Видео по экономике

Капли воды скатывались по распаренной чистой коже. Чимин, только что вышедший из ванны, в которой просидел не меньше пары часов наслаждаясь аромамаслами и расслабляющей музыкой, взял с полки пушистое белое полотенце и насухо вытер мокрое тело. Кожа после скрабов, геля и бомбочки для ванны с морской солью была бархатной и шелковистой, но он всё равно потратил ещё время на нанесение уходовых кремов и своего любимого персикового спрея из «victoria's secret». Надев на голое тело боксеры и накинув сверху свободную футболку, он вышел, наконец, из ванной комнаты. В квартире царил приятный полумрак, разбавляемый слабым светом ночников. Из-за приоткрытой двери спальной комнаты виднелось мельтешащее свечение, сопровождаемое неразборчивой речью. Чимин тихонько зашёл внутрь, чтобы не разбудить возможно уже уснувшего Юнги. Мин сидел на кровати, оперевшись спиной о изголовье и сложив руки на груди. Он не спал, а внимательно смотрел на экран телевизора. На нём были очки в тонкой оправе и, несмотря на домашнюю одежду, он выглядел очень серьёзным и собранным. Чимин застыл, наблюдая за этой, казалось бы, обыденной картиной. «Таким образом, при увеличении разнообразия ресурсов, которыми обладает страна, мы получаем границу производственных возможностей в виде кривой, изгиб которой направлен наверх…» — из телевизора доносился голос диктора, читающего, как понял Чимин, лекцию по экономике. На экране сменяли друг друга различные графики и схемы, в которых Пак ничего не понимал, и, честно признаться, никогда не интересовался, но вот его мужчина… «Её выпуклость отражает закон снижающейся предельной производительности ресурсов — по мере увеличения производства товара альтернативные издержки его производства возрастают…». Юнги едва заметно кивнул, подтверждая слова лектора, и это выглядело настолько горячо и сексуально, что Чимин невольно закусил губу. Его мужчина разбирался буквально в любой теме, имея самые разнообразные знания обо всём. Он мог легко сам сделать ремонт, выпилить разделочную доску и, в целом, не боялся любой ручной работы, а потом этими же руками со сбитыми после бокса костяшками мог нарисовать картину или написать нежнейшую мелодию, сыграть на пианино, или коснуться Чимина так, чтобы он расплавился в его руках. Юнги будоражил его воображение и занимал все мысли; заставлял сердце сжиматься от любви, а тело пылать от желания. «Таким образом, полный отказ от деятельности, сопряжённой с внешними эффектами, редко когда может быть экономически целесообразным. Оставить всё как есть — тоже не вариант…». Чимин был как никогда согласен, хоть его мысли и были заняты совершенно другими вещами. Он не удержался от того, чтобы залезть на кровать и устроиться прямо между ног Юнги. Взгляд скользнул по сильным, напряжённым рукам, по линии челюсти и играющему кадыку. Мин явно напрягся, но сдержал себя, лишь бросив на Чимина опасный, хищный взгляд, прежде чем вернуть его обратно к экрану. Чимин получил свободу действий, и, честно, он ничего не мог с собой поделать. Вид сосредоточенного Юнги, в очках, смотрящего видео по экономике… серьёзно… этот мужчина… у Чимина от одной мысли уже было влажно в трусах и его нельзя за это осуждать. Он облизнулся, изогнувшись кошечкой, и потянул пижамные штаны Юнги вниз, спуская до колен. Крупный, венистый член лежал на подтянутом животе. От пупка к нему тянулась дорожка тёмных волос, сгущаясь к лобку. Рот Чимина залился слюной. Он обожал зарываться носом в любые волосы на теле мужчины. Особенно в паху, делая глубокий минет и хорошо принимая его огромный член в своё горло, вдыхая густой мускусный запах. Никогда за собой он не замечал такого фетиша, но Юнги… Юнги был сплошным фетишем. С ним он готов сделать буквально всё что угодно, и Мин давал такую возможность, не в силах отказать своей детке. Чимин обхватил член пальчиками, которые не смыкались на нём полностью, и начал двигать рукой вверх-вниз, размазывая начавший выделяться эякулят. Орган быстро отреагировал на эту ласку и налился кровью, увеличившись в размере ещё больше, набирая твёрдость. Чимин довольно улыбнулся, потеревшись щекой о ствол ласково. Юнги шумно сглотнул, но всё ещё смотрел на экран, на котором обсуждали что-то там про инфляцию, но Чимин не был уверен, так как был слишком увлечён своей любимой «игрушкой». Он обхватил губками головку, посасывая её и причмокивая от удовольствия. Да, член Юнги он готов сосать вместо леденцов, это было гораздо вкуснее. Пройдясь круговым движением языка и пощекотав уретру, он размашисто мазнул им по всей длине, ощущая дурманящий солоновато-сладкий мускусный привкус. Юнги был очень вкусным. Чимин водил губами по стволу, не жалея обильно смачивать его слюной и посасывать, втягивая щеки. Поигравшись с уже полностью твёрдым членом ещё немного, Чимин принял его глубже в рот. На язык легла приятная тяжесть, и он не удержался от довольного урчания, пославшего по чувствительной плоти вибрации. Сверху послышался тихий, хриплый стон. Чимин продолжил медленно вбирать член, обводя язычком каждую выступающую венку. Наконец, он насадился полностью. Толстый член распирал расслабленное горло, и Чимин уткнулся в густые волосы, ощущая крышесносный запах мускуса. Глубоко вдохнув и закатив глаза от удовольствия, он выпустил плоть изо рта с громким, чпокающим звуком. От налитой головки к блестящим губам потянулась ниточка слюны; весь подбородок был мокрым от неё и естественной смазки. Чимин облизнулся и вновь вернулся к своему занятию, вбирая всю длину полностью и начиная ритмично двигать головой, ускоряясь. Узкие стенки горла приятно сжимали плоть, член выделял всё больше смазки, которая стекала по лицу и хлюпала, заглушая речь телевизора, но Чимин лишь ускорялся, постанывая от затопившего его наслаждения. Хриплые стоны Юнги тоже стали громче. Почти достигнув пика от быстрых движений головы, он оторвал потемневшие, застланные пеленой глаза от экрана, и положил широкую ладонь на затылок Мини, сжимая волосы и насаживая его до основания. Бёдрами он двинулся навстречу, вбиваясь в рот. Стоны Чимина усилились, он послушно принимал член глубже. Пару размашистых движений и, вжав нос Чимина во взмокший пах, Юнги обильно кончил, гортанно простонав. Белёсая жидкость струйкой стекала из приоткрытых пухлых губ. Чимин медленно водил ими по головке, продлевая чужой оргазм. Наигравшись, Чимин довольно улыбнулся и, глядя снизу вверх на Юнги, проглотил всё до последней капли. Свободной рукой Юнги снял очки и аккуратно отложил их на прикроватную тумбочку. Вторая всё ещё лежала на затылке Мини, ласково поглаживая, словно котика. Чимин ластился, жмуря глаза. Собственный член болезненно ныл в трусах и он тёрся о простынь, стараясь хоть как-то облегчить напряжение. — Чимин-и, — протянул хрипло Юнги, — хорошие мальчики себя так не ведут. Из-за тебя я пропустил важную тему по инвестициям, — Чимин надул губки, строя провинившийся вид. — Тебя нужно наказать за это. Внутри Чимина всё вспыхнуло, а щёки залились румянцем в предвкушении. Он согласно закивал. Юнги резко притянул его к себе, врываясь в рот языком, ощущая внутри собственный вкус. Мин целовал напористо и жадно, выбивая весь воздух из лёгких и снося голову напрочь. Когда дышать стало совсем нечем, он нехотя оторвался, наклоняясь к чужому уху. — Чимин-а, ты же хочешь быть хорошим мальчиком для меня? — опалил кожу раскалённый воздух. — Д-да, конечно. Я хочу быть самым хорошим для моего хёна, — он уткнулся мужчине в шею, трясь носиком. — Не смей прикасаться к себе, пока я буду тебя трахать. Чимин жалобно проскулил, прижимаясь ближе в объятиях и просяще потеревшись выпирающим возбуждением о чужое бедро. — Котёнок, ты такой нетерпеливый. Нам придётся ещё раз пересмотреть лекцию. На экране закончившееся пару минут назад видео начало автоматическое воспроизведение и сейчас шло заново. Чимин понял это только тогда, когда сильные руки уложили его на спину, а затем резко перевернули, ставя в коленно-локтевую. Чужие ладони легли на его выпяченную задницу, снимая трусы и оголяя её. Футболка задралась, оголяя выглядывающие луны, и Юнги не удержался от того чтобы поцеловать каждую из видимых фаз. Чимин заёрзал от желания. — Чего ты хочешь, малыш? Скажи мне. — Я хочу твой член, пожалуйста. — Хочешь мой член, м? А куда ты его хочешь получить? Мин раздвинул аппетитные половинки чиминовой задницы и проехался по чужой гладкой дырочке вновь набухшей головкой. — Сюда? Хочешь мой член в свою попку, Чимин-и? — Д-да, да! Хочу, хён, хочу кончить от твоего члена. — Так нуждаешься в моём члене, м? Не ты ли сосал его вместо десерта пару минут назад, даже не спросив разрешения? — Он такой вкусный, хён, я не удержался. И мой мужчина такой умный, сексуальный и самый замечательный, что я захотел сделать приятно. Ааа-х! Юнги снова проехался стояком по колечку мышц, срывая с губ Чимина громкий стон. — Если будешь хорошо себя вести, я снова дам его тебе. Кончишь только от меня внутри, понятно? — Да, да, Юнги-я, пожалуйста. — Не могу отказать своей детке. Достав из тумбочки смазку и разогрев гель в руке, Мин смазал свой член, прижав головку к колечку мышц на оттопыренной просяще попке. Чимин призывно потёрся о возбуждение, желая, чтобы то поскорее вошло внутрь, но Юнги сильнее сжал ладони, удерживая его на месте. — Тише, тише, ты должен быть терпеливым, малыш. Юнги мучительно медленно проникал внутрь. Войдя одной головкой, он снова вышел, дразня. Чимин жалобно заскулил. Мужчина вновь вошёл, проникая глубже, растягивая большим толстым членом тугие стенки. Его грудь тяжело вздымалась от наслаждения, внутри всё распирало от желания взять Мини быстро и жестко прямо сейчас, ускориться и трахать до беспамятства. Не насадив парня до конца, он снова вышел под разочарованный стон. — Как думаешь, мне хватит тебя дразнить, м? Или нет? — он усмехнулся, в его голосе слышались смешинки. — Пожалуйста, х-хватит, трахни меня… — Что мне сделать? — Трахни меня, Юнги-я! Мужчина довольно ухмыльнулся. Член ворвался в тугое нутро, резко вбиваясь по самый корень с громким шлепком тяжелой мошонки о чужой пах. — Ааа-х! Из Чимина словно выбили весь воздух. Он громко протяжно застонал, подаваясь назад, навстречу. Юнги переместил одну руку на шею парня, сжав загривок, второй он сильнее сжал ягодицу, оттягивая её в сторону и, выйдя почти до конца, вбился размашистым движением вновь. Он сразу нашёл нужную точку, с каждым разом вбиваясь прямиком в простату, отчего парень под ним громко стонал, срывая голос, и извивался от получаемого удовольствия. С члена Чимина сочилась смазка, большими каплями падая на простынь. Он боролся с диким желанием прикоснуться к себе, сильнее сжимая ткань в ладонях. Крышесносные ощущения, которые ему давал Юнги, заполонили всё его нутро, и он был на грани, сильнее и сильнее подаваясь назад, вбиваясь ритмично в чужой пах. Комнату заполонили громкие шлепки кожи о кожу вперемешку со стонами. Юнги переместил обе руки на шею Чимину, слегка сжимая и, зарычав, сорвался на бешеный ритм. Быстрыми и резкими движениями он втрахивал Чимина в кровать, наблюдая, как краснеет всё сильнее и сильнее от шлепков чужая сочная попка, и слушая потрясающие срывающиеся хныкающие стоны. — Ю-Юнги-и, я почти… аах! — Давай, детка, кончи для меня. Вогнав глубоким толчком член прямиком в простату, он задержался в таком положении, надавливая на чувствительный комочек нервов. Голос Чимина надломился, низ живота стянуло до дрожи в ногах приятным спазмом. От накатившего бурного оргазма колечко мышц сжалось, сжимая сильнее находящийся внутри член, и Мин следом кончил во второй раз, хрипло застонав от наслаждения и такой сильной стимуляции. Чимин рухнул на кровать, переворачиваясь под Мином на спину и обвивая его шею руками. Юнги наклонился для того, чтобы сладко и тягуче-нежного его поцеловать. — Мой самый хороший и любимый мальчик. — И я тебя люблю, моё солнце. Юнги чмокнул парня в нос и склонился над его ухом. — А теперь я хочу, чтобы ты сел мне на лицо… ~ ⠀

***

— Что я всегда делаю перед сном? Я смотрю научные видео и видео по экономике… что здесь «вау»? — искренне удивился Мин Юнги. «Вау это то, как мы занимаемся любовью с Чимин-и после них...» — промелькнула мысль в голове, но остальным об этом знать не обязательно. ⠀