Наш тихий тайный уголок

На следующий день парни поехали в студию, следуя своему расписанию. После репетиции по вокалу, они собрались вместе в общем зале для танцев, чтобы разобрать новую хореографию. К ним пришёл хореограф и, совместно с участниками, они начали ставить танец. После нескольких часов упорной работы, им дали перерыв на пол часа. Все разбрелись по разным уголкам зала, занимая диваны, кресла и просто сидели на полу, переводя дыхание. Хёнджин спустился вниз, взяв в автомате со снеками булочку себе и ещё пару снеков для Феликса и Минхо, которые попросили его их купить. По дороге он перекусил, запив всё водой, и вернулся в зал. После перерыва, они снова продолжили репетировать. Все очень устали, но продолжали усердно работать, чтобы чётко следовать графику и всё успеть. Хёнджин был настолько сосредоточен на отработке движений, что даже не замечал усталости. Тренер сказал ему притормозить, чтобы не перегружать организм, но парень так вошёл в азарт, что не послушал совета. Проходя свою партию в очередной раз, он резко дёрнул рукой и упал на пол, корчась от боли. - «Хёнджина-а!» - крикнул Чанбин, подбегая к парню. «Что случилось? Посмотри на меня!» - «Рукааааа…» - простонал Хёнджин, скривив лицо от боли, сдерживая крики. - «Врача, быстро!» - подхватил Бан Чан, и Сынмин пулей побежал в медпункт. Чанбин сел на пол, положив голову Хёнджина себе на колени, поглаживая его по голове. - «Потерпи ещё чуть-чуть, сейчас придёт врач и поможет тебе» - говорил он, пытаясь хоть как-то облегчить страдания Хвана. Хёнджин лежал, стараясь не двигаться, так как малейшее движение рукой причиняло ему нестерпимую боль. Осмотрев Хёнджина, врач вызвал машину скорой помощи, так как нужно было съездить в больницу и сделать рентген. - «Я еду с ним» - твёрдо сказал Чанбин, собирая свои вещи в сумку, и вещи Хёнджина. - «В этом нет необходимости, мы о нём позаботимся» - ответил доктор. Чанбин даже слушать не стал, и сел рядом с лежащим в машине Хёнджином, придерживая его голову. Они приехали в больницу, Чанбин остался ждать в коридоре. Через час Хёнджина вывели с перемотанной рукой и списком лекарств, которые нужно было купить в аптеке. - «Как ты себя чувствуешь?» - подбежав к парню, спросил Чанбин, придерживая его за спину. - «Уже лучше, мне дали сильное обезболивающее» - ответил Хёнджин, медленно шагая к выходу. «Нужно купить лекарства» - добавил он, и протянул рецепт Чанбину. Тот без лишних вопросов оставил Хёнджина сидеть в холле больницы и пошёл в аптеку, купив всё необходимое. Вернувшись, он помог Хёнджину дойти до машины и отвёз его домой. Чанбин отвёл парня в его комнату и принёс всё, что тому может понадобится, включая еду, воду и лекарства. - «Чанбин-а, спасибо тебе большое за помощь. Что бы я без тебя делал…» - «Всё хорошо. Ты же знаешь, ты всегда можешь на меня положиться» - сказал Чанбин и сел на кровать рядом с Хёнджином. - «Я тут справлюсь и один, у меня есть всё необходимое. Ты уже и так выбился из графика, возвращайся в студию» - сказал Хёнджин, взяв Чанбина за руку другой рукой. Немного подумав, Чанбин позвонил Бан Чану, который оставил кучу пропущенных и сообщений. - «Ну что там?» - спросил Бан Чан тревожным голосом. Чанбин рассказал всё, как есть. Что у Хёнджина вывих запястья, и что ему прописали постельный режим в течении следующих двух недель как минимум. Услышав слова Чанбина и понимая, что на следующий концерт он не попадает, у Хёнджина по щеке покатилась слеза. Он лежал на спине, уткнувшись взглядом в одну точку в потолке и тихо плакал. Договорив с Бан Чаном, Чанбин вернулся в комнату. - «Ну ты чтооо…» - подошёл он к кровати, присаживаясь рядом с парнем. Хёнджин подполз к его коленям и разрыдался. Чанбин крепко обнял его, продолжая успокаивать. - «Может позвоним врачу, если так сильно болит?» - «Дело не в боли» - немного успокоившись, сказал Хёнджин. «Я не поеду с вами на концерт, я вас подставил» - сказал он, закрывая голову рукой и зарываясь лицом в кровать, как будто прячась от стыда. - «Хёнджин-а, не говори глупостей. Не о какой подставе и речи не идёт. Это могло случится с каждым из нас» - уверенно сказал Чанбин, смотря парню в глаза и пытаясь поймать его взгляд. «Представь, если бы такое случилось с Минхо, например. Ты же не считал бы, что он кого-то подставляет?» - «Нет…» - тихим голосом ответил Хёнджин, всё ещё похныкивая. Он приподнялся на кровати и снова взял Чанбина за руку. «Прости. Мне просто очень тяжело. Я не знаю как с этим справлюсь. Всё ведь уже было распланировано» - «Мы поможем тебе пройти через это. Ты же знаешь, ты можешь обратиться за поддержкой к любому из нас. Я вообще не отойду от тебя ни на шаг» - «Не нужно» - немного улыбнувшись мокрыми от слёз губами, сказал Хёнджин. Он прекрасно понимал, что чем больше Чанбин проведёт с ним сейчас времени, тем больше ему придётся навёрстывать всё в студии. «Прошу тебя, иди к ребятам и продолжай работать. Я не хочу, чтобы у тебя из-за меня были проблемы. И я не хочу, чтобы ты потом торчал в студии до ночи» - «Я могу пойти на эти жертвы. Для меня главное, чтобы ты чувствовал себя в безопасности зная, что я в любой момент помогу, если тебе вдруг станет плохо» - «Сейчас мне гораздо лучше. Прошу тебя, иди. Мне так будет гораздо спокойнее. Я не люблю, когда у близких мне людей из-за меня проблемы, это разрывает мне сердце» - «Хорошо» - нехотя согласился Чанбин. Он не хотел, чтобы парня мучала совесть. Он знал, что тот и так переживает. «Я пойду, но с одним условием: каждые пол часа ты сбрасываешь мне своё фото, чтобы я видел, что с тобой всё хорошо» - на полном серьёзе сказал Чанбин. Хёнджин рассмеялся, но согласился это сделать. Чанбин поцеловал парня в лоб, проверил, всё ли у него есть необходимое, взял свою сумку и поехал в студию. Каждый день Чанбин проводил всё своё свободное время рядом с Хёнджином, ухаживая за ним. Хёнджин чувствовал его поддержку, и выздоровление шло как нельзя лучше. Через неделю он начал нормально спать по ночам, потому что до этого он не мог заснуть из-за ноющей боли. До концерта остался один день, и парни собирали чемоданы в дорогу. Хёнджин ходил по дому от одной комнаты к другой, разговаривая с мемберами и поддерживая их перед концертом. Наступил день отъезда, и все, включая Хёнджина, спустились вниз. Он провожал парней, спрашивая ничего ли они не забыли, перечисляя всё самое важное. Он старался держаться, чтобы не расплакаться и не сделать и без того тяжёлое прощание ещё тяжелее. Чанбин подошёл к нему молча и обнял, положа голову парню на плечо. - «Я всегда на связи, ты знаешь. Если тебе станет хуже, или что-то понадобится, или просто захочешь поболтать, звони мне. Договорились?» - спросил Чанбин, сдерживая слёзы. Хёнджин молча закивал, потому что сам еле держался чтобы не заплакать. Парни загрузили все вещи по машинам и уехали. Хёнджин вернулся в свою комнату в пустом доме и громко заплакал, дав волю эмоциям. Он больше всего боялся этого момента, тщательно пытаясь это скрыть. Но сколько не убеждал себя, разлука с Чанбином разрывала ему сердце. На следующий день Хёнджин поехал в парк, где они часто гуляли с Чанбином, чтобы хоть на мгновение воспроизвести в памяти те прекрасные моменты, когда они были вместе. Он пошёл к озеру, где учил Чанбина фотографировать в тот самый день, когда впервые начал осознавать свои чувства. Он улыбнулся, вспоминая, как был резок, не понимая, что с ним происходит и был благодарен Чанбину за его понимание и терпение. Хёнджин знал, что с ним бывает нелегко. И Чанбин был одним из немногих, если не единственным человеком, который понимал и принимал его таким, какой он есть. Хёнджин пришёл к деревьям сакуры, где они в тот же день заметили скрывающуюся за деревьями беседку. Он прошёл мимо деревьев той же дорогой, какой они шли вместе, представляя, как держит Чанбина за руку. Зайдя в беседку, Хёнджин сел и закрыл глаза. «Как же я по тебе скучаю» - сказал он вслух. «Прости, что так и не набрался смелости сказать тебе лично. Но я обязательно это сделаю, когда ты ко мне вернёшься. Я люблю тебя…». В этот момент в кармане зазвонил телефон. Достав его и посмотрев на экран, Хёнджин улыбнулся. Это был Чанбин. - «Как ты там, Хёнджин-а?» - «Всё хорошо, я сейчас в парке» - сказал Хёнджин, вытерев проступившую слезу.