Eternal love for gold

      — Какого черта вы вообще дрались? — прошипела я, недовольно смотря на парня напротив. Меньше всего мне были нужны проблемы на последнем курсе обучения в университете и теперь пока мы ждали ректора я всё больше пропитывалась неприязнью к брюнету. — И почему в этой вашей прелюдии с кулаками фигурировало моё имя?              Чон фыркнул, разглядывая свои сжатые кулаки на которых были еле заметные царапины. С того самого момента, когда вмешались преподаватели вместе со мной, он резко замолчал и ничего не говорил, даже под яростным взглядом ректора, который прибыл на пару минут позже всех остальных.              — Отличный ответ, — громче обычного выпалила я, стараясь держать себя в руках и не создать новую драку. — Теперь из-за вас проблемы будут у меня тоже.              — Зачем тогда прибежала? — резко и грубо произнёс он, поднимая на меня свои глаза.              Я и сама не знала почему я резко подорвалась, когда забежала запыхавшаяся Боа и сообщила мне о том, что Чонгук и Вону колотят друг друга, вдогонку прокричав что причиной тому являюсь я. И сама причина мне всё ещё была неизвестна.              На самом деле я даже не понимала, как она могла образоваться если с обеими парнями у меня высокая степень ненависти. С первого курса мы с Чоном невзлюбили друг друга и у нас началась взаимная война, которая с каждым годом набирала обороты. Моменты столкновения были на каждом шагу и хоть мы всегда ограничивались только словесной перепалкой она была максимально ядовитой. Но какими бы заклятыми врагами мы не были учёбу друг друга мы никогда не пытались испортить в отличии от Вону, который подставлял мне подножку при любом удобном случае, но я всегда старательно смотрела под ноги и пыталась предотвратить каждый его удар, пусть и не всегда получалось.              И единственная причина, которая приходит ко мне в голову что они просто не смогли поделить игрушку, над которой издевались четыре года.              — Стало интересно кто из вас двоих первым окажется в травмпункте, — в таком же тоне ответила ему складывая руки на груди и упираясь раздраженным взглядом в его. — Ты не ответил на мой вопрос!              — Я и не собирался, — усмехнулся он, забавляясь моей реакции. Его постоянно веселила моя злость и раздражение которые я не умела скрывать и открыто демонстрировала при каждой встрече. — Тебя это не касается.              — Правда? — чуть ли не истерически усмехнулась я и прикрыла глаза глубоко вздыхая. Его провокации на мне работали безоговорочно и это тоже бесило меня. — Интересно получается, что подрались вы из-за меня, но меня это не касается. Дай угадаю, не поделили чья следующая очередь глумиться надо мной?              Парень только закатил глаза и еле заметно покачал головой.              Его молчание злило ещё больше и хотелось запрыгнуть на стол между нами и вытрясти каждое слово, которое крутилось на его языке. Но я понимала, что в любую минуту мог зайти ректор и это обернулось бы большей проблемой чем та которая грозит нам сейчас. Только я уже еле сдерживалась и его игнорирование только распаляло мой гнев.              — Чего молчишь?              — Я уже всё сказал, — абсолютно расслабленно улыбнулся он и пожал плечами чуть напирая руками на стол и облокачиваясь на них.              — Ты ничего не сказал, — возмутилась я, вызывая у него очередной смешок и заставляя меня разгореться ещё больше. — Прекрати вести себя как ребенок! Я просто хочу знать, из-за чего сижу тут и всё.              — Могу сделать вывод что из-за меня, — его лицо теперь украшала чертова ухмылка, которая была слишком самодовольной. Руки так и чесались стереть её. — Переживала за меня вот и прибежала чтобы убедиться в порядке ли я.              Где-то в самой глубине души, под гнетом ненависти к нему и остальными отрицательными чувствами я понимала, что скорее всего он прав. Потому что первые мысли, как только я спешно покинула кабинет были именно такими. И разумного объяснения я не находила своему самовольному сердцу, которое игнорировало сигналы моего здравомыслящего мозга.              — Видимо он хорошо ударил тебя чем-то тяжелым по голове раз ты несёшь такой бред, — чуть стушевавшись буркнула я, отворачиваясь от него.              Меньше всего хотелось, чтобы в моих глазах он увидел подтверждение своим словам.              — Да ладно, Хиён, мне нравится твоё волнение, — он подмигнул мне и придвинулся, ещё ближе довольно разглядывая моё румяное лицо от злости и не только от неё. — Нужно было дать ему возможность на пару ударов, чтобы ты потом обработала мне раны.              — Если ты сейчас не заткнёшься, то…              — То, что ты сделаешь? — его провокации были выше моих возможностей. — Накинешься на меня и закроешь рот своими губами? Так и скажи, что просто искала возможности побыть наедине со мной.              Или его действительно чем-то приложили по голове или он сегодня был в своей лучшей форме так издеваясь надо мной. И, к моему сожалению, я не могла ничего ему ответить. Просто сидела с приоткрытым ртом и глубоко дышала, глядя куда-то в сторону и желая, чтобы ректор пришёл как можно быстрее.              — Сочту твоё молчание за положительный ответ, — теперь Чон не останавливался и напирал, ожидая увидеть хоть какую-нибудь реакцию, которую я еле сдерживала. — Хиён, всем и так всё видно, так что перестань делать вид что это не так.              — Что ты несёшь? Что видно? — вспыхнув я подскочила со стула и упираясь ладонями о стол смотрела на него сверху вниз. — И кому это всем?              Парень тоже поднялся и так же наперев на стол своими руками приблизился ко мне непозволительно близко. Отчего мой пыл понемногу начал утихать, и я чувствовала мурашки от его дыхания, которое касалось моих губ.              — Твои чувства ко мне, — выдал он, ошарашивая своими слова и заставляя меня замереть.              В его глазах плескалось веселье и только, он забавлялся ситуацией пока медленно, но верно опускал меня ко дну.              — Единственное чувство, которое я к тебе испытываю — это ненависть, Чонгук, — к сожалению мой голос не был убедительным я не могла даже сказать эту фразу четко и твердо. И я была уверена, что он не поверил ни единому слову. — Я не хочу продолжать этот бессмы…              Меня прервали его губы, которые резко прижались к моим в который раз за день приводя тело в оцепенение. Парень аккуратно касался моих губ ожидая хоть какого-то ответа от меня, но я не двигалась, пытаясь постепенно осознать происходящее. Спустя четыре года издевательств друг над другом мы стоит в кабинете ректора и целуемся, точнее Чон целует меня после того, как между ним с Вону произошла стычка из-за меня. Возможно, я упустила какие-то изменения в наших абьюзивных отношениях или действительно чего-то не понимаю.              И пока мой мозг работает отдельно от основного тела, пока там происходит осмысливание всевозможных причин данному поведению я медленно поддаюсь ему. Более ясно ощущаю его металлическое кольцо на губе, всё это время прижатое к моей, и его напористость, которая желает полноценный поцелуй, а не девственное касание губ. В момент, когда наши языки соприкоснулись и сплелись между собой из головы вылетел факт, что мы оба находимся в кабинете ректора, который может вернуться и застать не самую приятную для него картину. И самое главное то, что минуту назад мы ненавидели друг друга. Но разумные клетки моего мозга будто отключились в моменте оставляя только пылающую страсть, взявшуюся из моих потайных уголков которая всё это время молча ожидала подобного момента. Я почти обхватила его лицо чтобы продолжать наш поцелуй как можно дольше, но парень отстранился с тяжелым дыханием и чертовой ухмылкой победителя, которая так и кричала о том, что его слова были гребанной правдой.              Прикрыв глаза, я отошла от стола, на который мы оба наваливались секунд тридцать назад и захотела просто провалиться на этаж ниже, а лучше прямо в ад, где намного безопасней чем будет тут с этого дня.              Мои слабости полностью разрушили маску, которую я держала достаточно долго. И теперь было страшно представить, чем это может обернуться против меня.              — Что ты...? — моё дыхание тоже было сбито не только из-за поцелуя, но и из-за нервов, которые буквально переполняли меня. Тот факт, что во мне таились чувства к Чонгуку, которые я не раз пыталась искоренить из себя и постоянно отрицала, были снова доказаны и пробуждены. — Ещё раз сде…              Теперь нас не разделял стол. Теперь он стоял в притык ко мне и держал моё лицо в своих руках и снова целовал меня. Но целовал более нежно чем в прошлый раз. И раз мне уже нечего было терять то я просто наслаждалась, отвечая ему. Ощущала прилив эндорфинов, дрожащие ноги и то, как голова кружилась от нашей с ним близости. От того как сладко он целовал меня я готова была растаять, как и растаяла моя стена спустя четыре года. Возможно, она рухнула бы уже давно случись такое раньше на одной из вечеринок, где мы сотни раз пересекались, но каждый из них мы просто жонглировали ядовитым сарказмом друг с другом и по итогу просто расходились.               Услышав голоса и шаги за дверью мы резко отстранились и отошли, быстро вернувшись на свои места.              — Я просто решил, что ты попросила ещё один поцелуй, — с лёгкой улыбкой произнес Чон в тот момент, когда дверь открылась и наконец мы были тут не одни. — Я ведь всё правильно понял, Хиён?              Последние слова уже были сказаны шепотом сопровождавшимся горящим взглядом. И надеюсь, в моих глазах он не увидел положительного ответа.              — Чонгук, почему не у медсестры? — нахмурившись ректор прошел к своему креслу и присел.              — Нет необходимости, — в своей манере ответил парень, продолжая смотреть на меня. Пока я буквально сидела раскрасневшаяся и через чур взволнованная. — У меня всё в порядке.                    — Его мама сейчас едет сюда выяснять что случилось с её сыном и скорее всего закатить огромный скандал, — господин Чан потер переносицу и вернул очки на место поглядывая то на Чона, то на меня пока я продолжала задаваться вопросом о случившемся не только в этом кабинете. — Я отчасти понимаю твой поступок Чонгук, но и ты должен понимать последствия. Как бы ты не хотел защитить свою девушку, — на этом моменте брюнет напротив меня фыркнул и пробубнил что-то себе под нос, а ректор посмотрел на меня. Но никто из нас двоих не оспорил его фразу о моём неожиданно новом статусе. — Нужно прибегать к более гуманным способам в таких ситуациях.              — Простите, а из-за чего всё произошло? — если Чон не хотел мне отвечать, то я решила воспользоваться шансом и задать этот вопрос ректору.              — Мы уже вроде это обсудили, — недовольно прошипел парень, глядя на меня.              Проигнорировав его слова, я с надеждой ждала ответа от господина Чана.              — Как сказали свидетели сия представления, что Пак оскорблял тебя. За что он соответственно понесёт наказание, — наконец раскрыл корень проблемы, из-за которой мы сидим здесь и который так тщательно зачем-то скрывал брюнет. Сказать, что я была удивлена его поступком не сказать ничего. На моей памяти это впервые, когда Чон не игнорирует слова Вону как обычно делал это раньше проходя мимо с незаинтересованным видом. — Мне нужно вызвать и твоих родителей Чонгук. Я постараюсь уладить конфликт чтобы не дошло до твоего исключения, но, если они решат снять побои, которых не мало, твои дела имеют не совсем положительный характер.              И всё что сделал парень — просто кивнул. С тем самым равнодушным видом будто его не волновало исключение на последнем курсе его учебы. В отличии от меня.              — Мы ведь на последнем курсе, нам осталось доучиться всего четыре месяца, — чуть ли не вскрикнула я, поднимаясь со своего места. — И он ведь хотел защитить меня.              Хотя это всё ещё не укладывалось в моей голове.              — Я понимаю, Хиён, но есть закон и свод правил, которые он тем не менее нарушил. Я сделаю всё, что в моих силах, — произнес мужчина и поджал губы.              — Вону и раньше оскорблял меня. И подвергал травле со стороны своих друзей, — мне пришлось рассказать ректору не самую приятную часть из моей университетской жизни чтобы хоть как-то уменьшить шансы на возможное исключение Чонгука. — И у меня есть свидетели. Они могут это доказать.              —Почему ты раньше об этом не говорила? — он сильнее нахмурился, задавая вопрос, а я, не зная, что ему на это ответить просто пожала плечами склонив голову, будто теперь наказывали меня. — Ладно, разберемся со всем. Сейчас идите в библиотеку или кафетерий до приезда родителей. Как только все соберутся я вызову вас через голосовое оповещение.              Чон тут же поднялся с места и спешно покинул кабинет. Кивнув и слегка поклонившись, я прошла за ним, но парень уже был в конце коридора, и чтобы его догнать мне пришлось буквально перейти на бег.              — Да стой же ты, — как и в этот раз моя просьба была проигнорирована. Чуть ускорившись, я успела схватить его за руку перед лестницей на первый этаж. Лицо парня выражало раздражение, и я не догадывалась я ли тому причина или может он раздражен в общем из-за всей ситуации. Но мне нужно было его поблагодарить. — Я хотела сказать спасибо. Что заступился за меня. Но всё же не стоило так кардинально и агрессивно вступаться, теперь у тебя будут проблемы из-за меня.              Моё дыхание было немного сбито, и я чертовски волновалась и от этого жутко запиналась. Возможно, именно этим я вызвала его очередную усмешку.              — Что смешного? — буркнула я и опустила взгляд вниз замечая, что всё это время мы продолжались держаться за руки и когда я хотела одернуть свою Чонгук не позволил чуть крепче сжав мою ладонь. — Кхм, отпустишь?              — Ты не ответила на мой последний вопрос, Хиён, — вдруг произнес брюнет, делая небольшой шаг ко мне. Подняв взгляд на его лицо, я не увидела никакой ухмылки или намека на веселье. Он выглядел серьезным, таким каким должен был быть в кабинете ректора, но не тут наедине со мной. — Так правильно или нет?              Было ощущение что он просто глумился надо мной, заранее уже зная ответ на свой вопрос. Он был написан на моём лице и виден в том желании, с которым я целовала парня десять минут назад. При всём этом мне так не хотелось подтверждать его правду своими словами чтобы избежать тех насмешек и унижения, которые будут ждать меня с завтрашнего дня.              Видимо мне не суждено доучиться более-менее спокойно и закрыть эту страницу пусть и с разбитым сердцем. Осталось четыре месяца, и они пройдут намного хуже, чем четыре года которые я вынесла с гордо поднятой головой. Мне нужно смириться с этим и лучше проработать свою инфантильность чтобы меньше заморачиваться в будущем.              — Мы вроде ненавидим друг друга, разве нет?              — От ненависти до любви один шаг, — или четыре года войны и поцелуй в кабинете ректора.              — И когда ты преодолел этот шаг? — если это действительно произошло.              Он пожал плечами и притянул меня ближе сокращая расстояние между нами и всё так же серьёзно заглядывая в мои глаза. И этот взгляд вызывал во мне мурашки, которые ощутимо покрыли тело и пылающее пламя внутри, которое чувствительно обжигало внутренности груди и затрагивало область ребер. И весь этот спектр эмоций всё ещё поражал меня.              — Не знаю, может тогда, когда впервые почувствовал ревность? — прошептал парень, удивляя своими словами. — Или на Хеллоуин, когда ты пришла в безумно сексуальном наряде и буквально приковала на весь вечер мой взгляд. А может и на новогодней вечеринке, когда мы оба спорили под омелой, но так и не поцеловались, хотя я был на грани чтобы сделать это прямо у всех на виду.              Все перечисленные события били относительно недавно возможно даже в тот же момент, когда я перестала видеть в брюнете только объект своей ненависти.              — Получается мы оба проиграли? — в тон ему спросила я.              — Я очень в этом сомневаюсь. Но даже если и так, то я готов принять это поражение с поднятыми руками, — тихо сказал Чон отпуская руку и обхватывая моё лицо ладонями и снова прижимаясь к моим губам.              Возможно, я совершаю ошибку доверяясь его словам и в будущем об этом сильно пожалею. Но раз мы оба потерпели фиаско то почему бы не воспользоваться шансом начать всё заново только теперь без той ненависти, которую мы оба давно переступили.