Magnolia

Келус вышел из комнаты и направился к санузлу. Коридор второго этажа в свете ночника выглядел ещё более впечатляюще: белый кирпич мягко мерцал, а тени от картин с позолоченными рамами танцевали на стенах, словно живые. Шаги приглушал мягкий ковёр - тот самый, что тянулся от лестницы до каждой двери. В ванной комнате его встретил тёплый свет настенных бра и приятный аромат лаванды - видимо, Блэйд любил создавать уют. Келус поставил вещи на широкую мраморную тумбу, окинул взглядом помещение: большое зеркало в резной раме, душевая кабина с прозрачными дверцами, рядом - глубокая ванна на кованых ножках. На полке аккуратно выстроились флаконы с маслами и солями, полотенца сложены в стопки - всё до мелочей продумано. Он быстро разделся, бросил одежду на край ванны и шагнул под струи горячей воды. Расслабляясь под тёплым душем, Келус закрыл глаза, наслаждаясь моментом. Усталость понемногу отступала, мысли уже не казались вязкой массой, но сонливость всё равно клонила в сторону кровати. Внезапно раздался скрип - дверь в ванную слегка приоткрылась. Келус вздрогнул и инстинктивно прижался к стене душевой кабины, стараясь прикрыться руками. - Келус, чуть не забыл: вот попробуй гель для душа, который мне передала Кафка. Она отмечала, что он улучшает состояние кожи и оставляет лёгкий ароматный шлейф, - произнёс Блэйд, протягивая флакон через приоткрытую дверь. Келус сглотнул, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Он бросил быстрый взгляд на полупрозрачную дверцу кабины - та хоть и скрывала очертания фигуры, но не давала полноценной приватности. - Э‑э… да, спасибо! — отозвался он, стараясь говорить, как можно спокойнее. - Можешь… э‑э… оставить его на тумбе? Я сейчас заберу. Блэйд на мгновение замер, потом тихо рассмеялся: - Да, конечно. Извини, не хотел мешать. - Он поставил флакон на край мраморной тумбы рядом с полотенцами и слегка толкнул дверь обратно. — Пользуйся на здоровье. Говорят, запах у него… вдохновляющий. - Вдохновляющий? - Келус невольно усмехнулся, немного расслабившись. - Звучит подозрительно. - О, поверь, Кафка умеет подбирать слова. Она сказала: «Этот аромат пробуждает воспоминания о лете, росе и чём‑то неуловимо волшебном». - Блэйд передразнил её интонацию, сделав голос нарочито загадочным. Келус не сдержал смешка: - То есть теперь я буду пахнуть, как сказка? - Именно. И, судя по всему, очень дорогая сказка - флакон, кажется, ручной работы. - Блэйд отступил от двери. - Ладно, не буду отвлекать. Жду тебя внизу, когда закончишь. - Понял, скоро буду, - ответил Келус, наконец позволяя себе выдохнуть с облегчением. Дверь тихо закрылась, и шаги Блэйда затихли в коридоре. Келус провёл рукой по мокрым волосам, улыбнулся уголком рта и покачал головой: - Сказка, значит… - пробормотал он себе под нос. - Ну что ж, посмотрим, насколько волшебной окажется эта процедура. Он выключил воду, вышел из душевой кабины и, обернувшись полотенцем, подошёл к тумбе. Флакон действительно выглядел необычно: тёмное стекло с гравировкой в виде листьев, серебристая крышка, на этикетке - изящная подпись «Кафка». Келус повернул флакон, прочитал название аромата: «Утренняя роса над лугом». - Ну, Кафка, - тихо произнёс он, выдавливая немного геля на ладонь, - посмотрим, что ты там напридумывала. Лёгкий цветочный аромат с нотками мяты и лаванды наполнил ванную комнату. Келус улыбнулся: запах и правда оказался приятным - свежим, но не резким, словно обещание прохладного утра после жаркого дня. Закончив с душем, он тщательно вытерся, оделся и бросил последний взгляд в зеркало. Капли воды ещё блестели в волосах, но настроение заметно улучшилось. Выходя из ванной, Келус тихо закрыл дверь и направился вниз, где его ждал Блэйд. В голове всё ещё крутилась мысль: «Надо будет как‑нибудь поблагодарить Кафку за этот… волшебный гель». Ступени едва слышно поскрипывали под его шагами, а мягкий ковёр на площадке второго этажа сменился гладким деревянным полом первого этажа. В гостиной царил уютный полумрак - только лампа на журнальном столике отбрасывала тёплый круг света, в котором сидел Блэйд. Охотник расположился на широком кожаном диване, закинув ногу на ногу, и погрузился в чтение толстой книги в тёмно‑бордовом переплёте с тиснёными золотыми узорами по краям. Его пальцы неторопливо перелистывали страницы, а взгляд скользил по строкам с сосредоточенной внимательностью. Келус бесшумно подошёл ближе и, улыбнувшись, аккуратно присел рядом с Блэйдом на диван, стараясь не потревожить его чтение. Несколько секунд он просто наблюдал за сосредоточенным выражением лица охотника, за тем, как тот слегка хмурил брови, вникая в текст, а потом не выдержал: - О чём книга? - тихо спросил Келус, чуть наклоняясь вперёд, чтобы разглядеть название на корешке. Блэйд поднял глаза, и его губы тронула лёгкая улыбка. Он заложил страницу кожаным ремешком‑закладкой и отложил книгу на столик. - «Хроники Лофу: от основания до Великого раскола», - ответил он, слегка похлопав ладонью по обложке. - Это сборник древних записей, летописей и свидетельств очевидцев о ключевых событиях в истории нашего края. Например, вот здесь, - он открыл книгу на закладке, описывается, как основали первый город. Говорят, его заложили на месте древнего святилища, где, когда‑то сходились пути всех народов. - Первый город? - Келус заинтересованно подался вперёд. - И что там пишут о его строительстве? Блэйд пробежал глазами по строкам: - Здесь говорится, что первые поселенцы пришли сюда после долгого странствия. Они искали землю, где можно жить в мире, и нашли её у слияния трёх рек. Камень за камнем они возводили стены, а старейшины читали молитвы, чтобы духи земли приняли их как своих. Но не всё было гладко: вскоре появились первые разногласия, кто‑то хотел расширять границы, кто‑то настаивал на сохранении гармонии с природой. Это и стало началом будущих конфликтов. - То есть уже тогда были споры о том, как жить дальше? - задумчиво произнёс Келус. - Всегда были, - кивнул Блэйд. - Люди разные, и у каждого свое видения. Вот, например, дальше идёт глава о Великом расколе - когда часть жителей решила уйти в горы, чтобы сохранить древние обычаи, а другие остались, чтобы развивать торговлю и технологии. Это разделило Лофу на два мира, которые долгое время почти не общались. Келус провёл пальцем по тиснению на обложке: - А ты веришь, что всё было именно так? Или летописцы могли что‑то приукрасить? Блэйд усмехнулся: - В любой истории есть доля правды и доля вымысла. Но факты остаются фактами: города стоят, дороги проложены, а традиции живут. Иногда я думаю, что самое ценное в таких книгах - не сами события, а то, как люди их переживали. Страхи, надежды, мечты - они не меняются веками. - Получается, изучая прошлое, можно лучше понять настоящее? - спросил Келус. - Именно так, - Блэйд закрыл книгу и поставил её на столик. - И будущее, кстати, тоже. Зная, какие ошибки совершали предки, мы можем их избежать. А понимая их достижения, можем идти дальше. Келус откинулся на спинку дивана, обдумывая услышанное: - Знаешь, мне бы хотелось, когда‑нибудь прочитать эту книгу целиком. Может, даже найти какие‑то дополнительные источники - вдруг где‑то сохранились записи, которые не вошли в этот сборник? Блэйд посмотрел на него с одобрением: - Хорошая идея. У меня в кабинете есть ещё пара старинных томов - могу показать завтра. А сейчас, - он поднялся с дивана, - предлагаю перейти в спальню. Там поудобнее, да и камин как раз протопился - самое то для вечерних разговоров. Келус слегка удивился - предложение прозвучало неожиданно интимно, но в глазах Блэйда читалась такая искренняя доброжелательность, что отказываться не хотелось. - С удовольствием, - кивнул он, вставая. - Признаться, после душа и этих историй о древних временах так и тянет устроиться поудобнее у огня. Блэйд улыбнулся и направился к лестнице, жестом приглашая Келуса следовать за собой. Они поднялись на второй этаж, прошли по знакомому коридору с мерцающим в свете ночника кирпичом и остановились у массивной двери из тёмного дуба с резными узорами. - Прошу, - Блэйд распахнул дверь, пропуская гостя вперёд. Спальня оказалась просторной и уютной: в центре комнаты стояла огромная кровать с резным изголовьем и тяжёлым бархатным покрывалом, напротив - камин, в котором потрескивали дрова, отбрасывая пляшущие тени на стены. По бокам от камина располагались два глубоких кресла с пледами, а рядом - небольшой столик с чайным сервизом и вазой свежих фруктов. На стенах висели старинные гобелены с изображением охотничьих сцен и панорам Лофу. - Устраивайся где удобнее, - Блэйд указал на кресла у камина. - А пока ты выбираешь место, я принесу нам по бокалу вина. У меня есть бутыль «Звёздного рассвета» - выдержанного, с нотками вишни и дуба. Говорят, оно помогает лучше чувствовать связь времён. Келус с благодарностью опустился в одно из кресел, протянув руки к теплу. - Звучит заманчиво, - улыбнулся он. - И очень в духе наших разговоров о прошлом. Блэйд направился к небольшому резному шкафу у стены, открыл дверцу и достал две хрустальные чаши с тонкой гравировкой по краям и запотевшую бутылку вина. Аккуратно откупорил её - раздался мягкий хлопок - и наполнил чаши до половины. Аромат напитка, насыщенный и тёплый, тут же смешался с запахом горящих дров. - Прошу, - он протянул Келусу чашу, усаживаясь в соседнее кресло и устраиваясь поудобнее. - За открытия и новые горизонты. Келус принял чашу, слегка коснувшись края своей чаши о чашу Блэйда: - За открытия. И за тех, кто делится ими с другими. Он сделал небольшой глоток - вино и правда оказалось великолепным: сначала лёгкая сладость, затем — глубина вишнёвых нот и едва уловимая терпкость дуба в послевкусии. - Восхитительно, - Келус прикрыл глаза на мгновение, наслаждаясь вкусом. - Никогда не пробовал ничего подобного. - Это вино делают в долине Серебряных холмов, - пояснил Блэйд, делая глоток. - Там виноградники растут на склонах, где солнце светит почти круглый год. Рецепт передаётся из поколения в поколение - как и многие истории, о которых мы говорили. Кстати, знаешь, что первые поселенцы Лофу тоже умели делать вино? Не такое изысканное, конечно, но оно играло важную роль в их обрядах. Келус заинтересованно подался вперёд: - Расскажи подробнее! Что за обряды? - О, самые разные, - Блэйд отставил чашу на столик рядом и сложил руки на коленях. - Например, перед началом строительства нового дома старейшина благословлял участок земли и проливал немного вина в качестве дара духам местности. Считалось, что так дом будет стоять крепко и принесёт удачу обитателям. А на праздник урожая устраивали общий пир, где вино пили все - от мала до велика. Это символизировало единство общины. Келус задумчиво покрутил чашу в руках: - Получается, вино было не просто напитком, а частью культуры, способом общения с миром? - Именно, - кивнул Блэйд. - Как и многие другие вещи, которые мы сейчас воспринимаем обыденно. Огонь в камине, хлеб на столе, песня у костра - всё это когда‑то имело глубокий смысл. И даже сейчас, если всмотреться, эти смыслы никуда не исчезли. Просто стали менее явными. Келус сделал ещё глоток, глядя на пляшущие языки пламени: - Знаешь, мне нравится эта мысль. Что за каждой вещью, каждым обычаем стоит история. И если её узнать, мир становится… богаче, что ли. - Точно подмечено, - Блэйд улыбнулся. - Именно поэтому я так люблю копаться в старых книгах и артефактах. Они как ключи - открывают двери в другие эпохи. В комнате царила атмосфера уюта и доверительности. Огонь трещал в камине, за окном шумел ночной сад, а двое собеседников погружались в размышления о связи времён, попивая «Звёздный рассвет» и делясь мыслями, которые редко кому удавалось высказать вслух. - Кстати, - Блэйд слегка подался вперёд, - раз уж мы заговорили о традициях… У меня есть одна старинная книга о праздничных обрядах Лофу. Завтра могу показать - там и рецепты вина есть, и описания ритуалов. Очень любопытные вещи. - С удовольствием посмотрю, - Келус улыбнулся, чувствуя, как расслабление и тепло проникают в каждую клеточку тела. - Спасибо, Блэйд. За вечер, за разговоры и за это удивительное вино. - И тебе спасибо, Келус, - искренне ответил Блэйд. - Приятно делиться тем, что любишь, с тем, кто по‑настоящему ценит это. Келус сделал ещё один неторопливый глоток вина, наслаждаясь его бархатистым вкусом. Тепло разливалось по телу, напряжение последних дней окончательно отступало, а мысли становились всё более лёгкими и расплывчатыми. - Знаешь, - он слегка покачнулся, но вовремя ухватился за подлокотник кресла, - кажется, это вино и правда обладает какой‑то магией. Всё вокруг кажется… ярче, что ли. Даже тени от пламени танцуют веселее. Блэйд с улыбкой наблюдал за ним, отмечая, как раскраснелись щёки Келуса, а взгляд стал чуть более рассеянным. - Да, «Звёздный рассвет» славится своим мягким, но ощутимым действием, - подтвердил он. - Главное не увлекаться слишком сильно, иначе завтра голова будет гудеть, как старый колокол. Келус рассмеялся - звук получился звонким и беззаботным. Он сделал ещё глоток, но на этот раз чуть больше, чем следовало. Пальцы слегка дрогнули, и несколько капель тёмно‑красной жидкости упало на свою футболку. - Ой, - Келус уставился на расплывающееся бордовое пятно, потом поднял глаза на Блэйда и неожиданно хихикнул. - Кажется, я только что совершил акт вандализма против собственной одежды. И против этого прекрасного вина - оно явно заслуживало более уважительного обращения. Блэйд не смог сдержать улыбки. Он поднялся, подошёл к небольшому комоду у стены и достал оттуда мягкую салфетку. - Промокни аккуратно, - он протянул салфетку Келусу. - И давай я подлью ещё немного - только чуть‑чуть, чтобы не испортить эффект вечера. Келус промокнул пятно, но вместо того, чтобы положить салфетку на столик, начал задумчиво её крутить в руках. Взгляд его скользнул по бордовому пятну на футболке - оно расплылось неровным кругом чуть ниже груди. - Да уж, - пробормотал он, разглядывая испорченную одежду, - теперь точно придётся переодеваться. Не сидеть же в липком… Он положил салфетку на подлокотник кресла и взялся за край футболки. Движения были чуть замедленными - действие вина уже ощутимо сказывалось, - но уверенными. Келус слегка приподнялся, стянул футболку через голову и аккуратно сложил её, стараясь не касаться испачканного места пальцами. - Вот так, - произнёс он чуть более громко, чем нужно, и повесил футболку на ручку кресла спинкой наружу, чтобы пятно не прилипло к ткани. - Теперь точно лучше. Он сел обратно, провёл ладонью по груди, словно проверяя, стало ли прохладнее без футболки, и невольно улыбнулся. В комнате и правда было тепло - огонь в камине давал достаточно жара, а вино разливало по телу приятное тепло изнутри. Блэйд наблюдал за ним с лёгкой улыбкой, не делая замечаний. Он знал, что в расслабленном состоянии люди часто ведут себя свободнее, и не хотел смущать Келуса излишним вниманием к этому жесту. Вместо этого он просто поднял бутылку и слегка качнул ею: - Ещё немного? - предложил он. - Но на этот раз осторожнее. Келус рассмеялся - звук получился лёгким и беззаботным: - Осторожнее, да. Обещаю быть аккуратнее. Хотя… - он сделал паузу, хитро прищурившись, - если я снова что‑то пролью, у меня хотя бы не будет футболки, которую можно испачкать. Блэйд не сдержал короткого смешка: - Логично. Но давай всё же постараемся сохранить остальное вино для разговора, а не для обивки мебели. - Договорились, тогда выпьем за аккуратность и осознанность! - И за комфорт, - добавил Блэйд, чокаясь с ним. Они сделали по небольшому глотку. Келус откинулся на спинку кресла, расслабил плечи и вытянул ноги ближе к огню. Без футболки ему действительно стало комфортнее - кожа дышала, а тепло камина теперь ощущалось ещё отчётливее. - Спасибо, - тихо добавил он. - За то, что позволяешь мне быть… вот таким. Неидеальным, немного неуклюжим, но настоящим. Блэйд слегка наклонил голову, его взгляд стал теплее: - Быть настоящим - это самое ценное, что можно предложить в разговоре. И принять. Я рад, что ты чувствуешь себя достаточно комфортно, чтобы это показать. Келус улыбнулся - широко и искренне - и сделал ещё один маленький глоток вина. Огонь трещал в камине, тени плясали на стенах, а двое мужчин сидели в тишине, которая теперь казалась ещё более глубокой и доверительной, чем раньше.