Рядом

Фонари блистают, отражаясь в витринах магазинов и в стёклах машин, создавая предновогоднюю пору. Гирлянды уже начали украшать улочки, проспекты, магазинчики, окутывая домашней, праздничной атмосферой. Глаза разбегаются по всем ярким огням, не зная на каких остановиться и рассмотреть. Холодный, немного резкий, ветер жжёт мягкую кожу щёк, заставляя её краснеть и, совсем слегка, побаливать от резкой перемены температуры. Нежные хлопья снега медленно плывут по большому городу, прикрывая белым одеялом асфальт вместе с людьми, что шагают по делам. Такую прекрасную, умиротворённую картину прерывает рёв байка, что пролетает на огромной скорости по трассе на жёлтый, успевая, перед тем как загорится красный и другие машины поедут, ругаясь на таких бесбашенных гонщиков. Они не слышат, ведь отрываются от проклятий и грязных слов на байке, что только ускоряется и грозно рычит в ответ. Мальчишкам, в общем, всё равно кто там на них ругается. Им всё равно, что они разрушают прекрасную, умиротворённую картину. Им всё равно, что холод обжигает их лица и ладони. Никто ведь неудосужился взять перчатки. Такемичи только сильнее прижимается к спине Майки, обвивая его талию своими замершими руками. Он не понимает почему прижимается так к другу. Точнее не хочет понимать. Может пытается согреться об тело Майки или просто льнёт к нему, чтобы не слететь с байка (слишком уж они разогнались). Сам Сано краснеет – он чувствует это – правда не знает из-за чего: из-за холода или из-за Такемичи сидящего позади, что очень ощутимо прижимается к нему. Им всё равно, если кто-то увидит их в таком положении. Конечно, этот человек даже не поймёт, что это они – на такой скорости это довольно затруднительно. Но даже зная об этом им по барабану (не его дело). Всё равно сколько они будут так кататься, наворачивая повторные круги по улицам и районам Токио. Главное, что они рядом. Рядом друг с другом, наслаждаются проведёнными моментами, беззаботными секундами, обществом друг друга. Им хорошо и это главное. Даже через полчаса такого молчаливого катания они не согреваются – снаружи, но внутри – пожар. Там кострище, которое греет сердце и органы. Оно топит тело изнутри, сжигая всё, ни щадя ничего. Они сожжены в своих чувствах. Вместе превращены в прах. Вместе они молчат об этом. Они будут молчать об этом. Ведь кого волнуют их чувства? Кого волнуют их истинные желания? Никого. Майки никогда не признается – не может. Такемичи парень Хинаты, и Манджиро явно ничего не светит. Он не хочет нарушать их спокойствие. Не хочет рушить их отношения. Он будет наблюдать за ними из тени дружбы, будет за них радоваться. Хочется признаться. Он всё решил. Никого не волнует их кострище Такемичи никогда не признается – ни самому себе, ни Манджиро. Он ведь с самого начала хотел быть с Хинатой. Он путешествует ради неё во времени, пытаясь спасти, так что же сейчас? Что он упустил? Свои желания. Почему он засматривается на главу Свастонов? Он не смеет рушить то, ради чего старается – их с Хиной счастливое будущее. Пока они рядом и поддерживают друг дружку, – не важно в каких они отношениях – они будут счастливы. Никого не волнуют их чувства. Даже их самих.