Тебе не буду

      В цветочном магазинчике из комнаты персонала шумел чайник, пока из основного зала доносилось шуршание коробок с ленточками и пёстрыми упаковочными бумагами. В самом помещении стояла какофония запахов разных цветов, что уже гордо и напоказ выставили свои цветные лепестки в предназначенном для них холодильнике.       Сынмин вскрывал очередную коробку с украшениями для букетов и параллельно с этим пускал сверкающие молнии на своего коллегу и друга Феликса, что стоял за стойкой, уперев подбородок в кулак, и через широкие прозрачные двери мечтательно наблюдал глазами-сердечками за соседним зданием, на первом этаже которого располагалась студия-тату «3TATYRACHA».       Тату-мастерская не так давно появилась среди дорогих кафе и ресторанов, модных бутиков и прочих конкурирующих между собой заведений. Помещение продолжительно долгое время пустовало или находилось в недолгой аренде какой-нибудь частной лавочки, но быстро разорялась и съезжала. Но, после того, как трое друзей выкупили площадь, провели ремонтные работы и прочее, многое изменилось. Несмотря на мрачную атмосферу среди ярких и блестящих вывесок, студия привлекала к себе не меньше внимания и пользовалась огромной популярностью, а цветочный магазинчик, стоящий напротив, тихонечко следил за новоиспечённым делом.       В самой студии работали три талантливых и опытных в своём деле мастера по татуировкам — Бан Чан, Хан Джисон и Со Чанбин. И именно за последним так внимательно и влюбленно наблюдал Феликс.       Как и когда это произошло, Сынмину было сложно сказать. Потому что ему казалось, что началось всё не так давно, но порой мнение быстро менялось и появлялось ощущение, что этот влюблённый идиот чуть ли не со школы штудировал социальные сети Со с его эскизами, в сто-тысячный раз перелистывая давным-давно изученную от корки до корки ленту фотографий.       Наверное, Сынмину никогда не понять своего коллегу и друга. Ну, правда!       Ведь у Феликса было всё, что могло только понадобится в этой жизни — хорошая работа с удобным графиком, лучшие и понимающие друзья, отличная учёба и белый котик, который верно ждал его дома на мягкой подстилке — не было и дня, чтобы флорист не рассказал о своём горячо любимом питомце Киму.       Кто-то — Сынмин, поскольку больше никто не знал о чувствах Ли, — скажет, что лучше уже быть не может, но Феликс это опровергнет — и всегда будет. Ведь, как говорил он сам, если бы в его жизни появился симпатичный тату-мастер, работающий через дорогу, то она бы стала в сто тысяч раз превосходней и идеальней.       Но, увы, этому не бывать… потому что Ли Феликс настоящее ссыкло!       Столько времени прошло с ремонта и открытия тату-салона, а он всё никак не решался перейти две дороги и аллею между ними и познакомиться. Сынмин одновременно сочувствовал Феликсу и ненавидел его трусость. «А вдруг я ему не понравлюсь», «Может, он посчитает меня дураком?», «Да у него по-любому кто-то есть!» и прочие похожие фразы вызывали у Кима подёргивание глаза и желание наорать на коллегу. Он не видел никаких проблем, чтобы сходить да попытаться. Ну, подумаешь, отвешают отворот-поворот, с кем не бывает? Сынмин даже готов подставить плечо для ревущего и разочарованного в любви друга. Но… Феликс действительно отреагирует именно так и будет долгое время грустить.       А он точно будет — Сынмин его как облупленного знает! Потому просто тяжело вздохнул и спросил:       — Так и будешь продолжать?       — Что продолжать? — Не отрывая глаз-сердечек от двери, уточнил флорист.       — Смотреть и ничего не делать.       Феликс тут же опустил взгляд на столешницу и закусил губу. Дымка влюблённости исчезла и на её месте оказались обида и печаль.       И так всегда.       — Ну, правда, Ликс, — продолжил Ким и, оставляя коробку в покое, подошёл к стойке. — Мне надоело следить за твоими страданиями.       — Я не страдаю, — возразил Феликс. — Просто Чанбину…       — Лучше замолчи, пока я тебя не стукнул, — предупредил Сынмин, и Ли вновь загрустил, вызывая у коллеги очередной вздох.       И почему у влюблённых всё так сложно?       Кнопка чайника громко щёлкнула, оповещая о своём вскипании, и Сынмину пришла, может, не самая гениальная, но какая-никакая идея, как помочь другу. Он зашёл за стойку и взял Феликса за руку, подцепляя ключи и табличку со словами: «Обеденный перерыв».       — Минни, ты чего? — Уже на улице насторожился Феликс, пока флорист вещал предупреждение и закрывал прозрачные двери на замок.       — Да так. Решил помочь другу с любовными делами, — ответил Ким и, вновь взяв друга за руку, повёл их в сторону дороги.       Пока не было машин, они быстро перебежали на аллейку. Феликс не сопротивлялся, а больше словесно возмущался, но Сынмин не слушал его и мечтал поскорее со всем этим закончить.       — А что мне ему сказать? — Феликс начинал волноваться и тормозить, теперь пытаясь выбраться из плена.       Сынмина это не устраивало.       — Скажи, что хочешь набить тату — ты же планировал, — только сделаешь это прямо сейчас.       — Чего?!       — Небольшое. Цветочек там, или солнышко — главное маленького размера.       — Но у меня нет денег с собой!       Пришлось остановиться и подумать, ведь Ким позабыл, что они вышли из магазинчика прямо так: в белых рубашках с закатанными по локоть рукавами и коричневых фартуках — рабочая форма. Немного поразмыслив, Сынмин хитро блеснул глазами на Феликса и ухмыльнулся, напрягая этим друга.       — Пока тебе будут бить татуировку, я сбегаю за твоим кошельком, а ты поговоришь с Чанбином, познакомишься с ним, на свидание позовёшь.       — Почему ты такой жестокий, Ким Сынмин? — Захныкал флорист и обиженно скривил лицо.       Флорист засмеялся.       — Я не жестокий, а просто добиваюсь того, чтобы мой друг стал счастливее, — улыбнулся и подмигнул Сынмин, вызывая у коллеги лёгкий румянец и глупую, но такую довольную улыбку.       Они вновь перебежали через дорогу и сразу открыли дверь студии.

° ˖ ✧ ✿ ✧ ˖ °

      Звон колокольчика оповестил о прибытии посетителей. Чан и Чанбин, сидящие на кожаном диване, потягивая остывший кофе, одновременно повернули головы на двух парней в одинаковых одеждах.       Чан аж подавился, не ожидая, что увидит в их скромном и пестрящем всеми оттенками чёрного заведении флористов, работающих через дорогу. Чанбин остался невозмутимым, но нервного сглотнул. Откуда-то сбоку, где стояли кресла для процедур, послышался смешок и сразу же после тихое и грозное предупреждение: «Будешь дёргаться, я тебе вместо кота жопу набью».       — Добро пожаловать в тату-салон «3TATYRACHA», — подскочил с дивана Чан и расплылся в дружелюбной улыбке, складывая ладони в замок. — Чем можем вам помочь?       — Здравствуйте, мой друг хочет набить у вас татуировку, — объяснил высокий парниша с крашенными под цвет карамели волосами и кивнул на своего друга. — Вы же сможете это сделать за пол часа?       — Э, зависит от размера и трудности узора, — пояснил Бан, не отрывая глаз от парниши под хихиканье и бубнёж со стороны кресел.       — Мой друг хотел себе небольшой цветочек на запястье, не так ли, Ликси?       Ликси тягучей и сладкой патокой растеклось по грудной клетке Чанбина, вызывая щекотку от кончиков крылышек появившихся бабочек в животе.       Ещё с самой покупки площади для их с ребятами будущей мастерской Чанбин увидел парня, на тот момент с блондинистыми волосами, среди пестрящих бутонов цветов. В тот день в их магазинчике была поставка и вся эта красота стояла на улице под солнечными лучами, а среди неё флорист с яркой и мягкой улыбкой. И эта улыбка сразила сердце Со наповал и заставила каждый день невзначай проходить или останавливаться перед окнами студии, чтобы позалипать на милашку-флориста через две дороги и аллею.       Друзья, конечно же, смеялись над ним и чуть ли не тапками гнали идти знакомиться. Но Чанбин не шёл, считая, что флорист слишком идеальный и недосягаемый для такого человека как Со — простого, неинтересного, без образования и зарабатывающего на жизнь любимым делом. Неудачник.       — Д-да, у меня была одна идея, — болванчиком закивал парень и достал телефон из заднего кармана штанов.       Он дрожащей рукой протянул мобильный Чану, и тот, прищурившись, рассмотрел дисплей, а затем угукнул и сказал:       — Такие миниатюры не по моей части, да и цветами у нас только Бинни занимается… так что это к нему.       Чан развернулся, подмигнул другу и ушёл к креслам, где Джисон набивал татуировку кота на плече Минхо.       — Предатель, — пробубнил Чанбин, прекрасно зная, что миниатюры очень даже по лживой части коллеги, и подошёл к флористам.       Он поправил очки на переносице и взглянул на экран, сразу же узнавая свой эскиз тонкой голубой гортензии, затем посмотрел на парня перед собой. Тот явно нервничал и безжалостно кусал пухлую губу, покрываясь лёгким персиковым румянцем и пытаясь это скрыть за отросшими лазурными волосами.       Ну, что за прелесть?! Да он сам как та гортензия — нежный, чувственный, восхитительный!       — Нет, тебе не буду, — вырвалось как-то само по себе, да так, что Чанбин сначала даже сам не понял, что сейчас сказал.       — Что? — Недоумевал флорист, хлопая большими глазами, пока кадык ходил туда-сюда.       Вместе с Ликси удивились и остальные присутствующие, кроме Джисона, просто тот слишком занят обводкой чернил. Только коллега парнишки нахмурился, глаза так и горели адским пламенем, сжигая Чанбина до мелкой пыли, а затем он резко схватил друга за руку и, тихо ругаясь, направился к двери.       Смысл собственных слов дошёл до Со только, когда флористы скрылись за стеклянными дверьми под громкое и раздражённое: прощайте! Именно тогда Чанбин осознал, какой он идиот. Влюблённый идиот.       — И премию «Лох года» получает Со Чанбин, который профукал свой шанс познакомиться с красавчиком флористом! — не удержался от стёба Минхо, изображая овации зрителей, и хотел даже похлопать другу-неудачнику, но получил подзатыльник от Хана и угрожающее:       — Я тебе щас кота с гениталиями набью и не на руке, а на лбу!       Угроза подействовала и насмешек больше не было, но Чанбину легче не стало.

° ˖ ✧ ✿ ✧ ˖ °

      Настал следующий день.       Феликс доделывал заказ, пока Сынмин убирал стол после обеда в комнате для персонала. Флорист шмыгал и часто вытирал нос от скопившихся капелек солёных слёз.       Ему всё ещё грустно.       После того как флористы покинули студию-тату, Феликс прямо на аллеи начал плакать под возмущения Сынмина, что проклинал Чанбина на чём свет стоит и что-то бубнил про Бан Чана. Но это длилось недолго, всё-таки его друг очень громко хлюпал носом.       Киму пришлось прямо посреди улицы успокаивать коллегу, как маленького ребёнка, вести его к магазинчику и поить чаем, потом работать оставшиеся рабочие часы одному, поскольку никому не хотелось распугать клиентов красным и опухшим лицом Ли. Феликсу было крайне неловко перед другом, особенно когда Сынмину даже пришлось поехать к нему домой и остаться там на ночь, чтобы Ликс мог обнимать его вместо подушки под мягкое и успокаивающее мурчание кота и рассказывать о переживаниях.       Ведь Феликс думал, что отказ произошёл именно из-за него, его внешности.       — Неужели я настолько некрасивый? — всхлипывал ночью флорист, размазывая влагу по футболке друга.       — Ты дурачок, Ликси, — поглаживая спину друга, ответил Сынмин. — Ты очень красивый, просто Со не увидел этого — хотя он был в очках. Слепошара.       Так прошла ночь и часть утра. Феликсу стало лучше — правда, — но слёзы обиды продолжали наворачиваться и скатываться по щекам с веснушками и их приходилось постоянно вытирать.       Ничего, Феликс переживёт. Жизнь ведь на этом не заканчивается — так флорист себя успокаивал, чтобы перестать плакать, и чтобы лицо не опухло также, как глаза от слёз.       Стеклянная дверь мягко отворилась под звонкий звук колокольчика. Феликс как раз довязывал ленту букета и решил обслужить посетителя сразу же после. Он поставил букет в ведро с водой и развернулся к клиенту с приветливой улыбкой, что тут же сползла с его румяного лица.       Перед ним стоял Со Чанбин с вьющимися каштановыми волосами и заведёнными назад руками. Сегодня он был без очков и в чёрной маске, но она была стянута вниз, стоило флористу повернуться к нему.       — Привет, — начал тату-мастер, неловко растягивая губы в улыбке и переминаясь с ноги на ногу.       Он определённо чем-то взволнован.       — Здравствуйте, — вежливо поприветствовал Ли, — вы пришли за цветами?       — Не совсем, — уклончиво ответил посетитель, — я… хотел извиниться перед тобой.       От удивления и неожиданности губы Феликса раскрылись, а на щеках почувствовалось лёгкое тепло.       — За вчерашнее, — добавил Чанбин и из-за его спины показался небольшой букет с голубой гортензией в бледно-розовой упаковке и гордо возвыщающимися по краям декоративными розочками жемчужного цвета. — Мне правда стыдно за мою фразу.       Тату-мастер протянул цветы впавшему в ступор Феликсу, который испытывал бурю эмоций внутри себя — от горькой радости до стыдливого эгоизма. Флорист принял букет и вдохнул приятный аромат, ощущая горячее пламя на щеках.       — Спасибо, — он смущённо замолк, а затем спросил: — но почему ты вчера так ответил?       Чанбин заметно покраснел.       — Ты и сам как цветочек, — эта фраза вызвала новый поток огня на щеках скромного Ли. — Такой же идеальный и нежный, потому я не видел смысла делать тебе татуировку. Она была бы лишней.       — Ничего подобного! И я далеко не такой, — возразил Феликс, пряча красное-красное лицо за букетом — комплименты всё же засмущали флориста.       — Может, ты дашь мне возможность в этом убедиться за чашечкой кофе?       Феликс расплылся в счастливой и глупой улыбке, но она тут же оказалась закушенной.       — Я бы с удовольствием согласился, но меня ждёт работа и…       — Да иди ты уже! — Донеслось с комнаты персонала. — С тебя смена!       Услышав предложение друга, флорист радостно выскочил из стойки с цветами на перевес и схватил растерянного от такой реакции Чанбина за кисть, ведя их к выходу.       — Минни, ты самый лучший! — Поблагодарил Феликс и под громкое: «Я знаю», — выскочил из магазинчика цветов, прямо в рабочей одежде, на долгожданное свидание с парнем, работающим напротив мастером татуировок.       И оно будет далеко не последним.

° ˖ ✧ ✿ ✧ ˖ °

      С закрытия магазинчика прошло двадцать минут.       Сынмин уже закончил с уборкой и переоделся в свою обычную одежду, как вдруг дверь с привычным звоном впустила нового клиента.       — Простите, но мы уже закрыты, — устало сказал Ким, выходя из комнаты персонала, и наткнулся на Бан Чана. — Ты чего здесь?       На лице Чана была его неизменная дружелюбная улыбка.       — Пришёл с предложением подвести тебя до дома, — ответил он.       — Спасибо, но в услугах такси не нуждаюсь.       — Тогда, может быть, ты не откажешь мне в прогулке, когда у тебя будет выходной?       — Нет, откажу, — огрызнулся Сынмин и скрестил руки на груди. Его уже откровенно достал этот спектакль, который происходил практически каждый раз, когда он заканчивал позже Феликса.       За полгода отношений можно было научиться нормально предупреждать о том, что ты встретишь своего парня с работы, Чан!       — Какая же ты колючка, — упрекнул Бан и надул губы.       — Какой есть, — вздохнул Сынмин и, взяв всё необходимое, подошёл к тату-мастеру. — Пошли, горе-Ромео. Второго нытика за сутки я успокаивать не собираюсь.       Чан, пропустив мимо ушей последнюю фразу, радостно открыл двери флористу и повёл к своей машине, где он торжественно вручил Сынмину алую розу с длинным стеблем и шипами.       Они ещё долго обсуждали долгожданное свидание своих лучших друзей и планировали своё.       Не зря же Чанбин и Феликс должны им по смене.