Пятничный вечер

      — Ну же, всё будет хорошо, Миона. Не трясись так.       Этот шепот обжег ухо девушки как раз перед тем, как к человеку слева от неё подбежала белокурая девчушка. Она запрыгнула к Фреду на колени, и он, послав лукавый взгляд Гермионе, обратил всё своё внимание на ребенка.       — Да, красавица, что ты хотела мне рассказать? — поинтересовался он, помогая ей усесться поудобнее.       — Дядя Фред! Пока ты ещё не пришел, дядя Джордж рассказал мне о штучке… которая взрывается во рту!       — О-о-о, — многозначительно глянув на близнеца, который только что зашел в комнату с тарелкой, полной какого-то салата, протянул Уизли, — так наша Виктуар теперь знает про штучку-шипучку! Знаешь, у меня даже, кажется, завалялась парочка…       Он запустил руку в карман, глядя на племянницу ничуть не менее восторженно, чем она на него. Та захлопала в ладоши в ожидании дядиной руки с той самой вещицей. А вот её матери, которая заметила сию картину и поймала краем уха обрывок диалога, было совсем не до смеха. Она потянула за рукав Билла, который вёл диалог о последних новостях с отцом. Не отрывая настороженного взгляда от дочери и Фреда, блондинка произнесла со своим привычным, но уже чуть более сглаженным акцентом:       — Билл! К’ажется, тв’ой б’рат чт’о-то затевает…       Мужчина проследил за её взглядом и тут же понял, о чём речь.       — Фредди! Ты подыскиваешь наследника для вашего с Джорджем бизнеса? Кажется, Виктуар для этого ещё мала…       — Всё в порядке, капитан! — близнец шутливо отдал честь, отчего девчушка снова рассмеялась. — Никаких шалостей. Мы же всё-таки за столом… Мама не одобрит…       После этих слов он раскрыл перед ребенком ладошку, на которой лежала маленькая красная конфетка. Глаза Виктуар заблестели.       — Фред!       Молли Уизли словно нутром почуяла, что речь зайдёт о ней. Она стала завершающим звеном праздничного стола, накрытого по случаю сбора большей части семейства Уизли. Не было разве что Чарли, впрочем, как обычно, и Перси. Зато тут были Билл с Флёр и их дочкой, Фред с Гермионой, Джордж, Рон со своей пассией — Лавандой Браун, на которую сперва многие знающие её люди странно посматривали, а потом просто смирились; и Гарри с Джинни.       — Времена идут, а ты не меняешься! — продолжила мать. — Я думала хоть женитьба остепенит тебя, но нет…       Она вздохнула, но вздох этот начался устало, а окончился с улыбкой. Речь шла о свадьбе Фреда и Гермионы, прошедшей около полугода назад. Джордж говорил потом, что таким счастливым, как в тот день, он не видел брата никогда.       При упоминании этого знаменательного события Фред одарил бывшую Грейнджер взглядом, полным тепла.       — Ну что же, давайте уже приступать к нашему ужину! — произнесла Молли, когда последняя тара с яством коснулась стола.       Рука Артура взмыла вверх, сжимая один из бокалов горного хрусталя — подарок от Чарли. Внутри ёмкости булькнула алая жидкость.       — За семейный сбор Уизли!       Пирушка шла самым лучшим образом. Обсуждения новостей и всякой чепухи, смех, звон бокалов. Более тихими были представители женской половины стола: всегда сдержанная Флёр, а ещё толком ещё не вошедшая в семью и, кстати, немного пополневшая Лаванда. А ещё Гермиона; она сперва была молчалива, но потом Джинни, Гарри и остальные втянули её в беседу.       Примерно через пару часов, когда стол уже наполовину опустел и всех куда более занимали разговоры, нежели еда, Фред внезапно пополнил свой бокал, хотя до этого момента касался бутылки очень давно. Жена заметила это и, предугадав его действия, замерла на полуслове, оставив Джинни в незнании того, чем же закончилась история похода их с Фредом к зубному, между прочим, её отцу, которого рыжеволосый немного опасался, и неясно, больше как тестя или как врача.       Подмигнув жене, близнец Уизли поднялся и произнёс голосом, полным решимости, словно глашатай на людской площади:       — Папа, мама, — он принялся по очереди оглядывать стол, — братья, сестра и… прочие родственники, сегодня просто чудесный день!       — Да ты прямо ясновидящий, Фредди… — протянул Джордж, хитро изогнув рыжую бровь и ожидая продолжения. Он чуял, что такое вступление — не просто слова, а подготовка к каким-то новостям.       — Спасибо, спасибо, — откланялся тот. — Но, право, это не всё, что я хотел сказать.       Все затаили дыхание в предвкушении. Даже малышка Виктуар, повисшая у отца на шее, замерла, ожидая чего-то чудесного. Там, где был дядя Фред, всегда происходили чудеса.       — У меня… У нас… — он обернулся на жену, — есть хорошие, точнее, в общем, просто замечательные новости!       Тут Гермиона, хоть и ужасно волновалась, но не смогла сдержать улыбку. Она опустила взгляд, и теперь её густые ресницы прекрасно гармонировали с поалевшими щеками.       — В общем, моя жена… — он в растерянности опустил глаза в пол, словно на нём были написаны подсказки, а затем с воодушевлением поднял обратно и голосом, полным счастья, выдохнул, — скоро наша дружная семейка станет ещё больше!       На секунду, буквально на мгновение воцарилась тишина. Потом раздался девичий визг.       Джинни кинулась на бедную Гермиону, стискивая её в своих объятьях. Похожая учесть ждала и Фреда, но только хватка Джорджа была несколько мягче.       — Вот это я понимаю новости! — радостно воскликнул он. — Отличный сюрприз на пятничный вечер, скажу я вам!       Вскоре парочку кинулись обнимать и остальные. Молли спрятала лицо в руках, пытаясь остановить слезы счастья, одна из которых теплом растеклась по щеке невестки, когда они прижимались друг к другу. Билл с дочкой на руках, не до конца осознававшей, что произошло, но вторящей всеобщему счастью, подошел к Фреду. Его лица коснулась детская ручка, и на миг парень подумал: совсем скоро такое будет происходить, но уже не с его племяшкой, а с его ребенком. Тепло, таившееся в груди с тех самых пор, как Гермиона сказала, что беременна, разрослось и пустило свои корни ещё дальше.       Флёр тем временем побежала к Гермионе.       — О, я т’ак счастл’ива! Если нужн’о, мы поможем с д’етскими вещами! Б’удете привозить м’алыша поиграть с Викт’уар, з’амечательно!       Волшебница и не ожидала такой радости со стороны блондинки, что очень приятно её удивило. Обвивая руками хрупкую спину всегда такой холодной и спокойной француженки и ощущая её искренние эмоции, Гермиона впервые почувствовала, что они и впрямь теперь родственницы.       В доме стало ещё более громко и весело. Только вот Рон никак не мог отойти от шока. В глубине души он всегда любил и продолжал любить бывшую Грейнджер, как бы ему не хотелось это признавать; с этим он уже смирился, как и с тем, что она стала Уизли, но не с его помощью. Он только-только отошел от их свадьбы, а тут…       Ещё больше он удивился, когда услышал по левую руку от себя жалобный всхлип. С трудом оторвав глаза от светящихся счастьем будущих родителей, он медленно повернул голову. Лаванда сперва сдерживалась, а потом махнула рукой и вмиг разрыдалась.       Тут уже все обитатели и посетители Норы обратила к ней свои изумленные взгляды.       — И тебе, Лаванда, спасибо за поздравления, — попробовал пошутить Фред, рука которого покоилась на талии жены, но это не шибко помогло.       Хоть Молли Уизли и не воспринимала её как ещё одну свою невестку в полной мере, такой вид девушки её разжалобил. Она подошла к Браун и аккуратно коснулась её плеча.       — Что с тобой, деточка? Что случилось?       Лаванда подняла на неё свой взгляд. Тушь размазалась по щекам, губы дрожали, а глаза были такими красными и так жалобно смотрели, что у Молли начали подкашиваться ноги. Тем временем шатенка обвела всё семейство взглядом, а потом выдала последние, чего кто-либо из присутствующих мог от неё ожидать.       — Я… Дело в том, что я тоже беременна, я хотела объявить об этом на Рождество, но мне стало так обидно, что… что они…       — …тебя опередили, — закончил за неё Джордж, уперев руки в бока и приподняв брови.       Лаванда снова зарыдала. Но Рон этого уже не слышал. В голове у него крутилась теперь всего одна фраза.       — Ты… беременна?! — воскликнул младший братец Уизли.       В глазах потемнело. Через миг он свалился со стула без сознания.       Лаванда замерла, тут же позабыла о своём горе и кинулась на пол, к парню.       — Рон! Ронни-Бонни! Рон! Вставай, прошу!       Мать и отец кинулись к сыну. Джордж и Джинни переглянулись. Гарри и Флёр стояли в шоке, а маленькая Виктуар на руках замеревшего отца всё также весело болтала ножками.       Гермиона застыла, не зная, что делать. Она готова была помочь, но осознавала, что помощи итак предостаточно. Главным успокоением для неё было присутствие Фреда, всё ещё прижимавшего её к себе.       — Вот видишь, любимая, я говорил, что переживать нечего, — добродушно проговорил парень, глядя на то, как брата пытаются привести в чувства. — Ты сидела, волновалась… но зря, ведь в этом доме то радуются, то грустят, и происходит всё так быстро, что никто не успевает толком разобраться в том, а что вообще произошло…