Тайны Минска или как не заметить любовь

Даня довольно давно находился в команде и уже давно успел привыкнуть ко всем. Хоть это и было для него непривычно. Всё-таки с новыми людьми он предпочитал минимально контактировать. Для таких моментов у него был Паша, который и поесть принесёт, и поговорит с кем надо. Зорин спустя пару месяцев освоился в городе и наконец-то начал передвигаться по нему с минимальными проблемы. В будние дни ездил на базу — за город, а затем, после тяжёлыхстренировок, приходя уставшим, заваливался сразу же спать. Иногда ему звонил Мелёшин, когда у того тоже не было тренировок, но Даня многие звонки умудрялся пропустить, настолько крепко спал. Паша старался не расстраиваться из-за этого, но всё же каждый такой «отменённый» разговор, он принимал близко к сердцу. Паша за те месяцы, что Даня был в аренде, сам успехами не блистал. Начинал хорошо, много раз выходил в старте, но забил всего пару голов. С августа месяца он не забил ни одного гола, после того самого матча с Нижним Новогород, затем выезд, травма, выбывание на три недели, а когда вернулся, то тренер уже поставил другой состав, и Мелёшина там не видел. Но Паша всё же старался не расстраиваться из-за этого, потому что вдруг его ещё найдут где применить, а зимой и вообще уйдёт в аренду. Иногда Паша вспоминал как они с Даней, вместе сидели на скамейке и хихикали с разных тем, даже и не надеясь выйти на замену. Но когда же всё-таки Пашу выпустили, он пестрил голами. Особенно в игре с Химками, когда ему голевую передачу отдал Даня и тот еле сдерживал свои эмоции, чтобы они не перехлестнули его прямо на поле. Но с тех пор прошло очень много времени и Даня уже несколько месяцев как в Минске, и забивает там. Причём красиво забивает. Издалека в «девятку» в игре с Брестским Динамо, дубль за 115 секунд. Всё это происходило чуть ли не за один месяц в карьере Дани. Но он никогда не любил хвастать своими достижениями. Ровно также, как и отмечать эти голы. Кроме того самого в игре с Неманом, Зорин никак голы не отмечал. Только отдавал «пять» тому от кого пошла передача и всё. Скромность. В очередной раз Даня пришёл после тренировки в свою пустую съёмную квартиру и не смог уснуть сразу, что было удивительно для него. Никогда такого не было. Он приготовил себе лёгкий ужин в виде салатика, и пока ел его, стал копашиться в телефоне и заметил пропущенный видеозвонок от Паши в телеграме. И решил сразу же набрать его. — Привет! — Радости Мелёшина не было предела. Он так давно не видел Даню, что отдал бы всё что угодно, лишь бы пообщаться с ним вживую, а не через чёртов экран телефона. На его фотографии он и так мог посмотреть. — Привет. Увидел, что днём ты звонил. Как дела? — сказал Даня, даже не удасуживаясь тому, чтобы перестать жевать во время разговора. Он поставил телефон на сахарницу и принялся клевать носом в тарелку, чтобы огурцы сразу падали обратно, а не на шорты, в которых он ходил дома. — Слушай, ну так себе если честно, особо не играю, ни за основу, ни за молодёжку, тупо просиживаю штаны, так что совсем грустно от этого. Ну а ты-то как? Видел тебя есть с чем поздравить. — Да не особо… — жуя говорит Даня, залипая в экран глядя на Пашу. — Сам понимаешь, сам чемпионат ниже уровнем, игроки не настолько сильные как у нас, так что… — Ой, да ладно тебе, кто на это смотреть будет. Все будут смотреть только на статистику твою, которая, кстати, очень даже отличная. — Я особо на это не смотрю, ну да, четыре гола и две передачи, осталось совсем немного до конца аренды. — Да. Скоро увидимся. — Обязательно. Они прообщались так ещё минут сорок, особо не замечая того, что общаются по видеосвязи и не могут прикоснуться друг к другу, и этого дико не хватало обоим. — Ещё Влад, обычно… хах, — прерывался Даня на смех во время разговора, — прямо вов ремя тренировок, устраивает феерию, он придумал наказания для тех, кто не попадает в ворота. Однажды, у нас была серия ударов из-за штрафной, и сам Влад, не попал! Прикинь! В пустые! Мы так долго ржали над ним, что он аж смутился. Но потом очухался и начал выполнять своё же наказание. Вадим Викторович остался довольным таким поворотом событий. И сказал «Кто больше всех говорит — больше всех делает». Странная фраза, но тогда она была к месту. Паш? — М, да? Я тут. — Ты что-то совсем прикорнул, — сказал Даня, пока делал себе чай. — Да что-то так внимательно слушал тебя, что начал засыпать от твоего голоса. — Даже не могу воспринимать жто как комплимент, потому что сразу чувствую себя той самой училкой по истории, которая что-то рассказывает и половина группы благополучно засыпает. — Прости. — Ничего страшного. Я понимаю, что ты пытался подкатить ко мне, даже по видеосвязи, пока я в Минске. — Хах, ну есть такое, да. — Паша положил голову на кулак, разглядывая квартиру (нет), а точнее её нынешнего владельца сзади, пока она заваривал чай и доставал чайный пакетик с самой верхней полки ящика. — Я заметил, что ты в основном общаешься с этим Морозовым? Как он тебе? Даня тут же задумался, потому что вспомнил одну историю с ним. Влад очень долгое время поглядывал на Даню, вот как только это блондинистое чудо впервые появилось у них на тренировках в Стайках. Даня тогда травмировался и некоторые тренировки пропускал. Влад внимательно изучал их новичка и смотрел за тем, что он делает. Что иногда он брал не одну рыбу, а две на обеде, что любил занятия с мячом больше, чем растяжку или беговые. В какой-то момент он решил заговорить с Даней. Начал расспрашивать о его жизни. Они тогда тренировались в парах, и Влад быстро сделал так, чтобы у Зорина и не было шанса остаться не с Морозовым. Влад заинтересованно слушал, что рассказывал ему Даня, хотя тот был не особо сговорчивым. И он решил пойти чуть другим путём. — Дань, так как ты недавно у нас, может тебе нужна экскурсия по Минску? Как раз у нас завтра выходной. Зорин обдумав это предложение несколько секунд, ответил утвердительно, не находя в этом ничего сомнительного. — Ты чего завис, Дань? — Да так, просто вспомнил кое-что. — У тебя что-то есть с этим Владом? — Зорин повернулся и вопросительно посмотрел на Пашу. — Это просто вопрос, — слегка саркастично сказал Паша, явно понимая, что какой-то белорусь привлёк внимание его благоверного. — Паш, ничего такого нет. Ты же сам понимаешь, что это глупо. Я здесь всего на полгода. Аренда без права выкупа. Я в любом случае вернусь в Москву. — Ну да, да. Мало ли задумал какую интрижку, пока никого у тебя нет. Даня лишь закатил глаза на это высказывание Паши, потому что его раздражал ревнивый Мелёшин. Его невозможно уже было остановить. Сначала та девушка, которая проявила к Дане внимание, теперь Влад. Даня просто уже не пытался спорить и просто ждал, пока улягутся эмоции у Паши. Если бы Мелёшин говорил это вживую, то он уже бы дал подзатыльник Зорину и стоял бы довольный. Но так как он не мог так сделать, то приходилось душить его словами. И Паше это нравилось. С одной стороны ему нравилось командовать, а с другой — они свободные и взрослые люди, так что не было смысла указывать что и как делать Дане. Морозов и вправду был бы непротив от лишнего внимания от новичка, но тот совсем не поддавался на провокации и оставался на своём. Непреступная стена для Морозова стояла и даже не шелахнулась от его действий. Они с Зориным очень неплохо погуляли по Минску, Влад сначала взял для Дани капучино в Hotfix, а затем начал прогулку от Центрального вокзала. Они всё шли и шли. Влад рассказывал про Площадь Ленина, затем показал на карте Площадь Победы, до которой было принято решение не идти и продолжить прогулку около Национального Олимпийсского Стадиона Динамо. Даня с интересом всё слушал, потому что всегда интересно узнавать что-то новое, особенно в другой стране, которая считается братской. Люди были достаточно приветливые и не отказывали ни в чём. Влад попросил прохожего сфотографировать их на фоне филологического университета. Прохожий оказался фанатом Минского Динамо и сразу после этого попросил сфотографироваться с Владом. Тот не мог отказать болельщику. — Ладно тебе, Паш. Он просто одноклубник. — Ага, знаю я эти ваши «он просто одноклубник». — Паш, прекрати, иначе я сброшу звонок. — Отнекиваешься — значит есть что скрывать, — не успокаивался Мелёшин. — Ой, остановись, — умолял уже Даня. — Я буду присматривать за тобой и Владом. — Если что-то найдёшь — пиши. Мелёшин закатил глаза и, попращавшись, закончил звонок. У Дани остался неприятный осадок на душе. Что-то не так было между ним и Влад, только сам он не понимал, что происходит. От чего внезапно начали идти по швам отношения с Пашей, один из немногих людей, которые поддерживали его не смотря ни на что. Кроме как с семьёй Даня особо не общался. Даша и родители иногда приезжали к нему в Минск, чтобы поддержать, Паша только так — издалека, но хоть как-то. И терять такое из-за какого-то Морозова — было просто глупо.