Спрыгнешь со мной этой ночью? Springst Du mit mir heut nacht?

Раздался стук в дверь, и Артём вошёл в спальню Александра. — Тебе получше? — тихим голосом спросил мужчина, оглядывая возлюбленного с ног до головы и чувствуя свою вину за произошедшее. — Угу, — слабо кивнул юноша и, оперевшись ладонями о кровать, чуть приподнялся и сел. — Не переживай. — Прости, что не уследил… Если я как-то могу загладить свою вину, то… — Ты не виноват, — резко перебил его Саша, не дав договорить. — Ты не мог знать его намерения. — Я не уследил, — присел Артём на кровать и взглянул на Алексея, который кивнул, обозначив, что всё закончил, и стал выходить из комнаты. — Саш, — сказал врач, прежде чем покинуть комнату. — Отдыхай, хорошо? Посмотри фильм, сериал, но отдыхай. Тебе и твоей нервной системе это необходимо. — Хорошо, — улыбнулся парень, и доктор окончательно вышел из комнаты. На некоторое время в помещении повисла тишина, и никто не знал, чем её можно перебить. Артём очень хотел что-то сказать, но не мог найти нужные слова, которые бы смогли приободрить юношу. — Тем, — начал первым Саша. — Не вини себя, ладно? Я понимаю, ты переживаешь, но… Тебе самому нужен отдых. — Да ну его, — махнул рукой Захаров и взглянул в сторону. — Ты меня даже не помнишь, так что мне надо приложить все свои усилия для того, чтобы ты меня вспомнил. — Может, со временем память вернётся? — грустно взглянул на него парень. — Такое же бывает. — Да, но это не мешает мне переживать. И вообще, не надо забивать свою голову моими проблемами, ладно? — повернулся мужчина к парню и мило улыбнулся. — Я постараюсь, — в ответ постарался выдавить из себя улыбку юноша, что получилось довольно наигранно. Безусловно, Артём заметил это, однако не стал задавать больше вопросов, так как Саша вряд ли бы на них искренне отвечал. «Да уж, — подумал мужчина, всматриваясь в лицо друга. — Мне скоро улетать, а ему не сильно уж лучше. Но я не могу его сейчас бросить. Никак не могу». — Что-то не так? — немного с недоверием прозвучал вопрос парня, который заметил пристальный взгляд на себе. — Ты можешь просто выйти и не смотреть на мои раны. Сам знаю, что они ужасны. — Что? Нет! Ни в коем случае! — воскликнул мужчина. — Ты неправильно меня понял. Просто… — сделал небольшую паузу Артём. — Понимаешь, я гражданин Германии, поэтому за границей могу находиться только определённое количество дней. Как раз из-за этого мне скоро возвращаться в Берлин, но… Ты не в том состоянии, чтобы тебя бросать. — А если я не вспомню тебя до твоего отлёта? — тихо спросил Саша. — Ты уедешь и… — Я не уеду, — перебил его Артём. Слова вырвались раньше, чем он успел подумать. Он сам удивился своей решительности. — По крайней мере, не сейчас. Я могу договориться. Работа подождёт. — То есть ты в основном там живёшь? — Сложно сказать, всё зависит от ситуации. — А-а, — протянул парень. — Понял. Тебе в любом случае не стоит менять свои планы ради меня, а то ещё проблемы будут. — Я не могу тебя оставить, сам понимаешь. — Почему? — вскинул правую бровь вверх Саша. — У меня тут Даня, родители. — Да, но… Это мои личные заморочки, не парься. — Как скажешь, — пробубнил юноша, понимая, что перед ним сидит далеко не самый простой в понимании человек и что ему ещё предстоит много о нём узнать. — Мне, наверное, стоит оставить тебя одного? — неожиданно спросил мужчина. — Да… Мне надо отдохнуть. — Хорошо, — положил свою руку на колено парня мужчина, мило улыбнулся и стал выходить из комнаты. — Если что-то понадобится, то зови, я рядом. — Спасибо.

***

И вот Артём вышел из комнаты и тяжело вздохнул. Он понимал, что Саше сейчас очень нелегко, поэтому старался сделать всё возможное, лишь бы ему сделалось лучше. Проходя к лестнице, он ещё раз заглянул в комнату, где спал Даня, и, убедившись, что всё хорошо, спустился вниз. Не успев толком оглянуть всех, Захаров услышал ссору Макса и Марка, которые стояли за углом. — Может, достаточно? — подошёл он к паре. — Достаточно?! — возмутился блондин. — Он от меня сбежал, наврал, а сейчас ещё и Саше боль причинил! — Я не специально, — хмыкал брюнет. — Отвали уже со своими упрёками, надоело. — А ты не веди себя так, чтобы я должен был тебя отчитывать! — А ты просто рот закрой и… — резко замолчал Макс, осознав, что он только что сказал своему мужу. — Я, прости, что должен сделать? — разгневанно уставился на него Марк. — Заткнуться? — Нет, прости, я не это имел в виду. — А что тогда? Ах, точно, ты же мне разводом как-то угрожал со злости. Так почему мы ещё тогда вместе?! — Так, — вмешался в ссору Артём. — Оба прекратили сейчас. Макс, я бы тебе давно уже втащил, честное слово. Не понимаю, как Марк тебя такого терпит. А ты, Марк, слишком сильно на него не дави, я помню его заморочки. — Слишком сильно?! — воскликнул блондин. — Он твоему парню боль причинил! — Я в курсе. — И я должен молчать по этому поводу? — Нет, но хотя бы не очень громко на него ори, — хмыкнул мужчина и скрестил руки на груди. — Вы тут не одни. — Ладно, — кивнули оба в ответ. — Марк, я… — начал было Максим, однако блондин тут же, демонстративно топая, пошёл на кухню. — Да блять! — Сам виноват, что довёл его, — смотрел вслед Марку Артём. — Не надо было сбегать. — Я просто хотел отдохнуть, что в этом такого? — буркнул брюнет. — Ты не предупредил его. Не думаю, что он был бы так против твоего личного отдыха, однако ты нагло сбежал и не отвечал ему на звонки, он переживал. — Я должен говорить ему, что хочу отдохнуть от семейной жизни? — Макс, — уставшим взглядом посмотрел на него мужчина. — Ответь мне на один вопрос… Зачем ты делал ему предложение, если не был готов? — А он зачем согласился? — Не уходи от вопроса. Зачем? — всё ещё пристально смотрел на парня Артём. — Люблю его. — Так если ты его любишь, то почему не хочешь решать все проблемы разговором? Почему надо именно бежать? — Ты не поймёшь, у тебя даже отношений нет. — Ты считаешь, что я в свои почти тридцать три ничего не знаю об отношениях? Ошибаешься. — Ну-ну. — Макс, — неожиданно схватил его за горловину футболки Артём. — Не нарывайся. Лучше иди и поговори с Марком, ты сам его обидел. — А он меня — нет? — Он тебе лишь высказывает своё недовольство по поводу всего этого, а теперь ты иди и успокой его. — Сам успокоится. — Ладно, я понял, — стал разминать руки мужчина. — По-хорошему ты не понимаешь, как скажешь. — Ладно-ладно, иду я, — буркнул брюнет и сам направился на кухню, где блондин сидел и пил чай. — Ну, ты как? В ответ Марк ничего не ответил и лишь отвернулся от мужа. — Ой, вот только не надо тут строить из себя обиженку, в чем проблема поговорить? А блондин всё сидел спиной к своему возлюбленному и медленно пил чай, не отвечая на его вопросы. — Марк! Повернись и посмотри мне в лицо. Тебе так трудно? В ответ снова тишина. — Моё терпение не бесконечно, я хочу извиниться, но делать перед твоей спиной я это не буду. — И не надо, — резко развернулся блондин и влажными глазами взглянул на мужа. — Вообще не извиняйся, твоё же дело. — Милый, что у тебя с глазами? — изменился в лице брюнет. — А какое тебе дело, а? Впервые заметил, что со мной не всё в порядке? Ах, да, точно, прости, ты же не можешь и пять минут найти на меня, как я мог забыть? — с иронией шептал блондин, поскольку говорить нормальным голосом не мог. — Эй, ну, милый мой, прости, я идиот, ты и сам это знаешь. Я могу ляпнуть всё, что угодно, не подумав, но это же не значит, что с тобой что-то не так. Прости меня, ладно? Давай пойдём в комнату и поговорим? — Отстань, — буркнул тот. — Тебе же плевать. Ты только в начале отношений старался ухаживать, а сейчас забил на всё. Мне плохо? Плевать, ты занят. Я прошу уделить тебя мне немного времени, но ты опять не можешь! У тебя на меня постоянно нет времени, а сейчас что? Что поменялось? Если ты меня уже не любишь, то в чем проблема сказать? Почему я должен себя мучить, а? — заплакал Марк, находясь не в состоянии сдерживаться. — Я тебя что? Зай, ты с ума сошёл? — сию же секунду обнял его брюнет и стал успокаивать. — Я тебя люблю, причём очень сильно, правда. Я реально на работе очень занят, а из-за стресса психую на тебя, прости, я не должен так поступать. Я клянусь, я исправлюсь. — Ты же просто меня не любишь… — уткнулся в его плечо блондин. — Люблю, очень сильно люблю тебя, милый мой, — поцеловал его в щёку Макс. — Просто я полный идиот. Артём же слышал данный разговор, однако не вмешивался и старался не шуметь, поскольку паре надо было поговорить и всё обсудить. Он встал возле стены около гостиной и стал думать о своём, параллельно смотря в одну точку на диване. — Что-то не так? — вывел из раздумий голос Никиты. — А? — обескураженно поднял глаза мужчина. — Ты просто так смотришь, вот я и спросил. — Нет, всё в порядке, — почесал затылок Артём и подошёл к юноше и Ане. — О своём задумался. — Понял. Ты сам как? — Сойдёт. — Я могу помочь? — Да, ты поможешь, если больше не будешь заниматься сам знаешь чем, — легонько улыбнулся Захаров. Нервно ухмыльнувшись, Никита кивнул и следом, чтобы сменить тему разговора, спросил насчёт Дани. — Он спит, — ответил Т.У. — Натерпелся многого за последние дни. — Угу… А он вообще не виноват в этом всём. — Никит, — Артём посмотрел на него внимательно. — Ты хочешь поговорить о Дане или о себе? Никита замялся. — О себе, наверное, — сказал он тихо. — Тогда давай отойдём, — Артём кивнул в сторону кухни, где Макс и Марк уже заканчивали выяснять отношения. — Ане здесь будет спокойнее. Они перешли на кухню, и Артём сел напротив Никиты. — Он почти с самого начала ваших отношений знал, на что шёл, — сказал Артём. — Я не говорю, что он это заслужил, но он понимал весь риск. — И всё равно быть ему со мной — бред, — хмыкнул Уокер. — Почему? — А как иначе-то? Он страдает из-за меня, а ты помогаешь. Кстати, спасибо за всё, что ты для нас всех, считай, безвозмездно… — Ох, Никит, — начал Артём. — Мне не сложно, вы мои друзья. — А Даня всё равно тебя недолюбливает. — И его понять можно, — сел Артём рядом на диван. — Я удивлён, как ты со мной общаешься. — Ты для нас сделал уйму хорошего, — стал нервно перебирать руками Никита. — Плохие моменты тоже были, но ничего страшного. — Уверен? — Да, вполне. Может, закроем эту тему? Я понимаю, слишком резко, но... Мне тяжело... — Хорошо, если что, то ты знаешь, где меня найти, — похлопал парня по плечу Артём и встал с дивана, направившись к себе в кабинет, поскольку работа не ждала.