В Объятиях Невы

Вику Сергей напрягал до безумия... Своей ревностью, вкрадчивым шепотом возле уха, внезапным переходом на «ты» — снова, и в то же время тянуло к нему по тем же причинам. Она ведь клялась Юле, глядя прямо в глаза, что не трогала ее мужа и пальцем; врала, конечно, пытаясь их помирить. А сейчас, когда этот самый муж всю душу выворачивал наизнанку, Вика себя могла контролировать с трудом. На шумный Невский после конференции поехали все втроём в шестом часу, когда на город стали опускаться сумерки. Вика про пончики в поезде сказала просто так, забывая об этом уже через 10 минут. Сергей, в отличие от нее, помнил всё, приказав водителю остановиться возле пышечной. - Серьезно? Вика глазам своим не поверила, вылезая из такси, оглядываясь вокруг. Они находились практически в самом сердце Петербурга, в месте, куда, будучи ребенком, она так любила приходить. Взрослая Вика, приезжая в Питер, старалась заглядывать сюда, но из-за огромных очередей шла туда, где было чуть спокойнее. И даже вечером в середине апреля народу здесь меньше не становилось — не так, как летом, но двери бесконечно открывались и закрывались. От запахов кофе и свежей выпечки у Вики в животе начало неприятно урчать, а она, между прочим, ела последний раз всё с тем же Михаилом 100 часов назад. Погода, как обычно, начала портиться — насладились солнцем и хватит с них. — Вы же так хотели сюда попасть, — пожал плечами Сергей, вновь перейдя на «вы», потому что рядом стоял Кисляк, фотографируя на телефон каждый угол, — Мы вот с Андреем, как выяснилось, здесь не были ни разу. — Вы с Андреем очень многое упустили, но у вас обоих появился шанс всё исправить, — произнесла Вика с нотками иронии в голосе, заставляя Макеева усмехнуться. Он пообещал и сделал, впрочем, как и всегда. Это вызывало непонятные и смешанные эмоции. — Я, кстати, замёрз, — пожаловался Кисляк, убирая смартфон в карман куртки, — А вот заправимся кофеёчком и спокойно дойдём до гостиницы пешком. Тем более тут не так уж и далеко. — Ну так, а чего мы тогда тут всё ещё стоим? — взмахнула рукой в сторону пышечной Вика, слегка подталкивая Андрея в спину. И он, наконец-то, открыл старую, потрёпанную временем и «жизнью» дверь с прозрачным стеклом, шагнув внутрь. Вика с Сергеем последовали за ним. *** Время в этой советской пышечной будто бы остановилось, либо же попросту закинуло их в прошлое. Там, за окном, шумел современный мир, а здесь суровая и уставшая кассирша в синем фартуке ловко наливала им кофе из огромного медного самовара и накладывала аппетитные, огромные, подогретые пончики, присыпанные пудрой, на тарелки за какие-то смешные деньги. Заведение было небольшим, поэтому столиков здесь на всех желающих катастрофически не хватало, но какая-то пара, отужинав, освободила место. Сергей, уплетая эти маслянистые пончики прямо руками, запивая их сладковатым кофе, не думал в этот момент ни о чём... Свет от тусклых лампочек, немного старомодных, создавал атмосферу уюта, неподалёку на подоконнике спал рыжий кот, рядом сидела однозначно очень счастливая Вика, у которой рот был испачкан пудрой, и объевшийся Андрей. Сегодня они просто позволили себе расслабиться, ненадолго забывая о всех проблемах и работе. Ни по каким магазинам на обратном пути никто из них уже, естественно, не пошёл, слишком устали, только фотографий наделали бессчётное количество. Умиротворённая, наконец-то, Вика позировала на каждом шагу, выглядя для Сергея в свете этого мрачного и холодного, но безумно красивого города ещё более привлекательной. Макеев, воспользовавшись моментом, наглел, прижимаясь к ней ближе, делая совместные селфи втроём на фоне старинных домов, канала Грибоедова, Казанского собора и Исаакиевского, добравшись в конце концов до «Астории». Вика, как ни странно, Сергея оттолкнуть не пыталась, улыбалась в камеру, задевала его плечом и не дёргалась раздражённо, чувствуя чужую ладонь на спине. Сергей, открывая входную дверь гостиницы, пропустил вперёд сначала Андрея, а затем Вику. Поговорить им было просто необходимо, но давить на неё Макеев в этот раз не стал. Правда, Вика в номер к нему так и не пришла... Прождал до двенадцати, успев позвонить домой сыновьям и перекинуться парой слов с вроде как уже оттаявшей Юлей. Заказал в номер ужин, сходил в душ, пощёлкал каналы на телевизоре и заснул разочарованный, не представляя, что завтрашний день им принесёт. *** Вика Макееву, между прочим, ничего конкретного не обещала, сказала лишь, что подумает и примет решение о разговоре позже, но всё равно чувствовала себя неловко, ловя на себе его пытливые взгляды и за завтраком, и тогда, когда они вновь прибыли на конференцию. По правде говоря, она после прогулки попросту задремала... Вышла из ванной, прилегла на кровать, закрыв глаза на пару секунд, и отключилась. А ещё Вика чувствовала, что окончательно сдаётся... Стоило ли вообще сопротивляться? Ведь ещё недавно так хотела этого человека, на всё что угодно готова была пойти, лишь бы его заполучить, но совесть в итоге взяла своё. Хотя лезть в чужую жизнь её определённо никто не просил, у «синдрома спасателя» были одни сплошные минусы. — Раз уж конференция у нас сегодня до обеда, то, может быть, сходим в Эрмитаж? И погода второй день подряд радует. Сергей, как привидение, подкрался сзади в тот момент, когда Вика стояла у стендов в малом зале с планшетом в руках, только что получив контакты генерального менеджера одного из клубов. Мишу, кстати, сегодня видно не было, но и к лучшему... Макеев с Кисляком всё утро бродили где-то в другом месте, бесконечно здороваясь со своими знакомыми и приятелями, поэтому на какое-то время они с Викой разошлись по разным углам. Она обернулась на этот раз даже не вздрагивая. — Можем сходить и в Эрмитаж. Сергей скользнул по ней удивлённым взглядом, предполагая очередное «я подумаю и поговорим потом», но Вика и впрямь задолбалась контролировать себя на каждом шагу — пусть будет как будет. — Почему ты вчера не пришла? Я тебя ждал. Прозвучало слишком уж по-детски, заставляя Вику усмехнуться. — Я уснула. День выдался слишком тяжёлым. Сергей после этих слов мгновенно смягчился, перестав хмуриться, и морщинка на лбу разгладилась, он разулыбался. — Понимаю, у самого ноги гудели. Ты сегодня какая-то другая, спокойная что ли... — Я просто как следует выспалась, — пошутила Вика, замечая неподалёку ещё одного полезного для клуба человека, с которым тоже стоило пообщаться, — Ты извини, но работа сейчас превыше всего. — Да, согласен, — кивнул Сергей, — Не буду тебя отвлекать, сам вместе с Андреем только что провёл небольшую лекцию и мастер-класс. Встретимся чуть позже. И ушёл, оставляя Вику вздыхать, думая о том, куда и во что она в очередной раз влипает... *** Фактически Макеев Юле не изменял, но в мыслях уже давным-давно поселилась другая женщина, которую вытравить оттуда, как и из своей жизни, было невозможно. И Вика вдруг резко изменила своё отношение ко всему происходящему, перестав выглядеть раздражённой, что для Сергея оказалось в новинку. Неужели вчерашний вечер на неё так сильно повлиял? И не пришла по уважительной причине, а не потому что было плевать. Шестерёнки в голове крутились всё время на протяжении половины дня, забитого делами. Андрею часто приходилось окликать его, выдёргивая из раздумий, возвращая с небес на землю. О билетах в Эрмитаж Сергей позаботился заранее, зная об огромных очередях. Кисляк соглашался на всё, что они с Викой ему предлагали: поесть пончиков — отлично, прогуляться по Невскому — здорово, пойти по музеям — нет проблем. Как он только от их напряжения ещё не сиганул в Неву... Вика после окончания конференции выглядела немного уставшей. Встретились в холле, смешиваясь с толпой, двигающейся в сторону выхода и гардероба. Сергей помог ей надеть пальто, получая в ответ короткое «спасибо» и улыбку, от которой у него внутри всё теплело и расцветало. Обедали недалеко от Эрмитажа в небольшом ресторане, который посоветовал Андрей, пастой с морепродуктами. Дождь пошёл резко и внезапно, что для Питера было вполне себе нормальным явлением. Зонтики, понятное дело, никто из них с собой не захватил. Бежали до музея едва ли не вприпрыжку — не хватало им ещё только заболеть. Андрей натянул на голову капюшон от толстовки, а Сергей, прижимаясь ближе к Вике, прятался под её огромной сумкой, размещённой над макушкой. Промокли, конечно, но не настолько, чтобы ходить и отряхиваться от воды, как собаки, оказавшись внутри. Людей здесь, естественно, было неприлично много — туристы, студенты с планшетами, семейные пары. Воздух наполняли смешанные голоса, шаги и лёгкий гул толпы. Сергей в искусстве понимал примерно так же, как и в балете, то есть ровным счётом ничего. Нет, назвать самые известные картины он, конечно, мог, но на этом всё. Вика с Андреем бегали туда-сюда, фотографировали всё подряд и прислушивались к экскурсоводу, которая что-то рассказывала группе неподалёку. Макеев таскался за ними, периодически останавливаясь в одиночестве и разглядывая полотна с необычными цветовыми сочетаниями, но не особо проникался. Замер, пожалуй, только перед огромной картиной — морем. Буря, сражение кораблей или просто штормовая ночь — точных деталей Сергей не знал, но ощущение безысходности и борьбы за выживание передавалось настолько сильно, что внутри будто бы что-то шевельнулось. — Очень красиво, правда? — раздался рядом голос Вики, заставляя Макеева обернуться. Она была одна, без Андрея, поэтому можно было не притворяться просто коллегами. — Неплохо, — кивнул Сергей, — Ты тоже очень красивая. В воздухе повисла тишина. Вика на него не смотрела, разглядывая море, выглядя смущённой. А вот Макеева, напротив, уже больше ничего, кроме неё, не интересовало. Сказал то, что думал, и даже не собирался забирать свои слова обратно. — Серёж... — выдохнула Вика и наконец-то повернула в его сторону голову. Вокруг, кажется, летали искры, а у неё глаза сверкали, и на щеках выскочил чуть заметный румянец. Поцеловать Вику захотелось до дрожи в пальцах, но Сергей, естественно, позволить себе этого не мог, по крайней мере, не здесь точно. Подошедший к ним Кисляк разрушил всю магию момента. — Вот вы где, а я вас потерял! — Не переживай, не сбежали, — усмехнулась Вика, явно пытаясь скрыть волнение. Переглянулись с Сергеем, и в этом взгляде мелькнула недосказанность, которую трудно было игнорировать. А после она, положив руку Андрею на плечо, потащила его дальше. Макееву ничего не оставалось, кроме как следовать за ними, погружаясь в свои мысли. Он был влюблён, совесть перед всё ещё женой постоянно грызла, не отпуская ни на секунду, правда, поделать с собой совершенно ничего не мог. Завтра оставался последний день, который Сергей намеревался провести с пользой. *** Дождь на улице наконец-то прошел, поэтому после музея они отправились по магазинам. Ветер, конечно, дул изо всех щелей, но Невский так и манил своими витринами, заставляя заглядывать, если и не во все лавки, то во многие точно. Вике для своих родителей было ничего не жалко. Тем более раз уж всё-таки собиралась к ним в гости, то не с пустыми руками стоило же заявляться. Они в Питер последний раз приезжали как раз тогда, когда Вика была ещё совсем девчонкой. — Дайте мне вот эту шкатулку с Петропавловской крепостью, три магнитика, набор фарфоровых чашечек, брошь и книгу с иллюстрациями, — указала она на всё, что хотела купить бойкой молодой продавщице за кассой. Андрею не нравилось здесь ничего, для Яны он искал особенный подарок, а не просто безделушки. Было видно, насколько сильно он любил свою жену, постоянно созваниваясь с ней, скучая. Сергея сувениры тоже мало интересовали, дома ждали сыновья, а им всё больше подавай игрушки. О Юле речи не шло. Если бы Вика приехала сюда одна, то точно отправилась бы бродить по всем дворам-колодцам и старинным парадным, но Макеев с Кисляком наверняка уже подустали, поэтому обошлись местами самыми известными. Проехались на метро, которое от Московского отличалось, правда по красоте ничуть не уступало, добираясь до Крестовского острова. Купили по шаверме, уминая её прямо возле небольшого киоска на улице, не все же ходить по ресторанам. — Виктория Михайловна, вы лицо соусом испачкали, — заявил Макеев, у которого упаковка полетела в мусорку уже минут через 10, в отличие от неё. Да и Кисляк от него не отставал. Вот как эти мужчины вечно всё так быстро съедали? — Да, где? Вика принялась тереть щеки и уголки губ, собираясь вытащить из сумки зеркальце, правда Сергей её опередил, убирая всё ненужное своей салфеткой. Андрей, заметив это, едва не подавился и отвёл в сторону глаза; кажется, они его смутили. — Спасибо, Сергей Петрович, — пробубнила Вика себе под нос, чувствуя себя не менее неловко, но при этом забота его была ей приятна. Покупать подарки детям Макеева оказалось крайне странно. Они наткнулись на очередную лавку, двигаясь в обратную сторону к метро, увидев за стеклом всевозможные игрушки, книги и наборы творчества. Вика после смерти дочери подобные магазины старалась избегать всеми способами. Племянников и племянниц у неё не было, а все подруги с детьми остались в других городах, уж слишком часто она переезжала. Сергей, хватая с полки очередную машинку, конструктор и лего, через секунду ставил всё это на место, вздыхая. — Нужно что-то особенное. Старший сын — двенадцатилетний подросток, его обычными игрушками не впечатлить. А младшему 3,5, но и у этого целая комната барахла, — пожаловался Макеев. Кисляк позади них крутил в руках вертолет на пульте управления и сам выглядел тем ещё большим ребёнком. Вика подошла к полке с товарами для творчества. — Как насчёт набора для сборки модели или большого пазла? Или вот, набор для создания небольшого робота. Это может заинтересовать и старшего, и младшего. Сергей, глядя на предложенные варианты, задумался. — Хорошая идея, — просиял он наконец, выбирая две коробки с созданием робота. — Возьму для обоих, чтобы не подрались, — и посмотрел на Вику с благодарностью. — Спасибо. Я бы сам до этого не додумался. — Не за что, — ответила Вика, стараясь скрыть свои собственные эмоции. — Надеюсь, им понравится. И пару машинок всё-таки прихватили, направляясь к кассе. Думать о сыновьях Сергея совершенно не хотелось, они будто бы чертили ту границу, за которую выходить не стоило. Но и не помочь Вика тоже не могла. Они опять ничего не купили Яне... Кисляк по этому поводу не унывал, собираясь поискать ещё что-нибудь завтра. Вновь добирались до гостиницы в темноте, решая вызвать такси, толкаться среди толпы сил никаких не осталось. — Вик, — шепнул ей на ухо уставший Сергей, и да, они в очередной раз уселись сзади вдвоём, прижимая к груди пакеты, пока Андрей болтал с водителем, — Мы так и не поговорили. — Не сегодня, Серёж... Прости, но я едва соображаю. Ты и сам выглядишь не лучше. Обещаю тебе, что завтра после конференции мы всё обязательно обсудим. — Хорошо, — не стал настаивать Макеев. — Ты права, завтра так завтра. Больше они друг другу ничего не сказали. Вика сама того не замечая привалилась к его плечу и фактически задремала, но приехали они быстро, поэтому поспать в машине ей не удалось. Все чего Вике сейчас хотелось — залезть под горячий душ, поужинать и лечь в тёплую постель, а всё остальное вполне могло и подождать.