Не долетая до "Джека"

Не могу точно сказать, сколько дней я провёл на острове в попытках принять реальность. Свою или чужую, уже не имело значения. От апатии до истерики меня бросало регулярно и Тэхён, казалось, к этому даже привык. Его жалостливый взгляд выводил меня, но я не позволял себе гневный выплеск в его сторону, боясь спугнуть единственное живое существо рядом. Когда русал сообщил мне, куда я попал, весь оставшийся день я провёл лёжа в тени пальм, безо всяких опасений, что кто-то выйдет и сожрёт моё бренное тело. Все стадии принятия горя я проходил за сутки и так тянулось несколько долгих дней, пока в одно утро я не получил по морде горстью песка. Тэхён физически не мог до меня добраться, поэтому не придумал ничего лучше, чем зачерпнуть мокрый песок и швырнуть в меня посильнее. Конечно, мы поругались, но когда я успокоился и криком выпустил пар, я признал правоту упрёков Тэхёна и извинился перед ним. — Ты не имеешь права вот так лежать! — кричал он, — Твои друзья погибли, вот им уже действительно никогда отсюда не выбраться, а ты?! У тебя есть на это шанс! Ты выжил! И хочешь вот так потратить этот самый шанс?! Ты что, больной?! У тебя нет совести! Смог бы ты смотреть в глаза тем людям в самолёте, которых уже сожрали акулы?! Да они бы всё отдали, чтобы оказаться на твоём месте, слабак! Ты ведь даже здесь не один, идиот! У тебя есть твой спунтиковый телефон и водолаз на подхвате! Подумаешь, параллельная реальность, тебе-то что?! Ты можешь вернуться домой, а твои друзья нет! В ту ссору я позволил себе горькие слёзы в последний раз. Со следующего дня мы начали спасательную операцию под кодовым названием «Не долетая до Джека». Мы разделили обязанности и первоочередной задачей стала провизия, ведь на запасах провизии с самолёта долго не протянуть, а без воды и вовсе можно склеить ласты. Кстати, с этой шутки Тэхён долго смеялся. Вообще он оказался остроумным и довольно весёлым. Иногда мог болтать по несколько часов, когда мы сидели на берегу и любовались закатом. Он взял на себя транспортировку нужных и ненужных вещей из самолёта, а я, вооружившись инструментами из ящика и рюкзаком, бродил по джунглям в поисках съестного. Водой меня обеспечил Тэхён, таская запасы на шесть человек, а так же отыскал аптечку и я смог заняться своими ранами, которые едва не начали гноиться. Я был бесконечно благодарен этому существу за то, что он не жалел хвоста и каждый день не только тащил мне вещи из самолёта, но и делился некоторыми деталями своего происхождения. — А как вообще устроена жизнь русалок? Где вы обитаете? — Не-е-ет, этого я не могу сказать учёному, ты же примчишься в лагуну с толпой таких же людей и пустишь нас на опыты! — рассмеялся он в ответ на мой вопрос, видимо, не поняв, что всё-таки на него ответил. Мне хотелось сказать ему, что он уже раскрыл местоположение его сородичей, но вовремя вспомнил, что это здесь, в его мире, далёком и близком одновременно. Как я понял из его рассказа, наши миры существовали не просто рядом, а как бы друг в друге. Это можно представить простой картиной — два бестелесных призрака стоят на одном месте. Иными словами, возможно в этот самый момент на Земле сквозь меня сейчас идёт торговый корабль или меня вовсе занесло в Вашингтон. Это сложно представить, поэтому я продолжал думать, что передо мной бесконечная синева родного Тихого океана. Делился знаниями не только Тэхён. Я тоже рассказывал ему многое о мире, о жизни людей и о разных научных фактах, от сложных, до самых простых. — Гравитация? — Тэхён округлил глаз и оглядел пляж, словно мог найти ответ на свой вопрос среди белоснежного песка. — Гравитация, гравитация. — я едва сдерживал смех, — Это сила притяжения из-за вращения планеты, проще говоря. — Планета вращается?! — воскликнул он с уже приоткрытым от изумления ртом. Сказать ему, что она ещё и несётся в пространстве? — Ну… Да, она вращается вокруг солнца и вокруг своей оси. — для наглядности я поднялся и принялся кружится, шаг за шагом отходя от русала, — Понял? — остановился с ужасным головокружением и под заливистый смех упал. — Понял! — крикнул Тэхён. До чего же красиво он улыбается. Начиная с полудня мы проводили несколько часов на берегу, разговаривая обо всём на свете. С утра мы расходились по делам, когда солнце не сильно припекало, и возобновляли работу только когда звезда меняла гнев на милость. Конечно, для Тэхёна не было особой разницы, ведь под водой ему видно одинаково хорошо что днём, что ночью, но он подстраивался под мой ритм, пока я читал ему лекции об устройстве больших городов, маленьких деревень и дикой природы. Он оказался самым благодарным слушателем, каких я встречал, всё внимал и задавал резонные вопросы. Тонну вопросов. Буквально сыпал ими и жадно поглощал ответы. В общем и целом, быт мы устроили неплохо. Остров оказался и правда необитаемым, поэтому со временем я осмелел окончательно и заходил глубоко в джунгли, протоптав себе тропинки. Даже нашёл неплохое место для туалета, а так же небольшой водопад с озером, где мог и помыться, и пополнить запасы питьевой воды. Иногда Тэхён нервничал, когда я подолгу не возвращался, и всегда ждал на берегу, не сводя глаз с зарослей. Он принимал скучающий вид, стоило мне появиться в поле его зрения, но несколько раз я выходил другой тропой, оставаясь незамеченным, и наблюдал, как он обеспокоенно мечется, с тревогой глядя в джунгли. Это было и мило, и необычно, и даже волнительно, потому как вызывало во мне сложные, но безумно приятные чувства. До первого шторма остров, который мы с Тэхёном назвали Мадагаскар, казался мне ожившей картинкой из стандартного набора заставок на рабочий стол компьютера. Но когда обрушился ураган, я не знал, куда деваться. Русал покачивался на волнах на приличном расстоянии от берега, чтобы его не швырнуло на камни, а я утащил в заросли ящик, теперь служивший для хранения только нужных вещей, продел ноги в лямки рюкзаков и сидел в обнимку с пальмой, жмурясь, сгибаясь под порывами ветра. Сама пальма сильно раскачивалась из стороны в сторону и скрипела, но выдержала благодаря своей структуре. На утро, когда мышцы окончательно затекли и я едва мог пошевелиться, шторм стих. Обессиленный, я выбрался из пут рюкзаков и буквально пополз к океану. Волны уже не пытались смыть Мадагаскар с лица земли, а тихо, скромно шумели, не превышая нескольких сантиметров в высоту. Тэхён нетерпеливо хлопал по ним хвостом, пожирая меня глазами. — Ползи быстрее, тебе ноги для чего даны?! — сердито прокричал он. — Эй, пивная закуска, имей совесть. У меня была дерьмовая ночка. — простонал я, добравшись до русала. Чего я не ожидал, так это крепких объятий, в которые меня неуклюже сгрёб Тэхён, едва смог дотянуться. Ещё ни разу за всё время нашего знакомства мы не касались друг друга так… Так. Близко. — Ты чего? — пробормотал я, упираясь подбородком в его плечо, — Раз меня не унесло в океан, решил прикончить меня удушающим? — Я не могу потерять свою единственную энциклопедию. — он отстранился и широко улыбнулся, — Извини, я просто видел, что люди так делают, когда рады кого-то видеть. Я вскинул брови и рассмеялся. — Я тоже рад тебя видеть, Ариэль. — я обнял русала, но не так крепко из-за боли в руках, — Это был какой-то кошмар. Мы развалились на мокром песке и тяжело выдохнули. Тэхён придвинулся ко мне так, что его макушка упиралась в мою шею. В принципе, я не против, но касаться его до сих пор было непривычно. — Когда приступаем к поискам? — Объявляю выходной. — А что это такое, выходной? — Это когда ты занят каким-то делом изо дня в день, но есть дни, когда ты свободен от этого дела, в которые ты отдыхаешь и занимаешься либо другими делами, либо чем хочешь, например хобби. — А что такое «хобби»? — Это увлечение, дело, которое не обязательно к исполнению, но ты им занимаешься, потому что тебе нравится. — Сплошные дела, не вижу в этом твоего этого «выходного». Я рассмеялся. Иронично, что существо из другого мира так быстро и тонко прочувствовало всю суть жизни человека. — Вот что тебе нравится делать? Не просто «надо», а именно нравится? — спросил я, отсмеявшись. Не понимавший причину моего веселья Тэхён пожал плечами. — Не знаю. Наверное, плавать. — Русалу нравится плавать. Как я сразу не догадался? Тэхён перевернулся на бок и посмотрел на меня с хитрым прищуром. — Да вы, люди, в принципе не особо понятливые, как я заметил. Строите огромные дома из твёрдых материалов, а платите за них крошечными бумажками, которые бояться и огня, и воды, тогда как сами дома даже молнию могут пережить. О! А ещё берёте у природы полезные ресурсы и превращаете их в штуки, которые могут вас убить! Вы и правда не понятливые, раз не догадались, как жить в этом мире. — Дожил, Чон Чонгук, тебе читает лекцию крашенный дельфин. — я покачал головой и приподнялся на локтях. — Во-первых, хватит завидовать моей красоте, тебя тоже не обделили, а во-вторых, это не лекция, а оценочное суждение. — изрёк он, гордо задрав подбородок, — Прямоходящими стали, а вот титул «разумные» не заработали, как так? Умудрились в космос полететь, а хорошо жить не умудрились? — Так, ты! Заканчивай ёрничать, иначе действительно отдам тебя в рыбный ресторан, будешь там деликатесом! — А что, правда глаза выкалывает? — Не выкалывает, а колет! — Раз колет, значит я прав! — Умолкни! — А ты мне рот не затыкай, у меня есть права! — Покажи паспорт для доказательства, что у тебя есть права! Тэхён рассмеялся, тыкая в меня пальцем. — Тебе нужен кусок пластика, чтобы знать, что я — это я? — он буквально заливался смехом, держась за живот. И как с ним спорить? Так уверенно говорит о том, чего не понимает, что даже разубеждать жалко! Я не стал отвечать, просто сдался, улыбнулся и лёг поудобнее, наслаждаясь тишиной, наступившей, когда Тэхён вдоволь повеселился. Но молчать долго он не мог, поэтому уже через несколько минут, когда я начал проваливаться в сон, размышляя о том, может ли океан быть таким спокойным после ночного шторма, русал выдернул меня из полудрёмы. — Поплыли со мной, покажу тебе своё хобби. Я открыл глаза и тупо уставился на довольное лицо. Что? Поплыли?.. — Занятие, в котором нет необходимости, но которое приносит мне удовольствие. Я покажу. Он уже перевернулся на живот и выпрямил руки, кивнув в сторону океана. Я медленно перевёл взгляд на воду, чистую и прозрачную, гулко сглотнул и посмотрел на Тэхёна. — Послушай, Тэхён… — М? — Давай в другой раз? — я изобразил усталость, потянувшись и полуприкрыв глаза, — Я почти не спал, сил нет. Давай полежим тут? Так тепло и хорошо. Тем более, у нас полно дел. Тэхён нахмурился. — Что-то не так, да? — заключил он. — Нет, что ты, всё нормально, просто устал. — Ты врёшь. Если не хочешь плыть, можешь просто сказать мне об этом, зачем же врать? Я бы не заставил. В его словах была истина, заставившая меня усомниться. В конце концов, чего мне стесняться? Тэхён видел меня в состояниях, после которого знакомые могут полноправно считаться друзьями. — Дело не в том, что я не хочу. — я почесал затылок, подбирая слова. Вот и как такое сказать русалу? — Хочу и даже очень. Но я… не умею плавать. Брови Тэхёна взлетели под успевшую подсохнуть чёлку. Он уставился на меня с широко раскрытыми глазами и приоткрытым ртом. — Что? — Говорю, что не умею плавать. — повторил я с недовольством. — Это как? Разве можно не уметь плавать? — изумление сменилось сомнением, — Я же сказал, Чонгук, если не хочешь, просто скажи мне об этом, я ведь даже не настаивал! Искренняя обида в голосе немного сбила меня с толку. — О чём ты? Я говорю серьёзно. Плавать не умею, боюсь. — Как можно не уметь плавать, если ты даже ходить умеешь? — он кивнул подбородком на мои ноги, — То есть ты хочешь мне сказать, что можешь на этих тонких конечностях держать баланс, ходить и бегать, но не можешь держаться в воде? За дурака меня держишь? — Мне что, утонуть у тебя на глазах, чтобы ты поверил?! — воскликнул я, в возмущении. Что за настырный засранец! — Многие люди не умеют плавать, это нормально! Наша физиология заточена под сушу! А я не только не умею, но и до жути боюсь глубины! Даже название этому есть! Батофобия! Тэхён, казалось, поверил мне, но всё ещё поглядывал с сомнением. Конечно, ему, как существу водному, было сложно представить себе нечто подобное, но всё же спор он прекратил, а я успокоился и направил мысли в другое русло. У меня не было травмирующего опыта в детстве, нет склонности к тревожности, нет элементов в воспитании, способствовавших бы возникновению батофобии. Скорее, мой страх — это просто чрезмерно живое воображение и банальная трусость. До авиакатастрофы мой страх мирно спал на задворках сознания, но теперь океан кажется мне больше врагом, нежели предметом научного интереса или просто красивой локацией. — Как можно прожить жизнь без плавания? — прозвучал полный грусти вопрос. Распрекрасно, блять. — А ты ни капельки не боишься? В океанах и морях ведь обитают не самые дружелюбные ребята. Да и темнота на дне… Жуть. — А чего мне бояться? Акулы на меня не нападают, дельфины придурки, конечно, но тоже русалок не трогают, а вот касатки да, эти уроды настоящие маньяки. — Ты-то откуда знаешь, что такое маньяки? — хохотнул я. — Знаешь, сколько книг я украл за жизнь? — Тэхён гордо вздёрнул подбородок. Кажется, в этом мире или же чисто среди его расы понятие о преступлении весьма расплывчато. — Я читал истории про преступления, но не всё понимал. — Погоди, а как же ты читать научился? — я вопросительно взглянул на русала. — Меня сестра научила. Она жила в мире людей, но потом куда-то пропала. Замуж, наверное, вышла, не знаю. Но на очередную встречу не пришла. — он заговорил тише, что обычно означало грусть или сожаление. — Если хочешь, я найду твою сестру, когда вернусь. — я придвинулся к нему поближе, — Мне нужно её полное имя, возраст и место, где она жила. Тэхён обернулся на меня с благодарной улыбкой. — Всё в порядке. Эта дурочка так влюбилась в человека, что забыла про брата, паршивка. Думаю, сейчас она где-то в большом городе, как и мечтала. Мне понадобилось несколько минут на осмысление. — Значит, русал может стать человеком?! Тэхён дёрнулся от неожиданности. — Чего кричать-то? Да, может, но это сложный процесс. Я подскочил и уселся прямо напротив него, жалея, что нет ни диктофона, ни блокнота с ручкой. — Расскажи! — с жаром произнёс я. Тэхён улыбнулся. Очаровательно. — Нужно полностью выползти на берег. И позволить солнцу высушить хвост до костей. Когда почти всё, что было хвостом, иссохнет до трухи, под ним уже будет скелет не хвоста, а человека. То есть, ноги. — Тэхён задумчиво потёр щёку, — Как бы это объяснить? Пока сам хвост сохнет на солнце, внутри происходит деформация косточек. К моменту, как плоть хвоста высыхает, у тебя уже ноги. С кожей, какими-то мышцами и так далее, что там ещё у людей? — И сколько занимает весь процесс? — в некотором ужасе спросил я. — Около месяца или чуть больше. Это при хорошей погоде! — с важным видом добавил он, — Боль нестерпимая, но при частой потере сознания процесс вплоне возможно пережить. — Для чего же тогда русалки идут на это? Тэхён пожал плечами. — Кто-то из-за любви к человеку, кто-то из-за любви к жизни на земле. У вас, хоть вы и так себе вид, действительно прикольно. От полученной информации я даже забыл обидеться. — Есть и обратная трансформация, но она тоже, мягко говоря, очень неприятная. А ещё есть полная трансформация в русала. — Это как? — Нужно уйти на глубину и провести там много времени без света. Тогда тело лишится такой человечности, — он указал на верхнюю часть своего тела, — и русал навсегда потеряет возможность стать человеком в принципе. — То есть, твоя форма сейчас — переходная? — уточнил я, — Ты способен выбрать, жить на глубине или стать человеком? — Ага. — Тэхён кивнул и устремил взгляд на океан, — Но я не хочу выбирать, мне не нравится такая перспектива. В своей нынешней форме я могу жить как будто на два мира, заплывать в порты и лагуны, общаться с разными существами здесь и подглядывать за людьми там, в вашем измерении, поедать всякие вкусности, но при этом свободно бороздить океаны и моря, отдыхать на таких вот островах. Иными словами, не ограничивать себя. Последнюю фразу он договорил с какой-то печалью, которую я моментально уловил. Надеясь, что он заговорит сам, я долго молчал, но Тэхён ничего не сказал и я решил, что мы достаточно близки для откровенного вопроса. — Но есть есть какое-то «но», верно? Он мельком глянул на меня и снова посмотрел на океан. Ответил не сразу, но я терпеливо дождался, пока он сам захочет что-то сказать. — Я чувствую себя везде лишним. — едва слышно произнёс он, — Мне безумно нравится моя жизнь, но я одинок. — русал поднял на меня свои невероятные глаза и улыбнулся, — Это такая плата, получается. У меня везде полно друзей, но я ни с кем не близок. Русалий народ живёт, как я говорил, в мелководных лагунах, у них свой быт, многие как я, одиночки, люди в Адаре приветливые, но они не могут торчать у берега часами и развлекать болтовнёй, а я не могу подняться, что бы участвовать в их жизни. Люди на Земле вообще не верят в моё существование, а если поверят, начнут охоту на тех из нас, кто живёт в ваших водах. Так что, выходит, что я должен отдать что-то одно, чтобы получить другое. Про уход на глубину я даже не думаю, не хочу. — Адар? — спросил я, — Это страна? — Нет, это название нашего мира. Адар. Я невольно огляделся и сделал глубокий вдох. Привыкай, чон Чонгук, ты не дома!

***

Несколько дней я размышлял об услышанном от Тэхёна. Мы продолжали заниматься нашими привычными делами, русал практически полностью опустошил самолёт, а я вырыл огромную яму на пустом пространстве между пальмами, что бы сложить всё туда. Прикрыл свой тайник я самодельной решёткой из веток. «Я чувствую себя везде лишним». Порой эти слова не давали мне уснуть. Каково жить между двумя мирами? И это я даже не о Земле и Адаре, а о воде и суше. Тэхён прав, не стоит себя ограничивать, когда бескрайние просторы синего и зелёного океана прекрасны, но тогда ведь и получается, что ты везде «лишний». Все эти несколько дней я ломал голову не только над спасением, но и над тем, как бы мне скрасить наше общение и заставить Тэхёна почувствовать, что он не просто спасатель такого слабого существа, как человек, но и дорогой друг. Не думаю, что смогу когда-нибудь забыть Тэхёна, и дело не только в его сущности, которая меня, как учёного, интересовала до истекания слюной, но и в том, что он сам по себе такой, яркий и весёлый, своенравный, упрямый, интересный и наивно-мудрый. Смотрит на всё слишком по-детски, от чего видит суть. Мои попытки придумать, как бы сблизиться с ним ещё больше привели только к одной, единственно верной, но пугающей мысли. Однако я решился, и утром, когда Тэхён перебирал выловленные к моему пробуждению нори, чтобы в одно лицо их съесть, подошёл к нему и начал раздеваться. — Доброе утро. — произнёс я. — Доброе утро. — он поднял голову и улыбнулся, — Что ты делаешь? Глупость, очевидно же. Или не очевидно? — Сегодня не пойду в лес, запасов пока хватает, а ты не плыви к самолёту. — я стянул с себя всё, кроме трусов, и смело подошёл к воде, позволив волнам поглотить мои ступни, — Будем учиться плавать. Услышав это, Тэхён резко перевернулся и кое-как сравнялся со мной, снизу вверх заглядывая в моё лицо. — С ума сошёл? Зачем тебе это? С подобного ракурса он выглядел невероятно милым. — Тэхён, я на клочке земли посреди океана. — стараясь звучать как можно естественнее, я упёр руки в бока и немного выпятил грудь. Не хочется выглядеть перед ним рохлей, впереди и так позор! — Так что надо хоть как-то уметь держаться на воде. — Но как же какая-то там фобия твоя? — растерянно спросил он. — Я ведь боюсь глубины, а мы далеко заходить не будем, достаточно и по грудь. Вода здесь прозрачная, а песок белоснежный, думаю, проблем не возникнет. И, почти поверив самому себе, смело зашагал вперёд. Вода и правда была здесь прозрачная, а песок невероятно ярким. Завораживающая красота, воплощение представления о рае! На голубом небе ни облачка, только мерцание воды, зелень острова да синева океана. Но туда я старался не смотреть. Тэхён следовал за мной, ловко держась на воде. В основном он помогал себе руками, потому что при малейшем колебании хвоста вперёд, Тэхёна буквально подбрасывало. Это говорило о сильно развитой мускулатуре его нижней конечности, ведь он, не прилагая усилий, едва не выныривал, стоило массивным плавникам, размером с треть хвоста, дрогнуть. От макушки до кончика плавника Тэхён был практически три метра, но это ни капли не портило его внешний вид. Он смотрелся органично и по-настоящему великолепно. В отличии от меня. Я глянул вниз, на своё худощавое тело с чем-то похожим на волосяную дорожку под пупком. М-да, контраст между моим и его торсом такой же сильный, как между цветом наших волос. — Ну, как? — Тэхён ловко кружил вокруг меня, поглядывая с недоверием. Ещё ни разу я не видел, чтобы кто-то перемещался в воде с такой лёгкостью и скоростью. — Не боишься? — Нет. — я покачал головой, — Дно прекрасно вижу, да и рядом первоклассный ныряльщик. — нервный смешок вырвался самовольно. Да уж, первоклассный. — Это хорошо. — кивнул Тэхён, не отплывая от меня дальше, чем на пол метра. Довольно долго я просто топтался на месте и поочерёдно поднимал то одну, то вторую ногу. Только это почти не помогало расслабиться и Тэхён прекрасно видел мой страх. Два раза он предложил мне вернуться на берег, но я твёрдо отказался. — Так не годиться. — Тэхён остановился напротив меня. Его хвост упирался в дно, помогая оставаться на одном месте, но выглядело это, учитывая длину, как будто он стоит на коленях. — Попробуй поджать обе ноги. Сможешь? Начнёшь идти под воду, я сразу подхвачу. От одной этой мысли, уйти под воду, меня едва не бросило в пот. «Я чувствую себя везде лишним». — Идёт. — я сделал глубокий вдох. И поджал ноги, притянув колени к груди. Наше измерение или чужое, гравитация везде работает одинаково. Поэтому я ожидаемо погрузился в воду. Уши и нос моментально залило, но не успел я запаниковать, как сильные руки подняли меня на поверхность. Я вцепился в Тэхёна изо всех сил, обвив его шею, и сразу посмотрел на дно — оно оставалось таким же кристально чистым. — Твою мамашу! — закричал я, — Дерьмо! Долбанное дерьмо! — Ты же меня задушишь, Чонгук… — просипел Тэхён. Тяжело дыша от накатившего страха, я всё же ослабил хватку, но русала не отпустил. Сердце колотилось как бешенное, а от прикосновения голыми ногами к хвосту, оказавшемуся на ощупь нежнее шёлка, по спине побежали мурашки. — Успокоился? — Тэхён опустил на меня взгляд и я понял, что он всё ещё держит меня на руках. — Успокоишься тут, как же… Он рассмеялся и попытался меня отодвинуть, но я упрямо держался за него, не испытывая ни неловкости, ни стыда за такое поведение. — Мы же не над пропастью, Чонгук! — Тэхён уже в открытую издевался надо мной, — Или ты думаешь, что сейчас песок под нами разверзнется и оттуда полезут чудовища? — Ты можешь помолчать?! — я пуще прежнего поджал ноги, готовый захныкать, как ребёнок, но взял себя в руки, — Я тебя точно на салат пущу! — Да что ж тебя так тянет меня сожрать?! Понимаю, я ещё тот лакомый кусочек, но ты как-то держи себя в руках! — Не умничай. — я распрямил ноги, нащупал дно, отогнал мысли, что в песке могут водиться мелкие пакости, способные залезть мне под кожу, и отстранился от хохочущего русала, — Давай ещё раз. — Нет, так мы ничего не добьёмся. — Тэхён покачал головой, — Ну-ка вытяни руки перед собой и чуть подайся вперёд. Я недоверчиво прищурился, но сделал, как он сказал. Его ладонь моментально легла мне на грудь, второй рукой он коснулся моего бедра и прильнул ко мне вплотную. Боком я чувствовал его прохладное тело. — А сейчас расслабься и упрись в мою ладонь. — он слегка хлопнул меня по груди, — Я приподниму твои ноги. Только не паникуй! Я удержу тебя. Видел, какие у меня мышцы? Крепкие, сильные. В воде твой вес в разы меньше, удержу не напрягаясь. — Ты тут плавать меня учить собрался или хвастаться? — возмутился я. — Готов? — Готов, готов. Довериться кому-то довольно сложно, особенно с моим характером, а довериться в том, чего ты боишься, сложно вдвойне. Тэхён не торопил, терпеливо ждал, пока я созрею, и только совесть заставила меня налечь на его ладонь и поднять одну ногу, ту, которую он держал. — Молодец, молодец! — Тэхён радостно вскрикнул, — Теперь подними вторую и наслаждайся! Я прикусил губу, чтобы не выругаться. Один единственный момент, миг, в который решаешься, и я осилил его после нескольких секунд бьющего набатом в ушах тревожного звонка. Как только моя нога поднялась, Тэхён моментально перехватил её и поднял, а я оказался в горизонтальном положении, не чувствуя под собой ничего, кроме крепких рук. Страх никуда не ушёл, я дрожал как осиновый лист, но вместе с этим чувством появилось и новое, чувство полёта. Моё напряжённое тело словно парило в воздухе, плотном и мокром, но воздухе. — Ого! — я нервно рассмеялся и Тэхён подхватил это. Мы смеялись, как дети, радостно кричали и веселились от души. Русал неустанно держал меня, то прижимая боком к своей широкой груди, то вытягивая руки, чтобы дать мне больше свободы и ощущения полёта. — Я плаваю! — завопил я. — Да это разве плавание? — фыркнул Тэхён и медленно, с осторожностью отпустил мои ноги. Я встал на мягкий песок, горящими глазами глядя на хитрую улыбку русала. Тэхён подплыл ко мне вплотную и повернулся спиной, немного опустившись. — Цепляйся. — бросил он через плечо. — В смысле? — Обхвати меня за шею, только не поджимай ноги. — Катать меня собрался? — Просто отучу называть плаванием твоё барахтанье. — Вот же… Желание вновь испытать ощущение полёта и желание снова обнять Тэхёна подтолкнули меня к действию. Я вплотную прижался к его спине, обхватил шею так, чтобы не давить на горло и опустил подбородок на его плечо. — Готов? — Нет, конечно. Тэхён хохотнул, кивнул и поплыл. Жаль, у меня не настолько обширный словарный запас, каким хотелось бы обладать, иначе бы я написал целую книгу о том, каково это, плавать на спине у русала. Ногами я то и дело ощущал движение его хвоста, а скорость казалась мне непозволительно высокой, но когда вернувшаяся паника отступила и я понял, что Тэхён остаётся на мелководье, я открыл пошире глаза и позволил себе насладиться и скоростью, и тёплым ветром, обдувающим лицо. Мы рассекали водную гладь в разные стороны, то быстрее, то медленнее. Я чувствовал, как перекатываются мышцы спины Тэхёна, как он порывается ускориться, но сохраняет комфортный для меня темп. — Как тебе? — спросил он. — Если выражаться без нецензурной брани, то я промолчу! — счастливый до визга, ответил я. — Хочешь нырнуть? — Тэхён замедлился и обернулся, от чего наши лица разделяло не больше пары сантиметров. Хорошо что на нашем Мадагаскаре нет ни полиции, ни законов, иначе бы я написал заявление на красоту его глаз. — Не знаю… — я глянул вниз. Песок всё ещё был светлым, а вода прозрачной. — Может, оставим это на следующий раз? — Оставим. — улыбнулся Тэхён, скользнув взглядом по моим губам. Но тут же резко обернулся в сторону острова и я почувствовал, как напряглось всё его тело. — Что случилось? — севшим голосом спросил я и проследил за его взглядом. По берегу кто-то ходил.