Уготованное Судьбой

Местоположение: Пустырь. Время: Приблизительно 16:31-16:59.

Я стоял и смотрел пустым взглядом на маску лиса, которую держал своими пальцами. Рюкзак уже давно выпал из самих рук и валялся в снегу. Роман в свою очередь ушёл обратно к своей компашке, пока те глазели на меня с разными взглядами. Да и сам Антон не отличался от них в данном аспекте. — Зырьте, пацаны! Видимо он такой же дурик, как и этот очкарик! — злорадно сказал Семёныч, но переменился в лице, когда увидел движение с моей стороны. «Маска лиса... То есть во мне тоже есть зверь? Или здесь что-то другое? Да как тут может быть что-то другое, кроме как этого?» — размышлял я и не мог собрать логическую цепочку, пока не послышался голос Семёна. — Эй, мудила! Это тебе за мой нос! — высокомерно проговорил Semen и отправил свой кулак в мою сторону, прямо мне в бок. Резкая боль в районе почки сразу передаётся в мой мозг и осведомляет меня о полученном уроне, а само тело же подкосило и я рухнул на одно колено. Бяшка и Бабурин радостно заржали, но Романыч почему-то не был так весел в данной ситуации, хоть и не сказал насчёт этого что-либо. Около моих ног послышалось тяфканье со стороны Жульки, которая пыталась защитить меня от этих отморозков. «Неужели он в какой-то мере теперь уважает меня?» — промелькнула мысль в голове, пока тело приходило в себя после удара. Хоть по-идее я буду сильнее и прочнее Семёна, но удары по органам никакой пресс не спасает. — А теперь снова ты, сука приезжая. — заявил бутербродный толстяк. — Ты поехавший или ещё новый год в жопе играет? — переспросил Мишка Гуммибер у очкарика. — Это не моё! — утверждал Тоха, но никто ему не верил, кроме меня. Я же в свою очередь наконец встал обратно на ноги и утихомирил дворняжку, которая по сей момент охраняла меня. — Да как не твоё, э? В твоём портфеле лежала, на! И у твоего дружка она тоже есть! — вынес свой "аргумент" Бурят, но не учёл одного факта: я пиздец как умнее его по IQ. — Значит ты так уверен в том, что именно мы сами по своей прихоти взяли с собой эти ебанные маски и решили устроить какой-то спектакль? А ты не думал, фраер, что нам какая-та гнида могла их накинуть, дабы поржать с нас? Ты сначала профильтруй идеи свои и только затем с языка снимай... или тебе недостаточно того, что уже нету двух зубов передних? — бросил свою мысль я прямо в лицо Бяшки, и тот по сей видимости хотел что-то возразить, но его прервала поднятая рука Ромы. — А ну-ка цыц, патлатый дело в целом говорит. Мне вообще в хер не впились эти маски хреновы, на кой чёрт они мне? Я здесь по другим делам нахожусь. — отчеканил Ромео и глянул в мою сторону с каким-то... одобрением во взгляде. — В таком случае Сёме надо разбираться с ними обоими, на. Они оба ему вломили при всём классе. — прыгнул с одной темы на другую Бяша, и Ромка, почему-то ехидно заулыбался. — А знаете что?.. Надевайте. — предложил нам Пятифан, а я недоумённо переглянулся с Тохой. — Чего таращитесь? Надевайте, говорю. Попрыгаете перед нами, зверята. — злосчастно произнёс хорёк и оскалился на нас. — Давай-давай! Или без штанов домой пойдёте, на. — начал поддакивать Горшёк на минималках, а я лишь наблюдал за действиями Тошана. — Не надену... — тихо промолвил белобрыс. Мне хотелось последовать его примеру, но вновь посмотрев на маску начал чувствовать, как она манила меня к себе. Пыталась заставить меня надеть её на своё лицо и стать с ней единым целым... Одним существом. Будто весь мех сразу оживится, носик начнёт становиться влажным, а ушки будут дёргаться при каждом взаимодействии с ними. Вот что значит чувствовал Антон, когда держал маску. Я медленно начал подносить маску к своему лицу и все обратили на это внимание. Вот я натягиваю крепёжку и сажу её себе на затылок... Но маску я не надеваю прямо на лицо, а лишь оставляю поверх шапки. — И вправду подумали, что буду надевать перед вами эту маску? Она прикольная, но что-то не похож я на какой-то коврик для вытирания ног. Надеюсь для вас это понятно, ребятки. — врезал я эти слова им в уши и довольно улыбался, видя реакцию всех четверых тут. Они поняли, что я не стану их личной грушей для битья и поэтому вновь переключились к Тошану, с которым я стоял добрых сантиметров 15-20 от друг друга. — Сёма, надень-ка на него. — приказал Роман, пока овечка услужливо подскочила к нему, взяла облупленную маску и отвесила шутовской поклон. Затем он передал её Семёну, который уже потирал свои руки в ожидании и нетерпении. Я глянул на сосны в ожидании помощи. Ждал, что тени, ползающие вокруг нас, сжалятся над нами и встанут на нашу защиту, дабы оберечь от злостных пацанчиков. Ветви напоминали изуродованные руки, а ветерок лишь добавлял это напоминание, давая веткам движение в разные стороны. Их тёмная кора могла напоминать подгоревшую кожу, а тьма - непроглядной гарью. Как вдруг послышался голос Ромки: — Только учти, Сёма! Если он скакать не станет, ты сам за него поскачешь. — сообщил Ромео, а лицо Кинг Конга изменилось в ошарашенном виде, но быстро поменялось в слегка ухмыляющеся. — Этот чмошник и не станет? Да погляди на него – он же дурик конченный. А этот лошара сразу же нацепил на себя эту хренотень! — произнёс Semen и посмотрел на секунду в мою сторону. — Этот дурик тебе уже раз в жбан зарядил, а "лошара" вмазал тебе так, что пустил крови. — отчеканил Пятифан и вернул своему лицу прежний вид. — Ромка прав! Давай, толстый, восстанавливай авторитет, на. — вставил очередные, но верные для Пумбы слова. — Или сам у нас запрыгаешь так, что титяндры отцепятся! — с оскалом на лице вынес вердикт Ромыч и Семён снова глядел на это всё своим фирменным "ачё всмысле" лицом. Затем он выругался под нос, злобно зыркнув на белобрыса. — Вот. Это чтобы маска хорошо налезла! — сказал Сёма и смачно харкнул в заячью маску, поднеся её к лицу Антона. Ромка как-то по-звериному скривился, ощущая отвращение к действиям Семёна и уже хотел что-то сказать... но промолчал. — Надевай, быро! А то урою! — пригрозил он и ждал, когда Тоха возьмёт из его рук маску. Со стороны Тохи лишь спустя секунд 7 послышался оживлённый голос. — Знаешь что, Семён... — ровно и твёрдо проговорил близик, будто Рэмбо, который только что экранизировался в живую. Он сделал шаг вперёд и тихо, спокойно отчеканил: — Иди на хуй. — проронил Тошан. Зрачки Балу расширились, а маска выпала из жировых рук. Он какое-то время не отвечал, пытаясь переварить полученную информацию. Его вена на лбу говорила лишь о том, что ответ его приводит в бешенство. Оставшаяся шайка просто молчала и наблюдала за расправой, но только на мне играла ухмылка за ответ Антона. — Ты... Ты!.. ТЫ ТРУП!!! — прокричал на весь лес обладатель каштановых волос, привлекая внимания каждого его жителя за данным представлением. Где-то спадал снег прямиком с ветвей, напоминая мелодичный смех. И тут послышался шёпот из крон, из нор, из лесных берлог, из дупла, в котором жили белки. Будто одна рыжая знакомая притаилась в сугробе старалась достучаться то ли до меня, то ли до Антона, словно суфлёр из будки. Не напуганная происходящим, а с весёлым гневом в голосе, – казался этот тихий гул. Мне захотелось посмотреть в проём между деревьями, на которые так же уже смотрел белобрыс. Резкий выпад и из-за угла дерева мелькнуло рыжее пятно, которое шустро нырнуло в кусты, накрытые камуфляжным снегом. Это была самая обыкновенная лиса, которая выступила из-за кустарника. Животное припало на живот и буравило нас с зайцем горящими зайчиками. Пушистый хвост вилял из стороны в сторону по снегу, разбрасывая белые хлопья и заставляя их вновь оседать на землю. — На меня смотри, падла! — приказывал Кинг Конг, но мне было плевать на него. Да и самому Антону былу плевать, ведь мы смотрели на лису, которая улыбалась нам. Оскалившись, она рыла нору в сугробе, двигала лапами так, будто танцевала. Острая морда была покрыта снегом, усики подёргивались в непонятном ритме. Лиса оскалилась, обнажая свои желтоватые, но в тоже время и смертоносные зубы. — Неужели всё-таки решила помочь, рыжая? — прошептал я себе под нос и заулыбался от этой идеи, но быстро убрал улыбку с лица. Лиса ещё сильнее оскалилась, словно говоря мне, что я прав. Мои глаза похлопали изумлённо, а она лишь припала передом ещё ниже к земле. Сверкающие плошки глаз налились расплавленным титаном. Тоха перевёл обратно взгляд на перекошенное лицо Сёмы и лишь мой взгляд оставался там же, где и был. Лиса пошла задом наперёд и скрылась в темноте здоровенных сосен, не позволяя более показываться себе на людях. А из леса на меня, и по видимому на Антоху дохнул шёпот. — СКАЖИТЕ......СВИНЬЕ......ЗАТКНУТЬСЯ. — звучал демонический, но в тоже время и какой-то умиротворяющий голос, который давал подсказки Антону и мне. Близик ударил себя по щеке, скорее всего стараясь прогнать чужой голос, но я не стал предпринимать чего-либо подобного. В конечном итоге голос зациклился и повторял одни и те же слова, пытаясь заставить произнести заветную фразу, но я старался хоть как-то игнорировать это, даже когда голова начала потихоньку раскалываться от цикла. Затем голос совсем ушёл из моей головы, оставляя мой разум в тишине своих раздумий. — Заткнись, свинья! — проговорил Антонио своим басистым, по меркам его возраста голосом, благодаря которому я вернулся в реальность. Бабурина как будто парализовало. Словно Тошан был каким-то заклинателем петухов и загипнотизировал бутербродного толстяка, лишив того воли. Во рту началась ощущаться сладкая, тягучая карамель Алисы, которой она угостила ещё с утра. В голове стали вспоминаться слова Полины о переезде Семёна и его характере, хотя я итак знал всё это. Послышался вальяжный, уверенный голос. Но это был не Роман, а Антон, который растягивал свои предложения по слогам. — Есть у меня подозрение: ты не просто так перевёлся в новую школу. Сбежал, да? Как крыса сбежал. Потому что сверстники бывают жестокими... с теми, кто не такой, как они. — уверенно высказывался белобрыс, и по непонятной причине мне захотелось добавить свои пару строк. — Те, кто носит окуляры... те, кто толще или худощавее их, например... те, кто слабее их. Поэтому ты издеваешься над слабыми ребятами. Ты отыгрываешься на старых обидах и пытаешься казаться авторитетом, но Сёмочка... — провещал медленно, но с неподдельными чувствами в голосе я, пока не передал эстафету обратно Антонио. Кадык Сёмечкина дёрнулся, словно произошла перезарядка дробовика. — Ничего не меняется по по щелчку пальца. Знаешь, кем ты был? — спросил Тоха, но даже и не думал об ответе со стороны оппонента. Лес же затаил дыхание, слушая и наслаждаясь унижением ничтожного поросёнка, который вот-вот обделается со страху. — Знаешь, кто ты есть? — вновь саркастично поинтересовался зайчик, а с голос Семёна стал дрожать при произношении. — П-пацаны... — промолвил Сёмкин в надежде о поддержки. Бяшка уже шагнул было к приятелю, но властный взгляд Ромы осадил Бурята, заставляя того вернуться на место. — Продолжайте, парни. — изрёк Ромео, позволяя нам окончательно покончить с Папой Свином. Антон замолк, давая мне вновь возобновить оскорбления противника. — Знаешь, кем ты будешь всегда? Второе имя – настоящее имя, – которое дали тебе одноклассники... — выговаривал каждое слово я протяжно, дабы насладиться испугом своего собеседника и добить его эмоциональную психику финальным ударом... вместе с Антонио Градом. — Отк-куда... в-вы?.. — запинаясь спрашивал Semen, но ответом была тишина с нашей стороны. Теперь взгляды Ромки и Бяши устремились на свинтуса, представляя уже его, как добычу. Могло даже показаться, что они облизывают свои сухие губы перед кровавым пиршеством. И могучий ветер тоже облизывался, гоняя вдоль дороги снежные торнадо и готовясь слышать крики беспомощного Бабурина, которые он разнесёт на далёкие расстояния. — Свинья! — послышался хором мой жёсткий голос и ровный выкрик Тохи, создавая сокрушительный нокаут. Наши голоса эхом распространились в пространстве и рикошетили от стволов деревьев, уходя вглубь леса и оставаясь там навеки во владениях мглы. Руки Сёмкина упали по швам и бедненькие глазки паренька намокли, пока Ромка за его спиной оскалился, блеснув зубами. Незамедлительно полетел кулак, который впечатался прямиком в лицо прыщавого. На секунду можно было увидеть как его щека была похожа на взрывную волну, которая расходилась по всему лицу. Сёмка охнул и плюхнулся на заледеневшую дорогу. Он держался за ушибленное место и ошарашенным взглядом смотрел на окружающих его людей, не понимая, что происходит в данный момент. Папа Свин наконец-то опомнился, вскочил на ноги и, скорчив яростную гримасу, бросился прямо на Антона. Вдруг в голове послышался шёпот, пробуждая во мне ниоткуда появившейся жажду убийства и крови. — Убей... Свинью... — говорил шёпот в моём подсознании. — А от меня подарков не хочешь что ли, мразь? — со злобой и усмешкой поинтересовался я рычащим голосом, будто и вправду являюсь настоящим зверем, который готов убивать и рвать в клочья своих жертв. Утопать в их крови и наслаждаясь её вкусом, дабы удовлетворить свои желания. В этот раз жирдяй получил мой самый мощный удар прямо по солнечному сплетению, от чего он сразу остановился и начал пытаться дышать. — Не будь на тебе этой дублёнки, да и твоего жира... Скорее всего ты мог умереть. Повезло тебе, но вот только не сильно! — в конце прокричал я, и нанёс ему Бэк Кик, отправляя жирдяя прямиком в свежий кал дворняжки. Семён успел лишь прохрипеть от удара, прежде чем не долетел до дерьма и не взвигнул, как самая настоящая свинка. — Ай, красава, пацаны! Думали, вы сосунки, а вон как жирдяя уделали! — с уважением сказал Пятифан, тем самым принимая нас как своих братков. Semen же захныкал, видимо, осознав всю гибельность данной ситуации и положения. — С-сука! Чё я бабушке теперь скажу? Она меня убьёт, когда увидит! — хрюкал себе под нос Бабурин, а моя улыбка стала ещё более кровожадной. — Чего ты там скулишь? Тебя с параши не слыхать. — выразился с презрением Ромео и смотрел на Семёна, как на какой-то мусор общества. Кинг-Конг пытался очистить дублёнку снегом, но лишь только вызвал у Бяши приступ веселья. — Ха-ха! Мастёвый, на! — проронил довольно верное предложение овечка, из-за чего мне захотелось пожать ему руку. — А ну, вставай и скачи, как зайчик. Только желательно подальше, а то от тебя уже дерьмом несёт. Фу! — возговорил Ромыч и сделал гримасу отвращения. — Хрю-у-у-у-у-у... Идите вы все на хер! — в прямом смысле прохрюкал Semen, от чего я маньяче посмеялся, вызвав у Бяшы и белобрыса встревоженный взгляд. Его красные зарёванные глаза остановились на Антонио. Не успел я стереть улыбку с лица, как Семён налетел коршуном, вцепился ему в лицо скрюченными пальцами с обгрызенными ногтями. Близик пнул его куда-то в слой жира под дублёнкой, от чего Сёмкин отошёл. — А чё на это скажешь, сука? — спросил Сёмин, победно подняв руку с очками моего другана. Но триумф его быстро прошёл, т.к перед нами выскочили хорёк и овечка, обступая свинку и готовясь его забить. Я решил не терять тоже возможности и встал рядом с Бяхой, готовясь рвать и убивать. Мой резкий толчок заставил его потерять равновесие и отправить прямо на снег, а Ромео с Бурятом мигом начали навешивать ему смачные оплепухи. — Не по-пацански поступаешь, гнида! А ну, гони линзы назад! — требовал Пятифан обратно окуляры белобрыса, попутно продолжая навешивать тумаков. — Дерись по понятиям, на! — сморозил Бяшка и так же напинывал Сёмку. Моя жажда крови хотела покромсать мразоту, но я решил сделать кое-что другое. Мачете, которое всё время лежало в левой руке быстро перекочевало в правую и занеслась над Бутербродным Толстяком. Один резкий удар - и у Сёмы уже не было бы пальцев, если я бил бы именно лезвием, но решил ударить обухом, на стороне которого были зубья для пилки дерева. Сёмкин отделался лишь сильно расцарапанными пальцами, из которых незамедлительно пошла алая кровушка, а рука жиртреста раскрылась, позволяя мне по быстрому забрать оттуда очки и положить их в карман. Крупная фигура, барахтающаяся в снегу, кое-как смогла вырваться из-под града наших тумаков и бросилась наутёк, быстро растаяв в потёмках леса и ветвей и пытаясь избежать кары от нас. — Завтра в школе тебя выцепим, Хрюндель! — прогорланил Ромка в след убегающему Semen. — Точно-точно! За базар ответишь, на! — поддакивал бурят. — Горло тебе перережу, слышишь! — уже разорался Ромыч и начал вместе с Барашком Шоном швырять глыбы льда вслед убегающему Семёну. — В следующий раз жалеть твои пальцы не буду, мразота подсосная! — всё так же жаждя его смерти и крови на своих руках, прокричал ему я. Затем двое пацанчиков вместе страшно закричали в издевательском, запричитали глумливо: «Свинья!». Мы пошагали обратно к Тошке, а снег под нами захрустел, как чипсы, на которые кто-то наступил. Хорёк и овечка запыхались, но с моей стороны не было ни одного тяжёлого вздоха. Кровожадность и мание к убийствам начали улетучиваться, оставляя о себе лишь слабое напоминание в оставшихся ощущений при крови Свинтуса. — Меньше курите, шпана - тогда не будете так тяжело дышать после подобного. — усмешливо высказал я им своё мнение и Ромка ухмыльнулся моим словам. Тоха стоял и не мог определиться в пространстве, ведь без очков он как крот на свету. — Мои очки... — было проговорил Антон, а из Ромки послышались ругательства. — Гандон этот стащил. — хмуро изрёк Ромео, но его взгляд зацепился на посмеивающемся мне. — Чего смеёшься, патлатик? Давай выкладывай, на. — потребовал от меня Бурят, а я же медленно вытащил из кармана окуляры Тошана. — Ну нихуя себе, а Лёха-то у нас шустрый мудак! — сказал Ромка и расплылся в улыбке, увидев находку в моей руке. Бяшка же гортанно захохотал. Я быстренько протёр очки и нацепил их обратно на альбиноса. Из нагрудного кармана кожанки Ромы выползла пачка сигарет Hollywood и протянул из неё мне с Тохой по одной сигаретке. — Угощайтесь. — проговорил Ромыч и ждал, когда мы возьмём сижки. Антон покачал головой, отказываясь от вредной херовины. Я поступил так же, ведь пока не хочу притрагиваться к ним. — Спортсмены, что ли? Ха! — поинтересовался Бяша и улыбался во весь рот. — А ты в глаза долбишься? Не видел, как они Семёну чётко вмазали? — задал свой вопрос Ромыч Буряту. — Да базара ноль. Мортал Комбат, на. Тоха у нас Рокки Бальбоа. — Тогда Лёха Джейсон Вурхиз. Курим одну на двоих, гони жигу. — затребовал Пятифан и подцепил сигарету, а Бяша суетливо шарил по карманам в поисках заветного огнива. Я решил помочь своим "коллегам" и достал из внутреннего кармана куртки свой прямоугольник. Пара махинаций и огонёк уже поднесён к сигаретке Ромы, которые начал затягиваться. — Лёха, Тоха, чё я сказать хотел... Не держите зла, братаны. Мы вас на вшивость проверяли, а то очки эти, и маски ещё эти... — промолвил Ромыч и продолжил делать затяжки, выдыхая дым в нашу сторону. — Меня, кстати, Ромка зовут. — сообщил он и пожал близику руку, да и по виду довольно сильно. — Это вот Бяша. Вы не очкуйте. Со Свиньёй мы лично пообщаемся. — уверенно проговорил Пятифан. Тоха же пошёл забирать свой рюкзак, так как он оставил его на земле, перед тем как махаться. — Да я и в одиночку этого Свина размотаю, что тот хныкать будет ведь. — оскалился я и понял, что чем-то сейчас напоминаю новых друзей. — Ну, в этом я не сомневаюсь братан. — усмехнулся Ромыч и продолжил выкуривать сижку, передавая её время от времени Бяшке. Мне нравилась их компания, ведь всё-таки Ромка ценит настоящую дружбу. — С нами до нашего дома не хотите пройтись? Побазарим о всяком, да и в дороге не так скучно будет. — предложил я свою затею новым товарищам и тебе немного побазарив между собой согласились. Тошан наконец-то вернулся со своим рюкзаком и стоял рядом со мной. — Ну что, двинем в путь? — спросил я всех окружающих здесь и все единогласно кивнули. Окурок же разбился о пень тысячами искр и зашипел в сугробе, напоминая чем-то змею. Покидая пустырь я невольно обернулся, думая, что рыжая лисица следит за нами где-то в глубине леса... Но увидел лишь стучащий трактор, который выползал откуда-то из-за поворота. Впереди, на обочине, из тумана возник силуэт. Мы отошли, чтобы пропустить его. Это был та же "заячья губа", которого я видел у школы и на заднем дворе той же школярки. Мужичок одарил нас деловитым взглядом ледяных глаз и пошёл дальше, быстро пропав в полумраке. — Нет горба, зато заячья губа. — брякнул Бурят. Мужик успел уйти достаточно далеко, поэтому он ничего не услышал. Мы продолжали свой путь вдоль замершей просеки, но это молчание слишком сильно затягивалось. Внезапно заговорил Антон и сразу же задал вопрос: — А почему тебя Бяша зовут? — поинтересовался он у него, а Бурятёнок усмехнулся. — Потому что... — начал говорить Барашек Шон...

Продолжение следует в записи #8...