Стань моей проблемой

— Что еще? — хриплым сонным голосом спросил Ёнджун. От одного только голоса стало так тепло и уютно, что Бомгю не смог сдержать улыбки. — Я просто хотел узнать, не мучает ли тебя бессонница? — по ту сторону динамика послышался тяжелый отчаянный вздох, заставляя младшего улыбнуться еще шире. — И для этого ты меня разбудил? Очень мило, — пытаясь сохранить сталь в голосе, проговорил Джун. — Ты назвал меня милым? — Я сказал, что твой поступок милый. — Это значит, что я милый, так ведь? — допытывался Гю, выбивая из хёна еле слышные смешки. — Это значит, что я сбрасываю через три секунды, если ты не скажешь хоть что-то стоящее, — строго отвечает Ёнджун, начиная считать: — Один… Два… — Хён-хён-хён, подожди! Сходи со мной в кино завтра, — тараторит брюнет и зажмуривает глаза, боясь отказа. Хотя…хён просто не сможет ответить «нет». Ёнджун какое-то время молчит, а потом переспрашивает: — Это свидание? — Джуни, я не готов к отношениям… — шепчет Бом, чувствуя, как внутри что-то трескается, а в горле собирается неприятный комок. — Извини, не подумал… — Ён прикусывает губу до крови и винит себя за сказанное. Неловкое молчание разбавляется лишь размеренным тиканьем часов, что осуждающе шуршат стрелками. — Так что там с кино? Пойдешь со мной? — Это я предложил! — смеется Гю.  — Да какая разница… — бормочет старший Чхве и радуется, что смог почти оперативно исправить ситуацию. — Заедешь за мной в пять?  — Без проблем, — зевая, отвечает Джун. — А теперь… Я надеюсь, ты позволишь мне немного поспать, чтобы выдуманная тобой бессонница не стала реальностью? — Да, конечно, хён, — смущаясь, лопочет Бомгю, падая на подушку. — Извини за такое. — Не страшно, Боми. Мне было приятно услышать тебя, — отвечает блондин, заставляя щеки младшего заалеть от приятных слов. — Спокойной ночи, Бомгю. Пусть тебе приснится что-нибудь хорошее с моим участием. — Спасибо… Тебе тоже спокойной ночи, Ёнджун-хён, — желает в ответ Бомгю и укрывается одеялом. — Я люблю… — только и успевает сказать старший, слушая размеренные гудки, оповещающие о конце вызова. — За какие грехи ты мне такой достался, Чхве Бомгю?.. — мечтательно спрашивает у Вселенной Джун. Он откладывает телефон на тумбу и задерживает взгляд на их совместной фотографии, сделанной пару лет назад во время поездки в Тэгу. Улыбается. Бомгю на фотке тоже светится от счастья, пока хён катает его на спине. В мыслях Ёнджун все же надеется, что таких фотографий у них будет огромное множество. Он любит этого мальчишку всем своим существом. Он готов быть рядом, поддерживать, помогать справляться с трудностями.  — Господи, Ёнджун… — посмеивается над собой хён, мгновенно проваливаясь в сон.

***

Ёнджун заметно напрягается, когда Гю не берет трубку в десятый раз. Шанс того, что он просто не слышит телефон ничтожно мал, ведь Бом из тех людей, для которых режима «без звука» просто не существует. Старший нервничает. Он кидает свой телефон на пассажирское сидение и выжимает газ почти на максимум, чтобы как можно быстрее добраться до квартиры Бомгю. Пока Джун паркуется, звонит еще пару раз, но телефон все еще недоступен. Тогда блондин достает из бардачка комплект ключей от квартиры младшего и, буквально выпрыгивая из авто, летит в подъезд. Чхве врывается в светлую студию, тяжело дыша. Он застает Бомгю спящим за столом на кухне. Выдыхает, убежденный в том, что младший жив, даже, кажется, здоров, и, легко подхватывая его на руки, относит в кровать.  Мальчишка продолжает мирно сопеть, а Ён пристраивается рядом с кроватью на полу. Он решает занять себя чем-нибудь полезным, но вспоминает, что оставил телефон в машине; именно поэтому он возвращается на кухню и садится за открытый ноутбук с незаконченным проектом брюнета по философии.  Старший, довольный тем, что справился с любимым предметом так быстро, потягивается, разминает косточки и несколько устало проводит рукой по осветленным волосам. Он слышит непонятный грохот, копошение и всхлипы и обеспокоено перебирается в комнату.  На краю кровати сидит Бомгю, смотрит на разбитый телефон в руках и весь дрожит, беззвучно плача. — Господи, Бомгю… Что случилось?  — Просто плохой сон. — А телефон? — Упал. — бросает Гю, стыдливо всхлипывая. — Не переживай. — А я буду переживать. Расскажи, что случилось? — Я не могу. — Милый… — шепчет Джун, присаживаясь на корточки перед младшим, и нежно гладит лежащую на колене руку, как бы передавая через это касание все свое волнение. — Я помогу тебе со всем, только скажи.  — Не буду, — бормочет под нос Бомгю, смотря сквозь пелену слёз на старшего: он выглядел уверенным и надежным, выглядел как тот, кто сможет укрыть от проблем, утешить, нежно обнять ночью в кровати или утром, когда Гю будет готовить завтрак. Все эти мысли буквально плавят голову парня: он хочет быть рядом, хочет отдавать любовь и принимать, но боится, что все испортит своими проблемами. — Почему? — Я не должен сваливать все на тебя. — Я хочу, чтобы ты свалил это на меня. Вместе гораздо проще принять решение или разобрать какие-то проблемы. — Это не твои проблемы, ты не должен их решать! — Чхве в истерике бьет Ёнджуна по плечам, а тот и не сопротивляется, позволяя выплеснуть эмоции. — Я не твоя проблема, Ёни… — шепчет обессилено парень, опуская голову. Он чувствует себя так паршиво. Поплакал, накричал, побил. Джун же не сказал ни слова, лишь продолжает быть рядом и дарить свою теплоту и любовь. Ёнджун встает и отходит к окну. В его голове полная каша, он не понимает, что сейчас делать и как себя вести. Хочется, конечно, сгрести младшего в свои объятия и никогда больше не отпускать, хочется быть с ним одним целым, быть любимым и любить в ответ. Джун готов посвятить всего себя одному только человеку.  Тяжело. На месте блондина любой бы уже сдался, не пытаясь понять Бомгю и его чувства, не стал бы ждать, надеяться, тратить себя на человека — но на то он и Чхве Ёнджун. Чхве Ёнджун идет до конца, и если он хочет сделать мир Бомгю счастливым, то сделает это вопреки законам и правилам. Воодушевленный своими мыслями, он идет обратно к младшему. Тот все еще плачет. Тонкие нити слез сползают по худым щекам к точенному подбородку, и это становится последней каплей для старшего.  Он встает на колени перед Бомгю, в самом нежном жесте касается длинными пальцами щек, призывая заглянуть прямо в душу. От горячих касаний влажные дорожки вмиг испаряются. Бом смотрит в карие глаза напротив: в них читается решительность, смелость, надежда, мольба и невероятная теплота. В его глазах видно звездное небо…в них виден проложенный путь к свету. Но воспользоваться этой дорогой слишком неправильно? эгоистично? — Стань моей проблемой, Бомгю, — говорит старший и так пронзительно смотрит в самое нутро, что от одного взгляда по телу бегут мурашки. — Что, прости?.. — Стань моей проблемой, черт возьми! — почти рычит Ёнджун, заставляя брюнета вздрогнуть.  — Но… — начал было Бомгю, но его настойчиво останавливают, прикладывая указательный палец к губам. — Никаких «но», Чхве Бомгю. Я хочу быть с тобой, хочу любить тебя. Ты знаешь, что я пойду на все, лишь бы ты был счастлив. Я понимаю, что тебе тяжело вступать в новые отношения после прошлого опыта… Но я беру на себя задачу исправить ситуацию! Я беру ответственность за твое ментальное здоровье на себя! С полным осознанием рисков и трудностей, которые возникли в твоей жизни из-за того мудака, — Ёнджун невольно вспомнил, как колотил бывшего парня младшего поздним осенним вечером на окраине города год назад, и поморщился. — Я знаю, что устранять последствия каких-то неприятных событий, произошедших в жизни, лучше вместе. Понимаешь, о чем я? — Так мы и так вместе проходим через все это. Ты и так мне помогаешь. — Да как до тебя не доходит… Я окончательно и бесповоротно влип. Я хочу быть рядом с тобой всегда, двадцать четыре часа в сутки. Хочу обнимать твою тонкую талию ночью, утром, пока ты готовишь завтрак, целовать твои прекрасные руки, щеки, губы… Я хочу быть твоим, Бомгю… — Ёнджун убирает руки с растерянного лица напротив и прикрывает свое, чтобы парень не видел его слезы. — Я готов отдавать тебе всю свою любовь. Она бесполезна, если тебя не будет рядом, — хён дает волю чувствам и Бом видит, как долго он копил это в себе. — Ёни… Я хочу того же. Я правда хочу быть рядом с тобой… Я хочу быть твоим, правда… Мне страшно. Я понимаю, что ты другой человек, но не могу…подсознательно я боюсь, что со мной снова поступят как с ненужной игрушкой, — Бомгю спускается на пол и кладет свои руки на плечи Джуна. — Я люблю тебя, хён. Очень люблю. Мне следует очень сильно постараться, чтобы стать хорошим парнем. Мне нужно работать над собой. — Ты уже самый хороший парень, — бормочет, все еще закрыв ладонями лицо, блондин.  — Это не так. — Не спорь со старшим. — фраза, брошенная хёном сквозь слезы, вызывает у Бомгю легкую улыбку. — Просто пообещай, что всегда будешь со мной. — Бомгю… — Ёнджун смотрит на парнишку напротив, что приближается все ближе.  Когда их губы находятся на критически близком расстоянии, Бомгю замирает и смотрит в красные от слез лисьи глаза. Корит себя, ведь это он довел жизнерадостного Ёна до такого состояния. Гладит по плечам, извиняясь. Он понимает, что Чхве Ёнджун — тот самый человек, который сможет принять его любым, который поможет стать лучше, который станет надежной опорой для построения совместного будущего, который правильно примет его чувства. — Я люблю тебя, Ёнджун-хён, — шепчет Бомгю и облегченно улыбается, когда Ён притягивает за подбородок ближе к себе и заманивает в поцелуй. Джун нежно касается губ младшего без напора, будто боясь, что это откажется сном. Он с трепетом целует каждую клеточку, слегка посасывает нижнюю губу, пока Бомгю руками оглаживает его сильные плечи и оставляет их на шее. Старший не торопится: лениво мажет по пьянящим и таким желанным губам, отмечая в голове, что Гю действительно слишком сладкий. Улыбается своим глупым мыслям, параллельно зарываясь рукой в шелковистые и немного спутанные после сна темные волосы. Бомгю же в руках старшего плавится, задыхается от нежности и какой-то неведомой ему ранее любви, такой теплой и чистой. Они так увлечены друг другом, что не слышат ни настойчивых стуков в дверь, ни телефонных звонков, ни неистово барабанящего по окнам дождя. Ничего. Только они вдвоем в просторной студии.