Библиотека. Пыль. Текила. Кровь. (И любовь)

Вечер Птичьего Папы начался как и утро - с обхода всего Дома. Это было неким ритуалом, что позволял притупить ощущение реальности и осязаемости своих мыслей и воспоминаний. Вот часть коридора безбашеных Крыс, вся размалёваная краской по краске. Из двери "опасно для жизни" вылетел один из представителей второй. Стервятник то ли брезгливо, то ли сочувственно шикнул себе под нос и обошёл еле оклемавшуюся тушу. Не любил он эту территорию, здесь всегда происходила какая-то неразбериха. Вся стабильность крыс заключалась в одной огромной нестабильности. Ведь, не ясно что эти чудаки устроят в следующий раз. Так сказать, эффект неожиданости (при чем детской). Вот яркие коридоры сменились пестрящими не обилием красок, а надписей, тут себя Стервятник чувствовал как рыба в воде, или веонее сказать птица в полёте, переодически улыбаясь знакомым домовцам. Улыбка выходила уже рефлекторно и не особо отвлекала от всего прочего. Десяток минут и он уже на третьем, тут было менее людно, но полу-знакомые лица всё ещё мелькали. Ещё два десятка минут. Блондин уже был на первом, и, обходя его по второму кругу рещко решил остановится около библиотеки. Желание зайти туда и почитать книжонку пришло спонтанно, и было крайне отдалённо похоже на Зов, а противится такому явлению себе же хуже. Как только дверь шумно скрипнула в нос ударил неприятный запах пыли, от которого Стервятник уже успел отвыкнуть от постоянного пребывания в Гнезде. —Не густо. — Комментарий был брошен скорее самому себе, в никуда. Он тенью прошелся по стеллажам и вскоре остановился между двумя его заинтерисовавшими. Напротив окна между этих стеллажей стоял стол, вероятно, для более благоприятного чтения, выбрав самую достойно выглядящую книгу Птица устроился за ним и собственно принялся читать, что-то, что напоминало классику. За чтением Стервятник не заметил, как кто-то сзади к нему подошел. Понял он это лишь когда по его плечам, а позже и по груди невесомымм прикосновениями проскользили веснушчатые руки. Рыжая голова устроилась на плече у вожака третьей и в зелёных очках показалось его отражение. Стервятник глубоко вздохнул и уже хотел за что-то предъявить, но осипший, чувственный и ласковый голос его остановил. — Ку-ку, Пташка. А я всё тебя ищу. — Это последнее, что сейчас ожидал услышать Стервятник, но на душе отчего-то стало теплее. —И зачем же я тебе вдруг так понадобился?—Рыжий обиженно надул губы и наклонил голову набок. —Может я просто соскучился по тебе, —Стервятник тоже наклонил голову набок и схмурил брови, но у его жеста в отличии от жеста Рыжего трактовка была "Не бреши". Крыса закатил глаза и продолжил.—Или, искал хорошего времяпрепровождения — Протяжно выговорил Рыжий,и из кармана цветастых штанов выскользнула бутыль, судя по этикетка, качественной Текилы. Глаза Стервятника слегка округлились и слабо сверкнули. —Где ты это достал?— Стервятник немного сохмурил брови с подозрением глядя на Крысьего вожака. —Коммерческая тайна. — Крыса кинул неоднозначную улыбку, после которой Стервятник покачал головой. —Как хочешь, но пить я с тобой не буду. Себе дороже. —Пташка-а — Обращение Рыжий протянул сладко и почти умоляющим тоном. — Ну мы ведь немного.. для настроения, так сказать. —Стервятник почувствал, как по телу прошла мелкая дрожь от шёпота в шею, и Рыжий, не упустив возможности повеловал Птицу туда же, куда и шептал, что бы выбить из него полу-вздох полу-стон. —Ты тогда отстанешь от меня? —Ничего не обещаю —Даже сквозь очки было видно, как нездорово блестнули карие глаза. Стервятник не понял, откуда Рыжий взял два стакана, но, удивился больше факту подготовки вечно спонтанного Рыжего. Уже через пару минут оба влили в себя горячего напитка. Стервятника даже хороший алкоголь не брал, в отличии от Рыжего, которого и без алкоголя не плохо крыло. Слово-за-слово и завязался диалог, в ходе которого была успешно уничтожина добрая половина бутылки. Рыжий облизал красные, будто от помады губы и уже кажется в пятый раз за этот вечер поцеловал Птичьего Папу. Сразу после поцелуя он продолжил гудеть о том да о сём, с придурковатой улыбкой, пока Стервятник слушал его. Вот только слушал он не истрии о том, как Крысы вынесли чью-то кровать в окно, а сам голос Рыжего, который в какой-то момент выпалил: —Я хо..члю тебя.. — Стервятник оскалился на Рыжего, который в свою очередь сразу поняв реакцию Пташки ухмыльнулся и губы тут же заставили яркий, винного цвета засос расцвести на плече Стервятника. Рыжий растегнул первые две пуговки чёрной рубашки, теперь расширив себе территорию для оставления следов. В какой-то момент, когда Крыса сильно увлёкся он оставил на нежной коже укус. Укус, что дошёл до крови и как только он отстранился, увидел на аристократично-бледной коже кровавые следы по форме своих зубов. Стервятник болезнено прошипел и Рыжий облизнув губы, на которых красовалась размазаная чёрная помада Птицы тихо проговорил бархатным тоном. —М... Простии, дашь исправится? —Попробуй — Стервятник немного отодвинулся от стола, вызвав шорканье по полу ножками стула. Изворотливое тело в пятнистых тряпках в доли секунды обошло стул полукркругом и опустилось перед Стервятником на колени. Он расстегнул на этот раз ширинку таких же чёрных брюк и игриво узмыльнулся. Вот только улыбка после слов Птицы спала с лица. — Нет-нет. Так не извиняются. Я хочу чтобы ты мне в глаза смотрел. —Рыжий доверял Стервятнику больше чем кому-либо, поэтому даже не стал сопротивляться, когда когтистая рука стянула с него очки. Рыжий стянул с любимого боксёры, теперь не отрывая ангельских глаз от родных, янтарных Крыса взял сразу в пол длины стояк Стервятника, который помогал ему рукой. Чтобы достичь оргазма Птичьему Папе хватило трёх минут, вожак второй успешно подавился и слизал с губ и щёк белую жидкость. Смерть сложил свои руки на левую ляжку Пташки, а на них уложил свою голову. —Не перестаю удивляться твоей кросоте. —Извинения приняты —Запыхано дыша не в тему сказал Стервятник, чем вызвал тихий смешок от Крысы. ... Тем же утром вожаков не застали ни в одной из стайной, ведь заснули они в 'своём' месте на чердаке, где был и старый матрас и птичье одеяло, и даже откуда-то притащеная крысой тумбочка, которая скоро наполнилась самыми разными вещами. Он нежились в объятиях друг друга и оба, наверное, не видели чище счастья, смешаного с непорочной для них любовью.