В пригоршне

      — Смотри куда идёшь!       — Ты наступил почти на всё.       На самом деле, вовсе даже не на всё, верней наоборот — почти ни на что, и Маглору, который здесь прошёл не так давно, они ничего не сказали. А потому что Маглор не обиделся бы. И Маглор сам склонился и сел, безо всяких лишних окриков, и сам расспросил:       — А почему у вас везде собаки? Вместо стражей, да? Да, точно, стражей маловато. Потом сделаем побольше.       Он часто так обещал — найдём, посмотрим. Обычно это означало: «Что-то сделаем с вами вместе». А там как было, с этими фигурками: лошади, лошади, собаки, собаки, всадники — и почему-то две овцы. Овец они отложили. И этого мало, конечно, чтобы строить город и тем более чтобы город населить, и всё равно. И горы вокруг можно устроить из подушек. И дома из книг. И Маглор даже не сказал, чтоб с книгами они были поосторожней — поправил крышу дома совещаний, да и был таков. Может, даже не понял, что поправил.       А Маэдрос… Это так странно — даже если голову задрать, пока сидишь на полу, он всё равно будет высокий. Где-то там, у потолка. И когда в эту высоту кричишь: «Ты наступил…», ну или говоришь, это неважно — голова кружится немного, будто прыгаешь в море тоже с высоты. И дух захватывает. А оттуда, от потолка, обязательно откликаются:       — А вы не играйте где попало.       И не страшно. Вот он всегда что-то такое говорит, даже если его дразнить — ну, что-то скучное как будто бы. Но иногда…       — Это комната Маглора.       — Угу. Не детская же. Ещё в мой кабинет придите.       — Можно?       — У вас брешь в западной стене.       — А там заклятие.       На самом деле, просто не на всю стену хватило, и они с Элросом ещё не сразу договорились — какие строить. Не нарисовали сперва. Но это же ещё искать, на чём нарисовать, и чтобы никто ничего не успел там написать бы…       — Завеса, что ли?       — Нет. Ты просто не зайдёшь.       Маэдрос опустился на ковёр. Вообще тут раньше не было ковра, недавно появился. А Маэдрос взял овцу и занёс прямо над стеной, в том самом месте. Ждал.       — Она не может пройти.       — Точно? Никогда?       И тут же надо что-то отвечать теперь про условия. И так старательно смотрели на овцу, что даже Маглора не услышали, а обычно всегда ждали. Но тут овца так и парила над этой стеной, ни наружу, ни внутрь. Застряла. Бедная.       — Майтимо! Не мешай детям играть.       — Он не мешает! Просто мы не объяснили.       — Да почему я вообще всех вас нахожу не там, где вы должны быть! Что вас двоих, что тебя…       — Напомните потом, — сказал Маэдрос и встал, — подскажу что-то. Если захотите.