Первый снег

Первый Декабрьский снег мягко падал на вечерний город, укрывая улицы белоснежным одеялом. Мороз не больно обжигал щеки, заставляя прятать часть лица в воротник куртки или еще сильнее укутываться в шарф, а приятно облекает мягкую, розоватую кожу. Ей до безумия нравилась такая погода. Слушая хруст снега под ногами, она неторопливо брела в сторону дома, лишь иногда устало вздыхая от тяжести кожаного портфеля. В момент воздух стал тяжелее. Отражаясь от стен панельных многоэтажек, сзади послышались твердые, настойчивые шаги. Он идёт точно к ней, она уверена. Бежать смысла нет – все равно догонят. Кричать? а вдруг где то рядом такие же, как он, люди, определенно не желающие девушке ничего хорошего. В животе собиралось липкое, противное чувство страха, ноги подкашивались. С каждым мгновением идти было все тяжелее. Она была в ожидании удара, нападения, крика, да чего угодно. Это ожидание вперемешку с тревогой сдавливало грудь, а глаза предательски начинают слезиться. Её дыхание прервалось, когда мужская рука резко упала ей на плечо. –Ты чего убегаешь, жаным? – послышался негромкий, обеспокоенный голос прямо над ухом. Приятное облегчение и полное ощущение безопасности. Это был он. Самый ласковый, самый добрый, самый любимый. Только её любимый, и только ею. Только её кудрявый мальчик. Только её Валера. Насупленные ранее брови резко встали домиком, а поджатые губки расплылись в теплой улыбке. Повернув голову на девяносто градусов, её нос встретился с носом человека, который минуту назад её чуть до белой горячки не довел. Задержав взгляд на пару секунд на его проницательных, серых глазах, она, не говоря ни слова, обвила свои маленькие ручки вокруг его шеи, и, положив голову на грудь, замерла. Она не хотела разговаривать, не хотела представлять, что было бы, если бы за спиной оказался не он, не хотела отстраняться и выпутываться из объятий молодого человека... –Эй, все нормально? – слегка положив руки на талию, спросил он –А мы можем еще немного вот так постоять? –Только недолго, у тебя щеки холодные очень. Промерзла вся небось. Когда научишься одеваться по погоде? И вообще почему одна идёшь, почему меня не дождалась? А еще ты портфель уронила. – Ругается. Ругается, потому что волнуется. Волнуется, потому что любит. А любит.. впрочем, на это и не нужны какие то особенные причины. Её руки неприятно покалывали, ноги промокли насквозь, да и куртка начинает продувать, но в глазах, не уступая места былому страху, было видно только спокойствие и необъятную любовь. –Ну всë, пойдем. – Взяв в руки сумку, которая валялась в ближайшем сугробе под ногами, строго сказал кучерявый. – Нос краснющий. Ты заболеть хочешь? Я тебя лечить не буду. Будет, еще как будет. – Валера.. – она смотрит на него сверху вниз совиными глазками – Ая. – пытаясь максимально повторить её тон речь и понять, в какую сторону сейчас пойдет разговор. – Люблю тебя. – Девушка произносит это с такой уверенностью, с какой не произносила никогда раньше. Да и произносила ли вообще? – Пф, я знаю. – Засмущался. Очень сильно. Это было слишком неожиданно, и сил признать, что именно эти слова ему были необходимы весь этот долгий, изнурительный день, у него не было – Прид.. – она не успевает договорить оскорбление и отвернуться, притворяясь обиженной, как тут же слышит ответ – Я тебя тоже –легко вылетает из его уст. Видел бы его кто сейчас, не поверили бы, что это сам Турбо, да таким влюбленным взглядом, смотрит на девченку, что заполняет все его мысли с самого своего появления, каким раскрасила его серую, мрачную жизнь, наполненную болью и суровыми реалиями, и принесла в неё что то такое чистое, как то, что сейчас между ними происходит. Не дожидаясь никаких возражений или упреков с её стороны, он нежно касается своими губами её губ.