Большой капучино с корицей, пожалуйста

— Ну уж нет, — Блейз поднялся из-за стола, ударяя по начищенной домовиками Мэнора деревяшке кулаком, — Я конечно тебя люблю, но больше говорить о Грейнджер не намерен. Было уже темно и за окном валил декабрьский снег, когда Малфой будто невзначай повернул их диалог о новом законе по регулированию деятельности гоблинов в сторону мисс Грейнджер, а Забини вдруг опомнился. Они сидели за большим деревянным столом в поместье Малфоев и пили любовно заваренный домовиками чай. И как часто в последнее время в голове Драко стали всплывать домовые эльфы? — Блейз, она же подписала этот закон, я ничего лишнего не имел в виду, — Драко хрустнул костяшками пальцев и посмотрел в окно на метель. Снег такой крупный и почти ничего не видно, Грейнджер бы понравилось. Однажды он выходил из Министерства с помощью телефонной будки, решив, что аппарировать домой пока не хочется, а маггловский Лондон манил рождественскими огнями и глинтвейном, согревавшим не хуже огневиски. А может быть он просто решил проследовать за копной темных кудрей, подрезавших его на повороте из бесконечных коридоров четвертого уровня к лифтам в Атриум. Малфой не знал, почему он так часто бывает в Отделе регулирования магических популяций, ведь до его кабинета еще целый этаж, но руки сами нажимали кнопку 4 в лифте. Кудри вышли на морозный воздух, но по-прежнему падали буйными прядями на широкий разноцветный вязаный шарф, не желая облачаться в шапку. А затем Малфой незаметно последовал за ними, пытаясь запомнить каждое движение темных локонов. Вот они поймали первые настоящие снежинки в этом году, вот радостно закружились и подпрыгнули. Шаг за шагом, становилось все труднее, потому что свежий снег начинал скрипеть. Но кудри не обращали внимания, следуя таинственному зову. Спустя какое-то время они остановились у кофейни, спрятанной в улочках около Ковент Гардена. Кудри спрятались за стеклянной дверью, затем отряхнулись от подтаявшего снега и спрятались где-то внутри. А Малфой пошел домой пешком, не понимая, что до дома ему идти чуть ли не одну сотню миль. И ему также было невдомек, что пока он находился в размышлениях о том, что случилось вчера вечером, Блейз выпил весь чай, недоуменно посмотрел на лучшего друга, снова схватил чайник, налил себе полную чашку и изящно поднеся фарфоровую гордость Малфоев ко рту, вдруг поперхнулся. Резкий кашель привел Драко в чувства. — Ладно, кажется, тебе уже пора. Давится великолепным мятным сбором, рецепт которого передавался в роду Малфоев уже несколько столетий, — настоящее кощунство. — Слушай, а ты не думал. Ну даже не знаю, поговорить с ней? Пригласить ее на кофе, который она так любит? — Конечно, это же блестящая идея! Подойти к ней, улыбнуться, пригласить на кофе — и получить удар в морду под аплодисменты Уизли, который наверняка будет где-то неподалеку. Ах да, забыл про "хорька" и "гнусного мерзавца". Возможно, что она даже настрочит на меня донос за домогательство. И этот донос даже рассмотрят, потому что она Золотая девочка и к тому же почти замужем за рыжей чепухой. Все пойдут ей навстречу, а я потеряю работу, что немного грустно. — Друг, позволь сказать тебе, что это была самая пессимистичная речь со времен окончания Войны, — Блейз встал, подошел к Малфою и ткнул его в плечо. Драко поднялся, чтобы пожать руку своему дорогому гостю, и незамедлительно ткнул в ответ. Как дети малые, Салазар их дери. — Ну и зачем тебе работа? Ты и так можешь позволить себе купить ей дюжину эспрессо. — Она пьет латте. Большой, без сахара, но с корицей, — Малфой осекся, увидев, как Забини демонстративно сует два пальца в рот. — Да, я знаю, какой кофе она любит. Иногда захожу в Министерское кафе, в перерывах не всегда получается аппарировать в лучшие заведения Волшебной Британии, знаешь ли. — И почему-то ты заходишь туда каждый раз, когда Грейнджер стоит неподалеку и заказывает кофе, я понял, не продолжай. Двое молодых людей в черных костюмах ушли из столовой, оставив одну недопитую чашку чая и разлитую лужицу на полу. Драко продолжал машинально хрустеть пальцами и даже шеей, думая о своем. Высокий, статный, с кругами под глазами и с растрепанными платиновыми волосами он был любимцем всех сотрудниц Министерства Магии, которые простили ему даже участие в планах Пожирателей. Но все восхищенные взгляды поклонниц меркли, когда в зоне видимости возникали темные буйные кудри. По дороге в гостиную Драко чуть не споткнулся о мраморный пол, но плечо, которое он недавно тыкал, помогло удержать равновесие. А Блейз поглядывал на него, подмечая, что война не оставила на нем ни следа. Или Малфои, как обычно, вылезли из дерьма, не подмочив пяток. Чертовые Малфои. Гостиная, все такая же мрачная и торжественная. Она была здесь, просто не в то время нет. Драко бы срезал лучшие цветы в оранжерее Нарциссы, приказал домовикам испечь пирожные с яблоками в карамели как в Хогвартсе и заварить чай с мятой и чабрецом. А сейчас, проходя мимо того места, где кудри в очередной раз были пропитаны кровью, он лишь вздохнул, на этот раз хрустнув челюстью. Совсем не аристократическая привычка, но отлично снимает спазмы. Даже немного душевные. Уже стоя в пламени камина в гостиной Мэнора, Блейз поймал погрустневший взгляд своего единственного друга в этом новом слащавом чертовом мире и понял, так дальше быть не может. Надо что-то придумать, пока потомок величественного рода не умер трагически: поскользнувшись где-нибудь на лестнице, пока думал о Грейнджер.