By your insanely beautiful eyes

-Хух, - резко распахнул кабинку Хэммик - я так отрывался в последний раз с Эриком, в первый день нашего знакомства - говорил он, когда садился на диван. Было видно как он устал, как будто тащил мамонта на 10 этаж. За ним вошла команда с отдышкой словно помогали ему с этим мамонтом Элисон была в красном платье и держала каблуки в руках. Танцевала она уже без них -Какой же это ад, у меня болят все ноги. - Она тоже села на диван рядом с Сетом. Он взял ее хрупкие, тонкие ноги и положил их на свои. Он медленно массажировал ее икроножные мышцы, а её глаза закатились от удовольствия и его нежных прикосновений Остальные участники команды тоже расселись: Кевин, Ники и Рене сели на одном диване с Эндрю. Мэтт, Дэн, Аарон и Нил сели на противоположном. -Кто такой Эрик? - посмотрел Нил недоумено на Ники, словно видел его первый раз в жизни -Эрик - мой жених, мы познакомились с ним... - он не успел договорить, как Эндрю перешёл на немецкий -Эй, Ники, не надо- Минярд со злым и недоверчивым взглядом из подлобья посмотрел него, а потом на сидящих здесь людей -А что тут такого, мне не стыдно рассказывать эту историю - поддержал разговор он пожав плечами еа том же языке -Эй, давайте не тут. Не при мне. - начала Арон и тоже на немецком, только с ноткой иллюзионного отвращения. -Что за иллюзия? - подумал Джостен. Нил знал этот язык, как французский и множество других, но судя по выражению лиц остальных они понятия не имели, о чём те говорят и он решил, что тоже не станет расскрывать свои знания. Он просто взял чей-то стакан с соком и выапио залпом не обращая на троих внимания. Эндрю понял, что тут что-то не так Он боковым взглядом посмотрел на Нила и ухмыльнулся дерзко и опасно. Кевин проследил за его взглядом и нахмурил брови -Эй, что ты ухмыляешься?- продолжил Ники на немецком и начал оглядываться на сидящих здесь людей. - Эй может на родном поговорте? - искусственно разозлился Мэтт -Ники, так ты расскажешь историю? - кладя голову на руку, локоть коротый был на подлокотнике дивана где она полулежала и закатила глаза, словно кроме его истории слушать было нечего. Хотя во всю играла музыка, что аж уши закладывало...