Родовое проклятье ( том 2 )

— Ложь! Всё ложь! — крикнул Феликс в лицо Агреста, из-за чего синеволосая красавица, только сильнее разрыдалась. — Она сама меня спровоцировала! — Дурак ты, Феликс! — крикнул зеленоглазый, влепив «брату» со всего маху пощёчину. — Как Маринетт могла тебя спровоцировать? Сам подумай своей недалёкой головой, прежде чем говорить такие неразумные вещи! — Да она…она…- начал подбирать слова Феликс, задыхаясь от злости и одновременно потирая пылающую от пощёчины щёку. — Она девушка лёгкого поведения! Вот! — Одевается как на панель, а потом плачется тебе в плечо, что её облапали видите ли! — задыхаясь от злости произнёс Феликс. — Пошёл вон! — прошипел Агрест, в невозмутимое лицо своего «брата». — Как знаешь… — абсолютно холодным тоном произнёс Феликс и отвернувшись, зашагал в противоположном направлении. — Но мы ещё встретимся, Дюпен-чен… — произнёс Феликс, кинув взгляд полный похоти на синеволосую… — Адриан, мне страшно! — разрыдалась синеглазая и уткнулась носом в грудь блондина, вся трясясь и покрываясь мурашками при этом. — Мари, посмотри на меня! — прошептал зеленоглазый на ухо девушке. — Адри…- произнесла сквозь слёзы брюнетка, едва подняв голову и посмотрев в его глубокие изумрудные глаза. — Скажи, что со мной не так, а? Может мне и правда лучше держаться от всех подальше, чтобы я никого не провоцировала? — Глупости не говори, солнце. — нежно произнёс зеленоглазый, бережно убирая слёзы, которые стекали горячими прозрачно-алыми ручейками, обжигая при этом раны на лице девушки. — Ты такая хрупкая и беззащитная — добавил блондин, притянув синеглазую как можно крепче к себе. — Хочется обнять, согреть и излечить тебя! — Я это услышала и запомнила — также прошептала брюнетка, и положив свою голову блондину на грудь, закрыла глаза, погружаясь в мир сноведений… — Нет! Нет! Прошу не надо! — истошно кричала синеволосая, пытаясь вырваться из цепкой хватки Феликса. — Прошу отпусти! — Дура! Наивная дура! — смеялся Феликс, прижав к кровати девушку. — Думала, что тебе всегда всё будет прощаться! — рассмеялся Феликс мрачным смехом, одновременно с этим обнажая девушку. — Но за свои ошибки тоже надо рано или поздно расплачиваться. — Дурак! Я на тебя такое заявление накатаю, что тебе никогда не расплатиться! — кричала девушка, уворачиваясь от него. — Ты что, совсем страх потеряла, Дюпен-чен? Какое заявление? Ты как милая будешь со мной кувыркаться в постели каждый день и не по разу! — рявкнул Феликс, раздвинув при этом силой ноги синеволосой. — Извращенец! — тут же прокричала брюнетка и на этой ноте она резко разлепила веки… С глаз девушки вновь бежали слёзы, голос предательски дрожал, а сама она была в предистеричном состоянии… — Адриан! — начала будить уснувшего парня, сквозь слёзы. — Адриан! — Адриан! Проснись я тебя прошу! — не унималась брюнетка, продолжая будить юношу, поглаживая его по щеке. — А? Что? — резко проснулся блондин, и тут же перед собой увидел заплаканную девушку, которая крепко обнимала его и целовала, подрагивая при этом. — Солнце моё, ты чего? — произнёс зеленоглазый, приподняв подбородок девушки пальцем. — Кошмар приснился? — Это не кошмар, Адриан… Это настоящий ужас! Понимаешь? — захлёбываясь от своих собственных слез, произнесла девушка. — Мариш, успокойся и расскажи, что случилось? — произнёс Агрест, стараясь сохранить спокойствие. — Я больше не могу так жить, понимаешь? Я хочу уйти из жизни! — кричала синеволосая сквозь слёзы. — Потому что твой брат он…он…лапает меня везде — даже во сне! — продолжала плакать синеглазая. — Он не даст мне спокойной жизни! — Котёнок мой, ну ты чего? — произнёс юноша дрожащим голосом. — Это всего лишь кошмар. Я с тобой и защищу тебя. — Ты не понимаешь, Адриан — снова расплакалась девушка. Он мне дал знак во сне, что прокрадётся к тебе в дом, облапает меня, свяжет и увезёт к себе в дом. А тебя заставит хранить холодное молчание! — Мари…- с дрожью в голосе произнёс блондин. — Я тебе обещаю, что жизнь этого подонка превратится в настоящую пытку, которой не будет ни конца ни края! И тогда, он сам прибежит как миленький и будет просить прощения! — Мне от него ничего не нужно, Адриан… — произнесла брюнетка, постепенно приходя в себя и прикоснувшись при этом ладонью к повреждённой щеке блондина. — Я лишь хочу, чтобы он раз и навсегда усвоил урок и больше никогда не прикасался ни ко мне, ни к тебе… — Нет, лучше пусть сразу придёт и извинится за свои пошлости — произнёс юноша, слегка притянув девушку к себе, бережно проведя при этом ладонью по повреждённой спине синеволосой. — Я его на кусочки разорву, если он не извинится перед тобой! — произнёс парень, преодолевая подкатившиеся слёзы к глазам. — Глупыш ты мой! — прошептала брюнетка сквозь боль, убирая при этом слёзы с лица юноши. — Я его и так ненавижу всей душой, а ты его заставляешь ещё сильнее ненавидеть, но уже тебя! К чему такие жертвы? — Чтобы он понял и усёк, что так могут поступать только звери! — произнёс блондин сквозь боль и притянув к себе синеглазую — поцеловал девушку с особой нежностью. В этом поцелуе брюнетка ощущала вкус слёз парня вперемешку с его родным до боли парфюма, из-за чего у неё самой начали подкатываться слёзы к глазам. Девушка чувствовала как юноша пытается передать ей всю свою любовь и рассказать историю своих любовных страданий и мучений. Обвив шею парня своими хрупкими белоснежными ручками, она жадно впилась губы блондина, отвечая на каждый его поцелуй — передавая при этом все свои лучи любви и нежности. — Я люблю тебя! — прошептала девушка, сквозь слёзы. — Я ни за что не дам тебе задохнуться в своих собственных муках. — Ни за что и никогда! — сквозь слёзы произнесла девушка и тут же схватилась за повреждённую руку. — Ай, больно! — громко вскрикнула синеволосая и резко отпрянула от зеленоглазого, держась при этом за руку. Блондин тут же мгновенно подбежал к девушке и увидев окровавленную руку — тут же расстегнул рубашку на теле и сделал перевязку. — Адриан, ну зачем? — промямлила синеглазая, опустив полыхающее от смущения лицо вниз. — Это же брендовая рубашка! — А затем, чтобы не стало хуже, принцесса — нежно произнёс блондин, прижимая к груди брюнетку и приподняв её за подбородок. — Ну ты же замёрзнешь! — упрямилась девушка, вырисовывая на коже парня сердечко. — Не спорь! — нежно произнёс юноша, слегка чмокнув брюнетку в пухлые и в тоже время повреждённые губы. — Это для твоего же блага! Парень, казался, девушке до ужаса сногсшибательным и живописным, стоя в тёмном подсобном помещении. Эти мускулы, свет который падал на профиль и обнажённую грудь парня… Одним словом воображение синеглазой рисовало в голове отнюдь не детские фантазии… Но вспомнив то, что парень только что совершил… Её тут же с головой накрыло чувство непоправимого стыда за саму себя. — Дура я! Дура! -мысленно корила себя синеглазая, одновременно с этим теребя подол худи. Правильно тогда Феликс говорил, что я наивная дурочка и мне всё сходит с рук! — Мари, с тобой всё в порядке? — обеспокоенно произнёс юноша, окликнув девушку, глядя при этом в глаза. — Выглядишь как-то не важно! — Конечно… — слабо улыбнулась синеволосая и тут же подкосившись хотела уже было упасть в обморок, но её тут же подхватил на руки зеленоглазый. Спустя час брюнетка проснулась, но уже в комнате парня. Сквозь гудящую головную боль и слёзы, она почувствовала терпкий запах нашатыря вперемешку с вишнёвым парфюмом парня и свежим бризом Парижа, который веял из открытых панорамных окон блондина. Тело предательски сковало, не давая никаких шансов на быстрое выздоровление, а шёлковая пижама — как назло прилипла к без того полыхающему и влажному телу. В холле были отчётливо слышны тяжёлые вздохи, шуршание шваброй и лёгкие, как пушинка шаги. Это был Адриан. Он проводил генеральную уборку… — Адриан…-прохрипела синеволосая, с особой осторожностью поднимаясь с кровати. Опираясь на всё что можно, девушка побрела в сторону холла, где вовсю суетился парень. Но не успела она осилить и пару шагов, как силы девушки окончательно покинули её, и подкосившись, она с грохотом растянулась прямо на холодном полу. Услышав громкие звуки, блондин тут же бросил свои дела и бросился сломя голову наверх. Поднявшись к себе в комнату-зеленоглазый увидел растянувшуюся на полу брюнетку, которая без конца бормотала его имя. — Мари… Милая моя девочка. Зачем же ты встала с кровати? — прошептал юноша и аккуратно подняв девушку с пола положил её вновь на кровать. Потрогав губами лоб брюнетки, блондин только тяжело вздохнул и взяв с тумбочки градусник поставил его девушке, а сам направился за обтиранием… — Пожалуйста не делай этого! Я тебя очень сильно прошу! — ревела уже в голос синеволосая, стоя на коленях и обнимая Феликса за ноги. — Отстань от меня! — рявкнул Феликс, небрежно отопнув девушку от себя. — Меня уже тошнит от твоих сладостных речей о нашем будущем «ребёнке»! — прошипел Феликс. — Поэтому ты сегодня же сделаешь аборт! И это не обсуждается! — прикрикнул Феликс и зло сверкнул глазами. — У тебя нет ни капли человечности! — прокричала сквозь слёзы девушка. — Делай со мной что хочешь, но я не дам тебе убить «своего» ребёнка! — И да! Мы расстаёмся! — процедила сквозь зубы и слезы синеволосая, сняв кольцо с пальца. — Отныне ты мне никто! — Да? А я так не думаю… — зло протянул Феликс и вцепившись в запястье — ударил девушку со всего маху в живот. — Ай! Больно! — заплакала синеволосая и упав на пол начала кричать, истекач кровью… Резко разомкнув веки — брюнетка тут же разрыдалась, но уже в голос и от беспомощности. — Что у тебя случилось, солнышко? — произнёс блондин запыхавшимся голосом, теребя ледяное «обтирание» в руках. — Адри, мне очень плохо. Побудь со мной. — сквозь пелену слёз, произнесла девушка. — Пожалуйста.