Ведьма

— Суки выпустите меня! Разъяренный рык пронесся по стенам катакомб, сопровождая слова звоном металла, и шарканьем ног по мокрому камню. Кожа на руках все больше стиралась о кандалы. Миска с подобием питьевой воды была перевернута. Зеленые глаза Дэмиана, вновь привыкшие к мраку подземелий осматривали пространство вокруг, стараясь вспомнить в какой именно части катакомб он находится. Размеренный шум капающей с «потолка» воды, писк бегающих меж стен крыс и приглушенные всхлипы по правое ухо мужчины. И все та же заржавевшая у потолка решетка. Он в южной «комнате подчинения». Так назывались подобные камеры. Чересчур упрямых или самых шкодливых воспитанников приводили именно в такие комнаты, и оставляли в подобном положении добрые дня два. Если не три. Сырость подобной комнаты была Дэмиану до тошноты знакома. Частенько его приводили сюда за излишнюю спесь и упрямство которое он демонстрировал как защитную реакцию. И неповиновение приказам. В частности калечение «союзников».        — Блять… — выдохнул он, дергая руками, в надежде что за то время пока его тут не было эти чертовы кандалы покрылись ржавчиной и способны рассыпаться в пыль стоит только приложить усилие. Шаги.        — Так-так-так. Кто это у нас пришел в себя? Ядовитый, как скрежет по стеклу голос заставил волосы на шее парня зашевелится. Он хорошо помнил этот женский голос. Стук каблука о каменную кладку, и звон металла как от касания по нему рукой, и по ту сторону решетки появилась фигура в коротком плаще. Черные, как смоль волосы убраны в низкий хвост, но это не помогает скрыть факт что свежесть этих локонов далеко не первая. Бледная, почти мертвецкая кожа, особенный холод ей придавали синие глаза. Впалые щеки, и тонкие пальцы. Женщина была по своему очаровательна, за исключением шрама от середины лба до правой щеки. — Джен. — выплюнул он, узнавая в женщине давнюю «подругу». Она и Дэмиан попали в «Подземелья» в одно и тоже время. Первое время мальчик и девочка старались держаться особняком, мечтая что повзрослеют и выберутся на поверхность для лучшей жизни. Они считали друг друга братом и сестрой, помогая и заботясь. Но это было прошлое. Когда девочка только пришла сюда, её полное имя было Женевьева. За что недалекие парни и подростки подшучивали, и коверкали имя. Произнесут неправильно, нарочно или специально. И повзрослев, девушка стала отлкикаться и говорить что её зовут Джен. — Сколько лет, сколько зим Дэми. Рад очутится в родных пенатах? — Так счастлив что тошнит.        — Вижу поверхность на остроту твоего языка никак не влияла. Все такой же. — в женском голосе промелькнула скучающая нотка, словно брюнетка на секунду отдалась воспоминаниям.        — Какого черта я здесь делаю? Где Рэйчел? — рыкнул темноволосый, не желая погружаться в ностальгию Джен. В голове мелькала только одно — безопасность ведьмы.        — Рэй… А, твоя подружка, с которой мы тебя поймали… Как бы тебе сказать.        — Что ты с ней сделала?! — зеленые глаза Дэмиана буквально прожигали собеседницу, и представляя множество вариантов как добавить на это личико еще шрамов. Сердце бешено стучало. От злости. От страха.        — Я ничего, — хмыкнула она. — Но вот Кайлу видимо она приглянулась. Уж больно личиком хороша.        — Если с её головы упадет хоть один волос… — То что? А? — рассмеялась она. — Совсем от любви голову потерял Аль Гул. Где же твои слова что «любовь это чувство для слабаков»…        — Не понимаю о чем ты.        — В этом весь ты. — сказала Джен. — В прочем, тебе то какое дело? Твоя судьба должна волновать сильнее, чем учесть твоей подружки.        Дэмиан недоуменно выгнул бровь, не меняя злобного взгляда на бывшую подругу. Терпение висело на тоненькой веточке. Наемница вымученно цокнула языком, снимая с пояса связку ключей.             

Щелчок.

Замок решетки издал характерный звук, и прутья с отвратительным скрежетом открыли камеру. Джен сделала несколько шагов, чтобы встать напротив Дэмиана на безопасном расстоянии для себя. Все таки они выросли вместе.        — Правда не знаешь что тебя ищут? — Кому я нахер сдался? Ты прекрасно, блять, знаешь что я сирота. — выругался он, заодно пнув несчастную миску в сторону Джен.        — Знаю. — пробормотала брюнетка. — Но как тогда объяснить то что подкидывают нам?        Из карманов брюк девушка вытащила сложенный в несколько слоев листок с розыскной информацией. На картинке портрет молодой женщины. Волнистые волосы не темного оттенка, яркие глаза, мягкие изгибы бровей, и теплая улыбка одними лишь губами. Выше портрета было слово: «РОЗЫСКИВАЕТСЯ». Под картиной можно было найти описание женщины с объявления и ориентировки где её видели в последний раз. 18 лет назад. Дэмиан никак не отреагировал на портрет женщины внешне, но сердце замерло, точно зная кому принадлежали эти глаза и улыбка. Мама.        — Впервые вижу.        — Блять не придуривайся Аль Гул. Я прекрасно знаю кто это. — Джен хотела была треснуть темноволосого по башке когда друг ей откровенно врал. Как делает сейчас.        — И? Какая тебе с этого выгода? На кой черт кому-то сдалась Талия? Она умерла 12 лет назад. — наемник избегал называть Талию «мамой» в этих стенах. Никакой личной информации знать не обязательно таким людям как «Дети подземелья».        — Видимо жена нынешнего графа весьма озабочена тем, чтобы не дать муженьку о прошлом вспомнить.        — Ты как раньше смутно говорила, так и щас не изменяешь себе. — съязвил Дэмиан, порядком утомившись от разговора с Джен.        — От придурка слышу. — ругнулась она, разворачиваясь на каблуках в сторону выхода. — Некий Брюс Уэйн разыскивает женщину с именем Талия. Твою маму, — последнюю фразу девушка прошептала. — А его благоверная дает неплохую награду за то чтобы принести доказательство её смерти.        — А я тут причем блять?!        Ответа он не получил. Джен закрыла камеру обратно. Твердые шаги с глухим эхом отдалялись от места заключения наемника. Только настала тишина, Дэмиан выдохнул, закинув ногу на небольшую высоту, ударил пяткой по одному из камней в полу. Кусок с легкостью пера открылся, открывая закладку из небольшого набора отмычек.        — Тц, годы идут, а вы все такие же слепые.       

***

Тяжесть головы, никак не отпускала, мешая Рэйчел открыть глаза и пытаться понять куда она попала. Память рисовала события до этого. Утро как обычно в спальне с Дэмианом. Завтрак. Прогулка по дороге Арадона. И внезапный плачь, мольба ребенка о помощи. Ведомая неким чувством, она пошла вглубь закоулка. Секунда. Странный стук о камни. Серый дым. Удушье. Кашель. В голове все мутнеет. Последняя картинка которую видела Рэйвен, это как Дэмиана скрутили и для надежности огрели по голове. А потом и она ощутила на себе сдерживающие касания. Все на что хватило ей сил, это крикнуть:        — ДЭМИАН! НЕ ТРОГАЙТЕ МЕНЯ! ОТПУСТИТЕ!        Слабость отпускала, голова постепенно прояснялась, но осадок от средства которое применили на ней и Дэмиане еще имело неприятный осадок. Руки за спиной связаны крепкой веревкой и тугим узлом, обжигая запястья ведьмы своей шершавостью. Ноги также были связаны. Сырость помещения неприятно резало нос колдуньи заставляя морщится.        — «Santio» — первая мысль которая пришла волшебнице в голову, это использовать заклинание исцеления на себе. Как вчера со свечой. Ни движений рукой. Ни слов. Лишь краткий блеск в аметистовых глазах, подтверждающий активацию магии. Волшебство невидимыми линями протекало по телу ведьмы, насыщая тело энергией и «здоровьем». Стоило тяжести отпустить её, девушка смогла разглядеть помещение в котором её связали. Некое подобие комнаты, в котором лишь подобие стакана с водой от которой шел аромат затхлости, гниющий от ножек табурет и решетчатая дверь, за которой слышно писк крыс и чьи то шаги. Если поднять голову выше, можно будет заметить слуховое небольшое окно, за решеткой которого можно было увидеть один из закоулков Арадона.        На языке чувствовался инородный привкус, будто Рэй жевала хлопковую рубашку. Но об этом некогда было думать. Ей нужно было выбраться отсюда. И бежать. Что есть силы. Если надо будет она полетит наплевав на слова Дэмиана. Ведьме было уже все равно. Их контракт был нарушен. Не прошло и недели с их вылазки за пределы Проклятого леса. И сейчас она здесь. В сырой камере. Одна. Да пошел этот договор к черту. Все эти новые ощущения не стоили того, чтобы быть сейчас в шаге от реальной опасности.        Тяжелые шаги раздавались слева. Щелчок. Камера открылась. Отвратный запах. Мужчина который вошел в камеру, источал такой аромат, что даже собака с улицы зажала бы себе нос. Зловонный, с примесью старого высохшего куска мыла и плесени. Еще немного и Рэйчел попрощается со своим завтраком который был «недавно».        — Проснулась, куколка? Рэйвен молчала. Если она откроет рот, и вдохнет этот аромат, точно не поздоровится и ей и «гостью». Шаги были все ближе к ней. Он не боялся подойти к ней. В конце концов, он не догадывался что имеет дело с Ведьмой.        — Что такой нежный цветок, забыл рядом с такой падалью как Аль Гул? — грязные пальцы заправили один из темных локонов за ухо девушки, пытаясь открыть лицо Рэй. Волшебница уже выбирала каким заклинанием покалечит этого человека. Как же было на душе противно. Нужно бежать отсюда. Осталось только освободить руки и ноги.        Мужчина медленно провел рукой по её шее, вызывая неприятные ощущения. Его пальцы грубо коснулись её кожи, вызвав дрожь отвращения. Затем резко спустился ниже, по её плечам и рукам, оставляя за собой чувство холода и злости. Ведьма жалела что не могла ударить ублюдка промеж ног.        — Ты не из болтливых? Это даже к лучшему, — пропитый отвратительный голос, который еще долго будет жить под кожей волшебницы. — Меня больше интересует знать как ты умеешь стонать от удовольствия.        Рука мерзавца сжимала талию Рэй, пытаясь вырвать из горла девушки хоть какой то звук. Молчит. Пальцы поднимались все выше к груди, оглаживая и пытаясь щипать сквозь ткань рубашки. Ведьма начала ерзать в противоположные от руки стороны. Больно. Противно. Грязно.        — Прекращай сдерживаться и позволь послушать твой голосок куколка, — вторая рука мужчина стала оглаживать бедра темноволосой будто пытаясь забраться своими чертовыми пальцами за ткань её брюк. Ведьма дернулась и что есть силы брыкнула его связанными ногами в противоположную стену. Из горла вырвался полу-рык, полу-плачь:        — Noli me tangere! — демонический рык вдохнул в неё силу. На руках тут же отросли когти, способные порвать любую веревку. Из открытого рта выдыхался разгоряченный пар и виднелась пара острых клыков. Глаза демоницы загорались адским пламенем. Человечишка поплатится за то что пытался сделать.       

***

       — НЕ ПОДХОДИ КО МНЕ! ДЕМОН! А-А-А!        Мужской визг добрался до ушей Дэмиана, стоило ему прокрасться вдоль остальных камер. Он искал её. И видимо шел в верном направлении. Слух наемника так же уловил некий рык. Не человеческий. И не животный. Гневный. Отчаянный.        — «Рэйвен! Блять!»        — Maledetti gli orologi! — язык мертвых содрогающий стены комнаты в которой держали Рэй, демонические черты вырвались наружу. Проклиная каждого в этом месте. — Omnes unum ex illis!        Дэмиан ускорил шаг в сторону голоса Рэйвен. Пока не стало слишком поздно. Она выходит из самой дальней камеры. Её ладони перепачканы кровью. Человеческой кровью. Отвращение и страх овладели ею лишь на мгновенье, пытаясь защитить саму себя от очередной боли. Ведьма поворачивает голову. Их взгляды встречаются. Тело Рэйчел будто окатили холодной водой. Клыки и когти исчезали. Глаза возвращали свой привычный свет. И в голове лишь одна мысль: Все кончено. Не дожидаясь «мужа» Рэй разворачивается в противоположную сторону, устремляясь быстрым шагом прочь от него. Темноволосый вслед за ней.        — Куда ты собралась?! — Дэмиан попытался ухватить девушку за запястье, как та с силой выдернула его из мужской хватки.        — Туда, куда предписывает разрушение контракта: Домой. — кинула она, не сбавляя шага.        — Да постой ты секунду. Еще можно сохранить контракт.        — Ты себя слышишь?! — она не выдержала. — На кой черт тебе сдалось сохранять контракт который ты мечтал поскорее закончить?! Весь этот поход был ошибкой! Вся наша затея одна большая ошибка! Мне не стоило покидать леса!        — Ты не можешь взять и уйти.        — Это мы еще посмотрим. — рыкнула она. Дэмиан снова пытается ухватить её за руку.        — Сбежишь и не выполнишь свою часть уговора? Что там с моим проклятьем о котором ты когда то говорила? Я до сих пор не знаю, как от него избавится. — остановил её наемник.        — Черт тебя дери! Я уже говорила! Проклятье может снять та, кто его наложила! Я тебе не собака чтобы искать твою ведьму! Или ты глухой?        Ссора перерастала в очень жаркие дебаты. Еще чуть-чуть, и от злостных взглядов Дэмиана и Рэйчел каменые блоки будут стекать по основанию катакомб. Сырость и зловония резали чувствительный нос ведьмы, увеличивая желания темноволосой убраться оттуда как можно скорее. — ВОТ ОНИ! ВЗЯТЬ ИХ! — сзади раздался крик обозленной Джен. «Дети подземелья» спохватились о беглецах, и намеревались схватить тех обратно.        — Тц. Movere— успев схватить шатена за руку, Ведьма щелкнула пальцами. Объятые лиловым дымом парочка испарилась на глазах у наемников катакомб. Побег удался.              

***

Тропинка ведущая к Проклятому лесу встретила парочку свежестью ближайшей травы, и приятной для Рэйвен негативной энергетикой «дома». Как она хотела поскорее вернутся в родную хижину. Нокс наверняка её заждался.        — Не уходи, — крепкая рука Дэмиана вновь ухватила её. Он стал привыкать к присутствию Ведьмы рядом. Даже все это приключение, никак не похоже на задания которые наемник выполнял с высокой точностью. Но было во всем этом некоторое очарование. Неизведанное. Легкий азарт. Мир не ограничен одним только Арадоном. — Можем отправится в другое место… — Отпусти меня! Я сыта по горло человеческой культурой и бытом! Считай ты выполнил свою часть! Иди живи свою короткую жизнь дальше. У тебя целый год впереди.        — Год?        — Черт тебя дери, да!        — Ты можешь успокоится и прекратить кричать на меня?! Что я тебе сделал?!        — Открыл для меня человеческий мир, вот что ты сделал! — наконец-то Рэйвен повернулась к нему лицом. Глаза девушки мерцали от застывших слез, которые в любую минуту готовы стечь по мраморной щеке. Сердце демоницы бешено колотилось. Ей было больно смотреть на человека который стал открывать ей горизонты мира. В то время как сам мир пытался причинить ей боль.        — И поэтому нужно бежать в свою «клетку» как только встретилась с трудностями?       

Шлеп

Ведьма ударила его по лицу. Слезы предательски начали свой путь по щекам и скатываясь по подбородку на землю. Называть место в котором она жила и где чувствовала себя в безопасности — клеткой? Ну уж нет.        — Этот «Проклятый» лес — мой дом, Дэмиан. — каждое слово Рэйчел произносила с большим усилием. Она никогда не ощущала так остро свои эмоции и страхи. Тело девушки била гневная дрожь. — Наш контракт — окончен. Я возвращаюсь домой.        — Нет. — он мягче сжимает её руку, не позволяя отвернутся от него. — Ты не бросишь начатое.        Рэйчел непонимающе уставилась на него. В её голове проносится множество мыслей: что он имеет в виду, что она сделала, почему он так её держит. Она чувствует, как её тело начинает дрожать, но уже не от гнева, а от напряжения и растерянности.        — Я не знаю, что ты со мной сделала, но… благодаря тебе… мой мир снова полон красок…        Он прошептал это, будто пытаясь убедить самого себя в правдивости этих слов. Да что вообще с ним последние четыре дня творится? Нужно было понять. И для этого нужна она.        Ведьма услышала этот шепот. Эти слова трогают Рэйчел. Она чувствует, как её гнев постепенно уходит, возвращая в сердце то приятное чувство, которое успело зародится за то короткое путешествие по Арадону. Она смотрит на него, чувствуя, как внутри неё что-то меняется. Но этого было мало чтобы переубедить её идти обратно в лес. — Что ты хочешь этим сказать? — Тц. То, что. Я хочу увидеть мир, которым так восхищалась мама. Вновь увидеть море. Где я когда то жил. Может…ты могла бы мне с этим помочь? Раз у меня остался лишь год. Или можем найти колдунью которая меня прокляла, и снять его. Рэйвен рассмеялась. Дэмиан не сказал ничего смешного. Он был серьезен. Но её эмоции рвались наружу. Девушку обрадовали его искренние слова. В ушах наемника звенел смех волшебницы заставляя кожу на руках покрыться мурашками. Именно таким он представлял её смех. Смесь горькости голоса, легкой усталости, и не совсем ясной радости. — И что же такого смешного, пташка? — А то что ты, черствый сухарь, стал намного человечнее чем когда мы познакомились, — она тыкнула своим худеньким пальцем его в грудь. — Это значит что ты согласна продолжить контракт? — спросил он, притянув девушку к себе по ближе. — Как…союзники… — Имеешь в виду друзья? — подразнивала Рэйчел. Буркнув что то под нос, мужчина не церемонясь заткнул болтливый рот поцелуем. Слишком приятным, пуская мурашки по телу колдуньи. — Боюсь тебя огорчить, но друзья любовью не занимаются. — ехидно прошептал он, прикусив мочку уха Рэй. — Придется сохранять статус женатой пары, дорогая. — Беру свои слова назад. Ты все такой же сухарь. Он польщено хохотнул. — Раз мы собираемся путешествовать в другие города, пешком мы далеко не уйдем. — Полетим? — руки Рэйвен уже были объяты лиловым дымом. — Контракт действителен, пташка, а значит и магия до сих пор под запретом в людных местах. У меня нет желания спасать тебя от сожжения на костре. Будем добираться человеческим способом. — Это как? — Увидишь, — сдержанная улыбка тронула лицо шатена на несколько мгновений. Приходилось вновь подойти к Арадону, но только ради того, чтобы Дэмиан вывел к девушке… — Это… лошадь? — вопросила Рэйвен, и Дэмиан с уверенностью кивнул. — Знакомься, это Гром, — произнес шатен поглаживая гриву животного. Черное тело, густая черная грива и небольшое белое пятнышко на носу. — Были задания в другие города, для быстрого передвижения держал его недалеко от гильдии. Рэй никогда прежде не была так близко к этим благородным животным. Для неё лошадь существовала лишь на страницах недавно купленных книг или в сказках, которые рассказывала мама, где принцы на резвых скакунах спасали принцесс от бед. Девушка хотела было коснуться Грома рукой, но от его «резкого» взмаха головой, отдернула руку назад. Забавно. — Позволишь? — предложил Дэмиан. Он подошёл к Рэйвен, накрыв ладонь девушки своей, уверенно положил руку на шею, наглядно показывая что лошадь не причинит ей вреда. Да Гром дернулся от внезапного касания прохладных пальцев Рэйчел, но вскоре привык и даже обернул голову к людям. Отпустив одну руку, Дэмиан положил вторую руку Рэй на нос лошади, продолжая знакомство. По телу девушки пробежала дрожь. Кожа лошади оказалась твёрдой на ощупь, покрытой мягкой, но в то же время грубой шерстью, напоминающей человеческие волосы. — То есть, он твой друг? — с ехидством спросила ведьма, заставляя шатена слегка замяться. — Я бы назвал компаньоном. — на такой ответ Рэй многозначительно хмыкнула, продолжая гладить животное, которое по всей видимости тоже получало удовольствие от поглаживаний. Быстро же они сдружились. — А теперь попробуй сесть на него, — с улыбкой предложил Дэмиан. — Что? Нет! Я упаду! — воскликнула Рэйвен. — Я помогу тебе, — сказал он, обняв её за талию и помогая сесть на лошадь. От этого жеста всё внутри Рэйвен затрепетало. — Держись крепко, но не напрягайся слишком сильно, — добавил он, продолжая гладить лошадь, чтобы успокоить её. Рэйвен кивнула и, взяв поводья, крепко обхватила их. Её сердце колотилось, но она старалась не показывать своего волнения. Дэмиан сел рядом, прижавшись к девушке, и взял поводья чуть выше её рук. — Готова? — спросил он. Она не смогла ответить. Ведьма пыталась сосредоточиться и не потерять равновесие. — Не волнуйся, — прошептал Дэмиан. — Ты уже ему нравишься, при всем его желании он не сможет скинуть нас обоих. — Скинуть?! Кажется мне лучше пойти пешком. — Идти надо будет дня три. А то и все четыре. Уверена что хочешь этого? — голос шатена опалял уши девушки своеобразной мелодичностью и терпкостью, заставляя нутро встрепенутся и подчинится одновременно. Почему именно он заставляет её чувствовать себя так странно? Она промолчала, и лишь сильнее схватилась за поводья. Молодой человек расценил это как ответ. Дернув руками, Дэмиан дал Грому сигнал: " Пошли». Животное неторопливо взмахнуло головой и пошел по каменистой дороге прочь от города. Они покинули Арадон, оставляя за собой мрачный свет осветительных фонарей и мерцающих в небе звезд.