Cold

Пустой двор снова встречает брюнета тишиной и воспоминаниями, от которых дрожат руки. Здесь он полюбил, и здесь же лишился всего. В голове неминуемо закрутился младший, его выгоняли оттуда сигаретами., не хочется снова плакать в подушку ночью. Мысли сводились к Бомгю постоянно, вечный холод и пустота стали спутниками. Опускаясь на холодные качели, сознание вернуло его в детство. —Хён, пойдем играть! – перед ним снова нарисовался маленький брюнет, детский смех и такая же улыбка. До жути мило и нелепо, Чхве лишь смеется и встает. —Я старше тебя на два года, какой хён… - из уст Бомгю все звучало привлекательно, до слез и нервного смеха. Такой маленький и забавный медвежонок, Ёнджун улыбался как он, держа в руках мячик. Тогда это казалось правильным, видеть, как Чхве дует губы и через секунду разражается смехом, с ним так тепло… —Хён, давай останемся друзьями навсегда? – вот перед его лицом тонкий мизинец, и нетерпеливые шоколадные глаза, которые позже он полюбит до потери пульса. —давай, медвежонок. – Ёнджун усмехнулся, скрепляя их клятву и смотря чётко в глаза. Они оба еще дети, временами понимающие больше, чем взрослые. Бомгю всегда краснел от такого обращения, но только когда это говорил старший Чхве. И это чертовски мило. Дети встречают закат вместе, сидя на прохладном песке и болтая обо всем – Чхве младший в деталях описывал кошку из соседнего двора, Ёнджун чертил на песке различные фигуры. —Хёёён, ты слушаешь?? – Такой нетерпеливый медвежонок, старший лишь смеется и кивает, отрываясь от своего занятия. Уже тогда их тянуло друг к другу, неимоверно сильно. Порой Ёнджун не успевал открыть глаза, а на пороге комнаты уже стоит Бомгю с игрушками – они жили по соседству. И маленький медвежонок стал первым другом брюнета… Из воспоминаний выдернул небрежный толчок женщины, чье недовольство он слышал еще долго. Плевать на детей, сигарета в два счета оказалась у пухлых губ. Вдохнуть и отпустить ненавистный и до боли любимый образ. От понимания что Чхве вернется во снах, стало очень больно – вот слезы катятся по щекам, а руки сильно дрожат. Он все еще любил его. Серая квартира встретила гнетущей тишиной, парень давно жил один, ему временами даже нравилось. Но когда он разбивался от своих воспоминаний, усеивая осколками пол и проклиная весь свет., хотелось оказаться в теплых материнских руках и дать волю эмоциям. Прокуренный балкон и чашка кофе в руках, так парень проводил большинство вечеров. Вечерний город был красив, делить его красоту хотелось с кем-то… Нет, только с одним человеком, но ему кажется все равно – ни одного сообщения от Бомгю. Чхве вычеркнул его из своей жизни еще два года назад, а Ёнджун все еще плачет от боли. Разве он заслужил? Нет… Слезы снова навернулись на глаза, разбивая сознание и тело на осколки. Стекло будет собрано завтра, сейчас кровать прогибается под его весом. Снова беспокойные сны, как бесконечный круг ада. Остальное будет иметь смысл с пробуждением, сейчас ему плевать на всех и всё, до самой глубины души Где-то мельтешил Шон, маленькое и близкое душе создание. Он будто понимал состояние хозяина и каждый вечер делал одну вещь - хаотично бегал под ногами. И кажется справлялся со всем удачно, руки хозяина смыкаются, а шершавый язык слизывает всю влагу с щёк. —Шон... Хватит.. - Чхве отбивался вяло, сил не осталось. Он так скучал по теплым вечерам с младшим, тепло от его касаний ощущалось на коже. Завтра все будет как и вчера, даже яркие цвета города становились серыми.