Что, если тебя я куплю

Рей всегда умела найти с людьми общий язык и повернуть их в ту сторону, куда ей нужно. Умение досталось от матери, но Рей им пользовалась только в бескорыстных целях. Ну например, она не выпрашивала специально денег на университет у Кайло, не строила глазки преподавателям за оценки повыше. И поэтому, когда случился тот скандал и вся университетская тусовка ополчилась против нее, Рей потеряла опору. Она же всегда была хорошей! Честной! Она не хотела разбивать чужую семью, она с ужасом узнала, что у преподавателя — Алека Сташински, в которого она по глупости втюрилась — есть дети, и младшему всего пять. Разумеется, звоночки были. И Рей пытались предупредить знакомые, но она ничего, вот вообще ничего не желала слушать. Искать лишнее о «любимом» она тоже не пыталась. А ведь она была у него не первой. При этом развод господин Сташински жене давать не хотел, пользуясь неотмененной нормой законодательства: если венчались, значит, на развод должна быть веская причина. И ловко прятал концы в воду, когда заводил интрижки со студентками. Выбирал неместных, необеспеченных, наивных, водил по музеям и ресторанам, читал наизусть стихи, красиво трахал в президентских люксах — а потом плел что-нибудь про неизлечимую болезнь жены. Не могу, мол, бросить, прости, дорогая, это мой крест. Жена тем временем была вполне здорова, а еще — при деньгах. И сдуру в молодости подпустила муженька к управлению имуществом, а теперь оторвать от себя не могла, как присосавшегося намертво клопа. Неосторожность влюбленной Рей стала для женщины подарком судьбы. Дальше был позор на весь интернет и все газеты. Рей как только не полоскали, и даже показательно отчислили из университета. Потом, правда, тайком предложили вернуться на заочное — за отдельную доплату. Деньги, Рей, может, и достала бы. Например, взяла бы студенческий заем. Но ей непереносима была мысль снова прийти туда, где в нее тыкали пальцами и кричали вслед: «Шлюха!» Она ведь даже до поцелуев не дошла, какой там президентский люкс… Поэтому Рей бежала в родную нору и укрылась там, чтоб зализать раны. А потом тонула, тонула в рутине и жалости к себе, пока ее не взбодрила мать. И Рей воспряла духом, прибежав к Кайло. Да, она получила от него достаточно холодного презрения, чтоб ее гордость опять взвыла, но и реальную помощь увидела. Ведь у нее снова появился шанс вырваться из оков провинции и уехать куда-то далеко, начать с чистого листа, доучиться, в конце концов. Как она будет расплачиваться с Кайло, Рей не знала. Он настолько в штыки воспринимал ее робкие попытки пообщаться нормально, куда-то выйти вместе, что Рей просто не знала, что и делать. Кому угодно поездка на место преступления в таких условиях подарком судьбы покажется! А еще Кайло с каждым днем казался ей все красивее. Да, поначалу она ужасно боялась этой его звериной славы, вспоминая страшные статьи в газетах про альф и все те ужасы, которые крутили по кабельному в ее детстве. Но Кайло не метил дом, не пытался ее укусить или трахнуть, не отращивал хвост и не выл на луну. Жаль, что он больше не хочет с ней разговаривать, как раньше. И вот за какие-то пару дней Рей настолько поверила в себя, что — когда Кайло оставил ее на скучающего полицейского — присела бедняге на уши и давай выспрашивать, что да как. Делу помогло то, что младший брат полицейского учился с Рей в одной параллели. Выяснилось много интересных вещей. Во-первых, Кайло боялись, но уважали. «Отбитый, но кремень! Хоть и из этих…» — важно сообщил полицейский и высморкался. Кайло как альфа выезжал на все насильственные или подозрительные смерти в округе — и даже числился внештатным экспертом, потому что его зрение и нюх были круче, чем у полицейских собак, а доверия ему было больше — у королевских альф от крови не сносило крышу, как у обычных. Люди стали доверять ему немного больше, когда он умудрился найти в лесу пропавшего ребенка. Облазил весь чертов лес с оврагами и буераками и нашел пятилетнюю девочку со сломанной ногой в старой медвежьей берлоге. Сумел наложить шину, обезболить, успокоить — и на руках притащил в госпиталь. Мамаша девочки увидела картинку, как злой мужик со значком «Альфа. Тип 1» на одежде несет по коридору ее грязное исцарапанное чадо, и, не разобравшись, чуть глаза ему не выцарапала, насилу оттащили. Потом приходила извиняться и салат приносила, но Кайло не взял. А обязательные для ношения значки отменили потом, на следующих выборах. А еще он по запаху насильников нашел, которые девчонку молодую накачали какой-то дрянью и оттрахали, потом выкинули зимой в мороз из машины на дороге. Как уж он узнал — неведомо. Говорил всем, что ветер принес запах. Так он спас девчонку от замерзания, затем нашел насильников и что-то с ними сделал. Живы и вроде целы, но визжат от страха постоянно. Их в итоге в дурку сдали. А еще Кайло набил морду обнаглевшему залетному альфе — прямо голыми руками, потому что разрешения на оружие добился позже. А еще Кайло был холоден, груб и одинок, и люди его сторонились, но уважали. Радовались, что жил на отшибе и в городок приезжал нечасто. — А ты ему кто? — полицейский вдруг вспомнил, что Рей с Кайло приехала. — Ты вроде ж терлась с ним, а потом пропала… Соболезную, кстати, утрате. Отчим твой… ну сама понимаешь. — Понимаю, меня по Ункару уже допрашивали. А Кайло я друг! — Рей ткнула себя в грудь с показной гордостью, думая, что таких, как она, друзей, за ребро да в музей. Музей позора. Дальше уболтать полицейского, чтоб пропустил за ленточку поближе к месту преступления, было делом техники. Все равно любопытных столпилось навалом, уже приехали репортеры пары городских газет, окружной и даже столичной. Рей подошла к Кайло как раз в момент, когда он сердито выговаривал охраняющим периметр полицейским, что посторонние затоптали все следы. Увидел Рей, запнулся, опасно покраснел, но орать на нее прилюдно не стал. — Ты! Стой на месте! — выплюнул и повернулся к похоронной команде. — Пакуйте в морг! Рей слегка удивилась, чего это Кайло командует, как у себя дома. Но ее основное внимание было поглощено, собственно, трупом. Молодая женщина с лицом цвета снега и синими губами лежала на боку, как будто спала. Желтые — крашеные — волосы вмерзли в снег, синий туристических пуховик с катафотами был распахнут. Рей перевела взгляд чуть ниже — и почувствовала, как к горлу подкатывает желчь. Живот жертвы — теперь однозначно жертвы — был распорот. Крови оказалось не слишком много, но вывороченные кишки вились змеями и, казалось, шевелились под начинающейся метелью. — Значит, не альфа? — молодой хмурый детектив обратился с вопросом к Кайло. — Нет. Характер повреждений не соответствует… — Кайло злобно глянул на Рей и отвернулся, — челюстям. Даже если это мифическая частичная трансформация, в которую я не верю. Тело распарывали не клыками. И ни один альфа не потащит жертву черт знает куда. Это человек. Психопат, который, однако, в курсе, что здесь альфы сотрудничают. Тело облито «Антиальфой», дополнительно посыпано смесью перца и еще какой-то дряни, отбивающей запах. Чужого ДНК вы тоже, скорее всего, не найдете, а следы затоптали. — Напиши отчет, — детектив быстро делал какие-то пометки в толстой тетради с черной клеенчатой обложкой. — И я бы хотел завтра тебя видеть на вскрытии. — Угу, — Кайло сжал локоть Рей. — До завтра. А потом он потащил ее к машине, и молчание альфы было одновременно грозным и красноречивым. Рей сопела, думая, как перенаправить его гнев. И тут ее осенило — зря, что ли, она читала про альф все, что могла? И не забывала при этом чистить историю браузера. — Я есть хочу… — сказала голосом чуть выше, чем обычно. — И замерзла. Кайло остановился, хмуро глянул на нее. Его длинный нос забавно покраснел от холода, выбившиеся из-под резинки волосы от тающих снежинок сильнее вились. Рей ответила ему невинным взглядом, потому что не врала. Давай-давай, мол, принюхивайся, ходячий детектор лжи, она, между прочим, еще в туалет хочет по-маленькому! Альфа обязан позаботиться о своей женщине, даже если она в статусе друга или временная. Рей так и не поняла, каким образом альфы «женятся», потому что в суперсекретный чат ее не пустили — спалили, что она не из своих и вообще баба, задав парочку правильных вопросов. Но то, что альфы однолюбы, оказалось правдой. Только при этом не обязательно было хранить себя до встречи с той самой. У выросших альф, кто лег с женщиной, случался «гон» — состояние, когда они были больше зверями, чем людьми. Гон — в буквальном смысле: альфы носились по лесу, дрались друг с другом, ели сырое мясо. Гон и секс завершали взросление, и альфа был готов образовывать стаю. Но эту информацию Рей почерпнула у обычных альф, а что там с королевскими — никто не знал, уж очень мало их осталось, меньше сотни на всю страну. Женщин-альф не было, омег тоже. По крайней мере — в реальной жизни, зато такого добра было полно в эротических романах и фэнтези. Рей прочитала парочку, представляя Кайло в роли главгероя — и перестала маяться дурью. Иначе ей придется целыми днями сидеть в душе, чтоб остыть, а обеды Кайло будет на веревочке в окно поднимать. Кайло привез ее не в какою-то там забегаловку, а во вполне приличный охотничий ресторан. Меню, правда, не дал — велел есть то, что он сам закажет. «Ты ж тетерева от фазана не отличишь», — хмыкнул. А пока им несли еду, Кайло прочитал длинную лекцию об опасности, которая теперь поджидает Рей. В округе маньяк, на одной женщине он не остановится, поэтому больше никаких прогулок. — Ура, отдых! — пискнула Рей. В ответ Кайло наградил ее тяжелым взглядом и заявил, что вся двигательная активность переносится в дом, а гулять Рей будет в его компании. Рей закатила глаза и ничего не ответила. На самом деле она не прочь была позаниматься с Кайло. У него так красиво напрягались руки и плечи, когда он отжимался… — О чем ты сейчас думаешь? — с подозрением спросил Кайло, забавно раздувая ноздри. «Ой!» — подумала Рей и заявила вслух: — Да так, сегодняшний сон вспоминаю! А еще давно хотела тебя спросить, что означают твои татуировки? — Как будто тебе на самом деле интересно, — Кайло поджал губы. Рей так искренне возмутилась, что ее прорвало. И она наконец высказала ему все, что думает по поводу его идиотской благотворительности и стремления унижать зависимых женщин. Кайло покраснел, потом кровь от его лица, наоборот, отхлынула, и, кажется, Рей от немедленного вышвыривания в снег спас официант, который принес заказ: утку для Рей и стейк с кровью для Кайло. Через пятнадцать минут томительной тишины, прерывающейся тихим чавканьем Рей (у Кайло манеры были получше), он вдруг выдавил из себя: — Извини. — Ты меня тоже извини, — Рей ковырнула недоеденную грудку. — Просто… я не такая уж меркантильная. Да, я прибежала к тебе из страха, но… я думала, ты меня видеть не хочешь после той моей глупости, вот совсем. — Не хотел, — кивнул честный Кайло. Вот что ему стоило соврать! — Однако не скажу, что ты сильно изменилась. Иногда как будто не уезжала. Это здорово… веселит. — Что-то в тебе веселья не заметно, — Рей схватилась за бокал и только со второго глотка поняла, что там вино, а не вишневый сок. — Так ответишь про татуировки? — Они… отмечают важные события в моей жизни. Так я лучше запоминаю, — сказал Кайло после короткой заминки, будто оценивал, стоит ли Рей кусочка правды. — Ты, я знаю, начиталась всяких слухов и домыслов про альф. Иногда зверь в них… в нас берет верх. А потом надо как будто заново вспомнить себя. Это быстро, но не мгновенно. Татуировки помогают вспомнить, и они всегда со мной. Их не потеряешь, как записи в блокноте. — Здорово! — совершенно искренне восхитилась Рей, уже чуть хмельная. — А наш момент знакомства там отмечен? — Конечно, — Кайло поднял бровь. — Поближе к заднице. И подпись «Заноза» есть. — Слабо показать? — Рей никогда не сдавалась. — Задницу? — Если я покажу задницу прямо здесь, люди подумают, что у меня начался гон, и вызовут спецбригаду, — Кайло полез за сигаретами. — А если дома, то ты тоже чего-нибудь себе подумаешь, и до утра будешь думать, хочется тебе этого, или нет, и благоухать этими желаниями на весь дом. Так что обойдешься. Все равно ты скоро уедешь. — Когда? — Рей удивилась, потому что раньше тема ее отъезда не поднималась вовсе. — Самое позднее в конце весны, — Кайло пожал плечами. — Я договорился, чтоб тебя пристроили летом на побережье поработать. Осмотришься и решишь, куда тебе дальше. Только пожалуйста, не звони и не пиши. А прямо сейчас не пей больше. — Даже открыток не слать? — Рей стало грустно. Все-таки она ему обуза. — Одну. С подписью «У меня все хорошо, я вышла замуж и нарожала детишек», — Кайло скривился, будто съел что-то кислое, и встал. — Подожду тебя на парковке, здесь нельзя курить. Рей еще поковыряла утку и попросила завернуть недоеденное с собой: Кайло почему-то все порции заказывал двойными, а ей жалко было всего того, что не влезло в организм. Кайло курил у машины. Поднял бровь, глядя на пакет с логотипом ресторана, но, к рейкиному счастью, комментировать не стал. — У тебя все есть? — спросил, придавливая окурок рифленой подошвой высокого ботинка. — Можем заехать в магазин по пути обратно. — У меня нет денег, но… — Рей сделала щенячьи глазки. — Давай договоримся, — Кайло навис над ней, так что Рей неосознанно отклонилась, прислонившись к пассажирской двери его внедорожника. — Начиная с этого момента мы будем пропускать игру в хорошую девочку. Ты знаешь, что у меня есть деньги. И я знаю, что ты знаешь. Если тебе что-то нужно, ты просто это говоришь. А я, если мои возможности и желания позволяют, покупаю. Или отказываю. Только без этих вот дрожащих ресничек и игры в стыдливость. Ты мне не девушка, ты мой друг. По крайней мере, бывший. — Бывший? — голос Рей прямо посредине слова сломался. — Я не знаю, хотел бы я, чтоб все было как раньше, но фильм «Назад в будущее» выдумка, — Кайло наконец отошел и вообще полез садиться на свое место. — Ну так куда тебе и зачем? — В книжный, — Рей тяжело вздохнула. — Соскучилась по бумажным книгам. Давно не покупала, дорого… — Без проблем, — Кайло завел мотор. — Сейчас прогреется. Пристегнуться не забудь. — У тебя замок заедает, — сказала Рей чистую правду. — Не могу. Кайло перегнулся через нее, вытягивая пассажирский ремень и задевая ее грудь, потом с силой вдавил пряжку в фиксатор, или как там эта штука называется. — Спасибо, — проблеяла Рей, которую бросило в жар. — Не обольщайся, — вдруг сказал Кайло, вынимая порядком помятую пачку, в которой осталась всего одна сигарета. — Эти твои реакции на меня… чистая физиология. Такое бывает. Ты сразу меня забудешь, как улетишь к морю. Вон, забыла же, когда учиться уехала. И снова будет так же. Рей попыталась возражать. Но Кайло велел ей заткнуться и не мешать вести машину вечером в метель. В книжный они действительно заехали, хоть он и закрывался, но ради Кайло им дали лишних пятнадцать минут, и Рей нахватала с полок романов-пеплумов, мистики и сай-фая. — А чем ты зарабатываешь на жизнь? — спросила Рей уже в машине, как только смогла оторвать от груди пакет с книгами и отправить его на заднее сиденье к утиной грудке. — Сложно так сказать, — Кайло подарил ей очередной острый взгляд, но соизволил ответить. — Я навроде эксперта в паре мест по договору. Но еще люди мне платят по всякой фигне, я как будто… местный колдун, вот. — Правда? — восхитилась Рей. — Прям колдуешь?! — Нет, конечно, — Кайло презрительно фыркнул. — Все думают: раз королевский альфа, то заплачу ему немного на удачу, чтоб земля помогала. Сказки все это. — Совсем не помогает? Земля? — Рей вдруг подумала, что жизнь куда интереснее книжных выдумок. — Не так, как ты себе навоображала! Все, хватит болтовни! — Кайло сжал рычаг коробки передач так, что кожа на костяшках побелела. — А можно я помогу тебе в расследовании, пока я здесь? — неожиданно даже для себя спросила Рей и положила свою руку на рычаг поверх его собственной. Какой Кайло горячий! — Нет! Даже и не думай! — прошипел он, подарив Рей совершенно безумный взгляд, и прибавил скорости. Однако не стал отталкивать Рей и руку на руль не вернул.