Зеркальная Пантера

      Путь до Иллюзиона не отнял много времени — подгонял внезапный дождь и нежелание промокнуть. В холле театра стояло эхо возни, крики и ругательства. Что-то с глухим стуком упало в одном из коридоров. Оборотни насторожились, как только вошли, а затем, не сговариваясь, помчались к кафетерию.              — Если Грановский снял повязку с детеныша, клянусь, я убью! — моментально изменилась в лице Рената, снова став задорной девчонкой, которая может укусить одним взглядом.              Потрясающее переключение, стоило у нее поучиться.              — Алекса?              — Обоих!              Все обстояло ровно так, как предсказала Рахельская: освобожденный Калеб то ли обнимался, то ли бился, катаясь по полу с Алексом, достаточно помятым и пыльным, Игорь и Катерина отбивались от фантомных копий, старательно избегая их клинков, а Матвей...              Опять этот мерзкий концентрированный запах крови — да сколько можно?! Воронин сидел на полу, опершись о стену, бледный и уставший, и сжимал в руках ногу, из бедра торчало кривое лезвие. На досках под ним багровело маленькое темно-алое пятно.              — Вы очень вовремя! — прокричала Катерина, выставив блок против атаки сразу двух врагов, — оттащите Калеба в другую комнату и завяжите ему глаза!              — Наоборот! — у Игоря дела обстояли хуже: он уже устал и едва отбивался, но рапиру не бросил, — сначала завязать, потом оттащить!              — Легче просто его наконец-то убить! — прорычала Рената и ринулась вперед.              — Нет, стой, без убийств! — завопил Алекс и моментально получил удар по лицу, — прямо по синяку, козел! Отберите у него кинжал!              Пока Никита помогал друзьям избавляться от копий — всего-то надо было нанести им тяжелое увечье, пронзание когтями насквозь подошло лучше всего — Рената оттолкнула мальчишек друг от друга в разные стороны и прижала Калеба к полу. Сдержала себя в руках и решила не убивать — пока что.              — Грановский! — полная ярости, закричала девушка, — я тебе что сказала про твою дилетантскую тактику ведения переговоров?!              — Попробовать-то стоило! — почему-то тоже перешел на крик созерцатель, шарясь по полу в поисках оброненного хлыста, — я откуда знал, что он попытается себя же прибить, как только я сниму эту, блин, повязку?!              — Что он попытается сделать?              — Да плевать на этого упыря. Матвей! — Катерина аккуратно уложила рапиру на пол и бросилась к другу. — Как ты?              — Живой, — Воронин нахмурил густые брови — по лицу видно, в обморок падать не собирался, значит, крови потерял мало, — пока что. Если эту затычку вытащу — точно на тот свет отправлюсь первым рейсом. Господи, да почему всегда я...              — Потому что счастливчик, — Игорь тихо проматерился, вытащил из кармана мобильник с треснутым экраном, — я вызываю скорую, тут мы сами не справимся. Артерию сто процентов задело.              — Сначала надо наложить жгут. А затем я сам отвезу вас в больницу, — предложил Никита, — скорой слишком многое придется объяснять.              В ход пошла беспризорная футболка, чудесным образом обнаруженная в одной из гримерок. Никита оторвал кусок ткани и крепко затянул на ноге выше бедра. Затем изловчился и кровью Матвея, под недовольные взгляды сразу трех пар глаз, написал на штанине точное время.              — А как мы эту тушку — прости, друг, но говорю как есть — до машины дотащим? Он не дойдет, — спросил Игорь, — даже если ты поднимешь его, клинок может выпасть или засесть глубже. Медики разберутся лучше.              — И заодно увидят вот это все, — Алекс развел руками, имея в виду ситуацию в целом, — нам повезло — нож материальный, иначе бы исчез, когда пропали клоны, и Матвейка истек бы кровищей несколько минут назад. Почему удача не может сыграть на нашей стороне еще раз? Он спокойно доковыляет до машины, мы спокойно поможем, а Никитос спокойно отвезет вас в госпиталь.              — Ты хочешь поставить все на удачу?! Серьезно? — Катерина, которая молчала до этого и лишь испуганно осматривала рану, вспылила, — это не мелочи, Алекс, жизнь нашего друга висит на волоске, а ты полагаешься на везение! Повзрослей уже наконец-то и посмотри на происходящее здраво! Ты что-то на уровне сказки предлагаешь.              К Матвею подошла Рената. Присела на корточки, провела кончиками пальцев по рукоятке кинжала — парень вздрогнул.              — Неглубокая рана, выглядит хуже, чем есть на самом деле, — вынесла она вердикт спустя несколько секунд напряженного молчания, — но человек прав, если вытащить — все к Лунам выльется. Нельзя трогать.              — Подожди, а кто держит... — Никита было обернулся, готовясь прыгать на Калеба, но тот растянулся на полу в такой неестественной позе, что сразу стало ясно — оборотница его вырубила и вновь связала.              Хотелось верить — не убила.              — Ты на полном серьезе подумал, что я бы отпустила добычу? — приподняла бровь Рахельская, — я кажусь тебе настолько ненадежной?              Никита только удивленно проморгался. Что он сделал не так? Просто решил перестраховаться — ничего такого в этом нет, им не помешает лишняя осторожность. Между ним и Ренатой как будто черная кошка пробежала, хотя с последнего нормального диалога прошло не больше десяти минут.              — А вы, я смотрю, хорошо время вместе провели, — хмыкнул Алекс, — ваши отношения прямо-таки поднялись на новый уровень. Отрицательный.              — Грановский, — с угрозой, уже не шутливо прошипела девушка, — еще одно слово — и я тебя точно сожру.              — Вы извините, ребята, но подняться я вообще не смогу, — развел руками Матвей — пока живой Матвей, — Игорь прав, дотащить вы меня не сможете. А еще у меня нет никакого желания кататься на руках оборотня в таком состоянии, уж простите.              Игорь кивнул и набрал номер скорой помощи. Диспетчер быстро ответила на звонок, записала все необходимые данные и обещала сейчас же отправить бригаду. Оставалось ждать.              Ожидание — самое мучительная часть существования. Годы летят как секунды, дни проносятся с бешеной скоростью, но, как только нужно подождать жалкие десять минут, кто-то словно замедляет темп, и секундная стрелка тянется медленно, неторопливо. Издевательски. Мечтаешь поскорее вырасти, покончить с ожиданием, добиться желаемого или сделать то, чего давно хотел, и мир вокруг подстраивается под эти хотелки. А затем внезапно понимаешь, что жизнь, со всеми ее долгими и быстрыми этапами, прошла мимо по щелчку пальцев.              Только вчера Никита сбрасывал на Артемку, тогда еще злейшего врага, противного белобрысого мальчугана, водные бомбочки с балкона, пешком ходил под стол и в садике защищал неуклюжую девочку Алину от хулиганов, а сегодня он уже закончил школу. Не сегодня — много лет назад. А завтра пройдут десятилетия, может, века.              Жизнь слишком стремительная, когда не надо. И слишком неторопливая, когда надо — как сейчас, возвращаясь к ожиданиям. Ребята всего несколько минут сидели в полной тишине, напряженно думали каждый о своем, но, по ощущениям, провели так уже несколько часов. Атмосфера близко не походила на ту, что была до короткой потасовки, приобрела горьковатые нотки и тревогу. Когда стало совсем невыносимо от мертвого молчания, наконец-то заговорил Алекс.              — Слушайте, раз уж выдалось время, давайте я дорасскажу ту историю?              — Это та, в которой ты книжкой по лбу получил? — хмуро, все еще обиженно поинтересовалась Катерина.              Рената приподняла бровь — она эту историю не знала.              — Нет, это та, в которой мы сотрудничать с пантерами начали. Рахель, ты на подхвате, потом дополнишь от своего лица.              — Ненавижу, когда меня так называют, — поморщилась оборотница, — это кличка отца, не моя. Не путай.              — Вы оба Рахельские, так какая разница, — Алекс вернулся к своему задорному тону, — вот Корнелиус нас с отцом одинаково по фамилии называет, когда планирует орать и ругаться, я же не возмущаюсь.              Никита весело фыркнул. О, да, многие полицейские и следователи моментально менялись в лице, стоило упомянуть фамилию Легостаевых — и чем Панкрат их обидел? Вытягивались по струнке служители закона одинаково как перед Никитой, так и перед старшим братом. Парень был уверен — встреть они Марину в обыденной жизни и узнай ее девичью фамилию, реакция была бы такой же.              — Так вот, о чем это я? Влияние Ордена не доходило до северо-восточных земель, самый крайний Экзистернат слишком далеко расположился от тамошних деревень, — начал свою повесть Алекс, размахивая руками, — местных жителей начали пугать странности, происходящие по ночам, они кое-как связались с нами, чтобы попросить разведать обстановку. Магистр сказал, в районе тех земель, восточнее пустошей волков, обитал последний клан пантер, и потребовал с нас заодно провести дипломатические переговоры с кисами...              — Если бы переговоры проводил не твой отец — они бы провалились, — весело хмыкнула Рената, все еще сидевшая по правую руку от Матвея. На Никиту она ни разу не взглянула, — уверена, все наши за время вашего пребывания хотели тебя сожрать или укоротить язычок. Меня кое-как отговорили от такой ночной проказы.              — Ужас, — искренне оскорбился Грановский, — как можно так обо мне отзываться, я же душка!              — Ты сам попросил дополнять от своего лица.              — Ну не с такими же подробностями!              Обстановка, стараниями двух зазеркальных пришельцев, начала оттаивать: Катерина постепенно перестала хмуриться, Матвей на короткое время позабыл о больной ноге и расслабился. Только Никита сидел как на иголках, поглядывая то на Калеба, все еще лежавшего без сознания, то на Рахельскую.              Отчего-то эти двое нервировали своим присутствием. Можно ли было оставлять пленника без присмотра — Рената настолько уверена в своих способностях вырубать людей? Почему девушка вела себя так, словно ничего не случилось, и теперь не просто перестала бросать косые взгляды на Никиту, а вообще начала его игнорировать?              Слишком много событий произошло за одну ночь. Уставший мозг перестал хоть что-то понимать и молил о пощаде. В окнах тем временем стремительно светлело небо.              Алекс только перестал рассказывать о походе и перешел к самой занимательной части: знакомству с самим кланом, как его снова перебили. На этот раз — мелодичный хрустальный перезвон, знакомый всем присутствующим.              — Что, опять?! — то ли простонал, то ли взвыл Игорь, и Никита прекрасно понимал сей крик души.              Ни минутки покоя!              Из зеркала вышел юноша в кожаной форме созерцателей — в такой же сидел сам Грановский, только чуть более обвешанной аксессуарами и менее формальной, наверное, стареньким членам Ордена позволяли видоизменять свои образы. Куртка гостя походила на броню Ренаты, но с меньшим количеством металлических заклепок и ремней, к поясу крепились ножны широкого меча, к чехлу на бедре — кинжал. Парнишка — а это точно был парнишка не старше восемнадцати лет — откинул темно-рыжие кудряшки с глаз и осмотрелся.              — О, — только и сказал он, заметив Калеба, — а вы уже управились? Корнелиус буквально только что отправил меня на подмогу.              — Подмога? — Алекс нахмурился, — старикашка не предупреждал, что отправит кого-то за мной. Только Беркута вдогонку, если за два дня не управлюсь, — он прикусил губу, мучительно пытаясь что-то вспомнить, — твое лицо кажется таким знакомым, мы не встречались?              — Может быть, — незнакомец пожал плечами, — завтра ведь собрание Ордена. Наверняка пересекались в Зюид-Алистере на той же ярмарке.              — Из какого ты Экзистерната? — внезапно спросила Рената, внимательно осматривая парня.              Никита понял без слов — что-то в этом, казалось, обыкновенном созерцателе напрягало друзей. Или у них всех просто шалили нервишки после сегодняшней ночи.              — Из северо-восточного, который под Норд-Гилмором, — и глазом не моргнув, ответил гость.              Никому из жителей Земли это слово ничего не дало.              — Я знаю многих в Норд-Гилморе, — продолжила допытываться Рената, — но тебя вижу впервые.              — Я тебя тоже, — парень оскалился, — может, я наконец-то заберу воришку, а поговорим мы в более спокойной обстановке? Как думаете? Познакомимся заодно. Со всеми вами, — он только сейчас заметил Матвея, Катерину и Игоря, ничего не понимающих, на Никиту пока внимания не обратил — для этого пришлось бы повернуть голову на девяносто градусов, а юноша был слишком занят гляделками с Алексом.              — Ладно, домой так домой, — оттаял Грановский, — дедулька небось рвет и мечет, что я так долго, да?              — Ага, — гость живенько взвалил Калеба на плечо, будто тот ничего не весил, — та штука, которую этот засранец спер, была нужной в хозяйстве вещью. Без нее Корнелиус как без рук. Он не может ждать.              — Что это было в итоге? — поинтересовалась Катерина, — какой-то артефакт?              — Ага. Артефакт. Не задерживайтесь, я не хочу отчитываться перед магистром один! Вшестером не так страшно, — парень отсалютовал и зашел обратно в зеркало.              На пол со звоном шлепнулся маленький предмет. Алекс, который хотел заходить в переход следующим, замешкался, чтобы поднять безделушку, коим оказалось небольшое металлическое колечко.              — Вот растяпа, — пробурчал парень, — как вы думаете, если я не верну, он заметит пропажу?              Алекс вскинул голову. Все в его теле напряглось, как пружина.              — Стой! — завопил Грановский, но не успел сделать ни шагу.              Рената сорвалась с места и прыгнула к зеркалу, Никита рванул следом. Без команды, без слов, они поняли друг друга по мыслям, синхронизировались, как звери на охоте.              — Это не созерцатель! — Рявкнула, кусая себя за палец Рената, но в ту же секунду стукнулась о невидимую преграду.              Девушка отлетела, не сдержав рык — вылезли длинные когти, заострились клыки, глаза засияли золотом — это звериная сущность решила спасти человеческую тушку, и Никита в последний момент успел поймать ее за плечи. Рахельская отпрыгнула как ошпаренная. Броня будто встала дыбом, как у кошки, глаза стали совино-круглыми. Верхняя губа приподнялась, оголяя темные десна и говоря: «не смей меня трогать». Однако ненависти Никита не ощущал, скорее страх. Рената боялась.              Алекс же подскочил к зеркалу и в сердцах пнул. Поверхность дрогнула и даже не треснула, будто поглотила импульс, в следующую секунду изнутри стала матовой. Проход закрылся.              — Подождите, но он же в вашей форме, — не понял Матвей, — и сам сказал: его послал Корнелиус...              — А еще он сказал, что ему страшно отвечать перед ним без нас — нас шестерых. Он подумал, что на операцию отправили шесть созерцателей, хотя все в ордене знают: отправили только Алекса! — Рената зарычала. — А это кольцо — один из отличительных знаков северных ведьм. Из того самого монастыря, откуда родом Калеб. Меня таким чуть без носа не оставили во время осады, я запомнила форму. Нас развели как младенцев!              Вот это поворот — Никита не удержался и присвистнул. Он как будто наблюдал за турецким сериалом из первых рядов, не хватало только попкорна для полного счастья. Он тоже почувствовал какой-то подвох, но списал все на усталость, а не на работу чутья. В следующий раз надо будет прислушаться к внутренним ощущениям.              — Как ловко они все это придумали, — Грановский рассвирепел, в его глазах прыгали чертики, — кольцо бросил специально, чтобы время потянуть и позлорадствовать — клянусь своими пропавшими правыми носками. Нам за ними не угнаться. Все кончено.              Вдали послышался вой скорой, постепенно нарастающий.              — Все как всегда в кучу, — Катерина потерла руками лицо, а затем надежда неожиданно блеснула во взгляде, — в первой гримерке висит большое зеркало, вы должны туда вместиться. Бегите и свяжитесь с Магистром, не теряйте время. Мы позаботимся о Матвее.              — Люблю тебя за сообразительность, сестренка. Еще увидимся! — и Алекс, отсалютовав так же, как рыжий пару минут назад, помчался прочь из кафетерия.              Рената так и осталась стоять, злобно всматриваясь в зеркало напротив себя. А затем показала неприличный жест своему отражению, будто кто-то мог увидеть ее там, с другой стороны.              — Даже если Корнелиус отследит, где произошел переход — нам уже не угнаться, — тихо прошипела она, — я вспомнила этого засранца — он на моих глазах убил члена моего клана. Сильный колдун. Наверняка отвлек внимание кольцом, чтобы закрыть переход и сбросить хвост. Точно с кражей Калебу содействовал...              — Мы можем как-то помочь? — осторожно спросил Игорь, — такое ощущение, что мы виноваты в произошедшем — не уследили...              — А чем вы поможете? — мельком брошенный взгляд в сторону Никиты — укол вины в области сердца, — вы сделали все, что могли. Дальше мы сами.              И девушка-пантера умчалась прочь из кафетерия, оставив после себя только запах хмурой осени.              — Хотели как лучше, а получилось, как всегда, — вздохнула Катерина, — надеюсь, они быстро возьмут все под контроль.              Добро всегда побеждает зло. Но какой ценой? Кто еще должен погибнуть в загадочном трехлунном мире, чтобы наконец-то воцарился настоящий мир?              — Это все конечно хорошо, — внезапно сказал Матвей, — но мы же так и не сочинили байку, каким образом я напоролся на нож и почему один из наших друзей сидит в крови.              Легостаев запоздало приподнял бровь — он же вроде старательно вытер свою физиономию, о чем шла речь? Осознание пришло неожиданно — да это же движение непроизвольно вышло у Ренаты! Все пантеры одинаковые, что земные, что зазеркальные. Забавно. Этот жест парень сам когда-то подсмотрел то ли у Тессы, то ли у Артура, и настолько привык к нему, что не обращал никакого внимания.              — Ну, смотри, все подобные истории начинаются одинаково: шел-шел и случайно упал на кинжал, — предложил Игорь.              — Назаров! — воскликнула Катерина, — там вообще про другое!              — Разве?              Наблюдая за перепалкой, возникшей между сладкой парочкой, Никита не удержался и расхохотался. С проблемами он разберется, всегда разбирался, просто придется лишить себя сна на ближайшие пару ночей в поисках решения и бесконечных попыток заглушить голос совести — ему нужно было согласиться на предложение Ренаты, но уже слишком поздно. Погибнут люди, как погибали до этого.              Винить себя за это Никита будет позже. А пока можно насладиться последними минутами спокойствия в приятной компании.