Скажи ему

Это произошло внезапно. Они сидели за столом с картой, и в комнате резко стало жарко. Невыносимо жарко. Воздух завибрировал от напряжения. Братья в панике взглянули друг на друга, пока вспышка яркого света не заставила их прикрыть глаза. Звук, похожий на рассечение воздуха, сопровождался порывом ветра, который взметнул в воздух бумаги и книги вокруг них. Когда всё рассеялось, во главе стола стоял Кастиэль. – Кас! – закричал Дин. Кастиэль тяжело дышал, его грудь вздымалась. Он схватился за край стола и облокотился на него. Стул Дина упал на пол, когда он резко встал и бросился к Кастиэлю. Через мгновение Сэм оказался рядом с ним. – Кас, – снова сказал Дин, на этот раз мягче. Он положил руку на плечо Кастиэля, пытаясь успокоить ангела. Всё ещё задыхаясь, Кас взглянул на него. Он широко раскрыл глаза и улыбнулся. – Здравствуй, Дин. На долю секунды рот Дина дернулся вверх, чтобы повторить улыбку Каса, но беспокойство и замешательство остановили улыбку. Его брови сошлись вместе. – Ты... ты вернулся. Но как? Кастиэль попытался выпрямиться, но не смог. Братья положили руки ему на спину, не давая упасть. Он благодарно взглянул на них. – Я не совсем уверен. Я услышал голос... в Пустоте. Он велел мне бежать, и я бежал. И я оказался здесь. Сэм облегченно рассмеялся. – Значит, ты выглядишь так, будто пробежал марафон, потому что так и было. Кастиэль лишь улыбнулся ему. – В каком-то смысле. – Он перевел дыхание и снова попытался отпустить стол. – Спасибо, – сказал он, когда Винчестеры позволили ему встать. Он повернулся к ним лицом, и Дин тут же заключил его в объятия. Кас крепко прижался к Дину, вдыхая его знакомый запах. Дин уткнулся лицом в шею Кастиэля и прижался к нему ещё крепче. – Никогда, блядь, больше так не делай, – приглушенно сказал Дин ему в плечо. – Хорошо, – просто ответил он. Он отпустил ангела, и Сэм занял его место. – Ладно, – сказал Дин. – Это надо отпраздновать. Я приготовлю еду прямо сейчас. Ты голоден, Кас? Кастиэль на мгновение задумался. – Да, очень. – Замечательно. Это... – Дин сделал паузу, глядя в глаза Каса. – Здорово, что ты вернулся, дружище. С этими словами Дин резко развернулся и направился на кухню. Слово "дружище" эхом звучало в голове Кастиэля, когда он смотрел, как Дин уходит. – Эй, чувак, правда, – сказал Сэм. – Рад тебя видеть. – Хм, – ответил Кастиэль, всё ещё глядя на то место, через которое Дин вышел из комнаты. Его уход был быстрым. Как будто он от чего-то убегал, подумал Кас. Сэм заметил, что Кас уставился на это место, и тоже повернулся посмотреть. – Знаешь, по-моему, это первый раз, когда он готовит еду с тех пор как... Да. – Кастиэль повернулся к Сэму. Он смотрел вдаль, уже не обращая внимания на дверной проем. – Он... Ему было так плохо без тебя. Кастиэль не хотел причинять Дину ещё больше боли. Его захлестнуло чувство вины. Он даже не смог правильно пожертвовать собой. – Он рассказал мне о том, что ты сделал, – продолжил Сэм, глядя теперь на Каса. – Спасибо. Кас сделал паузу. Действительно ли Дин рассказал Сэму о том, что он сказал в свои последние минуты жизни? Возможно, он сосредоточился не на том. Он должен ответить на благодарность, выраженную на лице Сэма, но слова Сэма могут помочь ему понять, почему Дин себя так ведет. – Что он тебе сказал? Да, возможно, это было не то, что нужно было сказать в данной ситуации. Однако Сэм растерялся, но ответил достаточно легко.   – Он сказал, что ты заключил сделку? И Пустота пришла и забрала Билли и тебя. Ты спас Дина. – Он больше ничего не сказал? – Нет. Наверное, ему было, ну, не знаю, слишком больно говорить об этом? Серьёзно, Кас. Он действительно был в очень плохом состоянии. Как и всегда, когда ты умирал. Кас расширил глаза. Как и всегда? Кас считал, что его отсутствие не очень то и беспокоило Дина. Он всегда казался нормальным, когда Кас возвращался. Если то, что говорит Сэм, правда, а у Каса нет причин сомневаться в этом, значит, Дин страдал. – Но, – продолжил Сэм, – ты вернулся. Как и всегда. – Последнюю часть он сказал с благоговением в своем голосе. Внезапно, словно проверяя, настоящий ли он, Сэм крепко обнял Кастиэля. Кас сжал его в ответ. Сэм отлично умеет обниматься. – Я скучал по тебе, – сказал Кас, когда они отдалились друг от друга. Это правда. Сэм хлопнул его по плечу. – Я тоже по тебе скучал. И Дин скучал. Кастиэлю нужно было ещё немного подумать об этом. Изнеможение охватило его тело (физическое или душевное, он не мог определить). Сэм, должно быть, заметил это, потому что крепче сжал его плечо, чтобы помочь ему успокоиться. – Ты, должно быть, устал после... того, что случилось. Кас выбрал легкий путь и согласился. – Да, наверное. Я собираюсь немного отдохнуть в своей комнате. – Конечно. Она в том же виде, в котором ты её оставил. Кастиэль знал, что в комнате было не так уж много вещей - у него их почти не было. Но всё равно на сердце потеплело от осознания того, что Винчестеры оставили всё как есть. Как будто они всегда думали, что он вернется. Что, честно говоря, было логично. Прецедентов для такого предположения было предостаточно. Как сказал Сэм, он всегда возвращался. – Спасибо. Не мог бы ты позвать меня, когда ужин будет готов? – Да. Отдыхай, – сказал Сэм, отпустив плечо Кастиэля. Когда Кастиэль дошёл до своей комнаты, он сел на кровать, положил голову на руки и сделал глубокий вдох. Затем он попытался собраться с мыслями. Почему Дин не рассказал Сэму о его признании? Ему было стыдно, что он услышал эти слова? Стыдился ли он Каса? Хотел ли он забыть об этом? Засунуть это под ковер, притвориться, что этого никогда не было? Вернуться к тому, что было до того, как Кас признался ему в своей нерушимой любви? Каждый из этих вопросов ещё больше ввергал Кастиэля в отчаяние. Но он не собирался этого показывать. Он собирался притвориться, что этого тоже не было. Он так долго держал свои чувства в тайне, что мог бы продолжать это делать. Он привык к этому. По крайней мере, он так думал. Но теперь, после того как он наконец открыл шлюзы этими тремя словами, возможно, он больше к этому не привык. Даже мысли о том, что ему придется сдерживать свои эмоции, выматывали его. Ему нужно время, чтобы собраться с мыслями и вернуться в состояние того, кто никогда не признается. Как и хотел Дин. К счастью, у него есть время до того, как будет готов ужин. Потом кто-то постучал в его дверь. Похоже, времени у него не осталось. – Ужин уже готов, Сэм? – спросил он, вставая. – Вообще-то, это я, – ответил Дин, открывая дверь. Он сосредоточено смотрел на тарелку в своих руках, наполненную разогретыми остатками еды. – Сэм сказал, что ты устал, и я решил принести тебе что-нибудь на случай, если ты просто захочешь поспать и не будешь ждать... Он оборвал себя, взглянув на Кастиэля. Кас стоял посреди комнаты, переполненный силой и эмоциями, Дин явно не понимал, чего от него ждать (если честно, Кастиэль тоже). Поэтому Дин просто остановился на полуслове и уставился на ангела. Затем эта энергия исчезла. Кастиэль был твердо намерен не позволять своим чувствам диктовать ему условия или разрушать его отношения с Дином. Если Дин не хочет говорить об этом, то и Кастиэль не хочет. Он успокоил себя и улыбнулся Дину. – Теперь я в порядке. Я приду на кухню. Кастиэль начал идти к двери. Дин поднял свободную руку. – Ещё не всё готово. Если ты не будешь спать, значит, у меня есть работа. Кастиэль вздрогнул. Дин это заметил. – Я зайду за тобой позже. – Он поставил еду на стол. – Но ты должен съесть что-нибудь на случай, если ты заснешь. Кастиэль почувствовал, как его сердце переполняется. Дин показывал, что ему не всё равно, такими вот маленькими жестами. И Кас знал, что Дин заботится о нем. Он знал. Но он хотел знать, как далеко это зашло. Кастиэль уставился на еду, поэтому не заметил, как Дин вышел из комнаты. – Я рад, что ты здесь, – проговорил Дин через почти закрытую дверь. По голосу было похоже, что он вот-вот заплачет. -- Через некоторое время Дин вернулся, чтобы сообщить Кастиэлю, что ужин готов. К этому времени Кастиэль уже принял решение. Он не собирался игнорировать это. Он собирался спросить. Дин стоял в дверях. – Всё готово, – сказал он, показывая большим пальцем через плечо. Кас подошёл и схватил Дина за воротник куртки, втащив его в комнату, прежде чем отпустить. Он захлопнул за собой дверь. Дин раскинул руки, пытаясь восстановить равновесие. – Кас, что... – Почему ты не сказал Сэму? – спросил Кастиэль. – Что не сказал? – Дин поправил свою куртку, не глядя на Кастиэля. Кас пытался поймать его взгляд. – Не надо, Дин. Ты знаешь, о чем я. – Не знаю, знаю ли я. – Почему ты не сказал Сэму, что я сделал, чтобы призвать Пустоту? Дин всё ещё не мог смотреть на него. – Это было неважно. Он спросил, что случилось, и я сказал, что ты... пожертвовал собой, чтобы спасти меня. Это было... – Почему ты не сказал Сэму, что я сказал? Что я люблю тебя? – Кас изо всех сил пытался сдержать свой голос, но он был в нескольких секундах от того, чтобы закричать. – Почему ты опустил эту часть? Дин наконец-то посмотрел на него. Он выглядел таким маленьким. Почти испуганным. Но с чего бы ему бояться? Прошли годы с тех пор, как он по-настоящему боялся Каса, с тех пор, как они стали друзьями. Значит, возможно, он боится чего-то другого. – Тебе было стыдно за мои чувства? – спросил Кас. – Нет. – Значит, ты смущался? – Нет! Нет, нет. – Тогда что, Дин? – Я не думал, что ты захочешь, чтобы я кому-то рассказал, – ответил Дин, его голос звучал так тихо, что Касу пришлось придвинуться ближе, чтобы услышать его. – Что? – Я думал, ты захочешь иметь возможность вернуть всё назад, – огрызнулся Дин, уже гораздо громче. – Я подумал, что ты просто сказал то, что тебе было нужно, чтобы призвать Пустоту, и если я никому не скажу, ты сможешь просто... сказать, что ничего не говорил. У тебя был бы выход. Ты не... – Дин резко выдохнул и сделал паузу. Его кулаки сжались по бокам. – Ты не хотел этого. Кастиэль был потрясен. – Дин, ты действительно... Затем он остановился и внимательно посмотрел на Дина, на то, как он сжал кулаки и челюсти. Он выглядел так, будто находится на грани слёз. Несмотря на это, в нем была и надежда. Может быть, где-то в глубине души он верил, что Кастиэль имел в виду это, но он не позволял этому прервать десятилетия ненависти к себе. Он считал себя недостойным любви, тем более любви такого небесного существа, как Кастиэль. – Ты действительно в это веришь, – сказал Кас. Это не был вопрос. А потом всё стало ясно. Дин боится, что он прав. – Потому что это правда. Как ты можешь так думать? Всё, что ты говорил обо мне, всё это не было настоящим. – Слёзы полились ручьем, и Дин сделал взволнованный вдох. – Ты... ты удивительный, Кас. Ты ангел чертова Господа... а я просто... Я. Кас осторожно сделал шаг вперёд. Дин наблюдал за движением его ног, не делая никаких собственных шагов. Кас сжал руки Дина, вдавливая пальцы в тугие кулаки охотника, чтобы расслабить их. И Дин расслабился. От самого прикосновения Кастиэля Дин расслабился. – Именно за это я тебя и люблю. Ты - это ты. Пустота не пришла бы за банальностями. Я имел в виду каждое слово. – Кастиэль наклонил голову, пытаясь поймать взгляд Дина, но тот упрямился. – Дин, посмотри на меня. И Дин посмотрел. Его глаза были расширены, в них блестели слёзы и надежда на то, что это реально. Что это всегда было настоящим. Кастиэль более чем счастлив убедить его в этом. – Уверяю тебя, Дин Винчестер, я люблю тебя. Дин поднял их руки вверх, положив ладони Каса себе на щеки. Он скользнул руками вниз, чтобы взять Каса за запястья. – Да? – спросил он. – Да. – Хорошо. – Он сделал глубокий вдох. – Потому что я тоже тебя люблю. Кас улыбнулся. – Хорошо. Поцелуй - к которому они шли годами - мог бы быть более страстным, но они оба устали. Кас, от того, что выбрался из Пустоты, Дин - от разговоров о своих чувствах. Отстранившись друг от друга, они просто стояли и обнимали друг друга, пока Дин не заговорил. – Была ещё одна причина, – сказал он. – О? Дин приобнял Каса. – Я хотел сохранить это для себя. То, что ты сказал. Как будто если я не скажу никому другому, это будет только для меня. Кас бросил на него многострадальный взгляд. – Держу пари, ты думал, что это романтично. – Ну, да, разве нет? Ты весь мой. – Дин самодовольно ухмыльнулся и прижал Каса ближе. Кас закатил глаза. – Дин, я хочу всем рассказать. Я хочу - как там говорится - кричать об этом с крыш. Мы всё это время держали это в себе. Держали в тайне даже друг от друга. Мы должны поделиться, тебе не кажется? – ...Хорошо, да. Так будет лучше. – Послушай. – Он взял Дина за лицо и прижал их лбы друг к другу. – Если бы я мог подключиться к ангельскому радио, я бы сказал всей вселенной: Дин Винчестер любим.