Часть 1
2 декабря 2023 г., 21:01
Лу постепенно привыкала к тому, как зашнурованный под рёбрами корсетный пояс заставлял дышать грудью. Мускулистое тело не обладало на вид тонкой талией: сильные мышцы пресса делали живот плоским и подтянутым, но заветный для многих изгиб потерялся из-за тренировок ещё в подростковые годы, толком не проявившись. Если кого и смущала прямоугольная фигура, то точно не её, предпочитавшую практичность действий фантомам воздыханий из прочитанных для уроков литературы книжек. Качать пресс тоже было приятно: мысли исчезали из головы где-то на пятидесятое повторение. Однако новое подобранное Иво платье начертило поперёк её туловища тёмную линию, выделяющую талию, а жёсткий каркас закрепил результат, крепкой хваткой обрисовав переход от нижних рёбер к самому узкому месту, а оттуда расширявшись до выступающих вперёд тазовых косточек. В остальном наряд никак не стеснял; Кей подметил, что, в случае попадания пули в корсет, он поможет не дать кровотечению распространиться из-за давления. Лу же парировала, что материал и вовсе походил на кевлар. Благо, лиф был свободным, рукавов не имелось, а тёмно-фиолетовая юбка с разрезом позволила прикрепить на бицепс бедра простую кобуру, как в доштормовых шпионских фильмах, которые Иво посчитал нужным скачать на флэшку. Теперь же он шагал немного позади Кея, позволяя Лу опираться на предложенную руку, выводя второй раз за неделю в так называемый высший свет. Хотя, кто кого выводил: это Приору требовался поводок в виде двух телохранителей, сдерживавших его от опасности попасть под покушение.
Вечеринка носила неформальный характер: ни вычурных украшений на гостях, поголовно чистых, ни официальных обращений. Перегиб в другую сторону с полуголыми дамами и господами также отсутствовал, к удовольствию Лу.
Из головы присутствующих явно не выходил инцидент с позапрошлого подобного мероприятия, когда неосторожного советника (или кем он там был) уволокли под белы рученьки прямо в мокрых плавках, а потому с Приором если и предпочитали говорить, то не затрагивали рабочих тем. Со стороны практически не слышалось перешёптываний о том, какие отношения, по всеобщему мнению, связывали Лу с непосредственным начальником: слухи распространялись быстро, с такой же скоростью надоедали. Иво в компании псионички уже не вызывал бурных обсуждений, несмотря на факт, что сейчас он без зазрения совести накрывал лежавшую на предплечье ладонь своей светским жестом, только отдалённо напоминавшим собственнический.
— Рид, Стоун. Сегодняшнее задание не отнимет много времени, а потому после прошу не расходиться. Месье Мартен предупредил, что скоро нам предстоит, возможно, усилить наши ряды, но это потом. Рассчитывайте на два часа, три — максимум. Я останусь здесь и всё подготовлю.
Ценные указания начальника охраны, данные перед вылазкой, возымели действие, потому никто не удивился, что Иво не стал распускать волосы: надеялся ещё потом вернуться к работе. Длинные пальцы свободной руки во время диалога с кем-то из Церкви или Совета временами проходились по тыльной стороне ладони, не давя и не напрягая. Постепенно Лу привыкала к таким действиям: демонстрировать нечто излишнее никто не предполагал. Внешне они отличались от иных приглашённых пар только тем, что дама временами прикасалась к уху, стремясь услышать слова державшегося поодаль напарника об отсутствии опасности, а также раз в три минуты оглядывалась, охватывая цепким взглядом помещение. Сегодня месье Мартен был неразговорчив конкретно с ней, уважительно краток — с другими и периодически о чём-то думал и хмурился, словно у него болела голова. Потому пожелание начальника уйти через обозначенные два часа также сюрпризом не стало.
По обыкновению садясь с Иво в машину, Лу обнаружила, что тот сразу потянулся к планшету, встроенному в панель перегородки, быстро набирая одну за другой буквы фамилии Пьяццолла. Прервавшись на середине, мужчина заботливо помог расположить на сидении юбку, чтобы она не мешала в поездке, после чего вернулся к своему занятию.
— Что ты делаешь? — Лу с интересом склонила голову, наблюдая, как он листает список треков.
— Они поставили плохие колонки, которые искажали звук. Моё чувство прекрасного осталось в живых только благодаря прекрасной спутнице, — палец застыл напротив аудиодорожки с названием «Invierno Porteño». Подумав с секунду, Иво нажал на значок воспроизведения. Морщина меж бровей разгладилась в мгновение ока.
Лу усмехнулась. Приор Инквизиции, ненавидимый сотнями человек, в чьих руках удерживалась власть главного исполнительного органа Церкви Единого, два часа страдал от неправильно подобранных колонок! То есть смурное выражение было вызвано не мигренью, а раздражением; хотя, понимая спектр изображаемых Иво эмоций, можно было считать испытываемое на вечере чувство скорее близким к бешенству. Поистине, он не переставал удивлять. Ту же эмоцию вызвала и следующая фраза.
— Извини меня, Лу.
— За что? — девушка придвинулась ближе. Разделявший их подлокотник лёг точно под середину корсета. Локоть приятно расположился на искусственной коже, позволяя опереться, тем самым снимая нагрузку с вынужденно выпрямленной из-за жесткого пояса спины.
— Что тебе приходится садиться в машину самостоятельно. — Лу подняла брови. Это была часть протокола: сначала удостовериться, что объект охраны находится в безопасности внутри бронированного автомобиля, затем ещё раз осмотреть местность поблизости, и уже после садиться самостоятельно, блокируя двери. В случае угрозы захлопнуть дверь снаружи, дать сигнал водителю о немедленном начале движения и действовать по обстоятельствам, прикрывая цель покушения. В изначальном алгоритме также находился пункт о том, чтобы накрывать голову Приора ладонью от возможного удара о крышу, но Иво красноречиво донёс до Баретти, что это уже переходит границы разумного. — Руки подать не могу. Никудышный из меня кавалер.
Теперь Лу засмеялась уже в открытую. Чёрные глаза смотрели выжидающе, пока она не прекратила, вытирая выступившие слёзы.
— Если тебя это так волнует, можем делать так в гараже. Там протокол необязателен, но в остальных случаях я — твой доспех.
Иво убавил громкость. Из-за плохого интернета в окрестностях Нью-Пари трек едва успел начать воспроизводиться до того, как Лу перестала смеяться. Бандонеон стал выводить недавно услышанную, но такую незнакомую по первым нотам мелодию, что девушка напрягла слух.
— Это танго?
— Не совсем, — Иво откинулся на спинку кресла, повернув голову в сторону собеседницы, — но его автор специализировался на подобной танцевальной музыке. Думаю, это слышится. При желании под неё можно танцевать, однако… — композиция набирала силу, из спокойной переходя в более живую и яркую, — …однако в разных частях и танго будет выглядеть иначе. — Он сместился, чтобы протянутая кисть свободно легла на женские плечи. Несмотря на климат-контроль в салоне, натуральная ткань инквизиторской формы стала согревать кожу. Ладонь скользнула на дельтовидную мышцу, слегка массируя пальцами, расслабляя. — Посмотри на меня. — Лу подчинилась. От тёмных радужек по белкам расползалось несколько красных капилляров; она не ночевала в рабочих апартаментах уже пару дней, а потому не знала, удавалось ли устало улыбавшемуся перед ней Иво нормально поспать. Темп музыки ускорился, а затем вновь замедлился. Он выпрямился, чтобы зеркально спутнице уложить руку на подлокотник, и приблизил своё лицо. Неспеша скользнул губами по щеке ко рту, вовлекая в поцелуй. Слава хорошей подвеске и новой дороге за то, что движение авто внутри почти не ощущалось. Языки медленно переплелись, заставив прикрыть глаза под мягкую мелодию. Ладонь на плечах напряглась, когда музыка опять начала набирать силу, и вот Иво уже напористо прижал к себе девушку в самой доступной при наличии преграды между ними степени, тяжело дыша в краткие перерывы тягучего поцелуя. Кисть переместилась к корсету, надавливая на неподатливые полоски ткани между армирующих железных жгутов, выводя узоры по коже над ним. Фортепианное соло, прозвучавшее в конце композиции, осталось незамеченным, и аудиодорожка заиграла с самого начала. Лу завела пальцы за мужскую шею, короткие ногти принялись в нетерпении играть с манжетой формы. Машина плавно входила в поворот, и инерция сблизила двоих ещё больше. Теперь Иво перегнулся через подлокотник, едва не задевая макушкой крышу седана, нависая, грудью к груди, задевая эмблемой Инквизиции на лацкане пайетки на ткани лифа. Увлекшись, они чуть не пропустили остановку: водитель повернул наполовину ключ в замке зажигания, выключив тем самым климат-контроль и колонки внутри. Иво нехотя отстранился, напоследок стирая с губ светлую помаду и помогая Лу привести себя в подобающий вид. Он её сегодня не отпустит.
— Благодарю, что приехали. — Баретти отложил папку, вставая в полный рост перед двумя псиониками и кивком приветствуя начальника.
— Гектор, — бесстрастный голос Приора прервал так и не начавшуюся речь, — предлагаю перенести разговор на завтра. Я узнал на приёме кое-какие новые данные, обсудим их утром. Благодарю за работу. Доброй ночи. — Мартен прошёл мимо зала ожидания, приоткрывая дверь в кабинет, и остановился. Лу улыбнулась: он пропускал её вперёд. Понимающий взгляд Кея и смирившийся взгляд начальника охраны красноречиво провожали их следы.
Стоило ключ-карте прислониться с обратной стороне, она обвила шею Иво, и на это он еле сдержался, чтобы не дёрнуть её на себя. Двое были далеко от стола, выключить селектор с камерами не представлялось возможным, и, пусть Лу и выбрала «слепую зону», он разорвал объятия, утягивая их наверх по лестнице. Стоило оказаться в апартаментах, как Иво взял инициативу в свои руки, жадно целуя прямо у входа в гостиную, принуждая запрокинуть голову, исследуя давно известное тело. Она открывала ему постепенно то, что касалось её мыслей, но подставлялась под прикосновения безропотно, с удовольствием, не стесняясь близости физической, но оставляя психологическую дистанцию. Иво шагнул к стене. Лу, инстинктивно приготовившаяся врезаться в декоративную штукатурку, обнаружила, что её затылок обходительно прикрыли ладонью, отчего удар приняли костяшки мужского кулака, а не её череп. Он, казалось, этого не заметил, смещаясь пальцами к стеснявшей ткани. Лу освободила чужие плечи, и выглаженная форма тёмным пятном распростёрлась позади. Иво соорудил ловушку, куда жертва попалась по своей воле, теперь ощущая на шее горячее дыхание, пока застёжка на спине немедленно поползла вниз. Лиф повис над корсетным поясом, и мужское лицо склонилось к груди, помечая нежную кожу нетерпеливыми поцелуями, стремившимися расцвести если не синяками, то как минимум засосами. Она уже не раз его видела в моменты страсти, но теперь он напоминал дикого зверя. До чего человека способна довести музыка!
Иво раздвинул коленом ноги под фиолетовой юбкой, и они покорно расставились на ширину плеч. Видя, насколько он распалился, Лу ясно отдавала себе отчёт, что до спальни добраться не получится, скорее всего, как и полностью раздеться, а потому потянулась к ширинке едва ли не лопавшихся по швам от возбуждения брюк. Ладонь легко надавила на ткань, отчего Иво мучительно сглотнул, с новой силой приникая губами к груди и шее. Его руки параллельно уже забрались под юбку, отстёгивая кобуру. Единственным за последние минуты осторожными движением было то, как он опустил оружие в кожаной оплётке на скинутую до того форму: техника безопасности превыше всего. И даже этот момент промедления стоил многого. Иво оттянул зубами кожу под её челюстью, вырвав первый долгожданный стон. Лу к тому времени уже заскользила пальцами по члену, выводя запястьем движение вверх-вниз, испытывая на прочность хрупкую, еле живую волю. Брюки стесняли движение и требовали, чтобы их освободили от ремня, потому она переключилась на него, пока ткань юбки без промедления поднималась наверх. Налитая кровью головка упёрлась между обнаженных бедер, и Иво рукой направил ту внутрь, из последних сил борясь с желанием ворваться сразу, бескомпромиссно войдя на всю длину. Ему подались вперёд, облегчая задачу, послышался шумный выдох, совпавший с началом движения, рьяного и рваного. Губы беспрестанно ловили чужие, отстраняясь лишь ради такой мешающей необходимости дышать. Он сминал корсет, прижимаясь ближе, теснее, невзирая на ткань так и не снятой до конца одежды. Спустя пару десятков толчков Иво требовательно схватил Лу за подбородок, отчего она с трудом сфокусировала взгляд на почерневших от возбуждения глазах.
— Смотри на меня.
Новый поцелуй, странный и пьяный, с разомкнутыми веками, со сверлящими друг друга радужками, смазывающимися из-за непрекращающегося танца тел. Красота раскрасневшихся обычно бледных щёк, застывших в одном положении бровей. Лу не смогла бы назвать происходящее иначе, чем фактом, что она отдавалась. Иво приподнял её согнутую в колене ногу, укладывая ту на предплечье, другой рукой крепко удерживая от возможного падения. Из опоры осталась лишь стена, одна тонкая шпилька туфли, позволявшая почти сравняться в росте, и сам Мартен, теперь входивший в неё глубже, с характерными шлепками ударяясь кожа о кожу, с шумом глотающий воздух. Он зашипел, когда Лу сильнее сжала пальцы на его плечах, подобно змее, практически не моргая смотревший в глубину женских зрачков, что партнёрша сознательно не отводила, подчиняясь приказу. Если бы байк заводился с такой же скоростью, какую обрели события, она бы продала за него свою квартиру в Термитнике. Но теперь кусала собственные губы, вжимаемая голыми лопатками в шершавую штукатурку, всё ещё вдыхая лишь грудью нагревшийся между двух тел воздух. Невообразимо хорошо было в моменты, когда Иво сминал ягодицы, нависая ближе, смешивая стоны. Ритм толчков начал выравниваться, приближая развернувшуюся сцену к развязке. На грани с грубостью женское запястье прижалось к губам, чтобы затем его стиснули напротив мужской груди, где Лу чувствовала заходившееся сердце. Длинные чёрные волосы выбились из гладкого хвоста, теперь падая на лоб, пока таз ходил вперёд-назад, не думая останавливаться. Внезапно он начал опускать её ногу, позволяя полноценно встать. Облизнул пальцы, — девушка вспомнила, с каким тщанием Иво в приёмной обрабатывал руки антисептиком, — и приставил их ко входу, без труда находя набухший клитор. Подушечка указательного заскользила по кругу, заставив смежить веки, но Лу успела исправиться, опять взглянуть на довольное послушанием лицо. Она сжалась вокруг члена, с короткой амплитудой скользившего внутри, прислоняясь головой к упиравшемуся в стену по правую от неё сторону предплечью, из последних сил цепляясь за чёрную форменную рубашку, узлом наскоро завязанную над пирсингом. Предсказуемый финал накрыл по самую макушку, заставляя расслабляться, пока Иво в два толчка довёл себя до окончания, горячо изливаясь внутри. У них давно была договорённость на этот случай: не зря все справки просмотрены, а псионики — на 99% стерильны. Но эта формальность даже не всплыла в мыслях, когда последняя полуленивая ласка начала ослаблять тугой корсетный шнур. Иво любовно огладил оставшиеся на коже живота порозовевшие следы. После подал воду и проводил к ванной. Разговор с Баретти действительно стоило отложить до утра хотя бы ради этого.
