Ты мне должен

- Чееерт, лучше бы я умерла, - пробормотала Муза, едва открыв глаза, когда пришла в себя на больничной койке. Ее возмущению не было предела, что, в общем-то, вполне оправданно: она лежала на старой жесткой кровати, от которой всё тело затекло и ужасно ныло, и это если не учитывать боль от ушибов и порезов, происхождение которых вызывало у девушки много вопросов; в лицо бил ослепляющий свет, заставляющий щуриться и прятать глаза в одеяло; в нос ударял резкий запах антисептика, от которого ее вот-вот стошнит; а сама она была одета в какую-то нежно-голубую пижаму с розовыми единорогами. Просто прелесть. - Чего? - Раздалось сбоку. - Что ты здесь делаешь? - Тут же перешла в нападение девушка, явно не ожидавшая увидеть здесь этого заносчивого специалиста, кажется, растерявшего всю свою спесь и потому теперь смотревшего на нее недовольным взглядом с нотками заботы, которые он тщательно скрывал. Но Муза знала его слишком хорошо, чтобы ему удалось хоть что-то от нее утаить. - Просто хотел убедиться, что я вернул тебе долг, - холодно и слишком серьёзно ответил он. Теперь стало ясно, почему идея девушки умереть вместо того, чтобы носить слишком ванильно-сопливо-милую пижаму, вызвала у него столько возмущения. Забавно, ведь будь Ривен героем какого-нибудь подросткового сериала по типу тех, что любит снимать Нетфликс, он бы обязательно ушел после этих слов, оставив девушку в смятении или страдании. Но он остался, а вместе с ним - неловкое молчание, сковавшее обоих. - Так... И долго я была без сознания? - Решилась все-таки нарушить тишину Муза, несколько озадаченная тем, что ее спутник не торопился покидать лазарет. - Неделю. - Сколько?! - Тебе здорово досталось, профессор Харви думал, что ты проваляешься тут не меньше пары недель, - сказано как-то слишком непринужденно, словно сейчас перед девушкой сидел не имеющий богатый опыт командир одной из военных частей Эраклиона, а тот самый Ривен, с которым она перекинулась всего парой нелестных фраз и дурацких шуток про большие палки на первом курсе. - Но, - протянула Муза, задумавшись - он бил меня, но не настолько. А что с той девушкой, которая была со мной? - Чуть более обеспокоенно добавила она. - Какой еще девушкой? - Рив придвинул свое кресло ближе к кровати, наклонился и прищурился, внимательно вглядываясь в лицо брюнетки. Его окутали сомнения, ведь если показания Музы верны, то в тот день в Алфее его группа специалистов не спасла студентов, а лишь показала свою несостоятельность, упустив и не сумев помочь ещё одной жертве. Муза лишь растерянно смотрела на него, вспоминая ужасный порыв злости, накрывший ее с головой, заставивший хотеть чужой смерти. Сейчас эти чувства вызывали в ней столько непонимания и отторжения, что она была готова исчезнуть примерно так, как это сделали динозавры, лишь бы только никто не узнал об этом неестественном для нее и любого психически здорового человека состоянии. Тем не менее, она решилась сказать хоть что-то: - Там была девушка с темными волосами в каком-то дерзком наряде. Черт, он избивал ее с такой яростью, что, кажется, я слышала, как ломаются ее кости, - Муза осеклась, увидев странную реакцию на лице Ривена, но продолжила, - потом он... Разорвал ее кофту и, кажется, хотел изнасиловать, но вместо этого бил ножом по груди, - последние слова она произнесла совсем тихо, опустив взгляд, не выдержав эмоционального давления собеседника. - Ты серьезно? - Рив вскочил с места и с силой засадил кулаком по стене, от чего там осталась вмятина, словно строители древней школы в принципе не беспокоились о возможных нагрузках на конструкцию, впрочем, в свете последних событий это уже совсем не впечатляет. - Нет, скажи мне: ты шутишь? Или тебе нравится говорить о себе в третьем лице, устраивать тут непонятные загадки?! - Парень уже был готов наброситься на нее с кулаками, но вовремя остановился, замерев около кровати. Удивительно, ведь ему никогда не удавалось остановить неуправляемый поток гнева, но только не с ней. С Музой вообще всё было по-другому. И вот сейчас, ничего не понимающая, она сидела перед ним на кровати, маленькая и беззащитная, инстинктивно сжавшаяся и обнявшая себя руками, будто бы это спасло ее от двойной порции сокрушительных ударов. И именно сейчас ей чертовски шла эта глупая пижама, которую купила Блум, ведь для лучшего восстановления Музу было необходимо переодеть в легкую хлопковую ткань, а в ее гардеробе уже давно не было ничего даже отдаленно напоминающего необходимую в этой ситуации одежду. Чуть успокоившись, Ривен снова сел на свое место и тихо продолжил: - Там больше никого не было, Муза. Это у тебя был сломан нос и четыре ребра, но скажи спасибо Терре и ее чудесным мазям, - парень слегка улыбнулся, упоминая добродушную и вечно занятую в теплице девушку, но затем его лицо помрачнело и он добавил, - и это тебе чуть не провели мастэктомию. - Да откуда ты таких слов набрался, - прошипела Муза, а затем ужаснулась, оттянув ворот кофты и заглянув под нее: всё скрытое под одеждой тело было перемотано бинтами, которые, хотя и выглядели свежими, успели пропитаться кровью. Девушке стало дурно от этого зрелища, но вовсе не потому, что ее сколько-нибудь смущал вид истерзанного тела, а потому, что, несмотря на все отчаянные попытки отрицать произошедшее, ее накрыло осознание - в тот день она желала смерти самой себе. И что это было? Суицидальные наклонности? Сдвиг кукухи? Была она жертвой или палачом? - Блять, да что за дерьмо, - воскликнула она, а затем подтянула колени к груди и опустила на них голову, накрывая ее трясущимися руками в надежде скрыть от собеседника горячие слезы, которые так некстати потекли из ее глаз, будто то был старый ржавый кран, из которого то и дело капала вода, раздражая и без того нервного хозяина дома. Ривен не перестает удивлять. Специалист пересел на кровать и очень аккуратно обхватил руками девушку, слегка прижимая ее к себе, и опустил свою голову на ее. Ему не нужно было ничего говорить, ведь все его движения, чувства и тепло сами доносили до Музы такие необходимые слова: он здесь. Он рядом. Он защитит и никогда не отпустит. Спустя какое-то время девушка наконец смогла успокоиться и, мягко оттолкнув парня, добавила: - Всё. Хватит этих соплей. - О боже, ты пришла в себя! - Наигранно удивленно ответил специалист, наблюдая, как Муза вытирает последние влажные капли с лица, завязывает высокий хвост и оглядывается в поисках чего угодно, что позволит ей избавиться от этих глупых единорогов, - теперь ты не похожа на принцессу, которая сидит в замке с драконом и тупо ждет принца. - Вообще-то, - съязвила в ответ девушка, - прицессу при спасении принято целовать, но ты не отличаешься манерами. - А что, так хочется? - В его глазах заиграл огонь, через который в безудержном веселье, словно свергнув небеса, прыгали пьяные бесята. Его затягивал карий омут напротив, заставляя стремительно сокращать расстояние между их лицами и сталкиваться носами, что всегда вызывало у Музы искренний смех. Но не в этот раз. Если бы следствием избиения стала потеря памяти, Муза была бы рада. Но, к сожалению, перед ее глазами до сих пор стояла картина того, как Рив, наплевав на всё и всех, ушел. Оставил ее разбитой, Би - взбешенной, а Ская - весьма озадаченным. И потому сейчас, сидя так близко, обжигая ее горячим дыханием и даже не пытаясь поправить взъерошенные волосы, он не вызывал у нее достаточного доверия. Но всё же глупо отказывать человеку, который сам учил ее жить по принципу "дают - бери, не дают - отбери, бьют - беги". - Очень. - Будешь должна, - прошептал он совершенно несправедливо, ведь только по согласию обоих их губы встретились в поцелуе, сначала едва ощутимом, но затем - всё более глубоком, настойчивом и требовательном. Муза когда-то занималась танцами, а Рив просто не пропускал ни одной юбки, поэтому сейчас их языки сплетались в таком диком танго, что им бы позавидовали даже самые известные хореографы. Специалист крепко обхватил девушку за талию одной рукой, а другую зарыл в ее волосах, не давая той даже шанса разорвать их контакт, хотя Муза даже не собиралась этого делать. Успех военной операции заключается в том, чтобы не дать противнику завладеть твоим вниманием - этот урок Сильвы Муза помнила очень хорошо, поэтому ей не составило труда повалить специалиста на кровать и с победной улыбкой усесться сверху, выгибая спину, чтобы прижаться к его мощному торсу и вновь припасть к его губам, отчего джинсы парня изрядно натянулись в области паха, выдавая всё его желание. Страсть, кипящей сталью разливающаяся по их венам, и невероятной силы магнетизм, завладевший ими, не позволили им услышать, как дверь лазарета тихонько скрипнула и в помещение вошли две девушки - Блум и Аиша, которые не находили себе места от беспокойства за подругу и каждый день приходили проверять ее состояние. Девушки не знали, что ошарашило их больше: то, что Муза наконец пришла в себя, или то, какая недвусмысленная картина предстала перед ними. Блум уже была готова улюлюкать и хлопать в ладоши, но Аиша вовремя ее остановила, схватив за руку и вытолкнув за дверь. - Эй, - разочарованно взвизгнула рыжеволосая, оказавшись в коридоре. - Думаю, не стоит им сейчас мешать, если ты, конечно, не хочешь умереть страшной смертью от рук Ривена, - тактично заметила Аиша, - пошли отсюда, - она направилась в комнату, утаскивая за собой подругу. - Думаешь, давно они? Так вот почему она позвонила ему, - никак не унималась Блум, нехотя следуя за подругой. И пока эти двое, оставшись незамеченными, удалялись в общие апартаменты, Муза и Ривен проклинали ограниченную емкость легких, не позволившую им в полной мере насладиться друг другом и заставившую прервать долгожданный поцелуй, даже не приступив к чему-то большему. Но, в конце концов, они оба понимали, что расположенный на первом этаже лазарет с его большими окнами без штор и отсутствием замка на двери был не самым подходящим местом для уединения, хотя и не самым худшим из тех, что можно было найти в школе, да к тому же, Музе сейчас была противопоказана любая физическая нагрузка. Чуть отдышавшись, девушка с театральным удивлением-ужасом произнесла: - О боже, как же я смогу расплатиться за это, - и все-таки к танцам у нее были гораздо большие способности, чем к театральному мастерству. - Ты уедешь со мной, - жестким тоном ледяного голоса ответил ей Ривен, кажется, совершенно забыв, как всего минуту назад таял от ее прикосновений. - В смысле? - Улыбка тут же покинула лицо Музы, а сама девушка напряглась и отодвинулась от специалиста. - Здесь небезопасно, Муза, а ты не можешь за себя постоять даже после наших тренировок. А если я не смогу помочь тебе ещё раз, что тогда? Пригласишь на свои похороны?! - Ривен уже не на шутку завёлся, расхаживая вокруг кровати. - Спасибо за беспокойство, но я и сама справлюсь, - натянула она самую широкую улыбку, какую только могла, обиженная такой оценкой навыков самообороны. - Муза, пожалуйста, - умоляюще протянул Ривен, присев перед ней. - Рив, слушай, я уверена, что теперь мисс Даулинг наймет охрану, или королева Луна кого-нибудь пришлёт ради безопасности своей дочери, так что здесь нечего бояться. - Ради безопасности принцессы королева забрала ее домой, а Даулинг она послала куда подальше. - Черт, это ужасно, - прошептала девушка, вцепившись в край кофты, - зная ее методы... В последний раз, вернувшись из дворца, Стелла была сама не своя, она... - Когда ты стала такой наблюдательной? - Перебил ее Ривен. Он не был в курсе всех подробностей воспитательного режима королевы, однако знал от Ская, что жизнь в ее дворце была мегахуевой. И вряд ли Стелла, которая крайне редко находила с кем-либо общий язык, могла решиться на такие откровения с Музой. - Когда ты меня бросил, - девушка столкнулась с удивленным взглядом, - ты ушел, а значит, наши совместные тренировки закончились. Все специалисты - жуткие сексисты, поэтому мне пришлось учиться всему самой. Я очень много за ними наблюдала и отрабатывала все эти приемы сама, - с грустью, но вместе с тем и с гордостью продолжала Муза, - они стали воспринимать меня всерьёз только, когда Сильва официально включил тренировки в моё расписание. И тогда пришлось стать еще внимательнее. - Послушай, я договорюсь со Скаем, тебе найдут место в замке Эраклиона, будем жить рядом, сможешь тренироваться сколько угодно и заниматься чем угодно, - уже более настойчивым, но все еще умоляющим голосом продолжил специалист, - к тому же, медицина там гораздо лучше, чем те странные банки-склянки, которые приносит Терра. - Но я не могу вот так просто взять и бросить учебу. А как же девочки? Стеллу и так увезли, а если ещё и я уеду... - Подумай хоть раз о себе, - снова бесцеремонно он ее перебил, - и вообще, Беатрикс не даст тебе спокойно жить, а еще здесь этот твой цветочный мальчик, - упоминая последнего, парень скривил гримасу отвращения. - Сэм? - Озадаченно уточнила Муза. А с чего это его вдруг волнует Сэм? Она рассталась с ним достаточно давно, и теперь все их общение сводилось всего к двум словам: "привет" и "пока", впрочем, Ривену неоткуда было это знать. Однако потенциальная разгадка все-таки забралась в её голову, - он приходил сюда? - Каждый день, - раздраженно процедил Ривен, вызывая у девушки ещё больше изумление: неужели этот садовод-любитель все еще беспокоится о ней? Да даже если и так, какое Ривен имеет право увозить ее, лишь бы только она не общалась с бывшим. Муза раздраженно поднялась на ноги и спросила, заглянув специалисту в глаза: - Ты что, ревнуешь? - Да, черт возьми, - сам того не ожидая, совершенно искренне выпалил он в ответ. - У тебя нет для этого оснований, - с ухмылкой произнесла Муза, разведя руки в стороны. - Ты моя девушка, - закипая, но пока еще сдерживая себя, ответил специалист. - Мы расстались, Рив, и больше ты мне не предлагал встречаться. - Муза, черт тебя побери, - вспыхнул, - давай встречаться, - разгорелся сильнее, - а может лучше замуж за меня выйдешь? - С этими словами он достал из кармана небольшую коробочку, в которой лежало маленькое аккуратное колечко из серебра. Вот ведь мерзавец, запомнил, что Муза терпеть не может золото, брилианты и прочие дорогие украшения. Не дожидаясь ответа, он надел его девушке на палец, - всё? Довольна? - Но я ведь не сказала "да", - парировала Муза, даже слегка загордившись тем, что ей удавалось так легко найти, что ответить на все его слова и поступки. - Но ты не скажешь "нет", - понизив тон, возразил Ривен, сделав шаг к ней. И ведь был прав. Сволочь. - Ладно, - наконец сдалась Муза, понимая, что это не та военная операция, из которой ей суждено выйти с высоко поднятой головой, - помоги мне собрать вещи, - бросила она, направляясь к выходу, и уже в коридоре добавила, - но я хочу снова заняться танцами. И, возможно, музыкой.

***

Блум никак не могла успокоиться, отправляя миллион сообщений Скаю, пытаясь выяснить, знает ли он что-то об отношениях его друга с ее подругой. - Может хватит? Если между ними что-то и есть, то вряд ли об этом хоть кто-то знает, - несколько безучастно сказала Аиша, - к тому же, нам надо готовиться к контрольной, - на этой фразе рыжеволосая закатила глаза. - Блум, я думаю, что Муза сама скоро нам все расскажет, - Терра заботливо положила руку ей на плечо. Дверь в общую комнату резко распахнулась, с грохотом ударившись о стену, и в помещение вошли те двое, которых Винкс только что обсуждали. Не проронив ни слова, Муза сразу же направилась в свою комнату, чтобы переодеться: она схватила чёрные джинсы, первую попавшуюся футболку и ту самую куртку, которая теперь, постиранная, аккуратно лежала на кровати; а затем принялась собирать вещи, которых, к радости, было немного, и все они умещались в один чемодан. - Эй, что происходит? - Хором спросили оставшиеся из Винкс, когда Муза передала чемодан Ривену. - Мы уезжаем, - четко и сухо ответил им специалист. Муза схватила со стола последнюю оставшуюся вещь - любимые наушники, и направилась к выходу, бросив подругам на прощание: - Так будет лучше.