Египетская принцесса

      Вечером того же дня, Балдуин шёл в сторону покоев Хатшепсут. Служанка Анипе, после случившегося покушения, пошла за Королём по приказу Хатшепсут, которая уже кажется оправилась и ожидала его. Балдуин впервые оказавшись в покоях Хатшепсут, очень удивился масштабам комнаты. В его родном городе даже его покои были меньше раза в два. Здесь была слово полноценная выделенная часть дворца, для одной Царицы. Мраморные стены с большими колонами, кучу разных цветущих растений, статуи кошек и богов, исписанные в некоторых частых стены, кресла, различные подсвечники; с основного пространства виднелись разные двери и входы как видно в другие локации комнаты. С одного бока виднелась библиотека, с другого балкон, а поодаль стояла одинокая большая кровать. Балдуин заметил, что вокруг неё была повешена такая же тюль, как и в покоях у него. Только предназначалась она явно для другого.       Царица находилась на балконе и полулежала, полусидела на маленьком диване, устремив свой взгляд на заходящее за горизонт солнце. Её выражение лица постоянно сменялось. То она улыбалась, то закатывала глаза, то обозлено поджимала губу, строила по временам свою гримаску и тяжело выдыхала. Она всё что-то шептала себе под нос, и бурно реагировала на свои же собственные мысли. — Лучезарная Царица, пришёл Король Иерусалимский, — мысли прерваны появлением служанки. — Та впускай же его скорее! — девушка мигом подскочила, и резко взмахнула рукой. Служанка поспешила удалиться, а Хатшепсут начала нервно разглаживать своё платье и чуть растрепавшийся парик. Как только она увидела зашедшего медленной походкой на её балкон Балдуина, на её лице отразилась улыбка. — О как же я рада вас видеть! — девушка радостно подбежала к нему. — Вы уже слышали, что со мной случилось!? Вы понимаете теперь, почему я каждый день боюсь за свою жизнь.. — Конечно, я слышал. Мне очень жаль, что такое произошло, — ответил он, чуть качнув головой. — Я рад, что всё обошлось. Когда мне рассказывали о случившемся, на пару мгновений мой мир и надежды на лучшее, были уже готовы рухнуть, я подумал, что всё закончилось плачевно. Но потом Раймунд добавил, что вы спаслись, и я смог с облегчением выдохнуть. Как же вам удалось?       В его словах звучала искренность, а глаза с удивлением и унынием были уставлены на неё, от чего Царица непроизвольно улыбалась. Она сейчас, в этот момент, жалела, что не может видеть его лицо полностью. И ей приходилось по его глазам угадывать выражение лица Балдуина. — О! — сказала она, приложив руки к груди. — Это просто чудо! Когда меня топили, я уже думала, что вот так моя жизнь и закончится. Знаете это чувство, когда ты понимаешь, что умираешь.. Это невозможно просто описать. Хвала Амону, что что-то в моей голове промелькнуло в тот момент и я додумалась притвориться мёртвой. И как только хватка её ослабла, я смогла вынырнуть и ударить эту мерзкую змею! — Действительно чудо.. — согласился Балдуин. — Она сейчас мертва? Та девушка, что напала на вас? — Фаворитка моего брата? Я убила её. — ответила девушка, и улыбка у неё пропала. — Это должно было когда-то случится. Она хотела занять моё место. Брат постоянно обещал ей, что она станет Царицей.       Хатшепсут отошла от мужчины и подошла на ватных ногах к перилам балкона. Балдуин заметил, как бы она не держалась уверенно, руки её дрожали, как и ноги, на которых она ели передвигалась. — Вы считаете, что это ваш брат устроил покушение? — Кто же ещё!? Только он способен на такое. — девушка развернулась к нему и вскинула бровями. — После нашего прошлого разговора, я возвращалась к себе и встретила его. Ну у нас случился неприятный разговор. Небиби хотел отомстить мне и избавиться наконец. Видно, сильно я его разозлила тогда. Девушка горько усмехнулась и снова взглянула на Балдуина. — Вы ведь пришли дать согласие, да? — Да. — односложно ответил он.       Лицо Хатшепсут сразу расплылось в улыбке, она снова быстрым шагом подошла к Балдуину, и мужчина заметил, что сейчас в её ногах пропала мелкая хромота и передвигалась она резво и быстро. — Как я рада, что вы поняли это!       Девушка взяла его ладонь всё по прежнему скрытую в перчатках и на радостях поцеловала. Когда она подняла свои глаза на него, всё так же не отпуская ладони, произнесла: — Извините. Я бы поцеловала вашу ладонь без перчатки, и это было бы правильно.. Но.. — произнесла она с горечью и сожалением, и осеклась. — Ну что вы.. — Балдуин улыбнулся, и девушка разом с облегчением выдохнула. — Я бы даже не позволил вам прикасаться к моей оголённой коже. И не стоило, вы не обязаны целовать мои руки. — Но мне хотелось. В знак нашего крепкого и дружеского союза. Который я надеюсь будет длиться до наших смертей. — Хатшепсут восторженно подняла голову и аккуратно опустила его руку. — Сейчас я думаю, вы готовы выслушать мой план. — Конечно, мне очень интересно, что же вы придумали. Девушка вновь прехитро усмехнулась и покачала указательным пальцем. — Тогда давайте присядем. — сказала девушка понижая голос. Как только они уселись на её кушетку, Царица разом обернулась всем туловищем к Королю и положив свои руки на колени, начала. — Слушайте!.. Хочу сказать сразу. Я не собираюсь убивать брата. Лишь подставить. Точнее это я сделать хотела сначала, но всё случилось так, что он сам же самого себя и подставил, — она тихо рассмеялась, и продолжила. — Я хотела подстроить покушение на мою жизнь, но как видите, мне даже не пришлось. Потом.. Об этом совершено никто не знает, но мой братец завёл себе любовницу, и знаете кого? Жену римского императора. Он как и вы приезжает к нам часто на переговоры. И Небиби каким чудом умудрился завязать тайные отношения с женой Императора. Вы можете представить, что случится когда Император узнает об этом? Изумленный Балдуин лишь кивнул головой. — Небиби думает, что никто не знает об этом. И я хотела сделать так. Подстроить словно он хотел убить меня, а потом застать их вместе с Императрицей. Как только я скажу, что вы выступите как свидетель, о том, что он пытался убить меня; а я выступлю как свидетель, о том, что он тайно встречает с женой Императора, он от страха сразу отдаст мне трон и сбежит со страны. — Продуманно.. — задумчиво сказал Балдуин. — Сколько же вы вынашивали этот план? — О да мне это пришло в голову совсем недавно. Мне лишь нужна была чья-то помощь и опора, я надеялась на вас, когда узнала, что вы приедете, — Хатшепсут шумно выдохнула, и сразу добавила. — Рим сильнее нас. Я уверенна, Император ищет любой способ и предлог чтобы напасть на нас и разрушить мирный договор. И мы проиграем, их численность больше нашей. И я это прекрасно понимаю, и поэтому молчу о сношение моего братца с женой Императора. Он может всех нас погубить. Только вот Небиби можно развернуть всё иначе.. и всё получится как нужно. — И поэтому вы хотите соединиться с Иерусалимом? Чтобы стать сильнее? Дабы избежать войны с Римом? — Это одна из важных составляющих причин. Но ведь.. вам тоже нужна помощь. Турция тоже хочет завоевать ваши земли. И ваша численность тоже не превосходит их. Мы в одинаковом положении. И мы можем помочь друг другу. Если объединимся, станем сильной Империей. — Для того, чтобы создать сильную империю в которую бы народ верил, - Нужен брак. А обещания как слова на ветер, и договоры на бумагах, всегда мало что значат для людей. — сказал спокойным тоном Балдуин и как-то понуро опустил голову. — Но вы ведь понимаете, что это невозможно. — Нет ничего невозможного. Насчёт этого.. Время покажет. Главное чтобы мы остались верны нашим словам, — девушка снова улыбнулась, чуть прищурившись. — Не хочу пугать вас своими Клеопатровскими планами. Но будущее правда изменчиво. Хатшепсут чуть ближе наклонилась к королю и очень тихо сказала: — Сейчас главное свергнуть моего брата, — сказала девушка и вновь приняла прежнее положение. — Как вы уже я думаю и поняли, он сам же себе вырыл яму. Мне не пришлось ничего для этого даже делать. Я лишь наконец вскрою, то о чём молчала. И всё станет на свои места. Король некоторое время помолчал, обдумывая все сказанные ею слова. И махнув головой, соглашаясь с каким-то своими мыслями, произнёс: — Ваши слова верны, я согласен со всем. И когда же прибывает Император? — Завтра. — ответила девушка и вновь скинула бровями. — Неужели? Я ничего не слышал об этом, — Балдуин удивлённо покосился на неё, а глаза распахнулись шире. — Да в Египте соберётся полчище государей, — она улыбнулась. — Теперь вы понимаете, почему мне нужен был ваш ответ сегодня вечером. — Да.. Чтож в данном случае, завтра вы хотите приступить? — спросил Балдуин. — Вы уверены, что справитесь со всем? — За это не переживайте. Я сама всё сделаю. Мне нужно было лишь ваше согласие и поддержка. Раз мы заодно, поверьте мы избежали кучу проблем и всё пройдет хорошо, — девушка опустила свою руку на его ладонь и мягко сжала, с теплотой взглянув на него. — Главное верьте мне.

***

      Вечером следующего дня государи Иерусалима, Рима и Египта сидели в троном зале. Император и Императрица Рима как сказала и Хатшепсут прибыли в Египет днём следующего дня. Император по имени Максиан Овидий Цицерона был очень изумлён увидев Короля Иерусалимского, с условием того, что Максиан не разу не встречал Балдуина. И не смотря на слова Хатшепсут, о том, что Император притворяется о том, что яро поддерживает их союз, а сам в тайне уже мечтает напасть на Египет, разговаривал, что с Царицей, что с Царём Египта, как и с Королём Балдуина и его приближёнными подчинёнными с большим уважением и почтением.       И в каком-то смысле даже был рад встретить такого прославленного человека как Балдуин. И так же открыто выражался при всех, что очень счастлив, что Рим, Египет и Иерусалим, находятся в хороших отношениях между друг другом. И надеется в будущем избежать войн и распрей. — Честно признаться, до сих пор искренне удивлён встретить вас здесь. — сказал Максиан улыбнувшись, и посмотрел на сидящего сбоку от него Балдуина, который улыбнулся ему в ответ, и Император понял это по его глазам. — Приезжал с мыслью, о том, чтобы обсудить с Небиби и Хатшепсут наш договор, а оказалась, что наш союз беспокоил не меня одного. Хатшепсут рассмеялась и ответила за Балдуина. — Ну Египет очень существенная и как видно значимая страна, — девушка хитро прищурилась и подняв ладонь на уровень своего лица. — Мы с Королём Иерусалима за этот не долгий промежуток времени смогли всё отлично обсудить и прийти к единому мнению. Ведь так? Хатшепсут всё с прежней искренней улыбкой взглянула на Балдуина. — Всё так, — ответил он и махнул головой.       Небиби хотел что-то сказать, но смолчал. Для Фараона как раз-таки многое осталось неразрешённым. Он очень удивился этим словам и с негодованием посмотрел на свою сестру. Она прямо вся светилась и правда искренне улыбалась. Царь хорошо знал свою сестру, она часто при встречах намеренно неискренне улыбалась всем, и смеялась со всех, даже с самых не смешных шуток. Обычная вежливость и способ расположить к себе.       Но сейчас она была искренне чему-то рада. Это чувствовалось и очень удивляло его. Она больше не заикнулась о покушении, которое устроил Небиби и была в таком приподнятом настроении, что было очень не свойственно для неё. Он допустил мысль, о том, что Хатшепсут что-то в тайне решила с Балдуином, но всё же откинул эту мысль. — Я слышал Салах-ад-дин желает захватить вашу страну и не раз пытался это сделать, — сказал Император обращаясь к Балдуину. — Вы намерены снова вступить в войну или поддерживать мир? — Я хочу поддерживать мир, но не все мои приближённые хотят того же, — ответил Балдуин. — А в чём же дело? — Просто некоторые думают, что блещут большим потенциалом и амбициями, — сказал вдруг Раймунд. — Не понимая, что войны не всегда заканчиваются победой. — Салах-ад-дин очень умный и довольно опасный человек, он вызывает огромное уважение. Но быть с таким человеком врагами, нам бы тоже не хотелось, — сказала Хатшепсут. — Войны, что для Иерусалима, что для Египта сейчас очень тягостны. И я не боюсь открыто признавать это. — Я согласен, если нами будет двигать только завоевание земель, всё будет заканчиваться плачевно. — сказал Максиан. — И всё же для меня войны это неотъемлемая часть. Порой без них никак не обойтись, они могут многое помочь решить. — сказал Небиби, переведя взгляд на Хатшепсут. — Верно. Во всём нужно искать гармонию. — ответил Император. — Умный правитель должен уметь обходиться без войн и поддерживать мир, и начинать их в случае крайней необходимости. Как говорил Сунь Цзы, самая лучшая война, та которой не было, — промолвила Царица, укоризненно взглянув на брата. — Вы Царица как всегда очень умны и проницательны, — сказал Император, улыбнувшись. От чего Небиби недовольно поджал губы и перевёл взгляд на Императрицу которая сидела здесь, не говоря не слова.       Вскоре встреча, с переговорами была окончена и все были готовы разойтись по своим комнатам. Хатшепсут заметила, как Небиби стал о чём-то переговариваться с Императрицей, и Хатшепсут искривившись в лице словно от сильного отвращения, смотрела на него. Царица знала, что так как у всех комнаты раздельные и находятся довольно далеко от друг друга, можно легко пройти в другую комнату и остаться незамеченным. Спустя пару минут Небиби покинул тронный зал, а Император и Императрица ещё остались, о чём-то разговаривая тоже. Хатшепсут не подошла к Балдуину, и только переглянувшись с ним, улыбнулась и махнула головой. Она последовала за Императрицей, которая уже пошла на выход из тронного зала.       Императрица шла по коридору, одна без сопровождающих слуг. Для Хатшепсут было ясно почему она отказалась от сопровождения. Царица шла за ней умело скрываясь за колоннами и стенами. Она постоянно оглядывалась и на носочках передвигалась, держась от девушки как можно дальше, но при этом не выпуская её из вида. Как вскоре заметила, что Императрица завернула в сторону комнаты Небиби. Хатшепсут замерла у очередной стенки и придерживаясь за неё, наблюдала как она зашла в комнату её брата. Хатшепсут победно усмехнулась и пошла прочь оттуда.

***

      На следующий день, спозоранку Хатшепсут уже шла к комнате Небиби. Хмурая стража стоящая у дверей Фараона поприветствовала Царицу. — Впустите меня. — Царь велел никого не впускать сегодня. Девушка едко улыбнулась. — Да неужели?       Она ловко просунулась мимо них и раскрыла двери, а стражники побоялись даже притронуться к ней и лишь взмахнули руками, попытавшись закрыть двери своим телом, но это ничуть не помогло чтобы удержать Хатшепсут.       Вот она уже бежит по огроменной комнате, которая выглядит как ещё один коридор с большими отсеками, в сторону кровати. И остановившись напротив его постели, стояла и с улыбкой смотрела на лежащего в кровати Небиби и Императрицу. — Да как ты смеешь так врываться!? — Небиби резко поднимается с кровати, как и Императрица, которая мигом соскочила с самой кровати, прикрывая нагое тело белым покрывалом. — Развлекаешься да? — Царица недовольно качает головой и её улыбка пропадает. Царь не отвечает и переводит внимание на бежавших за Хатшепсут стражников, которые ели поспели. — Пошли вон! Оставьте нас! — кричит мужчина, и поднимается с постели. Двое изумлённых и растерянных мужчина удаляются, а Небиби подходит к своей сестре. — Это всё не то, что ты думаешь.. — начинает он. — Ну да. Я видела как Императрица зашла к тебе, наверное мило побеседовать. А потом случайно задержалась, и вместо служанки драила тут полы всю ночь.. Судя по состоянию её коленей. — Да как вы смеете такое говорить!? — возмущённо кричит Императрица и прекрывает раскрасневшиеся и впалые коленки, всё тем же белым покрывалом. — Горация, выйди пожалуйста. Я с ней разберусь. — Разберётся он.. — шепчет себе под нос Хатшепсут, наблюдая как Императрица беспрекословно хватает своё платье лежащее около кровати и уходит в сторону другой двери, которая ведёт не на выход в коридор, а в другой отсек комнаты Небиби. — Разберёшься, как именно ты со мной разберёшься? — произносит Хатшепсут, когда дверь за Горацией закрывается, и они остаются одни. — Ты должна будешь молчать. Ты понимаешь, что случится с Египтом если Император узнает. — Ого как ты заговорил, — Царица выпячивает губы и вскидывает бровями. — Ты своим малюсеньким мозгом хоть представляешь что творишь!? Как можно было додуматься до этого?.. Небиби тяжело дышит и смотрит раздражённым взглядом на Хатшепсут. — Прошу тебя.. просто молчи. — Я и так уже не первый месяц молчу. С меня хватит, — она разворачивается, чтобы сделать вид, что уходит и Небиби хватает её за руку. — Да, погоди ты. — Что ещё ты скажешь в своё оправдание? — она останавливается и вырывает свою руку. — Ты ведь понимаешь, чем всё закончится если он узнает!? — А ты? Ты каким местом думал, когда завёл себе любовницу — жену Императора.. — Сейчас это не важно. Ты ведь знаешь, что он пойдёт войной на нас, если узнает.. Ты всё можешь испортить! Тебя это тоже коснётся. Ты не выйдешь сухой из воды. — Так интересно.. — Хатшепсут улыбается. — Ты все это прекрасно понимал, но всё равно продолжал делать. Небиби несколько секунд помолчал, и продолжил. — Хатшепсут ты подвергнешь всё страну опасности. — Пока ты сидишь на троне, подвергаешь опасности только ты! И ты ведь вчера говорил, что войны это хорошо, и без них никак, — Хатшепсут покачала головой. — Так чего ты сейчас боишься? — Потому-что мы проиграем, — Небеби перешёл на шёпот. — Он давно хочет напасть на нас и завоевать наши земли. А его жена этого не хочет, и из-за того, что я с ней в близких отношениях, она отговаривает его и Император слушает её. Всё это ради нашей страны. — Не ищи оправданий, с меня хватит. Ты всё губишь Небиби. Я больше не собираюсь это терпеть. — Ты готова пожертвовать даже собой? Чтобы отомстить мне? — Я ничем не собираюсь жертвовать. Он меня не тронет.. я ему нравлюсь, в отличии от тебя, — Хатшепсут снова улыбнулась. — Ты больше не сможешь быть полноправной Царицей. — Зато со мной здесь больше не будет тебя. Повисает короткая пауза, и лицо Небеби вдруг меняется. — А с чего ты взяла, что он вообще тебе поверит? — О! Он поверит, — она тихо рассмеялась и подошла к нему на шаг ближе. — У меня есть свидетель, который поддержит меня. А именно сам Король Иерусалимский. И это я ещё не напоминаю ту ситуацию, когда ты два дня назад хотел убить меня. Или ты уже забыл? И Балдуин поддержит меня, и подтвердит, что два дня назад ты хотел убить меня, а потом ещё о том, что тайно встречаешься с женой Максиана Овидия Цицерона. Когда это всплывёт, то для тебя всё кончится. В любых случаях Небиби. Но.. Хатшепсут замолчала, хитро прищурившись, замечая как Небиби удивлённо посмотрел на неё. — Всё может закончится лучше, если ты самолично отречёшься от престола. Небиби сначала бессмысленно смотрел на неё, а вскоре комната озарилась смехом. — Ты это серьезно сейчас? — Да, я вполне серьезно Небиби, — Хатшепсут сложила руки на груди и подошла к нему на шаг ближе, притворно улыбаясь. — Кстати позволь мне заметить.. Ничего из этого мне не пришлось делать, чтобы подставить тебя. Всё о том, что я сказала тебе - это правда и твои действия, без единого вымысла и приукрашивания. — Да не за что в жизни, я не пойду на это. Ты не получишь трон. — Тогда тебя ждёт смерть, — говорит она и склоняет голову вбок. — Да ещё какая.. Когда мы проиграем, тебя либо прилюдно повесят, либо отправят в жаркую и бескрайнюю пустыню без еды и воды. Можешь не сомневаться меня оставят в живых, я лишь буду Царицей Египта под покровительством Рима. И это неплохо для меня. Но ты.. Ты навсегда в памяти людей останешься ужасным предводителем, который ничего не сделал для своей страны и так глупо умер. Он ничего не ответил, а его губы сильнее сжались. — Но этого позора можно избежать. Лишь только ты отречёшься от престола. Да.. ты запомнишься как Фараон, который передал трон своей сестре. Но по крайней мере останешься в живых, Египет цел и невредим, а престол займёт достойная Царица, которая сделает эту эпоху очень запоминающейся.       Небиби молчал. Он не знал, что ответить. Его зрачки только лихорадочно метались по комнате. Если она говорит правду и Балдуин правда поддерживает её, ведь вчера она сказала, что «они обо всём договорились», а Король подтвердил это, значит он оказался в безвыходной ситуации. — Молчишь? — Хатшепсут устало выдохнула и облизнула засохшие губы. — Значит так. У тебя три варианта концовок. Первая, - я иду рассказывать о том, что ты встречаешься с женой Императора и нам объявляют войну. Утверждать, что мы проиграем не буду, ведь у нас есть шанс выиграть. Но в случае проигрыша, как я уже и сказала, я останусь Царицей под покровительством Рима, а тебя вздёрнут. Вторая, - я рассказываю о том, что я уверена, что это ты устроил на меня покушение, и тебя выгоняют из дворца с позором, а я занимаю трон. И третья, - ты добровольно отдаёшь трон, все останутся живы и здоровы. Да твоё эго пошатнётся, но ты будешь в живых и отправишься на учение в другую страну, возможно даже в Иерусалим, если Балдуин примет тебя. Выбирай. Небиби молчит, а Хатшепсут замечает как его губы нервно трясутся. — Тогда для тебя будет сюрпризом какая концовка.. Первая или вторая. Царица разворачивается и уходит. — Стой! — вдруг кричит Небиби, и девушка разом замирает. Царь несколько секунд молчит, силиться сказать, но всё никак не может. — Я согласен. Ты получишь трон. На её лице расплывается довольная улыбка. Хатшепсут развернулась к нему и кивнула. — Молодец, это самое здравое решение от тебя за все года.       Вдруг дверь за которой находилась жена Императора, открылась и оттуда показалась уже одетая девушка. Горация взглянула на Хатшепсут недовольным прищуренным взглядом. На что будущая женщина Фараон взглянула на неё только с победной улыбкой.

***

      Коронация состоялась на следующий день. Конечно такое заявление от Небиби привело всех подданных и совет в изумление. Главный советник Царя был в ужасе от происходящего, он весь последующий день пытался остановить Небиби от данного заявления. Император Рима отнёсся к данному заявлению более спокойно, чем остальные. Да он был удивлён не менее, чем другие, но скорее всего был даже рад. Подданые Балдуина были осчастливлены тоже. Не все конечно, но большинство, которым выпала честь беседовать с Царём. Теперь дела вести станет гораздо легче. Но сейчас уже чьи-либо мнения были не важны. Сейчас проходила коронация Царицы. И теперь ничего нельзя изменить.       Хатшепсут восседала на троне, держа в руках золотые крюк и плеть, что являлись атрибутами Фараона. Которые всегда присутствовали при коронации Фараонов. Что было вроде как скипетра и жезла. Крюк символизирует привлекать и удерживать внимания, выбирать лучшее и стоять на защите справедливости. Плеть символизировала отсечение худшего, тёмного.       Перед Хатшепсут стояли все подданые Царицы, Иерусалима и Рима. А около девушки стоял верховный жрец который и проводил коронацию. — От имени Сената и граждан Египта, и по их воле провозглашаю Царицу Хатшепсут, полноправной владычицей Египта. — после произнесённой речи, на голову девушки надели корону Хеджет , она могла ещё надеваться поверх другого царского головного убора — платка немеса.       Девушка закрыла глаза, и стоило ей почувствовать на своей голове корону, как по всему её телу прошлась приятная дрожь, и это мгновение словно замедлилось. Та заветная цель в течении не малых лет наконец осуществлена. Теперь она единственный и полноправный Фараон Египта. Полубог на земле. Изида во плоти. От осознания этого, всё её сердце трепыхалось от счастья. И она силилась чтобы не улыбнуться, и сдержать расслабленное лицо. Все приклонили колено перед ней. Раздалось молчание, сопровождающееся тихой инструментальной музыкой.       Лишь государи Иерусалима и Рима остались стоять на ногах. Но Балдуин и Максиан всё же склонили голову, выражая вежливость и уважение перед новым полноправным Фараоном. Император взглянул на свою жену, увидев, что та стоит с идеально ровной осанкой, с неприязнью смотря на Хатшепсут. И мужчина махнул ей головой и рукой, давая понять чтобы она тоже склонила голову. Горация нехотя, но повиновалась. Небиби тоже стоял рядом с ними, и через силу склонил голову, нервно сжимая свои руки. Ему до сих не верилось, что всё для него так закончилось.       Балдуин поднял на неё свой взгляд и глазами наполненными радости и восхищения посмотрел на Хатшепсут. Она всё же добилась своего. Девушка из-за любопытства, всё же чуть раскрыла один глаз, чтобы посмотреть кто и как сейчас выглядит. И её взгляд метнулся сначала на Императора и Императрицу, и Небиби, которые тоже склонили голову, от чего она чуть поджала губы, чтобы сдержать спокойное лицо.       А потом её взгляд упал и на Балдуина, что тоже стоял перед ней склонив голову. И теперь улыбку, она уже сдержать не могла. Они встретились глазами и Хатшепсут разом расплылась в улыбке. Она заметив как он улыбнулся ей в ответ, сразу закрыла глаза и шумно выдохнула, и её лицо так и замерло в довольной полуулыбке. — У меня всё идёт как у Клеопатры, но я уверена конец мой будет другим. Пронеслось в голове у Хатшепсут. Теперь она ещё больше верила в светлое будущее и в себя.

***

      Этим же поздним вечером Хатшепсут находилась в своих покоях, когда к ней снова пришёл Балдуин. Он стоял в коридоре её комнаты, и наблюдал как пара служанок ходили с фитилём и поджигали свечи. Вскоре сама Хатшепсут появилась перед ним, выйдя из своего излюбленного балкона. Она была в фиолетовой шёлковой сорочке с золотой вышивкой, что считалось очень дорогим в то время, которая небольшим шлейфом тянулась за ней. Значит, что Хатшепсут, уже готовилась ко сну. — Доброго вам вечера, — она широко улыбнулась. — Как вы себя чувствуете? — Вполне неплохо, спасибо, — Балдуин проследил как служанки покинули покои Хатшепсут, шумно выдохнул и улыбнулся ей в ответ. — Рад, что у вас всё получилось.       Король медленной походкой пошёл в её сторону, поднимаясь по невысокой лестнице, на площадь где стояла Хатшепсут. Здесь не было несколько этажей, как может показаться по описанию. Просто основной коридор, который напоминал большой прямоугольник, находился как бы в малом углублении, чем вся остальная комната. И вокруг него располагалась лестница. Такая архитектурная экспозиция была непривычна для Балдуина, и всё же это показалось ему интересным. Архитектура в Египте как отметил Балдуин выглядела очень дорого и со вкусом. Огромные дворцы и комнаты, повсюду дорогой белый мрамор, большие колоны, статуи и их живопись в которых всегда вложено большой смысл, потрясающая сделанная и такая же дорогая мебель. — У нас получилось, — поправила Хатшепсут. — Я же говорила, у нас всё получится. — Я и не сомневался, — Балдуин чуть склонив голову вбок. — А что станет с вашим братом? Вы позволите ему остаться во дворце, или хотите сослать? — Он отправится на учения со своим наставником. Ему ещё многому предстоит научиться и узнать, — девушка подошла на шаг ближе к Королю. — Я бы хотела узнать. Небиби сможет отправиться в вашу страну? Чтобы изучал ваш язык, религию и традиции. Может измениться и поумнеет. Мне будет писать письма и рассказывать о том, что нового узнал. За одним и я начну больше узнавать. — Ну вы знаете наш язык и спокойно говорите без переводчика, это уже о многом говорит, — сказал Балдуин, вызывая улыбку у девушки. — Чтож я не против. Тогда он отправится сразу со мной обратно. Через три дня я буду вынужден уже вернуться. — О так скоро.. Но почему? — Хатшепсут огорчено опустила взгляд. — Салах-ад-дин готов объявить нам войну из-за того, что Ги Де Лузиньян нарушил договор о мире и напал на его людей. Вы ведь слышали. Мне нужно вернуться как можно раньше, чтобы решить эту проблему и не допустить войны. — Кто такой Ги Де Лузиньян? — спросила Хатшепсут презрительно скривившись в лице. Она прекрасно помнила об этом, ведь прочитала письмо. Но не имела понятия кто такой Ги. — Муж моей сестры Сибиллы, — ответил Король, отводя взгляд в сторону. — Как сказал Раймунд, некоторые думают, что блещут большим потенциалом и амбициями. Не понимая, что войны не всегда заканчиваются победой. Царица поджала губы и махнула головой. — Ну ясно.. Хвала богам лекарь приезжает завтра. Царица сделала паузу, словно о чём-то задумываясь, и тут же сказала: — Я отправлюсь с вами! И возьмём лекаря с собой. Я вас без полноценного курса лечения не смогу никуда отпустить, — и Хатшепсут снова улыбнулась, склонив голову вбок. — За одним познакомлюсь с вашим народом. И решим проблему с войной. Я ведь зареклась помогать вам во всём.