Шрамы на его теле

Пик горы. От количества белого цвета можно было бы сойти с ума, если бы не бордовые капли на снежном покрове. — Чу Ваньнин! — прорычал Мо Вэйюй, — как ты смеешь идти против этого Достопочтенного? Несмотря на громкость голоса и оставшуюся бойкость характера, Мо Жань был сильно ранен и истекал кровью. Чу Ваньнин, в свою очередь, был практически цел и невредим. Если сравнивать с Мо Жанем, конечно. У них у обоих было много повреждений. — Не думал я, что учитель этого Достопочтенного окажется таким безжалостным, — по воздуху проносится громкий и измученный смех мужчины, он едва держится на ногах, но продолжает свою борьбу. — у тебя ведь и правда лёд вместо сердца! такие слова ранят Чу Ваньнина сильнее, чем Бугуй, который по праву считается одним из самых острых и смертоносных клинков. но он должен бороться. Юйхэн плевать хотел на свою честь, но он должен был защитить своего ученика, Сюэ Мэна, чтобы тот не испытывал ужасы времяпрепровождения с императором наступающим на бессмертных. — Отступи, Мо Вэйюй, и оставь Сюэ Мэна в покое. — Ты сначала попробуй меня остановить. — Уже пытался, посмотри на себя. Но тотчас Чу Ваньнин поднял руку с Хуайша и образовался золотистый свет, который без проблем парировал все атаки императора. Тот был ослеплён и Юйхэну ничего не оставалось, кроме как воспользоваться моментом и сквозь душевные терзания, вонзить свое смертоносное оружие в плоть своему возлюбленному. — Ты… — оружие в теле лишило Мо Вэйюя воздуха и ему только оставалось, что прохрипеть. В его глазах вдруг пронеслась вся жизнь, а взгляд не был под пеленой вечной скорби и ненависти. Он был полон отчаяния и осознания, что потерял всё. И это «все» сейчас держало его тело на ослабленных руках. Чу Ваньнин подхватил под мышки внезапно падающего Тасянь Цзюня и смягчил падение, положив его к себе на колени. Он словно маленький ребенок. Тот самый маленький ребенок, который когда-то под яблоней впервые умолял Чу Ваньнина взять его в ученики. Тот самый маленький ребенок, который спасал дождевых червей после осадков. Тот самый маленький ребенок, который любил всех, не держал обиду и восхищался каждой мелочью. — Прости меня, Мо Жань, — Чу Ваньнин плакал. По его лицу текли слезы, которые он никак не мог контролировать. Они попадали на лицо Мо Жаня, в глазах которого тоже собирались солёные капли. — Учитель, пожалуйста, позаботься обо мне, Ты ведь обещал… — Прости меня, я обязательно последую за тобой.