Ведьма

Из приоткрытого окна в комнату задувало ночной прохладный воздух. Потрескивание сверчков и отдаленное уханье сов, ласкало уши ведьмы, желая разбудить спящую. Все тело девушки сводило от разных видов боли. Голова раскалывалась от выпитого ранее алкоголя, запястья рук еще отчетливо помнили на себе шершавость пресловутой бечевки, а томящая боль в области живота и чуть ниже сигнализировали о том что лучше тебе остаться на своем месте и лежать дальше. Но нет. Преодолевая все это, Рэйвен аккуратно встала со скрипучей кровати, и мелкими шагами пробиралась к своим вещам, бессовестно оставленных на полу. — Sole, — прошептала она, взмахнув рукой над своей одеждой. Объятые лиловым дымом, вещи ведьмы поднялись в воздух и следуя движениям руки, переместились на деревянный стол напротив кровати. Ей нужна была её поясная сумка. Для особых случаев, в волшебной сумке можно было найти пару скруток сухоцветов. Их можно было разорвать и проглотить запив большим количеством воды. Не самый приятный способ принимать подобные «снадобья», и все же намного лучше грохочущих склянок, как выразился «муж». Рэйчел взяла с собой три таких. Первая: небольшой пучок из цветков лаванды, нескольких листов базилика, шалфея, и пару ромашек, которые в Проклятом лесу считай не встречаются. Ведьма слышала об этих цветах от матери, и именно Арэлла однажды показала ей данное растение, и какими свойствами оно полезно для людей. Данный набор девушка использует в качестве снадобья против боли и успокоения. Сочетания аромата сиреневых цветов и душистого базилика мягко щекочет нос своей терпкостью, помогает успокоится и не чувствовать напряжение. Вторая: больше походит на «предохранительную» силу. Смесь ландыша, веток с кустов бузины, а также стебли «Вороньего глаза» с засохшими плодами. Несмотря на сладковатый и приятный аромат букета, все растения в нем ядовиты, и подобное сочетание Рэйвен уже испытывала на нарушителях. Для бесов её отца, и простой нечести, смесь не может причинить особо вреда, разве что дать ощутить дискомфорт и убраться подальше пока не отправился на другую сторону этого мира. На людях Рэйчел такое не испытывала. И то взяла чтобы успокоить саму себя. «Раз магией пользоваться нельзя, то есть и другие средства». Третья: Женьшень, ярко-желтые цветки Дамиана с зелеными листьями и стеблем, зверобой, полынь. Она и сама не совсем понимала для чего взяла эту скрутку. Женьшень — утоляет боль, желтые цветки Дамиана — считались тонизирующими, и немного успокаивающими из-за сладкого аромата, зверобой — больше подходит для заживления ран, полынь — была средством от бессонницы и помогала от лихорадки. В любом случае, полностью съедать целый пучок зелени было нерационально, оторвать несколько листков, измельчить и запить водой. Все просто. Ведьма взяла первую скрутку. Оторвав один бутон ромашки и один лепесток шалфея, она раздавила их в своей ладони, превращая в мелкую труху. В темной от ночного света комнаты, был проход в сторону купели, где стояла деревянная ванна и бочка с холодной водой, здесь гости могли искупаться, и если сильно необходимо — отпить воды. Пройдя в данную комнату, Рэйвен встала напротив бочки, собираясь поочередно выполнить нужные манипуляции. Посмотрев еще раз на травяной порошок, она вздохнула и одним махом засыпала его в рот. Второй рукой она зачерпнула воды, поднося к слегка покусанным губам, утоляя жажду и поглощение «лекарства». Прохладная жидкость струилась по языку и горлу ведьмы, покрывая руки и шею гусиными мурашками. — «Ноги дрожат…» — подумала она, посмотрев на слегка мандражирующие коленки. Пока лекарство не подействовало, по телу ведьмы также ощущалась невесомая истома и нечто теплое внутри тех мест, которых недавно касался шатен. Подрагивающими пальцами она касалась живота, опускаясь чуть ниже, охлаждая разгоряченную плоть остатками воды на пальцах. Бедра подрагивали от каждого касания, а по тонкими пальцам вытекало что-то теплое и скользкое. Краткие касания возвращали мысли Рэйчел к недавнему сексу с Дэмианом, а из горла чуть было не вырвался скучающий стон. — «Может я уже с ума здесь схожу… Нужно помыться…» Отбросив влажную и достаточно мятую одежду, ведьма возвела купол между ванной комнатой и спальней. Никто её не услышит. Никто её не увидит. — imple eam, — поманив рукой воду, ведьма подняла в воздух массивную каплю, и плавно перенося её в стоящее рядом деревянное корыто. — caldor Как только от воды исходил еле заметный пар, Рэйвен аккуратно забралась в теплую воду. Жидкость обволакивала тело, будто отнимая ту боль в мышцах которую она испытывала. Девушка протирала чистой водой свои руки и плечи, ноги, ступни, шею и лицо. Прозрачная вода постепенно начинала мутнеть, вбирая в себя всю грязь и пыль. Мокрыми ладонями, Рэйвен провела по длинным волосам, приглаживая растрепавшиеся локоны. Изредка взгляд ведьмы падал на стоящую в далеке кровать. Он спал там, ни разу не дернувшись от скрипов половиц под весом девушки.

— «Te amo»

— Что я сказала? — прошептала она, прикрывая губы. В голове Рэйчел всплыла фраза, которую она пробормотала, проваливалась в сон. Сердце ведьмы билось в быстром темпе, вспоминая яркие зеленые глаза, и характерные грубости Дэмиана касания. Все тело темноволосой пробрал легкий мандраж, будто чувствуя следы от его рук, касания губ на своей коже. Даже вода будто стала на несколько градусов холоднее. Они в Арадоне всего лишь два дня, а впереди еще целый месяц. Да она ведь его на дух не переносит! — «Я была не в себе. Из-за эля. Вот и все.» — Аккуратная ладонь невесомо касалась шеи, груди, живота и бедер, не желая думать о юноше в соседней комнате. — «Я не люблю его!» Не желая забивать голову подобной ерундой, она выбралась из остывающей воды, и как можно скорее натянула на себя всю свою одежду, словно пытаясь заставить тело забыть то тепло, которое еще совсем недавно было ей приятно.

***

Щебет утренних птиц, не самая приятная музыка, под которую хочет проснутся наемник. Разлепив сонные глаза, он поднялся с кровати. Ведьма не лежала рядом с ним в постели. — «Уже встала что ли?» — подобрав рубаху, попутно натягивая её на себя, изумрудные глаза искали по комнате «жену». Ведьма сидела в одном из кресел, читая при помощи магии одну из купленных книг. Предмет парил в воздухе, и когда глаза цвета сирени дочитали страницу до конца, перелистывали страницу также по воздуху. Она была полностью одета, а небольшие синяки под глазами, свидетельствовали что Рэйчел не спала оставшуюся часть ночи. — Мы договаривались насчет магии, — буркнул он, пытаясь обратить на себя её внимание. Нет результата. Она неотрывно листала книгу. — Ведьмочка, ты слышишь? — А? да, помню, мне нужно еще несколько минут, — девушка резко прекратила пользоваться волшебством, словив бумажную книгу обоими руками. — Тц. — «Не смотри ему в глаза. Не смотри ему в глаза. Не. смотри.»

***

— Ты так и будешь смотреть в книгу? — пара вышла из трактира, продолжая задуманное путешествие длинною в месяц. Рэйчел всячески избегала зрительного контакта с Дэмианом. Выходя из комнаты, устремила взгляд в пол и недочитанную книгу, на завтраке испробовав выпечку хозяйки продолжала разглядывать тексты и иллюстрации в книге. Шатен даже не имел ничего против. Но сам факт игнорирования со стороны Рэйчел, и отсутствие желания по скорее разобраться со сделкой, его начинала раздражать. — Нет, еще минута и я скажу куда идти. — машинально ответила ведьма, перелистывая еще одну страницу. В эту же секунду, книгу вырвали из рук Рэйвен. Дэмиан встал напротив неё подняв объект такого пристального внимания над головой «жены». — Верни сейчас-же. Я на самом интересном месте остановилась. — ворчала она, пытаясь достать книгу потягиваясь за ней в силу своего не большого роста. Не помогает. — Отвечай куда идти дальше. У меня нет времени ждать, когда ты прочитаешь все эти книги. — грубо проворчал он, перекидывая книгу из одной руки в другую. — А ты у нас прям такой занятой? — злилась она, от безысходности и отсутствия возможности взлететь и отобрать у него книгу. Они в городе. А значит магия под запретом. — Неужели у тебя есть работа? — А я по твоему деньги ворую, или как я вчера оплатил твои книги? В нашем мире все стоит денег, и если ты их не зарабатываешь ты их воруешь. — вздохнул он, убрав книгу в мешок и запрокинув его себе на плечо. — Если тебе хочется посмотреть на быт людей, можешь вернутся на рынок. Я работаю как наемник и охотник за головами. — Ты убиваешь людей? — спросила Рэйвен подняв свой слегка напуганный взгляд на шатена. В глазах всплыла их первая встреча. Запах крови, его глубокая рана на груди, и ощущение тошноты от запаха вокруг. — Смотря по твоим напуганным глазкам, ты такое зрелище не очень то и любишь, — усмехнулся Дэмиан. — Зависит от заказчика. Есть те, кто просят «товар» живым, кому-то нет разницы, кто-то сразу ставит цель: убить. — Это отвратительно, — пробурчала она, представляя изувеченные тела людей, и какой же смрад стоит от подобных сцен убийств. — У наемников такая жизнь дорогая, — с усмешкой произнес шатен, поправляя капюшон на своей голове. — Привыкай. Не все так прекрасно как книжки которые ты выбрала в лавке. — И что ты хочешь сейчас делать? — Зайти в гильдию, где мне дают заказы, по возможности забрать часть прошений которые оставляют мне, если будет не пыльное дело, можно его сразу и сделать. — Мне обязательно идти с тобой? — по спине ведьмы прошли некоторые мурашки. Она кончено могла представить, что такое наемник и охотник за головами, но в реальности никогда подобных людей не видела. Наблюдая девичий страх в лавандовых глазах, Дэмиан даже ощутил в себе некоторое чувство. Ранее не виданное. Предвкушение. Шанс показать себя…перед ней? С чего бы? — Хотел бы я сказать нет, но если ты тут потеряешься и будешь применять свои фокусы, то плохо будет обоим, — объяснял он, указывая пальцем и на себя и на неё. — Тебе, потому что есть среди наемников «охотники за нечестью», и ты в их небольшой список попадаешь, и если так случится мне нужно будет с ними вступать в бой, а я и так работаю за счет своих навыков. Не хочется давать поводов опять урезать мой доход. Рэйчел промолчала. Действительно деваться ей некуда, а если она еще нарушит их уговор, также плохо будет обоим. Ей придется бежать сломя голову обратно в «Проклятый лес», без гарантии что на неё могут напасть или спровоцировать. Дэмиану же придется «существовать» в этом мире до определенного времени. Ведь долгая жизнь ему не сулит.

***

Темный переулок, омрачался каждым проходящим мимо наемником, цепляясь взглядом за проходящую мимо парочку, а особенно на девушку, которая то и дело постукивала о брусчатку короткими каблуками своих сапог. Несколько смельчаков, раз посмотревших в волшебные глаза ведьмы хотели было привлечь к девушке внимание, и увести за собой, если бы не холодный взгляд идущего рядом Дэмиана, и периодические угрозы в адрес каждого такого храбреца. Начиналось это со словесного «Шел бы ты куда подальше мудак.» до предупредительного метательного ножа в миллиметре от них. Последнее было очень убедительным. Пройдя еще несколько метров, Дэмиан завел девушку в двухэтажное здание гильдии с говорящим названием «Лига Теней». Находилось место действительно в самой отдаленной части районе, если не в самой темноте. Гул со стороны двери был обычным делом в месте сбора головорезов, убийц и воров. Тут других людей не было. Кто не хочет, или не может зарабатывать деньги «белым» путем, погружаются в пучины тьмы и жестокости, выполняя подобные заказы. — Постарайся не привлекать внимание, Ведьмочка, — шепнул он на ухо, оценивая глазами ситуацию в гильдии. Большинства участников нет, значит добраться до «мастера» труда не составит. — Пару минут и уйдем отсюда. На что он тут же растворился в толпе других наемников. Сердце девушки билось о ребра, как у добычи в логове зверя. Почему? Запах. Мысли. Намерения. Атмосфера. Пропитанные кровью и алкоголем стены и полы, липкие и косые взгляды мужчин, цеплялись за яркий для такого мрачного места темно-синий цвет плаща Рэйвен. Звон металла, шаги и ругательства неприятно давили на уши. — «Могла бы, давно стала невидимкой при помощи заклинания», — ведьма сглотнула и принялась искать свободную лавку, лишь бы просто сесть и дождаться «мужа».

***

— В смысле у тебя нет заказов Слэйд? Все в нашей конторе знают что у тебя есть парочка работенок, — громко ворчал мужчина у барной стойки, наезжая на рослого мужчину с темной повязкой на правом глазу. Два меча катаны, достаточное количество «дымовых завес», сюрикены, укороченные клинки. Он был вооружен практически до зубов. В ответ лишь наставили недовольному нож промеж глаз. — Еще одно слово Страйкер, и заказ уже будет на твою тупую башку. А заплачу я щедро чтобы ты заткнулся и начал сам искать свои заказы. Надоело тебе всякий шлак подкидывать. — спокойно сказал мастер гильдии, оставляя на коже подчиненного точечную рану. Недовольный лишь плюнул в сторону Слэйда и ушел прочь от стойки, расталкивая всех на своем пути. — Мудак, нахера я держу весь этот сброд скажи мне? — обратился в пустоту мужчина, покручивая нож в руке. — Они как ты хотят денег да попроще. — Так-так-так. — Слэйд обернулся к голосу, который ответил на его риторический вопрос. — Дэмиан. Мать твою. Аль Гул. — Расстроен что я жив? — усмехнулся он. — Удивлен, что твои глаза и язык до сих пор на месте. На кой хер ты приперся сюда? — Возвращай долг по оплате Уилсон, и те заказы которые отложены. Я знаю они у тебя есть. — шатен протянул руку к доске объявлений где висел кожаная сумка с накарябанными буквами: «Только для профи» В сантиметре от руки Дэмиана, впечатался метательный нож, с неприятным треском дерева доски объявлений. И недовольное лицо мастера. Наглости приходить сюда и требовать что-то, хватало у всех, но только Дэмиан делал это не боясь дать отпор, даже Слэйду. Этот головорез взял молодого парня из катакомб, видя в изумрудных глазах юноши ту необходимую отрешенность и отсутствие жалости к людям. Но и уважения к нему и кому либо еще, шатен никогда не питал. Он выполнял заказы один и всегда делал именно то, что от него требуют. Лишь бы иметь средства на существование. — Тебя уже погнали отсюда, или ты забыл? Ты ввязался в драку с «Летучими» и считаешь что здесь тебе всегда рады и готовы руку помощи подать? Забудь о своих ебучих деньгах, tāfihun. — последнее слово Слэйд выплюнул, подходя ближе к шатену. Язык восточного народа, живущего по ту сторону большой воды. Дэмиан уже слышал подобное произношение, на таком диалекте. От матери. Женщина редко говорила на родном языке, иногда напевая сыну колыбельные из родного города, под убаюкивающий шум моря, её песни наполнялись еще большей «магией». — kayfa alrrahībati, — долей сарказма ответил Дэмиан, ни моргнув и глазом. — Вот так ты платишь за годы усердной работы? Знал бы, давно тебя нахер послал. Не ты один наемниками управляешь. — Бери что хотел и вали отсюда куда подальше, чтоб больше не видел тебя в Лиге. — С огромным удовольствием, sayyid.

***

— Эй, кукла. Ждешь кого?

— Тебе грустно?

— Может тебе компанию составить? Со всех сторон, в адрес Рэйвен слышались присвистывания, заигрывания и флирт с желанием познакомится поближе. Сидеть здесь и ждать шатена уже было невыносимо. Что можно делать так долго? — «Черт вас подери! Отвалите все!»

— А покажи свое личико? Может ты намного краше чем мы думаем?

— Да зачем лицо? Показывай сразу что у тебя за плащиком прячется… — «Лучше снаружи его подожду. Надоело это слушать!» — не выдержав, Рэйчел встала со скамейки намереваясь пойти к выходной двери, но путь к ней преградила группа наемников. — Ты чего? Давай поговорим, красивая.

— А глазки какие у неё красивые. Я таких не видел.

— Не молчи, поговори с нами малышка. — Оставьте меня в покое, у меня есть муж, — холодным тоном произнесла Рэйчел показывая кольцо на левой руке. — Ой да сдались нам эти формальности. Вдруг тебя муж не удовлетворяет в постели? А тут смотри сколько нас? Кто-то да удовлетворит тебя.

— Верно, ну давай. Покажись нам.

Сквозь ткань плаща, девушка ощутила на своей спине и ягодицах две руки. Одна оглаживала спину, вторая несильно щипала ведьму за упругое место. — Уберите свои руки! — воскликнула она, ударяя правой рукой. Стоило убрать руки со спины, другая пара рук трогала грудь и живот. Так нагло, противно. Будто покрывая все тело Рэйвен липким слоем грязи. Это в разы отличается от касаний Дэмиана. От такого внимания хочется убежать, отмыться. Лишь бы её больше не трогали. Но это не прекращалось. Один из наемников все-таки стянул с головы девушки капюшон открывая всеобщему обозрению длинные темные волосы, мраморную кожу и аккуратные черты лица. Вся группа окружившая Рэйчел начинала присвистывать и разглядывать каждый сантиметр её лица.

— Само очарование ребята!

— Интересно, а какие у неё губы на вкус? Они касались её рук, талии, плеч, и лица. Наемники обращались с ней как недоразвитые мальчики, которые впервые в жизни увидели девушку. Это было омерзительно. Она отмахивалась от рук как только могла, желая чтобы сейчас появился рядом Дэмиан. Или хотя бы использовать магию и лишить этих ублюдков рук, языков и тех чешущихся половых органов, которые видимо некуда деть. — Подари мне поцелуй, красавица, — один из них перехватил подбородок ведьмы, приближаясь к её губам, намереваясь поцеловать. Рэйчел без каких либо раздумий обнажила демонические клыки и что есть силы укусила придурка за нижнюю губу. От чего он взвыл от боли, и придерживая кровоточащую губу со всей силы ударил ведьму по щеке. Рэйвен упала на пол, придерживая разгоряченную от удара щеку. — Больная сука! Она мне губу прокусила!

— Да не верещи ты. Как будто в первый раз с девушкой.

— Она заплатит за то что сделала, — «обиженный» наемник прикрыл рот девушки, сильно сжимая губы, дабы не могла укусить снова, второй рукой принялся оттаскивать её в дальний угол, сопровождаемый группой друзей. Ведьма брыкалась и пыталась кричать через зажатый рукой рот. Не выходило. От мужских рук несло спиртом, сыростью и закоренелой пылью. — «quisquiliae. Горите в аду, мерзкие людишки!» — вырываясь Рэйвен пыталась убрать злосчастную руку со своего лица, и закричать что есть силы, на что ей скрутили руки, а свободные клешни уже тянулись к льняной рубашке ведьмы, разрывая ткань на две части, оголив девушку до ночного топа. Грудь вздымалась при каждом вздохе, жадные глаза извращенцев буквально пожирали открывшийся вид, и грязные пальцы трогали грудь и шею, желая порвать и этот клочок одежды. По телу ведьмы бежала крупная дрожь. Настолько омерзительны эти касания. Это чувство ей не было знакомо. Доля страха, вперемешку с злостью и отвращением. Лавандовые глаза горели ненавистью, желая испепелить все здание, кричать во все горло заклинание «Огня». Она не чувствовала слез на щеках, она хотела избавится от этих мерзких рук любой ценой.

— Закрой глаза, ḥabībatī

Знакомый голос у самого уха, «приказывающий» закрыть глаза. Не раздумывая ведьма что есть силы, зажмурила их. — Эй, ты как здесь, Кх-х… — не успел один из мразей задать свой вопрос, как одним ударом по шее начал захлебываться в собственной крови. И так один за одним. Кровь подобно водопаду лилась из открытых ран, режущим запахом врезаясь в нос Рэйчел. Подобно тени, Дэмиан двигался меж обидчиков, расправлялся с каждым из них, перерезая глотки, и пока те тянутся прикрыть рану руками, одним взмахом меча отрубая оба ненужных отростка.

— Какого хера, Аль Гул?

— Мило, что вы помните мое «имя». - очередной наемник падал на пол от пореза шеи. - Стоило запомнить, что здесь гадюшник хуже борделей. Полный дерьма и нечистот. Лязг металла по ножнам. Тяжелый вздох. Щелчок. Шелест ткани, и на плечах Рэйчел чувствовалась тяжесть мужского плаща, затянутого спереди достаточно, чтобы прикрыть наготу. Сбивчивое теплое дыхание, и знакомые шершавые руки на её щеках. Мужские пальцы стирали с лица дорожки слез, невольно путаясь в длинных волосах. - Если хочешь, можешь открыть глаза, - голос Дэмиана так близко к ней успокаивал бешено стучащее сердце, но перепуганные лиловые глаза все также опасались взглянуть на своего спасителя. Боялась вновь ощутить тот трепет. Что приходил к ней той ночью, когда с покусанных губ ведьмы сорвались слова о любви. Её ладони сильно дрожали. Она не могла вымолвить и слова. Шатен кратко цокнул языком, и подхватив Рэйвен на руки, вышел прочь из здания гильдии. - Я-я м-могу и-идти сама, - выдавила из себя Рэйвен, стискивая в ладонях края плаща. - Побудь послушной один, гребаный раз, Рэйчел. - гаркнул шатен, обращаясь к девушке по имени. - Найдем замену твоей кофте, тогда пойдешь своими ногами.

И хорошо, что она задумалась о том, как наемник обратился к ней по имени.

Иначе, она бы увидела покрасневшие от неловкости уши,

а на кончиках пальцев, слышать громкий сердца стук.