Блюдечко с голубой каёмочкой

— Эй, Снейп. Где ты там? Снейп, мирно расположившийся в кресле за книгой, только слегка повернул голову в сторону… ну, вчера вечером это было диваном. Но потом явился не запылился Сириус Блэк во всём блеске своей несравненной красоты и несравненной наглости и трансфигурировал диван в роскошную кровать. К счастью, хотя бы без балдахина. На узком диване этот благородный господин, видите ли, не пожелал ни спать, ни трахаться, хотя прежде не жаловался. Уже был полдень. Снейп успел позавтракать и переделать уйму дел, а его высочество до сих пор пребывало в постели. Блэк сидел, поджав ноги, едва прикрытый простынёй, и лениво листал свежий номер «Пророка». Снейп окинул Блэка, как он надеялся, холодным взглядом. Но Блэк на него не смотрел, так что пришлось всё же произнести это вслух: — Чего тебе? Всякий раз, когда Блэк оставался на ночь, это было… не сказать, чтобы ужасно. Увлекательно. Терпимо. До утра. А вот утром начиналось. — Дай подумать. Принеси мне завтрак. Снейп не сдвинулся с места. Ещё чего. Мало того, что он вынужден наблюдать Блэка в своей постели дольше определённого на плотские утехи времени, так ещё и принеси ему и подай. Хотя, надобно признать: выглядел Блэк изумительно, особенно с растрёпанными после сна волосами. И простыня открывала много всего приятного для глаз. — Долго ещё ждать? — спокойно произнёс Блэк так, словно отдавал распоряжение домашнему эльфу. На сей раз Снейп ничего не ответил. И вскоре Блэку пришлось оторваться от газеты и устремить взгляд прекрасных серых глаз на Снейпа. Он явно был поражён до глубины души тем фактом, что Снейп не побежал исполнять его приказ. — Что, Блэк, привык, что тебе всё всегда подают на блюдечке с голубой каёмочкой? —усмехнулся Снейп. — Какая жалость. Похоже, придётся тебе привыкать, что нет, в моём доме этого больше не будет. — Почему именно на блюдечке? — удивился Блэк. — А если я захочу кофе, ты что же, нальёшь в блюдечко, а не в чашку? — Нет, Блэк, я тебе ничего не налью и не принесу. Если тебе хочется пить и есть, напоминаю, что ты взрослый человек, волшебник и в состоянии сделать всё сам. Кухня вон там. Но Блэк уже впал в своё обычное состояние задумчивости, которое невероятно бесило, особенно когда он начинал цепляться к словам. — И почему каёмочка у блюдца голубая? Это что-то значит? Это как-то связано со мной? — Разумеется. — И как же? Снейп мысленно возблагодарил себя за то, что встал раньше Блэка и поэтому может позволить себе удовольствие отвлечься на бессмысленный разговор с ним. — Блэк. Тебе известно выражение «голубая кровь»? Конечно же, ему не было известно такое выражение. Он же чистокровный и всё такое прочее. Куда ему до английских фразеологизмов. — У меня совершенно обычная кровь, ты же знаешь, — серьёзным голосом проговорил Блэк. И вдруг откинул голову назад и расхохотался. — Конечно, известно. Я, между прочим, был довольно хорош в маггловедении… — Ты во всём был «довольно хорош». Не помню у тебя ниже «Превосходно». А, нет, помню. По поведению. Блэк сразу перестал смеяться и принял серьёзный вид, который очень ему шёл. Он даже соизволил натянуть простыню. — Меня поражает твоя осведомлённость. Так вот. Я никогда не слышал о фразеологизме про голубую кайму на блюдце. И конечно, это никак не связано с волшебной знатью, не правда ли? Снейп представил себе ещё час подобной дискуссии и принял взвешенное и единственное верное в сложившейся ситуации решение: аккуратно закрыл книгу и встал. — Ладно. Так и быть, сделаю тебе одолжение и принесу кофе в постель. — Я тебя потом отблагодарю, — откликнулся Блэк, снова утыкаясь в газету. О нет, подумал Снейп. — О да, разумеется, ваша милость. Мне нужно поклониться до земли прежде чем удалиться? Или обойдёмся без церемоний? Но Блэк только фыркнул в ответ.