Нужность

Нужность… Что подразумевает человек под этим словом? Наверное важность себя в мире, среди дорогих людей, да хотя бы среди приятелей, человек нужен приятелям и неприятелям для чего то, просто что бы смешаться с людьми.Но он нужен. Крис была никому не нужна с восьми лет. С восьми лет и до 18 ее жизнь все больше и больше превращалась в жестокий Ад, в котором она обязана была выживать и не жаловаться.Терпеть боль, не быть бесполезной, быть важной, если не дяде, так себе, своим принципам и привычкам, которые глушились грубым вмешательством медицины, вероломным способом ломающей ее хрупкое тело, ее разум, заставляя плавится легкие и харкаться кровью. Она была не нужна ему. Она была бредовым подобием его сестры, собственной матери. За что расплачивалась собственным здоровьем. Утопая, ночами, в тумане кошмаров и просыпаясь в липком поту отчаяния.Она научилась не плакать, она научилась не бояться, она научилась быть вежливой с дядей, слишком вежливой, правильно-вежливой, холоно-вежливой, без тени улыбки, ломающей пухлые губы, при очередном всплеске способности.Это его бесило. Разрезая в мясо тонкое полотно кожи.Она уже тогда воздвигла алтарь, который заливала, в качестве извинения, собственной кровью с рук, пятная новое постельное, стены лавандовым аметистом окрашенные рубиновыми мазками скорби. Она была не нужна никогда и никому, однако, не делая из себя жертву, а принося их на алтарь собственных родителей, как плату за их утерянную жизнь и ее реальную.Она существовала в этом жестоком мире, обзаведясь «другом», незримой, черной тенью следующей за ней, как и она за ним, боясь потерять его из виду, перестать касаться, перестать чувствовать. Она стала не нужна и ему. Он столкнул ее в пропасть молчаливого отчаяния и принятия ненужности ему.Она теперь улыбалась, так ломанно и лживо, но принимала, хоть сердце и рвалось, бешеной лисицей, из груди.Она и ее выпускала, проигрывая.Ради него, проигрывая.Ради него, делаясь слабой. Слабой настолько, что позволила себя обмануть, загнать в клетку, влюбиться, поверить и дать обломать себе крылья, с хрипом падая к ногам своего Карателя, с усмешкой глядящего на ее попытки встать, слышала грубое: «Ты не сможешь.Смирись!» Она была ему не нужна никогда. Изначально была не нужна, только игра, только расчет, который толкнул, позволила толкнуть ее в лапы к Демону, она стала просто куклой из миллиона умерших душ, аметистово-злые глаза, маниакальная улыбка Властителя мира, шипящий гул голоса в ватных мыслях, покоящихся смятой бумагой в голове. Она позволила ему сделать из себя оружие. Любила ли она его? Нет.Никогда. Как и он ее.Выполнив свой план, наигравшись, позабавившись настолько, что стало скучно, он бросил ее, за что она себя проклинала, в первые снова мазками сердолика окрашивая несчастные руки… Пока рядом не появился огонь, теплотой согревающий, а не причиняющий боль и травмы.Горящие беспокойством, лазуритовые глаза, голос, родной и звенящий в беспамятной голове, набатом выстукивающие слова, значения которых Крис не понимала. Она была ему нужна! Не для игры, не для работы, не для забавы.Нужна живой.Он был ей нужен, тот, кто ее спас, кто был с ней все это время, Стражником Порчи преследуя и отметая врагов в стороны, не справившись только с двумя из трех.Он был ей безмерно нужен, только она об этом забывала, в судорожном вальсе танцуя с теми, кому было не до нее. Она распалась на мириады, утопая в сильных руках, чувствуя горячее тепло и кашляя, иногда, судорожно в платок, где рубиновыми мазками покоились капли крови.Она, прозрев, увидела еще одного человека, которому была нужна, сначала как одна военная сила, для исполнения прихотей, а потом как сильная и независимая девушка, с непокорностью и немым согласием несогласного в глазах.