Под звездным небом

      В семь часов вечера борт «Эйрбас-А320» коснулся посадочной полосы в аэропорту Хитроу.       После жаркого Марокко лондонский вечер показался Нейту холодным и ветреным, но лезть в чемодан за курткой не хотелось, и пока все прощались, он порядком продрог.       Марч прислал смс, что не сможет приехать, и Нейт направился к стоянке такси, когда ему посигналил черный внедорожник. За рулем сидел Ричи.       — Тебе куда?       — В Глостер, это достаточно далеко.       — Мне в Челтнем. Так что нам по пути.       — Но тогда тебе придется возвращаться.       — Не страшно. Лишние полчаса. Закидывай чемодан в багажник и садись, мы создаем помехи.       Нейт сел на переднее сиденье. В салоне автомобиля было комфортно благодаря климат-контролю. Ричи включил музыку.       — Это же «Уэстлайф»! — узнал звучащий трек Нейт. — Они тебе нравятся?       — Не особо.       — А мне раньше очень нравились. Жаль, что группа распалась.       — Я вообще не меломан. Сестра записала несколько сборников в машину на свой вкус. Меня и радио вполне устраивало.       За окном медленно сгущались сумерки, вдоль Лондон-роуд зажглись фонари. Нейт согрелся, и его стало клонить в сон. Заметив, что он засыпает, Ричи убавил громкость.       — Извини, — встрепенулся Нейт.       — Можешь пока поспать, нам еще долго ехать.       — Нет, я нормально. Просто немного укачало.       Когда они припарковались у дома Нейта, было уже совсем темно.       — Может, зайдешь на чай или кофе? — неуверенно предложил Нейт.       — Пожалуй, не откажусь от кофе, — согласился Ричи.       Они поднялись в квартиру и прошли в небольшую кухню.       — Я думал, ты живешь в Бристоле, — Ричи подошел к окну. — Даже не знаю, откуда я это взял, кажется, кто-то сказал мне.       — Нет, в Бристоле дом отца. Последний раз я был там пять лет назад. Тебе кофе с сахаром или без?       — С сахаром.       Нейт включил кофеварку и открыл дверцы шкафа, намереваясь достать чашки.       — Нейтан … — голос Ричи за спиной раздался так неожиданно, что Нейт вздрогнул.       Ричи коснулся губами шеи Нейта, пониже линии роста волос, потом развернул к себе и поцеловал сначала в уголок рта, а потом в губы. Нейт замер от изумления, почти перестав дышать.       — Я так удивил тебя? — Ричи отстранился. Уголки его губ поползли вверх. — Нейт, отомри.       — Мне казалось, что ты меня не выносишь… ну, сначала.       — Теперь ты так не думаешь?       Под писк кофеварки Нейт сам потянулся за поцелуем. В его голове крутились тысячи возражений, но ни одно из них не было так убедительно, как длящийся поцелуй. Руки Ричи, скользнув по плечам, легли на талию. Нейт почувствовал, как волна тепла накрывает его и вдруг ясно осознал, что они сейчас здесь, потому что оба хотят одного. Отринув сомнения, он взял Ричи за руку, увлекая в сторону спальни.       В тесноте неосвещенной квартиры они постоянно на что-то натыкались, пока Нейт не нащупал клавишу выключателя и по комнате не разлился приглушенный свет. Нейт принялся расстегивать пуговицы на рубашке Ричи, его собственная футболка осталась валяться где-то в коридоре. Скинув рубашку, Ричи опрокинул Нейта на постель и, приподняв его бедра, стянул джинсы вместе с бельем. Нейт потянулся за презервативами, лежащими в тумбочке. Передав Ричи блестящий квадратик, он перевернулся на живот, замерев в привычной позе. Ричи прошелся цепочкой неторопливых поцелуев вдоль его позвоночника и перевернул его обратно. Нейт затаил дыхание.       — Все в порядке? — Ричи всмотрелся в его лицо.       Нейт кивнул.       Раздевшись до конца, Ричи лег сверху. Нейт ощущил приятную тяжесть чужого тела, его силу и жар и закрыл глаза, вжимаясь еще сильнее. Он едва сумел сдержать вырывающийся стон, когда Ричи вошел в него.       Движения их тел, медленно-тягучие и плавные вначале, становились все более быстрыми, жадными. Они двигались в такт, уже не сдерживаясь. На пике Нейт обхватил Ричи ногами, глубже вгоняя в себя. Ричи уткнулся лицом ему в шею, кончая, и Нейта тоже накрыл сокрушительный, яркий оргазм.

***

      Нейт проснулся от того, что Ричи поднялся с кровати. Судя по царившему в спальне полумраку, было еще очень рано.       — Доброе утро. Прости, что разбудил, — поцеловал его Ричи.       — Ты куда-то торопишься?       — У меня сегодня репетиция в театре. Не сказал тебе вчера.       — Ты успеваешь еще и театр? — удивился Нейт, просыпаясь окончательно.       — Это случается не часто. Благотворительный спектакль, второстепенная роль, словом ничего особенного. Я воспользуюсь душем?       — Да, конечно, — Нейт тоже поднялся и, натянув джинсы, подошел к окну.       Новое утро выдалось на редкость хмурым: серое небо и накрапывающий дождь.       Из душа Ричи вернулся одетым, но босиком и с влажными волосами.       — Жаль, что тебе уже надо уезжать, — улыбнулся Нейт. — Я хотел сходить в магазин, приготовить завтрак…       — Как мило, — Ричи притянул его к себе. — И что бы это было?       — Как минимум яичница с беконом и рисовый пудинг.       — Ловлю на слове, но в следующий раз. Сделаешь кофе?       — Конечно. Но к кофе есть только печенье.       — Печенье — это отлично.       Проводив Ричи, Нейт принял душ и закурил. Нужно было идти за продуктами, но дождь все усиливался, не хотелось выходить из дома в такую погоду. Распаковывать вещи тоже было лень. Он снова забрался в постель, натянув одеяло под подбородок, думая о Ричи, о том, как это было вчера: взаимная нежность, взаимная страсть — незнакомые эмоции, с которыми, механический секс с Марчем не шел ни в какое сравнение. Но дело было не только в сексе. Нейт не мог знать, ограничится ли их связь единственным разом или станет началом отношений. Он знал только одно — его тянуло к Ричи, хотя он и не давал развиться этому чувству, считая взаимность невозможной.       Дождь не прекратился и к обеду. Пришлось все же достать зонт и отправиться в магазин.       Там и застал его звонок Марча:       — У тебя все в порядке? Я звонил вчера несколько раз, ты так и не ответил.       — Извини, я не слышал. Да, я дома.       — Я уже подумал, ты обиделся, что я не смог тебя встретить, но вечером был деловой ужин, отказаться было бы невежливо.       — Я понимаю.       — Давай сходим сегодня в ресторан. Отметим твой приезд, — предложил Марч.       Нейт не хотел ни ресторана, ни встречи.       — Я никак не приду в себя с дороги. Не хочется никуда идти.       — Тогда я приеду к тебе.       Тут уже не откажешься, не скажешь после года отношений просто «нет, не приезжай».       — Я соскучился, — произнес на пороге Марч, целуя его в щеку.       Нейт знал, что и слова, и поцелуй — лишь формальность. Раньше Нейт ответил бы на поцелуй не задумываясь, но теперь он отступил вглубь коридора.       — Проходи.       Нейт приготовил ужин, а хотел приготовить завтрак для Ричи.       — Как съемки? — спросил Марч.       — Нормально.       — Что-то случилось? — заметил, наконец, его сухость Марч.       — Марч, послушай, я должен тебе сказать… — начал Нейт и осекся.       Честность в данном случае означает разрыв, умолчать — то же, что и солгать, а лгать Нейт не хотел. Пауза затянулась.       — Я изменил тебе, — наконец, решился он.        Марч изменился в лице, но быстро совладал с собой.       — Вот как… Открытых отношений я не приемлю.       — Я знаю. Я тоже.       — О, ты тоже, — горько усмехнулся Марч. — То есть ты уже все решил, иначе не стал бы рассказывать. Ну и к чему ужин? Прощальный?       — Марч, я не хочу лгать, ты заслуживаешь правды, ты хороший парень…       Марч резко поднялся из-за стола.       — Только избавь меня от утешений! Ты сказал — я услышал. Долгих прощаний и предложения остаться друзьями не будет.       Марч, конечно, обижен. Нельзя выйти из продолжительных отношений безболезненно. Даже если у него не было глубоких чувств, его самолюбию нанесен удар.       — Прости, — произнес Нейт в удаляющуюся спину, зная, что этим словом ничего не исправить.

***

      С утра Нейт немного опоздал в студию из-за пробок. «Джип» Ричи стоял на парковке, но самого его не было видно. Из гримерки выглянула Сара.       — Давай быстрее, Нейт! Люк-Джон уже тебя спрашивал.       Сегодня она была против обыкновения молчалива и, как показалось Нейту, чем-то расстроена.       — Как прошел выходной? — спросил Нейт, чтобы нарушить непривычное молчание.       Сара пожала плечами.       — Весь день шел дождь.       К болтовне она явно не была расположена.       Леди Миранда стремительно бросается навстречу Уильяму, но в шаге от него останавливается, ее губы дрожат, в уголках зеленых глаз блестят готовые пролиться слезы. Сейчас в камере ее лицо крупным планом.       — Уильям… — выдыхает она.       Нейт прижимается губами к ее руке. Пальцы у нее ледяные. Хорошо, что целоваться не нужно. Хвала средневековому этикету. Сложно изобразить трепетный поцелуй встретившихся после долгой разлуки влюбленных, когда между вами взаимная антипатия.       Звучит долгожданное «снято», и Нейт с облегчением отпускает чужую руку.       Их взаимная неприязнь, казалось, совершенно не мешала Ли — она с легкостью демонстрировала в кадре любую нужную эмоцию. Но Нейт так не умел. Он понимал, что это, по меньшей мере, непрофессионально, но ничего не мог с собой поделать       «Все сцены вытягиваю я…» — услышал он потом её разговор с Люком-Джоном и догадался, что речь шла о нём. Самое печальное, что Ли была права.       На перерыве Нейт спустился в комнату отдыха выпить кофе и обнаружил, что кофейный автомат на обслуживании. На столе стоял электрический чайник, коробки с чаем и печеньем и банка растворимого кофе, предсказуемо оказавшегося жуткой дрянью. «Все сцены вытягиваю я…» — все еще звучал в голове голос Ли. Нейт прислушивался к себе, пытаясь понять, что он чувствует по этому поводу. Он вспомнил начало учебы в академии: как он жаждал попасть в этот счастливый, почти сказочный мир киноискусства. Большую часть иллюзий он утратил, снимаясь в эпизодических и проходных ролях, арендуя дешевое жилье и едва сводя концы с концами. А когда, наконец, получил главную роль, радость от достигнутого оказалась до обидного недолгой, очень скоро на смену ей пришло разочарование — Нейту не нравился ни характер героя, слишком идеальный, этакий рыцарь без страха и упрека, ни своя игра...       Звонок мобильного отвлек его от грустных мыслей.       — Привет, — сказал Ричи. — У меня сегодня целый день прогон, завтра уезжаем снимать сцены в Ноттингеме. Есть предложение: давай поужинаем в одном чудном местечке. Что скажешь?       — И где это чудное местечко? — спросил Нейт, когда они сели в машину.       — В Челтнеме, — Ричи повернул ключ в замке зажигания. — Это индийский ресторан, очень атмосферный, с отличной кухней. Но если ты против индийской кухни, поблизости много других ресторанов и кафе.       — Я не знаток индийской кухни, если честно, но не прочь с ней познакомиться, — улыбнулся Нейт.       В будний день посетителей в ресторане оказалось немного. Симпатичная официантка проводила их к столику у окна и подала меню.       — Выбери на свой вкус, — попросил Нейт, посмотрев перечень блюд. — Кроме чизкейка я ничего здесь не узнаю.       — Хорошо. А чизкейк будешь?       — Да, фисташковый.       — Кстати, тут отличная винная карта. Заказать тебе что-нибудь?       — Нет, поддержу тебя, ты же за рулем.       Пока они ждали заказ, Нейт разглядывал интерьер — он был выдержан в холодной гамме с оттенками от светло-серого до почти чёрного с золотыми акцентами.       — Нравится? — оторвал его от созерцания Ричи.       — Да. Всегда считал серый цвет невыразительным, но в сочетании с золотым декором смотрится стильно.       — Ты выглядел забавно, когда вертел головой в разные стороны.       — Как деревенский парень, впервые оказавшийся в мегаполисе? — улыбнулся Нейт. — Надолго ты в Ноттингем?       — Рассчитываем справиться за три дня.       — Тебе нравится все это? Я имею в виду, это то, чем ты действительно бы хотел заниматься?       Ричи понял, о чем он спрашивает.       — Я не планировал карьеру актера. Для меня это просто работа, которую я стараюсь сделать хорошо и получить удовлетворение от процесса. Я пытаюсь погрузиться в эпоху, в роль, в эмоции персонажа и быть убедительным в этой роли, даже если она мне не совсем по душе. Театр, пожалуй, мне интереснее, но в целом я не разочарован — это точно.       — А я мечтал стать актером с детства. Отец был против. Он видел меня своим преемником. Но финансы — это совсем не мое. Сначала он надеялся, что я отступлюсь, но я был упорен. Когда он понял, что банкиром я не стану, мне кажется, он стал испытывать ко мне что-то вроде презрения. Сказал, что не будет в «это» инвестировать. У меня было скоплено немного денег — смешная сумма, но я взял студенческий займ, а вечерами работал. Были дни, когда не хватало денег даже на нормальную еду, но у меня была цель, и я не унывал. И вот, казалось бы, цель достигнута, а я разочарован… прежде всего в себе.       — На мой взгляд, успех в любом деле достигается по большей части упорством, так что продолжай в том же духе, ты на верном пути.       — Считаешь, я не совсем безнадежен?       — Никогда не думал о тебе в таком ключе. Почему ты настолько сомневаешься в себе?       — Ли сказала, что все наши совместные сцены вытягивает она. Это правда. Не знаю, почему так выходит, но мы не нашли с ней общего языка. Может, я попросту не умею ладить с людьми...       — Поговори с ней. Если вы оба выйдете из напряженных отношений, уверен, что все нормализуется.       — Наверное, ты прав. Возможно, мне даже следует извиниться.       Подошел пожилой смуглый мужчина с подносом, торжественно расставил блюда, разложил приборы и, пожелав им приятного вечера, величественно удалился.       — Дизайн тут везде на высоте, — оценил Нейт затейливо украшенные салаты. — А официант прямо царственная особа.       — Это Викрам — су-шеф «Махала», то есть нам оказано особое внимание, — пояснил Ричи.       — Потому что ты тут постоянный клиент?       — Да, и потому что оставляю хорошие чаевые, — усмехнулся Ричи.       Некоторое время они были заняты едой.       — Мне все понравилось, — покончив с чизкейком, объявил Нейт.       — Прекрасно. Не против поехать ко мне?       Они припарковались у дома из красного кирпича, совершенно чудесного, с круглыми башенками и эркером.       — Хочешь что-нибудь выпить? — спросил Ричи, отпирая дверь. — Теперь я могу составить тебе компанию.       Нейт отрицательно покачал головой, толкнув кончиками пальцев дверь позади себя, и она захлопнулась с мягким щелчком. Несколько секунд они смотрели друг на друга. В тишине квартиры не раздавалось никаких звуков кроме их дыхания, потом Ричи провел пальцами по коже Нейта над расстегнутым воротником рубашки и медленно принялся целовать ключицы, шею, подбородок, пока не добрался до губ.