Кофе и японский

Аромат чёрного кофе давно въелся в мебель по всей квартире. Что уж там, казалось, воздух в ней пропитался этим запахом, сколько не проветривай. Вот только, сейчас он как будто стал сильнее...ах, да. Сессия. В медицинском. И не сказать бы, что у Фёдора были проблемы с учебой. Он идеально знал всё, что проходил за все эти три курса, разве что...японский. Скажи кому-не поверят, но у Достоевского даже в школе были проблемы с английским. И только он подтянул его, как на третьем курсе его настиг новый язык. Нужно же было умудриться поступить в единственный мед. России, где преподают японский. Он почти не отвечал на парах, но прилежно вел конспекты, посещал все лекции. Он честно старался. Но вот, через неделю экзамен. Можно было бы подумать, что он точно не сдаст, однако ж немного кофе и предыдущий бессонный месяц сделали свое дело, оставалось буквально несколько тем. Не то, чтобы остальные были идеальны, но он уже мог претендовать на твердую четверку. А если повезет с билетом, то кто знает... От учебника и очередного разбора значения иероглифа на ютубе студента отвлекает телефонный звонок. На него отвечают не глядя, кто ещё будет звонить в чертовы четыре утра.  -Федька!-голос высокий и до боли родной знакомый.-Ты опять не спишь? -Спал,-невозмутимо, пусть Фёдор изначально и знает, что.. -Врешь!-...что это бесполезно. Николай его слишком хорошо знает.-Японский?-голос неожиданно смягчается и, будто зная о головной боли брюнета, становится тише. В ответ слышится тихое мычание в знак подтверждения.-Спускайся. -Минус 26 на улице... -Спускайся. -Коль... -Я жду. -Нет, подож...Ты что?-хозяин квартиры подрывается с места, смотря в окно. И правда, прямо под ним стоит и машет Гоголь, глупо улыбаясь. Без шапки. Опять.-Ты мне скажи, ты-мазохист? -Ради любви можно и побыть им. ... Идиот. -Сейчас буду. И он не соврал, уже через пять-десять минут Федя выбегает из подъезда с черным шоппером на плече, в котором неизменно лежит термос, и с шапкой, которую натягивает на голову горе-филолога: -Сколько раз мне нужно просить тебя надеть шапку? -В твоей теплее! -Тебе подарить? -Нет!-Николай ярко улыбается, беря такого же горе-медика под руку.-Пойдем. Погуляем и помогу своему всезнайке с японским. -Это унизитель..-чужой локоть пихает Фёдора в бок. -Научись принимать помощь, тучка. -Хватит меня так называть. -Двадцать лет прошло, я не перестану,-Николай останавливается слишком неожиданно, отчего второй поскальзывается, падая в его объятия. Достоевский смотрит на того злобным взглядом, ну кто так делает? -Холодно, Коль..-его обрывают на середине предложения. Таким теплым, нежным, таким неловким поцелуем. И не было этих трёх лет стресса. Есть они и чужие холодные, потрескавшиеся губы с привкусом кофе. И к черту этот японский, все свои чувства можно выразить и на русском. Это главное. И этим главным будет привычное, нежное: -Люблю тебя...