Кровь и пепел

Сколько себя помнил — всегда был не таким как всё. В военном корпусе, в котором он рос, подобное не поощрялось, даже наоборот — синяки от многочисленных наказаний не успевали сходить. Худой, похожий на скелет, с бледной, бумажно-белой кожей и светло-серыми, пепельными волосами, он казался словно сошедшим с чёрно-белой старой фотографии. Единственным ярким пятном были глаза — чёрные, зрачок даже не видно, впрочем как и белок. Из-за них кураторы называли его отродьем они. Внешность накладывалась на совершенно не свойственный ребёнку уровень знаний и навыков. Он получил мастерство по фехтованию в 11, чуть позже ещë раз, но уже по боевым искусствам, различал более 300 видов различных ядов и даже мог их воспроизвести. Вечно хранивший молчание и подолгу смотревший в одну точку мальчишка разительно отличался от других детей, которые стремились выслужиться перед старшими, в борьбе за место под солнцем, и потому не хотели с ним общаться, впрочем Юкити в этом и не нуждался — у него уже был друг. Изредка их отпускали в соседний даже не город, скорее уж деревню, там он и подружился с Гэнъитиро. Шумный и озорной, он невероятно сильно контрастировал с молчаливым тихим номером 317. Да он узнал, что у него кроме номера есть ещë и имя, лет в 10, а до этого его называли не иначе как номер 317, ну или 317-й. Тогда он не спал почти всю ночь, лежал уставившись в потолок, и мысленно повторял свои имя и фамилию, словно пробуя их на вкус. " Фукудзава Юкити " Странное имя, но ему нравилось, ведь оно было его и только его, это было первое что принадлежало ему, в тот вечер, вернее ночь он впервые активировал свой дар — тьма обнимала его будто одеялом, чего в ледяной казарме очень не хватало, убаюкивала, она и раньше была рядом, просто сейчас впервые получила внешнее проявление. Потом было окончание учëбы в корпусе, «Номер 317 лучший в выпуске» ссора с Гэнъитиро, он и вправду не мог пойти с ним на войну добровольцем, ведь уже автоматически был записан в регулярные войска, что и попытался объяснить другу, но тот и слушать его не стал, обозвал трусом и ушёл. Потом была кровавая война, люди гибли как мухи, но ему было плевать. Тьма, довольно урча, отнимала чужие жизни, иногда вместе с телами, он тоже убивал, но клинком. О, с появлением в его жизни этого оружия была связана одна довольно интересная история. Он тогда впервые прошёл на особые улицы, даже скорее на особую часть города. И хотя он тут был впервые, парень точно знал куда ему идти. Оружейная лавка была необычным местом, полумрак, мебель из тёмного почти чёрного дерева, и высокие стелажи, бесконечными рядами уходившие во тьму, благо пятое измерение позволяло и не такое. Хозяин лавки, худой высокий мужчина с болотно-зелëными волосами и тускло золотыми глазами, хрипло поинтересовался, что он тут забыл, тогда Фукудзава выложил на прилавок «Слезы Идзанами» чёрные камни, с невероятной силой и скорость поглощающие энергию всего на что их положат, человек ли, ядерный реактор или дерево, пристанет высосет досуха и отлипнет, при этом если ты добыл эти камни сам или тебе их добровольно отдали, то после высасывания камни всегда вернуться к тебе, и из тебя энергию в любом случае сосать не будут, а если их правильно обработать, то они даже будут отдавать тебе всю полученную силу, на любом расстоянии, сквозь любые преграды. Они ценятся дороже золота и брильянтов, а всë потому, что добыть их можно только в Сумеречных Долинах, они там валяются под ногами как простая галька, вот только войти туда могут многие, а выйти только очень сильные Тëмные, к коим он и относился, неспроста управление Тьмой было его даром, так вот, что-то он отвлёкся, парень выложил на прилавок пять крупных ровных «Слëз». Торговец мгновенно изменился в лице, и едва скрывая страх, поинтересовался, чего желает господин Тëмный. Услышав ответ он предложил тому пройти к стеллажам и мысленно «позвать», подходящее оружие само «откликнется» и прилетит в его руку. Так и произошло, в раскрытую ладонь прилетел клинок, вернее катана, с виду абсолютно обычная, но он чувствовал, что с ней не всë так просто. Хозяин лавки протянул ему влажную салфетку, сверхспособности сверхспособностями, а умереть от заражения крови не хотел никто. Юкити аккуратно протёр сначала руку, а затем и лезвие катаны, и резко сжал его в ладони, ровно в том месте, где начиналась гравировка, из порезанной руки потекла кровь, тут же впитываясь в сталь. Спустя пару мгновений он разжал пальцы, и, положив оружие на несколько секунд на стол, забинтовал кисть, не сильно, чтобы можно было двигать, но кровь не капала. Это была кровная привязка клинка, теперь он всегда вернëтся к нему, и не послужит против своего владельца, такая связь разрушится, только в случае его полной смерти. После войны были годы, когда он был «императорским карающим клинком», правительственным убийцей, потом телохранителем. А затем была встреча с Рампо. Как же была права та мафиози, Коë «Цветы, растущие во тьме, как ни крути, во тьме лишь выжить могут». Это действительно так, но он решил тогда попробовать изменить и свою жизнь, и себя. И что в итоге? Когда они узнали о его прошлом он ожидал каких угодно эмоций и чувств в их глазах, но только не презрения, ненависти и брезгливости, среди них не было только двоих, Кенджи и Джуничиро. Почему от Дазая, хотя он был мафиози, он тоже был убийцей, они не отвернулись, приняли, просто так, без всяких залогов и авансов, как и Кëку. А его усилий оказалось недостаточно?! И сейчас сидя на полу в одном из залов ожидания в почти обезлюдевшем аэропорту, Фукудзава не понимал, толи сердце будто бы заменили камнем и он ничего не чувствует, толи его просто вырвали и от этого такая ноющая боль в грудной клетке. Чтож в любом случае просто так умирать он не имеет права.

*** Шаг, ещё один, теперь остриё чужого меча упирается ему в грудь, точно в сердце. В глазах Г̶е̶н̶ъ̶и̶…Фукучи он видит удивление и всю ту же брезгливость, но теперь ему уже не больно. Быстрая ложная атака, Амегодзен теперь протыкает его тело насквозь, но это не напрасно — из сонной артерии Оочи торчит смазанный сильнодействующим ядом (специально подбирал такой, чтобы подействовало даже на Ищейку) сенбон. И тьма распахивает свои объятия для него