Дом

"Я не буду этого делать", - сказал Нил. "Ты не можешь меня заставить". Ичиро холодно улыбнулся. "Возможно, нет. Но мы можем вас поощрить¹ ". Он кивнул мужчине рядом с ним, который достал из кармана куртки тонкий конверт и протянул его Нилу. Нил пытался унять дрожь в руках, когда открывал конверт и вытаскивал фотографию Нила с Эндрю. Похоже, она была сделана всего несколько дней назад, когда они покидали корт. У Нила кровь застыла в жилах. Он запоздало попытался скрыть свою реакцию, но было слишком поздно. Морияма знали, что они победили. "Надеюсь, мне не нужно пояснять?" Спросил Ичиро. Нил молча покачал головой. "Отлично. Я ожидаю быстрых результатов от нового мясника из Балтимора". "Мне просто нужно кое о чем позаботиться перед тренировкой", - сказал Нил. "Ты хочешь, чтобы я подождал тебя?" - спросил Эндрю. "Нет", - быстро сказал Нил. Слишком быстро, судя по пристальному взгляду Эндрю. "Нет, это не займет много времени. Просто выведи остальных на корт". Он не мог заставить себя сказать Эндрю, что встретит их там. Он не хотел, чтобы его последние слова, обращенные к нему, были ложью. "Хорошо", - сказал Эндрю. Он все еще казался подозрительным, но он доверял Нилу. Это, подумал Нил, было тем, что ранило больше всего. Возможно, именно поэтому он должен был сказать еще кое-что. Или, может быть, он просто хотел, чтобы Эндрю посмотрел на него еще раз. "Привет, Эндрю?" Сказал Нил. Эндрю выжидающе посмотрел на него, пока Нил пытался подобрать слова, которых, казалось, было одновременно слишком много и недостаточно. "Спасибо. За то, что ты мой дом ". Слова были слишком близки к тому, что он сказал в Балтиморе, когда в последний раз думал, что хоронит Нила Джостена. Он не мог сказать, хорошо это или плохо. Брови Эндрю нахмурились, и на какой–то безумный момент Нилу показалось, что Эндрю собирается остановить его – что он заметит параллель и скажет Нилу, чтобы он перестал валять дурака, он никуда не денется, - но он либо не уловил связи, либо решил позволить Нилу выйти сухим из воды. Чтобы отпустить Нила. "300 процентов", - сказал Эндрю, выходя за дверь. Нил наблюдал, как она со щелчком закрылась. Он был Нилом Джостеном так долго, как только мог. "Тела нет", - сказал Эндрю. Кевин уставился на свои руки. - Что, ты хочешь увидеть его гребаный труп? Разве все недостаточно плохо и без того, чтобы ... "Послушай, Эндрю, мы хотели бы, чтобы он был жив так же сильно, как и ты, но ... был свидетель, который видел, как он упал с обрыва. А река там действительно глубокая, с сумасшедшим быстрым течением. Водолазы сказали, что мы не должны задерживать дыхание в ожидании, когда обнаружат тело, - сказал Ники. Эндрю покачал головой. Что-то не сходилось. Нил оставил свой мобильный, но взял спортивную сумку и папку. Бегунья трусцой, которая сказала, что видела, как он прыгал, ничего не говорила о сумке. Он должен был найти сумку Нила. "Может, Нейл и мертв, но Абрам жив", - пробормотал он. "Куда ты идешь?" - спросил Аарон, когда Эндрю поднялся с кресла-подушки и направился к двери. "Выход". Эндрю уставился на пачку сигарет, лежащую на краю крыши, не уверенный, спасательный круг это или бомба замедленного действия. Он открыл их. Одной сигареты не хватало, и его сердце застряло в горле, потому что Нил был здесь. На внутренней стороне коробки, за оставшимися сигаретами, он увидел почерк Нила. Не позволяй этому стать прощанием, подумал он. Не позволяй этому стать предсмертной запиской. Это было не так. Не совсем. "У меня не было выбора. Я хотел убедиться, что у тебя был выбор", за которым следует серия цифр. Эндрю пытался разобраться в них. Наконец, он начал видеть закономерность – Нил написал статистику "Лисов" в порядке номеров футболок, чередуя цифры, которые Эндрю не узнал. Десять цифр, которые он не узнал. Номер телефона. Могло ли это быть так просто? Эндрю не знал, но он знал, что должен быть готов, прежде чем звонить. Он постучал в дверь женского общежития. Эллисон открыла и, не говоря ни слова, повернулась, чтобы позвать Рене. У Дэна и Эллисон были красные глаза и слезы, но глаза Рене были ясными. Она выглядела так, словно знала, что он придет. "Спарринг?" спросил он. Она кивнула. "Поехали". "Ты должен назвать это", - сказала она. "Но что, если это – я не думаю, что смогу жить с этим, если это не так". Рене кивнула. "Я знаю. Но ты можешь так долго жить, только надеясь на что-то одно. Это шанс, но я думаю, им нужно воспользоваться ". "Даже если я прав, - сказал Эндрю, поколебавшись, - что бы ни случилось, я думаю, Нилу Джостену придется остаться мертвым". "Я знаю", - грустно сказала Рене. "И Эндрю Миньярду придется уйти с ним, не так ли?" "Мы слышали о трагической потере вашего ... друга", - сказал человек, которым мог быть только Ичиро. "Семья Морияма выражает свои глубочайшие соболезнования. Но мистер Веснински - или мистер Джостен, как, я полагаю, вы его знали – умер, имея долг, который нужно было выплатить. Надеюсь, мы можем рассчитывать на то, что вы сдержите свое слово? " Эндрю был в ярости на Нила – сколько раз мне приходилось говорить ему остаться, – но он просто кивнул. "Да". Он больше не мог ждать. С одноразовым телефоном в руке Эндрю мерил шагами склон утеса, где, по словам бегуньи, она видела, как прыгал Нил. Он оставил записку для остальных – "Похороните меня с Нилом". Прав он был или нет, с их стороны это было бы уместно. Он набрал номер, зная, что так или иначе, Эндрю Миньярд вот-вот умрет. Телефон в его кармане начал звонить. Надеяться на это было слишком сложно – прошло уже несколько дней. Эндрю, возможно, так и не получил свое зашифрованное сообщение, а даже если и получил, то, возможно, просто сжег его. После всего, через что он заставил его пройти, он не заслуживал Эндрю. Эндрю заслуживал лучшего, чем та сломанная оболочка человека, в которую он превращался. Но он дал этот номер только одному человеку. И он предоставил этому человеку выбор. И теперь его телефон звонил. Он ответил. "Алло?" "400 процентов. Может быть, 500". Нил – не Нил, он мог быть кем угодно, только не Нилом – рассмеялся. "Что ж, к сожалению, я думаю, что позаботился об этом за тебя". "Где ты?" Он сделал паузу. "Я имел в виду это, когда сказал, что хочу, чтобы у тебя был выбор. Если я скажу тебе – это не то, от чего мы сможем отказаться". "Ты уже стал тем, от чего я не могу избавиться, ты абсолютный гребаный идиот", - решительно заявил Эндрю. "Просто скажи мне, где ты, чтобы мы оба могли вернуться домой". "Мы не можем. Если я вернусь, они – они узнают о тебе. О нас. Они использовали тебя, чтобы ... Если бы я не взял на себя роль своего отца, они бы причинили тебе боль ". Он услышал разочарованный вздох Эндрю в трубке. "Разве ты не помнишь, чем это закончилось для нас, когда ты в последний раз пытался стать мучеником ради меня?" У него перехватило дыхание. "Нет, они не –" "Пока нет. Они попросили меня закончить работу вместо тебя". "Мне так жаль", - прошептал он. "Я просто хотел, чтобы у тебя был выбор". "У меня действительно есть выбор", - сказал Эндрю. "Я его сделал. Теперь скажи мне, где ты". "Мне нужно убедиться, что ты понимаешь – ты не можешь просто прийти, забрать меня и забрать с собой". "Ты действительно такой глупый, каким кажешься", - сказал Эндрю. "Я понимаю. Я обо всем договорился. Я уйду так же, как и ты". Мотель был темным и унылым и находился настолько далеко от проторенных дорог, насколько это вообще возможно, при достаточном трафике, чтобы продолжать работать. Это была самая красивая комната, в которой он когда-либо был. "Ты уверен?" спросил он Эндрю между поцелуями. "Мы никогда больше не сможем быть Нилом и Эндрю. Эта жизнь – жизнь в бегах – я сделал это. В ней нет ничего гламурного или веселого. И пути домой нет. " "Я отвечу на этот вопрос столько раз, сколько вы спросите. Но это всегда будет "да". Он улыбнулся, узнав собственные слова. "Не "всегда" меня". "Не спрашивай правды, если хочешь просто разбавить ее". Эндрю поцеловал его полностью, глубоко, надолго. "Ты и мой дом тоже". Они не организовали похороны Нила до того, как Эндрю пропал без вести, поэтому Эндрю исполнил свое желание быть похороненным вместе с Нилом – или настолько похороненным, насколько это вообще возможно без тела. Это было маленькое и тихое мероприятие, на котором присутствовали только оригинальные Foxes. "Как у тебя дела?" - спросил Аарон впоследствии, глядя на Рене со смесью гнева, ревности и отчаяния. Она плакала о своих потерянных друзьях, но она не казалась такой безутешной, как некоторые другие. "Разве Эндрю не должен был быть твоим лучшим другом?" "Он там, где хочет быть", - просто сказала она. "Он с Нилом". "Это опять твои штучки про Иисуса? Потому что, если бы я понял, что религия - это такой мощный наркотик, я, возможно, попытался бы уделять чуть больше внимания в церкви ", - сказал он. "Что-то в этом роде", - согласилась Рене с легкой улыбкой и отвернулась. Она предложила бы своим друзьям – их друзьям – все возможное утешение, но Эндрю и Нил доверили ей свой последний секрет, и она не должна была предавать это доверие. Рене достала свой телефон и перечитала сообщение, пришедшее тем утром с неизвестного номера. "Мы дома. Он хотел, чтобы я поблагодарил тебя за то, что дал мне смелость прыгнуть ". С тихим гудением Рене убрала телефон и вложила свою руку в руку Эллисон. Дом казался мне очень приятным местом для жизни.