Повести сердца

      Исмаил приоткрыл глаза от утреннего света. Посмотрел на время и понял, что уже не утро, а полдень, давно пора вставать. Нургюль мирно спала на его руке и тот посмотрев на нее, стал вспоминать проведенную ночь. На лице появилась хитрая улыбка. Эта девушка теперь полностью принадлежала ему.        Он лег на бок и обнял ее второй рукой, прижимая нагое тело как можно крепче к своему. Она определенно его судьба. Так решил Исмаил. Ни одна девушка не вызывала такую бурю эмоций. Нургюль вроде бы ничем и не примечательна, обычная классическая фигура, немного округлые бедра, аккуратная грудь, маленький рост и миловидное личико.        Он всегда выбирал высоких девушек с формами. Либо грудь, либо ягодицы. А если все вместе, то это было хорошим бонусом. Никогда не думал, что на его плече будет спать такая простая девушка.        Но она была другой в совсем другом плане. И он уже много раз думал об этом. Она такая добрая, что чаще всего таким не место в мире. Таких очень мало. Очень. Все девушки были истеричками и стервами. А она очень мягкая натура. Хотя в первый день их знакомства знатно отшивала его. Наверное это первое, что его зацепило. Потому что обычно наоборот все липнут, а отшивает он.        За размышлениями он и не заметил, как девушка открыла глаза и смотрела на его сосредоточенный взгляд на ее лице. И как он не увидел того, что она проснулась? Он моргнул и улыбнулся, наконец заметив, что она не спит.        – Доброе утро, любимая. – все еще сонным голосом прошептал тот и поцеловал ее в висок. Как же ей приятно было слушать его сонным баритон. Он был особенно нежен и тянул к себе.        – Доброе утро! – радостно проговорила та. Сегодня они впервые проснулись, как полноценная пара. От воспоминаний она залилась румянцем. Они были полностью трезвые, поэтому ночь запомнилась в мельчайших подробностях.        – Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? – засыпал ее вопросами, а в голосе слышалось искреннее переживание. Она положила свою руку ему на голову, запуская пальцы в волосы парня.        – Все хорошо, правда. Ты ведь сам сказал, что боль это нормально. – смотрела прямо в его глубокие кофейные глаза. Он поцеловал ее в нос, прерывая зрительный контакт.        – Во время процесса да. А после него и уж тем более утром – нет. Сейчас точно ничего не болит? – уже совершенно серьезно проговорил он, возвысившись над ней.        – Нет, не беспокойся. Все хорошо, у меня ничего не болит. – улыбнулась пересохшимися губами, после облизнув их. Исмаил еще раз хитро улыбнулся и завладел ее устами. А она и не сопротивлялась.        Парень сел на кровати и получилось так, что немного стащил одеяло с Нур. Та тут же потянула его на себя и накрылась. Исмаил прикрылся одной из подушек. Девушка отвернулась. Он встал, надел боксерки и взял в руки ее кружевной лифчик. Стал отцеплять лямку. Нур повернулась.        – Ты что делаешь? – удивилась та, когда он стал обматывать лямкой запястье и пытался зацепить, словно это был браслет. Она присела, удерживая одеяло на груди.        – Хочу, чтобы она была всегда рядом со мной. – проговлрил он и взглянул на девушку. В ее взгляде читалось: «Зачем? Совсем дурак?». – Всегда, когда я буду смотреть на нее, буду вспоминать нашу первую прекрасную ночь. – он подошел ближе и сел рядом, протягивая руку, чтобы она помогла застегнуть. Понял, что та не отпустит рук от одеяла и сам стал придерживать его свободной. Наконец-то лямка оказалась застегнута на его руке. Нур покрутила у виска, показывая, что он сумасшедший. – У тебя есть то, что напоминает о дорогом для тебя... – указал он на подвеску на ее шее. – А у меня дорогое для меня.        Он сел на к ней спиной, чтобы нагнуться и поднять свой банный халат, ее шелковый и нижнее белье. Нур расширила глаза, посмотрев на широкую, накачанную спину.        – У тебя есть татуеровка?! – воскликнула она совсем неожиданно. Он повернулся к ней и положил вещи на пол недалеко от кровати.        – Да, – спокойно ответил он. – Ты только заметила? – сел к ней спиной, чтобы она могла разглядеть. Все так же держа одеяло у груди, она подползла к нему ближе.        – Орёл... – проговорила она и обвела пальчиком рисунок, который находился не совсем на спине, а выше лопатки, но ниже плеча. – Что он значит?        – Власть, храбрость, упорство, острое зрение, бесстрашие. Орел – символ небесной силы, огня и бессмертия. Служит воплощением божественной любви, силы и мощи, юности и бодрости духа. – проговорил он, будто заучивал эти слова наизусть. Она все так же внимательно рассматривала рисунок.        – Когда и зачем ты ее набил? – спросила она и немного нажала, почувствовав его каменные мышцы. Исмаил не очень хотел вспоминать про это, но все же понимал, что рассказать нужно. Все таки она его девушка и должна знать обо всем.        – Мне было всего пятнадцать. Тогда я сильно поссорился с отцом из-за тупой оценки в школе. Он снова снял со своих брюк дорогой ремень из натуральной кожи и стал бить меня. Тогда я был уже подростком, ребенком со сломанной психикой, которому не хватало любви и заботы, родительского внимания. Я уже не плакал от побоев, но я как сейчас помню эту адскую боль. Рука у него тяжелая, удар мощный. И тут он мне попал прямо металлической бляшкой и прямо через футболку рассек кожу. Почему попал именно в это место? Потому что я был зажат в угол и повернут к нему спиной. Голову я закрывал руками, чтобы не попадало по ней. Тогда я вскрикнул. Увидев кровь, он меня отпустил. Я думал, что заживёт и ничего не останется, но через месяц там остался лишь шрам. Достаточно большой. И я решил, что забью этот шрам тату. Я уже подрабатывал, поэтому накопил деньги, смог перевести роспись отца и взрослым почерком написать согласие. Набил именно орла, потому что пообещал, что стану сильным, храбрым, упорным и властным, как орел. Конечно я потом получил от бати еще хлеще. Уже кулаками и не мог сопротивляться. Но меня это не волновало. Тату он не смог заставил меня удалить. – Нур застыла. Она не думала, что история татуировки будет связана с его отцом. Тем более с таким случаем. Она убрала руки от тату и просто смотрела на нее. Всегда истории из детства Исмаила, заставляли девушку плакать. Ей было его очень жаль.        Девушка росла рядом с любящим мужчиной, который всегда обнимал ее перед сном и желал спокойной ночи. Тот, с которым она гуляля, играла, росла. С тем, кто ее любил. Она не знала, что такое нелюбимый ребенок. Была для родителей очень долгожданной.        Нургюль не могла понять, как Исмаилу больно осознавать то, что его родной отец видет в нем отброса. Как больно, слышать все детство то, что он мусор. Она никогда не знала, что такое побои, до того, как переехала в Стамбул. А он терпел их все шестнадцать лет своей жизни с отцом и мачехой.        Она крепко обняла его со спины, положив голову на одно плечо. Одеяло сползло, но она не обратила на это внимание. Исмаил почувствовал, как какие-то капли потекли по его телу. Ее слезы. Ну вот, опять он ее довел. Сам то уже был с железной психикой и было все равно, а она то нежная и ранимая.        Парень отцепил ее руки от себя и положил на кровать, укрыв одеялом. Стал целовать прекрасный лик, убирая слезы. Она обняла его за шею прижимая к себе.        – Я не должен был тебе об этом рассказывать, Нур. Это прошлое. Я его уже отпустил. Есть, конечно, моменты, которые я никогда не смогу забыть, но все не так страшно. Я сильный, живой и здоровый. Рядом с тобой. Это главное. – лег рядом и обнял поверх одеяла. Она уткнулась в его плечо.        – Я не должна была спрашивать, задевать твои чувства, заставлять вспоминать прошлое. Прости. – поцеловала его в горбинку носа. Он слабо улыбнулся и вытер оставшуюся влагу на глазах.       Они лежали так где-то полчаса. Обнимались, целовались, разговаривали на непринужденные темы, шутили, смеялись, чтобы расслабить обстановку, после этого рассказа Исмаила. Пришло время вставать. Все таки у них осталась еще две ночи и можно много чем заняться.        – Отвернись, Исмаил. – вежливо проговорила та, когда он встал и начал одеваться в домашнюю одежду. Она все так же лежала, приложив одеяло к груди.        – Вы все такие? После ночи становитесь стеснительными? Что я там не видел? – ухмыльнулся тот. Она лишь еще больше смутилась. Парень все таки не то, что отвернулся, он вышел из комнаты. Нур быстро оделась и заправив кровать, вышла.        Они позавтракали. Снова смеялись, шутили, болтали. После стали играться, словно дети, щекоча друг друга. Но Исмаил победил, повалив ее на кровать и она сдалась, так как уже задыхалась от смеха. Парень потом ходил довольный своей победой, словно Чеширский Кот.        Еще немного побыв в домике, пара отправилась гулять по заснеженному хвойному лесу. Нур, как маленькая девочка, прыгала по снегу, падавая с него. За собой тащила и Исмаила, который не мог не подчиниться ей и падал рядом, иногда притягивал к себе и срывал с мягких губ поцелуи.        Они выбежали в пустую чащу и стали бегать по поляне. Нур начала лепить снежки и кидать в Исмаила. Тот тут же подхватил игру. Он был шустрее ее и шаги были больше, поэтому выиграть не было труда. Но он поддался ей.        Она закидала его снежками, после чего легла сверху. С неба стал падать снегопад огромными хлопьями. Они смотрели друг другу с глаза, не имея возможности оторваться. Кто-то должен был проиграть. Исмаил больше не смог и переключился, посмотрел на ее губы.        После чего последовали новые поцелуи. Оба чувствали себя нужными, любимыми и самое главное были счастливы вдвоем. Им никто не нужен. Только они, объятия, поцелуи. Любовь – это искусство.        Вернулись в домик тогда, когда уже начинало темнеть. Пропустили обед, но это их не волновало. Оба замерзшие, по уши в снегу, одежда вся была мокрая. Но никто не обращал на это внимания, все смеялись да бегали друг от друга.        Зашли в дом и Исмаил тут же сказал Нургюль переодеваться. Нур одела тот самый свитер Исмаила с оленем и теплые шерстяные носки со снежинками. Были видны стройные ноги и парень не мог на них не смотреть.        Он затопил камин и сварил горячий шоколад. Они сидели на подоконнике в обнимку и пили горячий напиток. Парню позвонила Госпожа Айсун по видеосвязи. На другом конце пара увидела Синана, Эке и саму Айсун.        – С Новым годом! – весело прокричала Эке и пара засмеялась.        – Как вы, дорогие? – послышался нежный голос матери Исмаила.        – Все прекрасно. Сегодня целый день гуляли по лесу. Только недавно пришли. – сказала Нур, опередив Исмаила, чтобы тот не ляпнул лишнего. Особенно по поводу ночи. У него не было стыда.        – А мы сегодня фильмы новогодние смотрели, сейчас пойдем гулять. – сказал Синан.        Они разговаривают около получаса, после семья пошла собираться на улицу, а Нур и Исо снова обнимались и целовались, не в силах оторваться друг от друга.        Пришло время ехать домой, чего уж очень не хотелось. Нур нехотя собирала вещи, а Исмаил приводил дом в порядок. Девушка была несказанно благодарна парню за такой прекрасный Новый год.        Ехали обратно так же четыре часа. Нур снова уснула, только уже по середине дороги. Исмаил лишь украдкой смотрел на нее, а на светофорах касался шелковых волос.        Приехав, Исмаил поставил машину на стоянку. Взял Нургюль на руки и вынес из машины. Заблокировал ее и пошел к подъезду. Добрался до тринадцатого этажа быстро благодаря лифту.        Зайдя в квартиру, пошел в спальню. Снял к Нур ботинки, верхнюю одежду и положил на подушку, укрывая пледом. После пошел обратно в машину за вещами. Поставил сумку в прихожую. Завтра уже разберёт вещи. Время девять часов, дорога утомила. Он очень уж хотел спать.        Пошел в ванну и разделся по пояс. Кинул свитер в стирку и включил воду в ванной. Хотелось немного полежать в тепленькой воде и смыть с себя грязь дороги.        Почувствовал хрупкие руки девушки на своем торсе и вздрогнул. Она подкралась слишком неожиданно.        Нургюль проснулась и не сразу поняла, что находится дома. Пошла искать Исмаила и услышала, как в ванной включилась вода. Зашла туда, тихо открыв дверь и убедившись, что тот не полностью раздет, подошла и обняла.        – Почему ты меня не разбудил? – пролепетала та. Исмаил повернулся к нему и положил свою ладонь ей на щеку. Она мягко улыбнулась.        – Ты так сладко спала, что мне не хотелось тебя тревожить. – чмокнул ее в нос. Она положила руки на его кубики, пальцами ощупывая каждый. Она знала, что ему это очень нравилось. Тот перехватил ее руки, чтобы не сойти с ума.        Он быстро снял с нее свитер и притянул к себе, завладев вишнёвыми губами. Она охотно отвечала на поцелуй, но чуть позже отстранилась. Нет, она больше не смущалась его, не стеснялась. Это все прошло, хоть они больше и не были близки. Она знала, что он не причинит боли, что никогда не тронет если она не захочет. Понимала, что ее вид может свести с ума, но при этом никак не спровоцирует.        – Я желаю принять ванну с Вами, Исмаил Демирджи. – игриво проговорила та, проводя ноготком по торсу. Увидела довольную гримасу парня и тоже улыбнулась.        Они лежали в теплой воде. Конечно ванна была не такой большой, как в хаммаме, но он мог лечь на спину, а она на бок, положив свою голову ему на плечо. Обоих это очень даже устраивало.        Нур не могла поверить в свое счастье. Неужели она могла представить, что будет девушкой самого крутого парня университета, на которого вешаются все девчонки, грозой района, которого многие бояться и сразу бегут, услышав фамилию? Разве могла подумать, что грозный и хмурый снаружи может быть таким сломленным внутри?        Исмаил и сам никогда не подумал бы, что будет состоять в серьезных отношениях, тем более в такой девушкой. Он предпочитал дерзких, с шикарными бедрами и большой грудью. А Нургюль по-началу казалось тихой запуганной мышью, но почему то все равно он на нее запал. Ни одна девушка не смотрела на него так, как она.        Для всех он был обычным мажором, который клянчит деньги у родителей. Таких назвали «зажравшимися». И только она поняла, что он все тот же маленьких Исмаил, который хочет внимания, заботы и любви. Взрослый парень с детской душой и травмированной психикой, но пугливый мальчик, который боится проронить несчастную слезинку.        Они были разный. Она отличница, которая много знает. Он, конечно учился достаточно хорошо, его любили учителя, некоторые возможно побаивались, но никогда не ставили совсем низких оценок. Его можно было назвать хорошистом. Она любила книги и творчество. Он предпочитал спорт и борьбу. И судьбы у них были разные, но они сами поменяли их и направили в одно русло.        У каждого свои проблемы и травмы, которые способны залечить лишь они сами. Каждый из них знал, что оба сломлены, но были рада, что судьба так сложилась и они вместе. А ведь он мог и не проходить тогда по тому страшному району и не смог бы спасти. Тогда только Аллах знает, чтобы было.        Исмаил и Нургюль лежали на кровати, заключив друг друга в крепкие объятия. Разговаривали на непринуждениие темы. Девушка спать уже не особо хотела, а парень просто ждал, пока она утомиться, ведь не мог допустить того, чтобы он уснул первее.        – Исмаил... – вдруг резко поменяла свой тон голоса с веселого на серьезный. Он напрягся. – Каким ты видишь свое будущее? Ты видишь в нем меня? – резко спросила она. Нур уже давно хотела задать ему вопрос. Ведь без серьезных намерений нет смысла ничего начинать.        – Нур, я не могу тебе сказать, какое будет будущее. Но я хочу, чтобы ты была в нем в качестве моей любимой жены и матери моих детей. Хочу видеть нас знаменитыми личностями, чтобы доказать миру, что деньги не портят людей, что и звезды могут быть счастливым. Конечно, я понимаю, что тяжело быть знаменитостью и иметь личную жизнь. Многие актеры изменяюсь своим вторым половинкам со своими партнерами. Но я не тот человек, который сможет пойти на такое. Я однолюб и понял это совсем недавно. А раньше я был бабник без чувств. – Нур была рада такому ответу. Он видит ее в своем будущем, хочет, чтобы она была рядом с ним.        – Исмаил, я так рада, что ты у меня есть. Ты такой хороший. Я очень надеюсь, что твои слова будут правдой. А сколько детей ты хотел бы? – сама не поняла с чего вдруг тема зашла о будущем. Об этом они никогда не разговаривали.        – Двое максимум. Мальчик и девочка. А больше и не нужно, Нур. Нужно работать много и уделять время детям. Тяжело будет каждому уделить достаточно, когда их трое или больше. И ты всё таки женщина, все зависит от твоего здоровья и личного желания. – сказал он и поцеловал ее в макушку. А после представил, как на одном его плече будет лежать Нур, а на другом доченька. А рядом на плече Нур из сынок. Улыбнулся.        – Я тоже хотела двоих. Тоже мальчик и девочку. Как прекрасно. – пролепетала та и подняла голову. – Только почему то страшно, Исмаил. Моя мама родила меня, когда ей было чуть за сорок. Я была ее первым и единственным ребенком. Ее роды были очень тяжелые. Я родилась раньше срока, она после родов потеряла сознание и открылось кровотечения. Но и мама, и папа, и бабушка были очень рады моему появлению. Боюсь только одного, Исмаил. – ее лицо преобрело грусть.        – Нур, у твоей мамы был недоношенный срок, возраст, потом возможно какие-то проблемы с женским здоровьем. Ты вероятно не знаешь о них. Все будет тогда, когда этого захочешь ты. Когда ты будешь готова. Сейчас нужно выучится, построить карьеру, а потом уже заводить семью. Еще рано об этом думать.        – Ты прав. А если случайно получится тогда, когда мы не будем к этому готовы? – такое тоже может быть и Нур об этом прекрасно знала. Исмаил задумался, но ненадолго.        – Воспитаем, Нур. Иначе быть не может. Не думай об этом. Живи своей жизнью и наслаждайся. Успеется все. Не переживай. – положил ее голову обратно себе на плечо.        – Исмаил, жизнь не так длинна, чтобы говорить, что успеется. Каждый день может стать последним. – она тоже была права. Оба правы. Исмаил кивнул, но ничего не ответил. Поцеловал и прижал к себе, зарывшись носом в ароматные волосы. Так они и провались в сказачное царство Морфея.