Ожоги по всем телам

      Перевод в новую школу всегда был трудным делом. Знакомство с новым коллективом, который с первого класса вместе, а после уже нерешительное проникновение в компании людей, которых Руслан считал нормальными, по сравнению с тем стадом, что успел повидать парень. Радовало лишь одно: в этой школе учится его подруга. Лиза много раз упоминала, что их учебное заведение самое худшее по сравнению с другими и парень мог бы выбрать более лучший вариант, но решал-то тут не он. Хотя в этом поселке кроме трех школ больше не было. Тушенцова не радовала мысль, что их семье придется переехать из центра Казани сюда. Шатен был тут много раз, потому что Лиза не знала, как доехать до него, чтобы не потерять большое количество денег лишь на проезд, и был наслышан о многом. Руслан не был зажатым или социофобом, наоборот, мог поддержать любой диалог, сразу же получал уйму внимания от людей, окружавших в прошлой школе, но именно тут он ощущал, как будет трудно влиться в какую-нибудь компанию и общаться с ней. — Блять, я по-твоему дед инсайд ебучий? — шипя проговорил парень, облокотившись о стену. — Я постараюсь не показаться ебланом, чтоб потом не валяться на асфальте с разбитым ебалом.-Закрывая глаза, шатен не был рад такому диалогу. Но от Лизы просто так не уйти. — Я просто переживаю, что такого долбаёба как ты, прижмут и спросят сразу же в первый день. — Девушка на той линии раздражительно продолжала этот разговор, пытаясь что-то вдолбить в мозг парня. Плохо получалось, раз Тушенцов сразу же громко выдохнул, собираясь с мыслями и пытаясь спокойно что-то донести до девушки. — Лиз, все хорошо будет, нехуй переживать, я сам кому угодно втащу, — Руслан еще многое не знал и поэтому говорил так спокойно, даже с какой-то легкой ухмылкой на лице. — Я спать пойду, новую хату потом скину, до завтра. — До завтра. На самом деле настроения не было вовсе, парень зачем-то слишком сильно начал переживать, настраивая себя на самое худшее, хотя раньше с высоко поднятой головой приходил в здание и сразу же привлекал к себе внимание. Сейчас он не думал, что будет так. Один разговор с подругой он очень хорошо помнит. — Проблема в том, что, — тяжело выдыхая в трубку, девушка неосознанно проматерилась, — один парень у нас в школе есть, одноклассник наш. А сама проблема, что он уличный, а сам помнишь, что я тебе про них говорила, — затягиваясь, девушка остановилась. Ей явно не хотелось этого говорить, но помочь другу надо, чтоб не нарваться на лишние разборки, — у нас в школе много таких, хоть бы ты в 152 или 153 пошел, везде будут уличные. Еще там компания у них, я с ними хорошо общаюсь и не знаю, что насчет тебя будет. У них принципы свои, унижать кого угодно, за что угодно, так что целью для насмешек ты будешь весь год. Он из цифр, а они ебанутые на голову, выставить или избить за просто «скучно» могут на раз-два, — шатен не знал, что на это ответить, поэтому молча слушал, недоумевая от слов девушки, — будь тупо рядом со мной, познакомишься точно с хорошими людьми, сам только не становись как те, и будет все хорошо. Я всегда буду рядом и помогу. В голове лишь крутились картинки, как его будут бить, унижать, хотя раньше сам был таким. Тушенцов не любил ту школу лишь по одной причине. Ему приходилось быть токсичным уродом, который хуй клал на принципы других людей. Но шатен явно не собирается быть униженным. Каким только образом он не знал, ведь сам не знает этих людей, и придется узнавать постепенно, чтобы по чуть-чуть выстраивалось понимание людей, с которыми ему придется учиться оставшиеся месяца. Тушенцов долго лежал на кровати, не засыпая. Завтра 31, а после 1. Остановить поток мыслей не удавалось никак. Успокоить мозг, как и тело, было невозможно, приходилось только лежать и наблюдать за видом из окна. Юдино не было деревней полностью, имелись многоэтажки, супермаркет, памятник, много чего, но Руслан не чувствовал себя на своем месте. Все эти ситуации, рассказанные Неред, давили на подсознание и оставляли шрамы. Будет трудно, но кареглазый справится. По крайней мере, он верил в это.