Ты, я и наручники

— Орлов! Ненавижу его! Найду завтра утром, не жить ему, гаду… Убью! Своими руками убью! Андрей остановился. Даже не так, Андрей замер, держа в одной руке бутылку с глинтвейном, а во второй оленьи уши, которые ему дали десять минут назад на застолье двумя кабинетами правее. Ругательства в двенадцатом часу тридцать первого декабря его порядком заинтриговали. Тем более, они находились в полицейском участке, а голос за стенкой принадлежал оперуполномоченному самому Денисову Александру Степановичу. Андрей толкнул двери. — В сраку тебя дери, ты где? — воскликнул Денисов, стоя к нему спиной. Пробежавшись по кабинету внимательным взглядом профайлера, Андрей навскидку не обнаружил причин кричать. Новые коллеги его, разумеется, предупредили об экспрессивности Денисова, но особенно опасным Андрей его не считал, даже поработать стремился вместе… В будущем. Денисов, наоборот, старался его на расстояние пушечного выстрела к делам не подпускать. В этом плане он был похож на шестидесятилетних мужиков, с которыми Андрей сталкивался раньше. Половина из них не могли правильно произнести слово «профайлер», а другая отказывалась понимать, на хер его пристроили. Андрей объяснял, что программа правительства, что повысить эффективность раскрытия преступлений очень хотят, что он реально поможет… Денисову было всего тридцать четыре, а он сразу же примкнул к лагерю «на кой ты нам сдался, Белов». — Орлов, через пять ебаных минут, чтоб был… Что?! — от возгласа едва не зазвенели окна. — Что значит ты на такси? Поебать мне на твое такси, через пять минут, чтобы был в отделении, иначе знаешь, я куда тебе степлер засуну, скотина?! — не услышав ответа, Денисов уставился на телефон, осознавая, наверное, что Орлов позволил себе наглость оборвать звонок и Денисова на полуслове. Ну точно у человека инстинкта самосохранения нет. — Вам помощь нужна? — откашлявшись, спросил Андрей. Взгляд Денисова метнулся к Андрею и вслед за облегчением на его лице отразилась другая эмоция. Андрей ее не разгадал. Он подошел и поставил на столешницу глинтвейн. — Чего тебе? Наконец, Андрей понял, в чем дело. Точнее, он все еще ничего не понимал, но увидел своими глазами проблему, от которой взбесился Денисов. Ай да капитан! Не просто так в дальнем углу маячил, отойти не мог. Кто-то приковал правую руку Денисова к батарее наручниками. Взял и приковал. Настоящими наручниками для преступников! Андрей не увидел поблизости ключей, судя по всему, их унес с собой Кирюха Орлов. Классическое новогоднее попадалово. — Интересные у вас игрища, товарищ капитан. — Попизди мне тут, — замахнулся на него свободной рукой Денисов. — Так Орлов ушел или на уши присел и сидит, хихикает в соседней комнате? — спросил он с надеждой. — Нет, ушел домой праздновать. — Ну ясно, — Денисов враз стушевался, попытался взять себя в руки, на его лице проскочило что-то вроде стыда. Андрей взглянул на наручники. — Он вас так? — А кто ж еще? — поднял на него глаза Денисов. — Кому еще такое в голову прийти может? Экспериментатор херов, — он добавил спокойнее, — решил показать мне способ отмыкать наручники без ключа. Как видишь, способ себя ни хера не оправдал. Андрею стало его жаль. Тридцать первое число. Денисову бы домой бежать, встречать Новый год, выкрикивать дурацкие тосты и хлопать хлопушки, а он застрял. Надо сказать, что отделение у них вполне адекватное, на выручку друг другу приходят по первому зову. К несчастью, конкретно сегодня алкоголь сильно притупил альтруистические порывы коллег Денисова, а из Орлова сделал авантюриста. — А зачем согласились, капитан? — он демонстративно взял за спинку стул и поставил его рядом с Денисовым. Следом взял стул и для себя, чтобы сесть по соседству. — Хер знает, я даже не заметил толком, как он все провернул… Андрей покачал головой. Он опустил глаза на свои сложенные в замок ладони, разрывая зрительный контакт с Денисовым. Нечего на него так внимательно смотреть. В коридорах внимания не обращал, сетовал, что под ногами путается, а сейчас, посмотрите, вдруг начал активно пялиться. Андрей постарался оценить степень опьянения Денисова, а потом и свою… А то ему уже мерещилось всякое. Ну… Типа он давно для себя решил, что Денисов — красивый мужик, но сегодня он совсем похорошел в его глазах. — Что будете делать? — спросил Андрей. — А че тут сделаешь? Посижу до утра, составлю план убийства, дождусь Орлова, приготовлю холодное оружие… — Серьезно, вас же, наверное, ждут… — Смешной ты, олень, — сказал Денисов, посмотрев на ободок с рожками коричневого цвета. Он переспросил: — Значит, нигде не ждут? Как же так? Денисов ведь главный секс-символ отделения. Андрей абсолютно не преувеличивал. Руководство его «магнетизм» срисовало еще пару лет назад, и начало давать капитану дела, которые Андрей называл «cherchez la femme». Денисов на допросах вытягивал из женщин то, что другие даже не надкусывали. Иногда они с Андреем примерно в один момент приходили к одинаковым выводам — только Андрей через профилирование, долгое составление портрета подозреваемого, а Денисов — спустя пару разговоров с общительными женщинами. — Если тебе интересно, — сощурился он, — ждут меня пять банок «Гиннесса» и видеонарезка лучших голов Лео Месси. — Тогда можно и в отделении посидеть. Андрею показалось, что на губах Денисова вспыхнула усмешка. Распрямив колени, ногой он достал до носка ботинка Андрея. — А ты, молодой-красивый, чего расселся тут? — он посмотрел на часы. — Двенадцатый час. Пора домой топать. Андрей фыркнул и скрестил руки на груди. Не то чтобы Денисов его прямо выпроваживал, но и сильно заинтересованным в его компании не выглядел. Здравомыслящий человек, наверное, уже бы последовал молчаливому совету капитана Денисова. В конце концов, даже если Андрей собирался встретить Новый год в одиночестве, с чего он должен был оставаться в участке вместе с холодным капитаном Денисовым? — Я собирался праздновать один, — Андрей опустился на спинку стула. — Видимо, молодой и красивый я для вас одного. Странно, но на шпильку Денисов не отреагировал, потянулся, сменив позу на твердом стуле, и левой рукой взял бутылку глинтвейна. Посмотрел на нее, словно на яд, покрутил в ладони. Андрей думал, что начнет читать состав на этикетке позади… — Глинтвейн, — не выдержал он. — Думал, твое детское шампанское. Денис посмотрел в потолок. Надо держать себя в руках. Надо держать себя в руках… Надо держать себя в… — Вам, наверное, все, что слабее шестидесяти градусов, уже детским шампанским кажется, — высказался. — Хорошо меня знаешь, мальчик. Андрей дернулся, скривился, но промолчал. Какой он ему мальчик? У них разница в возрасте всего семь лет. Окей, Саня Денисов визуально, конечно, казался крутым и серьезным следователем, не то что Андрей в пиджаке и белой рубашке под ним. Ему в отделении даже прозвище дали — академик — за не переборную любовь к официальному профессорскому стилю. — Будете глинтвейн? Денисов сделал жест, мол, а давай, и сел ближе к столу. Андрей поднялся и снял пальто. Он повесил его на вешалку, которую обычно занимали объемные ветровки Денисова и дубленка Орлова, окончательно принимая решение остаться в кабинете на Новый год. Типа: будет, что вспомнить хотя бы… — Ты решил со мной.? — Ну я же сегодня олень, — Андрей показал на уши, которые лежали на столе. — И веду себя соответственно. И снова Денисов, не моргая, уставился ему в лицо, гоня мурашек по плечам. Андрей отвернулся и посмотрел на стол. Рюмки, которыми они пользовались, остались в закрытом кабинете начальника. Денисов у себя такого не хранил, Андрей и подавно. Он на птичьих правах заселился в кабинет к Оксанке, и сидел за столиком, который напоминал парту. Он повернулся к Денисову, подумал спросить, нормально ли ему будет пить прямо из бутылки, а потом одернул себя — конечно, ему норм. Он же такой человек. К несчастью, такой, к каким тянуло самого Андрея. Никто в отделении даже не подозревал, что он, это, по мальчикам-красавчикам. Ну, а что среди полицейских тут был даже его типаж — йой, — о таком Андрей, наверное, и себе до конца не признавался. Они с Денисовым все как-то в суете сталкивались, в коридорах этих дурацких. По дороге на работу, по дороге на дело, перед выездом, после СМЭ, по дороге домой. Денисов бежал вперед, как лев за добычей, а Андрей поправлял компьютерные очки и отходил в сторону, чтобы ему не мешать. Вот такие отношения связывали их более двух месяцев. Сегодня все шло не по плану, раз уж Андрей сидел в полуметре от Денисова, а капитан Денисов выжигал в нем дыру, как в сраном музейном экспонате. Будь его взгляд ярким, как лазерный луч, Андрей бы заметил, как Денисов молча заценил его зад. Но его взгляд скользил по телу Андрея робко и незаметно. Даже, когда Денисов принюхался к его запаху, делая вид, что заглядывал через плечо на глинтвейн, Андрей так ничего и не почувствовал. — И что там внутри? — Ягоды, вино, — коротко ответил Андрей. — Женское пойло. Андрей вздохнул, как рассерженный кот. — Там за дверью Орлов хранит маленькую канистру на пять литров с соляркой, на случай, если забудет заправиться, — указал он на выход из кабинета. — Как вам такое? Принести? После короткой паузы Денисов рассмеялся. Андрей даже растерялся. Он от силы пару раз видел Денисова веселым, а чтобы он смеялся… Его такого точно надо было сохранить в памяти. Хмурые брови расправились, в уголках глаз появились жизненные и естественные морщинки, губы еще красивее стали. Все то время, пока они пили глинтвейн, передавая друг другу бутылку из рук в руки, Андрея не покидала мысль, что он не знал Денисова. Он старался не смотреть на капитана, пока он пил, обнажая шею и запрокидывая голову назад, а сам Денисов бесцеремонно следил за тем, как Андрей присасывался к горлышку губами, к тому самому месту, где несколько секунд назад были губы Денисова. Бутылка опустела наполовину, и Андрей ощутил, как градусы начали согревать его кровь внутри. Он даже начал рассказывать Денисову про глинтвейн, про то, что магазинный — это отстой. Он бы угостил его настоящим, приготовленным дома по всем канонам. Ну, когда-нибудь в будущем. Он бы многое для Денисова сделал, если бы позволил… — А ты… — начал капитан после паузы, во время которой Андрей пытался осознать, как много лишнего он сказал. — Как ты, говоришь, маньяков вычисляешь? — поинтересовался Денисов. — Вам, я смотрю, ягодка в голову ударила… — Да харе, серьезно спрашиваю. — Профиль составляю, — ответил Андрей. — Простыми словами, профилирование — это когда о преступнике рассказывает его жертва, способ преступления, убийство, район, время суток… Все это складывается в картинку и получается… Профиль преступ… — И ты все это делаешь, основываясь на… Денисов покрутил пальцем и ткнул им себе в висок. — Недаром же я пять лет учился в университете, — повел плечом Андрей. — Если вы прекратите меня игнорировать, капитан, можем с вами поработать над делом, на практике все увидите. — Может быть, — усмехнулся тот. Андрей надулся от гордости, как воздушный шарик. Он не сразу заметил, как Денисов пододвинулся и почти лег на свой локоть, склонившись за столом. Не заметил он и то, что на его наручных смарт-часах бежала к финалу последняя минута года. Отреагировал Саня Денисов. Он приподнял голову и неласково схватил Андрея за запястье. Хмыкнул невесело и развернул часы к Андрею, чтобы и он увидел. Прямо на его глазах числа изменились и на маленьком дисплее появились четыре нуля. Вот оно, магическое время. — Новый год. — Я заметил, малой, — мельком взглянул на него Денисов. — Не так я планировал его встретить. — И я тоже. — Хотя я не против как-нибудь повторить, — признался Андрей. — Ты, я и наручники? Денисов усмехнулся, вгоняя его в краску. Вдалеке послышались первые салюты. Андрей сначала подумал, что надо бы выйти, посмотреть, но сразу вспомнил про своего невезучего пленника. Просмотр салютов без Денисова показался ему довольно скучной затеей, да и в окне уже что-то мелькало, мелькало и быстро рассыпалось причудливыми тенями по стенам. — Если скажешь, что «как встретишь Новый год, так и проведешь», я тебя двину свободной рукой, — буркнул Денисов. — И почему же? — Не горю желанием провести год в наручниках. — А к моей компании у вас претензий нет? — вздернул бровь Андрей. Тот пожевал губу и потянулся к бутылке. — С праздником, — Денисов передал ему глинтвейн. Андрей накрыл его руку пальцами, но не отстранился. — И вас, капитан. После неловкого покашливания Андрей глотнул вина. Орлов был в участке в семь двадцать. Едва глаза открыл, так и вспомнил про вечерний факап с наручниками. Ой, какое было с утра откровение, алкогольное опьянение как рукой сняло. Дрожащими руками он открыл участок и вошел в их общий с Денисовым кабинет. Замер на пороге, подумав, что все-таки вчера перепил. Галлюцинация, да? Но вдруг галлюцинация шевельнулась и подняла голову. Посмотрела на него, поздравила с Новым годом. Андрей — их профайлер. Помятый, но вполне узнаваемый. Он вместе с Денисовым спал на покрывале, накрывшись курткой. В качестве подушки для Андрея выступал капитан Денисов, а тот под голову подложил толстые папки с нераскрытыми делами. Орлов сделал вид, что ничего такого не увидел, и оставил ключи от наручников на столе.