Отказ

Женя понял. Понял абсолютно всё и сразу, как только увидел эти злосчастные 295,07 на первой и второй строчке. Понял, что как прежде уже не будет, понял, что Петя будет обижаться на него какое-то время, напрочь не воспринимая того факта, что за оценки ответственен не Семененко. Понял это, когда на него сорвались сначала в Ледовой арене, после пресс-конференции, а затем, накричали в номере отеля. Понял, но не понял, насколько далеко это может зайти, и насколько сильно повлиять на их отношения. Они возвращаются домой, в родную квартиру где-то на окраине Санкт-Петербурга. Женя, на удивление, выглядит спокойным, хотя скорее уставшим и замученным. Петя раздражён, его бесит каждое движение младшего, каждое его изменение мимики, каждый взгляд. Его в принципе сейчас бесит Женино существование. Вот и как железка с ленточкой заставила возненавидеть самого любимого человека? Семененко берёт на себя ответственность по готовке, чем и решает заняться практически сразу. Петю воротит от домашнего и расслабленного вида младшего. Чёрные трико, футболка с какой-то маленькой вышивкой в районе груди, слегка растрёпанные после самолёта волосы. Почему образ некогда напоминающий домашнего кота, сейчас воспринимается совсем иначе? Что произошло? Через какое-то время младший зовёт за стол. Заботливо приготовленная гречка с овощами не вызывает никакого аппетита, а может Гуменник не собирается есть из принципа. Мимо русоволосого этот факт не проходит. - Петь, если ты из-за чемпионата так расстроился, то не нужно, пожалуйста. В этом году даже на международные с пьедестала не поедешь. Да и не последняя Россия за твою карьеру, - Женино спокойствие выводит из себя ещё больше, хотя обычно всё с точностью, да наоборот. - да что ты говоришь! Да я и так постоянно позади тебя! Мне не хочется вечно с серебром на шее стоять! А тут даже баллы одинаковые, а всё равно ты первый! Тебя вообще не должно было на этом пьедестале быть, ты ни пригать, ни кататься не умеешь! - Гуменник вскипает, не контролирует свою речь. - Петенька, все считают, что должно было быть две золотые медали. И я так считаю. Ты ведь понимаешь, что я не винов... - Жене не даёт договорить хлесткая пощёчина. Очень болючая, в частности потому что прилетела она от самого дорогого человека. Петю это действие как будто отрезвляет, вся ярость моментально спадает, как только он видит отвернувшегося от него младшего, который прикрывает место удара ладонью. - Жень, я... - на этот раз договорить не дают уже Гуменнику, русоволосый поднимается с места, моментально удаляется в другую часть квартиры. Пете теперь стыдно до ужаса. Господи, как ему хватило совести поднять руку?! Старший и без того постоянно отрывается на возлюбленном, каждый неудачный старт вечно заканчивается юзаньем нервной системы русоволосого. Каждый Петин проигрыш - крики и скандал, каждая Петина медаль отличная от золотой - Женин стресс и нервотрёпка. Старший направляется следом, благо, дверь в ванную открыта. Женя стоит около раковины, видимо, старается ликвидировать последствия удара при помощи холодной воды. На щеке уже сейчас красуется ярко красный след от грубой кожи, а в некоторых местах и вовсе появилась кровавая сыпь. - Женечка, давай я холодное что-нибудь принесу, чтобы синяка то не осталось - Пётр старается говорить спокойно и мягко, и без того натворил делов - не надо - старший слышит в голосе еле-еле сдерживаемые слезы. Мало того, что огрел, так ещё и плакать заставил, браво, ничего не скажешь. - давай я посмотрю. Сильно болит? - старший делает пару шагов навстречу, но Женя отшатывается назад. Боится. Похоже, вдобавок, он ещё и доверие к себе подорвал целиком и полностью. Ну, было бы странно, будь по-другому. - н-не подходи ко м-мне, пож-пожалуйста - русоволосый пятится назад, закрывает голову руками. Неужели, настолько сильно испугался? - Жень, прости меня, я не хотел, это как-то само, на эмоциях получилось. Мне больно, обидно, ну и вот так... - то есть тебе больно, а мне значит нет?!- это звучит настолько резко, что Петя аж вздрагивает. - лучше бы я вообще снялся к чертовой матери, ничего не катал и на лёд не выходил ! Да ты хоть знаешь чего мне это золото стоило, а?! А ты мне даже толком порадоваться не дал! Я так то не меньше твоего пашу! - у фигуриста, судя по всему, начинается самая настоящая истерика, иначе такое поведение объяснить сложно. - я ненавижу этот спорт! Ненавижу, блять! Ни на одни соревнования больше не выйду! Ни за что! - парень истерит уже по полной, давая понять, что всё, пиздец, даже Женина железо-бетонная нервная система не выдерживает. - Женечка, я... - зачем ты до сих пор в отношениях со мной, если так ненавидишь, а?! - и это звучит так прямо, так в лоб, что Петю буквально бьёт под дых. Пока старший старается очухаться от данного вопроса, русоволосый уже оказывается в прихожей, накидывает куртку и натягивает кроссовки, вылетает из квартиры, хлопнув дверью так, что, кажется, сыпется штукатурка. Гуменник мог бы полететь следом, вымаливать прощение, ползать на коленях, но есть понимание, что Жене надо отдохнуть, надо отдохнуть от стресса, от перенапряжения, от Петиной дурной головы. *** Русоволосый возвращается аж через четыре с половиной часа. Ладно хоть, что вообще вернулся. Любимые глаза сухие, но красные и опухшие, значит успокоился совсем недавно. Взгляд уставший, замученный и до ужаса пустой, будто бы не Семененко вовсе выиграл чемпионат страны. И вправду порадоваться совсем не дали. Петя чуть ли не с порога лепечет извинения, получая в ответ лишь тихое «всё хорошо». И знает ведь, что всё совсем нехорошо. Если вечно лучезарный Женя сейчас выглядит так, как будто его просто выключили, то, в лучшем случае, приближается Армагеддон. Младший разувается, стягивает с себя куртку, после чего направляется на кухню. Гуменник идет следом. - ты где был? - это не упрёк, нет у Пети права упрекать возлюбленного в чем-либо - в Федерации - отвечает молодой человек, выуживая из шкафчика с таблетками обезболивающее ~голова болит~ первая причина, которая приходит Пете на ум - а зачем? - чтобы через 3 дня ты официально стал чемпионом России 2023 - Женя говорит с таким равнодушием, что Гуменника аж передёргивает. Он ничего не попутал? - погоди, ты же не... - старший не хочет верить в то, о чем сейчас невольно подумал - написал отказ от титула, да - младший заглатывает пару таблеток, а говорит настолько спокойно, что, кажется, будто бы это что-то само собой разумеющееся - Женя, очнись. Ты хоть понимаешь, что это крест на карьере? Тебя ведь теперь ни на один пьедестал не пустят, это ведь... - да плевать уже. Я с Мишиным договорился, послезавтра можно будет документы с Юбилейного забрать - юноша достаёт чашку и наливает в неё воды из кувшина, дабы запить таблетки. - погоди, в смысле забрать? - искренне не понимает Петя. Зачем? Какие документы? - не хочу больше кататься, надоело Повисает пауза, которая длится, кажется, вечность, но на деле же не более минуты. Младший так и стоит спиной к Пете, мелко подрагивает, крутя в руках пустую чашку. - Жень... - тихо окликает Гуменник, боясь напугать, или сделать хуже. - если я тебя обидел так сильно, что ты вот так вот всё сделать решил, то давай расстанемся, а. Ты этого пытаешься добиться? Петя замечает, что младшего трясёт ещё сильнее. Секунда, на пол летит чашка, разбиваясь с характерным звуком. Другая, и на пол опускается уже Женя, буквально падает на колени, закрывая лицо руками, сгибается от собственной беспомощности и уязвимости в данный момент. У него нет сил на борьбу, его не хватает на столько вот всего, всё таки ресурсы организма не бесконечны. Всё, хватит с него стресса. Гуменник усаживается за спиной возлюбленного, обнимает, прижимаясь ухом к району лопаток, слушает сдавленные всхлипы. Это длится несколько минут, а после по тишине квартиры разносится тихий голос - не хочу я с тобой расставаться, Петь, не хочу. Я тебя люблю, бесконечно люблю. Просто хочу,чтобы это всё закончилось, чтобы всё было хорошо. Чтобы ты счастлив был, и я тоже, - Женю, кажется, ломает окончательно, ломает бесповоротно, у него трещат не кости, а что-то намного-намного важнее. У него внутри бьётся хрусталь. Парень не кричит, не истерит, но это и плохо, это явно даёт понять, что сил на яркие эмоциональные реакции у младшего нет. - Мне уже никаких сил на борьбу не хватает, не могу больше, не могу. Всё, приехали, конечная... - всхлип получается до неприличия громким. Вот и почему он снова плачет? Выгорел. Выгорел от бесконечного комба институт-Юбилейный, от постоянных стартов, вечной беготни и перегрузок нервной системы. А Пете стыдно, стыдно, что он не заметил этого раньше, стыдно, что собственноручно подвёл к точке невозврата и буквально добил хлыстом по рукам и ногам. Женя больше ничего не говорит, просто продолжает сидеть, согнувшись на полу. Гуменник немного меняет положение тела, раскрывает руки, укладывает младшего в объятия, начинает аккуратно целовать в русые волосы. Женя не сопротивляется. *** Всхлипы успевают стихнут, эмоции отойти на второй план, но положение дел никто менять, видимо, не планирует. Петя продолжает целовать и гладить возлюбленного, а тот лишь прожигает тоскливым взглядом стену, продолжая лежать в любимых руках. Гуменник не знает, с чего они начнут завтрашний день, не знает, согласиться ли Женя на продолжение карьеры, но понимает одну-единственную вещь. Его простили. Простой закон, ему позволили быть рядом в тяжёлый момент, старший понимает, что со стороны русоволосого это достаточно значимый жест, ибо тот предпочитает переживать эмоциональные пики в одного. Не факт, что завтра будет лучше, не факт, что послезавтра, но они ведь прорвутся, не так ли?...