятву, он ушёл прочь, закрывая рубашкой почерневшие от Котаклизма руки. С каждым днём он выглядел всё хуже. Лишь технологии Цуруги помогали ему хоть немного продлить жизнь.       Уже болеющая от использования повреждённого талисмана павлина, Натали сготовила вкусный завтрак, но ни отец, ни сын не смогли доесть его: с такими мыслями нормально жить нельзя, не то что есть. Эдриан по пути в школу смотрел в окно. На улице лил дождь. Ему вспомнилось, как он отдал зонт Маринетт. Как он старался найти Леди Баг, но оказалось, что вот она, совсем рядом, но теперь так далеко... Слёзы опять подступили, но он поспешно вытер глаза — не хватало ещё того, чтобы в школе кто-то заметил. На уроки он продолжал ходить, дабы хоть как-то отвлечь себя от плохих воспоминаний. Нино старался всячески поддерживать Эдриана, а вот Алья поддержива его, как Нуар Бага. Так его стали называть, после того, как он стал носить оба талисмана. Поддержка друзей и парижан не давала ему пасть духом. Но ещё было обещание ушедшей Миледи... Он не мог оплошать. Не мог подвести её.       Всё шло своим чередом, парень сидел на уроке, как вдруг с улицы издалека послышался шум.       — Новое нападение акумы... — подумал он, вставая из-за парты. К счастью, у него была отговорка на случаи нападения — отец попросил его уходить в уборную при каждой акуматизации, чтобы с подростком ничего не случилось. Мадам Бюстье была в курсе этого, так что вопросов не возникало. Эдриан спустился по лестнице, скрылся за поворотом и перевоплотилс и направился к месту, где происходил беспорядок.

* * *

Местом, где был злодей оказался дом несчастных родителей Маринетт. А злодеем был сам Монарх. Он чувствовал, что его конец близок, поэтому решил пойти на всё: Том и Сабин были его заложниками, запертыми внутри пекарни. Снаружи же был сентимонстр-динозавр, крушивший всё на своём пути и мешающий пробиться спецназу внутрь (в этой вселенной Феликс не рождался, так что талисман Павлина остался у Габриэля), а также акуматизированная Хлоя, которая мешала вертолётам высадить десант. Нуар Баг прибыл на место происшествия и вскоре понял, что это не случайно выбранное место... Это был вызов ему. За время сражения в одиночку, Эдриан научился рассуждать наперёд. Во время планирования своих действий, он заметил, как из-за угла одного из ближайших зданий, показалась Алья, которая сразу-же потянулась за телефоном.       — Ну конечно, она не упустил возможность заснять такое происшествия. — сказал вслух сам себе Нуар Баг.       Раз уж Сезар пришла сюда, то она сможет помочь помочь ему. Супергерой подобрался по верху к девушке, а затем спрыгнул с крыши и подошёл к однокласснице, аккуратно тронув её за плечо, но чуть не получил кулаком, ведь девушка знает, насколько она раздражает Монарха, так что неисключено, что он попытается подобраться к ней.       — Эй, полегче! — сказал Эдриан, ставя блок. Хоть он и в костюме, лишний синяк не нужен.       — А, это ты... — успокоилась Алья. — Я уж думала, что ко мне подобрался сам Монарх, или как он там себя теперь называет. — это было логичным, ведь за последнее время, она сильно осуждала того, что было правильным и было естественной реакцией на его террор.       — Послушай, времени разговаривать нет, мне нужна твоя помощь... Тебе нужно отвести динозавра лишь на время, буквально 10 секунд. А я прошмыгну внутрь,я должен знать, что родители... Бывшие родители Маринетт живы... — он был серьёзен как никогда. От старого Кота не осталось почти ничего, его заменил Нуар Баг. Эдриан вообще перестал радоваться. С уходом Маринетт из его жизни, ушла и вся его радость. Осталась лишь печаль и серьёзность.       — Да... — его грусть передалась ей, но лишь на секунду, ведь медлить было нельзя. — Я готова помочь. — она была уверенная, страха не было вовсе. Этим, она напоминала его Леди. В разных людях и вещах, Нуар находил сходство с Маринетт.       — Хорошо... Тогда за дело.       Алья выбежала из укрытия и крикнула динозавру-сентимонстру, отвлекая того       — Эй ты, вымершая ящерица! Я здесь! Я тебя не боюсь, ты никого не запугаешь! — девушка махала руками, дополнительно привлекая внимание тиранозавра. Тот, в свою очередь, купился на уловку и отошёл от входа в пекарню. Алья побежала прочь, а динозавр побежал за ней. Эдриан поспешил забежать внутрь, пока динозавр не вернулся, или его не заметила Анти-Баг.       Парень оказался прав, когда говорил про время. Хватило и 10 секунд. Алья, оглянулась во время бега и не заметила больше Нуара, значит — всё получилось. Она скрылась в проулке, куда огромный сентимонстр был не в силах протиснуться.

* * *

      Внутри пекарни был беспорядок, касса была разбита, как и прилавки. Повсюду были ошмётки выпечки.       — Вот сволочь. Монарх совсем потерял границы дозволенного... — подумал Эдриан, и опять вспомнил, как злодей поступил с его Леди. У парня проснулась злость и невиданное отвращение к нему, но пришлось успокоиться — лишние эмоции только отвлекут его внимание. Лучше, он выплеснит их в бою.       Супергерой поднялся на 2 этаж, где увидел связанных Тома и Сабин. У них также были закрыты рты. Эдриан тут же подбежал к ним и принялся развязывать их, а они начали что то мычать. Естесственно, это была ловушка, и герой знал это. Но он просто не мог позволить родителям любимой оставаться в таком положении дольше. Послышался тихий звук, который, к счастью уловили его кошачьи уши. Он быстро развернулся и отразил выпад тростью. Это оказался сам Монарх. В этот момент, Нуар уже развязал Сабин и Тома, потому те поспешили спуститься вниз.       — А знаешь, я нисколько не удивлён. — бесстрашно сказал герой. — Ты вовсе потерял рассудок. Сначале Маринетт.... Потом её родители... Я отомщу тебе за всё.       — Ещё посмотрим, кто кого. — сказал с маниакальной улыбкой Монарх. Спустя секунду он накинулся на героя. Началась последняя битва...       Обладатели талисманов дрались наравне. Габриэль постоянно использовал дополнительные силы, а Нуару приходилось использовать Котаклизм по несколько раз — за время борьбы в одиночку, ему пришлось быстро вырасти. Они крушили всё вокруг, постоянно атакуя друг друга. Эдриан хорошо удерживал позицию, ведь набрался опыта. В один момент стало заметно, что злодей устаёт, и сдаёт позицию, ведь он умирает. Уже только отражая атаки героя, Монарх забрался в комнату Маринетт, а Эдриан наступал. Злодей подгадал момент, когда можно будет отпрыгнуть назад, разрывая связку атак своего врага.       — Посмотри на себя... Ты еле стоишь на ногах, а ещё что-то пытаешься сделать. Ты не в силах победить. — боролся уже словесно с врагом Нуар Баг.       — Да, я слаб физически... Но моя цель будет выполнена! Любой ценой! — после этих слов злодей возобновил атаку с большей силой и скоростью.       Борящиеся дрались с ещё большим напором. Скорость их движений дошла до такого, что обычный человек, не обладающий суперсилами, не смог бы разобрать ничего. Ни злодею, ни герою не хватало дыхания, но они не сдавались. И вот, подгодав момент они оба сделали выпад в сторону противника.       Когда к ним пришло осознание того, что случилось, оба отшатнулись назад. Вот только Монарх упал на пол, прислонившись к стене. На его левом плече виднелась чёрная паутина. Он был третий раз задет Котаклизмом, и тёмное пятно расползалось по телу злодея. Нуар Баг же, прикрыл левую часть живота левой рукой, а правой опёрся на шест... Он тоже был ранен. Его почти проткнули насквозь, но он продолжал стоять на ногах.       — Чтож... Видимо... Кхе... — он кашлял чем-то чёрным, это были части его отмирающих органов. — Ты победил... Но вот... Ты тоже поражён мной... — Монарх понял, что победителем из этой битвы ему не выйти, но зато его проклятый враг тоже ранен.       — Может и так, но это не Котаклизм, так что я ещё смогу лет сто прожить... Перед тем, как ты умрёшь, я должен узнать, кто терроризировал Париж всё время, и кто забрал у меня мою Леди... Я хочу, чтобы ты полностью ощутил своё поражение...       Он подошёл, шатаясь, к злодею, тот попытался помешать своей тростью, но был слишком слаб, так что супергерой отбросил её в сторону и потянулся за талисманами. Вначале он снял все талисманы, которые украл Бражник, затем он снял брошь Павлина. Из снятых вещей вылетали освобождённые квами, которые скрывались за спиной у героя. Динозавр почувствовал, что освободился от влияния предыдущего хозяина и убежал прочь из города. Затем, Эдриан начал снимать последний талисман... И хотя злодей пытался помешать ему, у парня было больше сил, но пришлось отпустить рану, так что кровь пошла сильнее. Наконец, он оторвал от Бражника то, что он так не хотел отдавать... Трансформация спала, Хлоя потеряла силы, а последний квами получил свободу. Перед глазами юноши оказался...       — О... Отец?.. — юный Агрест не мог поверить своим глазам: перед ним оказался его собственный папа. С которым он бок о бок прожил всю жизнь. На глаза от разочарования сразу накатили слёзы.       — Эдриан?.. Мой мальчик?.. Но как?.. Неужели это был ты всё время... — Габриэль тоже не мог поверить в такое совпадение. На глазах мужчины появились капли слёз. Всё это время он боролся с сыном, убил любимую девушку своего сына... Зачем? Потому что хотел получить талисманы и оживить его мать... Сделать сына заново счастливым. Скорее всего, такого рода мысли были у Габриэля в этот момент.       — Но... Зачем?.. Зачем ты стал злодеем, зачем подвергал невинных людей опасности?! — на него нашла злость за то, каким оказался его отец.       — Я хотел вернуть её... Я видел, как ты скучаешь по маме, и хотел вернуть её для нас... Чтобы мы снова были одной семьёй... — ответил, тяжело дыша Габриэль.       — Папа, она умерла... Её не вернуть... Я понимаю, ты скучаешь по ней, я тоже. Но... В чём виновны все люби, которых ты акуматизировал? Чем виноваты те, кто был в опасности? Чем виновна Маринетт... — из его глаз пошли слёзы.       — Прости... Я... Я был зол, из-за того что не мог получить то, что так сильно хотел... И у меня рос гнев на вас, внутри души... Это была уже личная неприязнь... Одержимый целью, я совсем потерял себя... Стал... Злодеем по-настоящему... Мне правда очень жаль... Только сейчас я понял, какую ошибку я допустил. Прости меня, сынок... — он понял это только сейчас, когда узнал тайну личности выжившего героя, когда понял, что подвергал много раз сына опасности, и нанёс ему рану...       — Ты... Ты вправду говоришь это?.. — Эдриану было непривычно слышать такие слова от отца, да и слышать их от злодея, терроризировавшего целый Париж на протяжении нескольких месяцев, было не легче.       — Да, сынок... И я готов... Готов рассказать тебе тайну твоего происхождения... Мы с твоей мамой, не могли завести ребёнка долгие месяца, никакие лекарства не помогали. Поэтому мы прибегнули к магии... Ты — дитя, порождённое с помощью талисмана Павлина... Но ты всё также — живой человек! Магия лишь помогла вдохнуть жизнь в тебя.       Габриэлю это было очень тяжело это говорить, он не хотел затрагивать эту тему когда-либо, но чувствовал, что уход его близок так, как не был никогда. Он не мог уйти, не рассказав сыну тайну о его появлении на этот свет. Не мог не раскаяться перед ним.       Эдриан лишь молчал, переваривая услышанное. Ему сразу вспомнились моменты, когда отец говорил ему что-то делать, или наоборот: не делать, когда он был не в силах сопротивляться приказам отца. Причина болезни его матери была раскрыта. В этот же момент, он понял, что Натали была Маюрой. Всё встало на свои места. Пазл был собран, а ответы на вопросы были получены... Ему лишь оставалось принять правду такой, какая она есть и простить своего отца... И он простил.       — Я... Ты никогда не был так близок со мной, как в этот момент... Ты признал свои ошибки... Я надеюсь на это... Поэтому я готов простить тебя... Папа... — он говорил со слезами и улыбкой.       — Спасибо, Эдриан... Подойди ко мне, давай обнимемся, сынок...       Герой нагнулся к отцу и обнял его. Объятия были крепкими и настоящими.       — Спасибо тебе, сынок... Ты всегда был хорошим мальчиком, жаль, что я тебе это никогда не говорил... Я был слишком строг с тобой... Я люблю тебя, Эдриан... — сказал шёпотом Габриэль.       — Я тоже люблю тебя, папа...       Постепенно, объятие отца становилось слабее, пока и вовсе не ослабло полностью.

* * *

Эдриан аккуратно прислонил отца к стене, чтобы тот не упал, вытер слезу и осмотрел комнату. Она была всё также завершена его фотографиями, но добавились и фотографии с Маринетт, её фотографии, когда она была в образе Леди Баг, были развешены её рисунки и наброски платей. Смотря на это, и вспоминая свою подругу и любимую девушку в одном лице, парень немного улыбнулся. Он сгрёб все талисманы в ладошку, и хромая, держась за рану, опираясь на шест, поднялся наверх. На балкон. Где он часто проводил вечера как Кот Нуар, общаясь с Маринетт. Эдриан немного присел, оперевшись на стену, доставка из кармана ручку и бумагу, которую держал у себя на всякий случай. Парень что-то написал, а затем оставил листок, положив на него шест, дабы тот не улетел. Рядом с бумажкой он положил все талисманы, которые ранее, украл Бражник.       — Супер Шанс! — негромко сказал Эдриан, получая растягивающийся костюм, который впервые получила Леди Баг. — Ну конечно... Это даже символично... — далее, он подкинул предмет вверх и воскликнул:       — Чудесный Нуар Баг!       После этих слов, рой божьих коровок пролетел через дом, убирая беспорядок, вылетел на улицу, возвращая на места перевёрнутые и отброшенные автомобили, приводя всё в состояние, в котором улица была до нападения Монарха.       Он сел на заборчик и снял два талисмана, которые были на нём. Тикки и Плагг вылетели из них. Шест снова принял вид телефона.       — Эдриан, как всё прошло, ты избавился от акумы? — спросила Тикки.       — Да, я всё сделал... Как надо было. Моя цель выполнена, Бражник побеждён. — ответил с облегчением подросток, но радовалась только Тикки, Плагг был обеспокоен.       — Эдриан, ты же ранен! — за время общения с ним, квами и его хозяин стали хорошими друзьями.       — Это? — спросил парень, смотря на рану — Ничего страшного, небольшая царапинка. С этим разберёмся потом. Мне... Мне нужно рассказать вам кое-что... — он не хотел акцентировать внимание квами на его рану. Была вещь поважнее в этот момент.       — Я узнал кто был злодеем всё это время... Это — мой отец... Он хотел вернуть мою маму, поэтому ему так нужны были наши талисманы... — сказал Эдриан.       Маленькие существа не могли поверить в это. Спустя несколько секунд Тикки спросила:       — Где он сейчас?.. — ей было жалко Ареста, но она должна была знать, что ужас, который царил всё это время, точно закончился.       — Он? Его уже нет... Вы не переживайте, я справлюсь, мне не в первой... — говорил с задумчивостью парень. — Мне нужно сказать вам кое-что большее, чем это... Спасибо вам за шанс, который вы предоставили мне. За шанс стать героем, найти свою любовь. Пройти через многие испытания, вместе с ней... Спасибо тебе за поддержку, мой дорогой друг. — сказал с улыбкой, обращаясь к Плаггу Нуар.       — Парень... Ты это к чему?.. — ему было страшно слышать эти слова, особенно смотря на рану хозяина.       — Ты не переживай, всё нормально... А теперь... Оставьте меня ненадолго, хочу отдохнуть ото всего этого. Просто по наслаждаться победой... Пообщайтесь с вернувшимися собратьями и сёстрами. — уставшим голосом попросил Эдриан. Квами оглянулись и увидели украденных ранее друзей. Они радостно повстречали их. А затем обернули снова к Нуару.       Эдриан перелез через ограду, и сел так, как сидел обычно, в обличии Кота Нуара, приходя в гости к Маринетт. День подходил к концу, был красивый алый закат. Такой-же алый, как и его рана. Он наслаждался пейзажем, как вдруг почувствовал прикосновение к его плечу чьей-то лёгкой и нежной руки. Он обернулся. Это оказалась Маринетт. Она улыбалась, смотря на него.       — Я так скучал по тебе, Миледи... — радостно сказал Эдриан, накладывая поверх её руки свою.       — Я тоже соскучилась, Котик... Ты выполнил обещание... Ты спас Париж... Ты — большой молодец. — она погладила его по голове, а затем села рядом.       — Наконец-то этот кошмар закончился... Париж больше не будет в опасности... Квами свободны... — ему даже не верилось.       Сами же квами смотрели на них и тоже не могли поверить своему счастью. Но наблюдали за парой не только волшебные существа. Около них, рядом стояла и другая пара возлюбленных. Это был Габриэль и Эмили. Плагг уже не мог сдержать слёз, наблюдая картину, стоящую перед глазами:        Маринетт и Эдриан сидели молча. Начал приблизжаться звук полицейской сирены. Возлюбленные смотрели на закат. Агрест дышал полной грудью. Постепенно, его дыхание замедлялось. И вот, он сделал последний, самый большой вздох, замер на пару секунд, и спокойно выдохнул. Вместе с воздухом из его тела вышла и его душа. Тело юноши медленно завалились на бок, так и оставшись лежать, не падая на пол. Казалось, что Эдриан сильно устал и просто уснул.

* * *

      Алья спряталась в проулке и наблюдала за ситуацией. Спустя несколько минут, динозавр помчался прочь. Ещё, через некоторое, Анти-Баг стала Хлоей. Битва должна была быть законченной, но ничего не менялось.       — Может быть он дерётся с самим Монархом? — подумала девушка.       Спустя некоторое время, Алья заметила рой божьих коровок, которые вылетают после Супер Шанса. Нуар Баг должен был вот-вот показаться. Она подождала ещё некоторое время, но герой не приходил к ней, чтобы поблагодарить за помощь, хотя после победы, он всегда приходил к ней и говорил «Спасибо».       — Как-бы у него что-нибудь не стряслось... — подумала девушка и поспешила к пекарне.       Из соседнего квартала послышался звук сирены. Она зашла внутрь, но было тихо. Алья аккуратно поднялась на 2 этаж. Там тоже никого. Она обошла весь дом, но никого не было, поэтому она осмелилась подняться в комнату Маринетт, где однажды та, сообщила Алье, что она — Леди Баг. Девушка с ужасом прикрыла рот ладошкой, как бы сдерживая крик: к стене был прислонён Габриэль Агрест. Но хуже всего было то, что на нём была сетка из чёрной паутины — последствия применения Котаклизма. В голове сразу-же образовалась ужасная теория, в которую не хотелось верить, но она никак не могла быть опровергнута. Все улики вели к тому, что Габриэль Агрест — Бражник. Алья взяла себя в руки и отправилась в последнее место, которое не осмотрела — на балкон. Ведь Нуар Бага она ещё не нашла...       Поднявшись наверх, она увидела кого-то, лежащего на ограждении. Она подошла поближе и опешила. Перед ней был её одноклассник — Эдриан Агрест. Но как он тут оказался? Если его отец — Монарх, то он — Нуар Баг. Нет смысла не верить в это. Алья осмотрела юношу получше. Нижняя часть живота была вся красной, а дыхания не было. Ей стало безумно жалко Эдриана, на глаза выступили слёзы. Но ей помешали упоиться горем. Появилась Тикки, которая стала такой-же подругой девушке, как и Маринетт.       — Тикки, что тут стряслось?.. Почему тут он, и его отец?.. — говорила сквозь слёзы девушка. Она до сих пор не могла поверить в то, что такое может быть.       — Он успел оставить письмо для тебя... Оно вон-там... Он хотел, чтобы ты узнала всё из его слов... — квами указала на листок, который был прижат телефоном юноши.       Алья подошла к письму и стала читать его.

* * *

            Дорогая Алья,       Я знаю, что ты первая войдёшь в пекарню, и обнаружишь всё. Журналист — это не твоя будущая профессия, а твоё призвание по жизни. Ты всегда шла вперёд, вместе со мной и Леди Баг, помогая нам в обществе, помогая нам обрести поддержку граждан Парижа, несмотря на все наши ошибки. Я хочу поблагодарить тебя за всё, что ты сделала для меня, и рассказать о том, что я узнал недавно. Мой отец был Бражником всё это время... Причиной этому было то, что он хотел вернуть себе — жену, а сыну — мать... Во время своих злодеяний, он забыл себя, слишком заигрался с ролью злодея... Он признал это, и он раскаивается в содеянном. Он раскаивался передо мной... Я его простил. Я не знаю простит ли его когда-нибудь Париж, но мне очень хочется думать, что этот день наступит. Всё это время, я носил талисман Чёрного Кота, обладал силой разрушения. Я — Кот Нуар. Перед смертью, Маринетт отдала мне свой талисман и назначила меня новым хранителем шкатулки талисманов... Теперь, и я близок к концу, поэтому назначаю тебя новым хранителем. Ты достойна этого. Обо мне не переживай, я обрету покой, как и моя мать, как отец, и как Маринетт... Я буду с ними рядом. Рядом со своей семьёй. Я хочу, чтобы ты рассказала всему миру о том, кто носил какой талисман. Парижане должны знать правду. Пусть ты, и твои верные союзники будут помогать охранять этот чудесный город, и весь мир в целом от зла. Прощай, Алья. С наилучшими пожеланиями, твой друг

Эдриан Агрест