Essentia vitae

Я уже не помню, сколько именно здесь сижу, под этой лестницей, свернувшись в клубок, но знаю точно — если бы не звонок от мамы, я бы так и остался. — Антон, — она будто с осторожностью прокашлялась, словно выбирая тон. — Я тут подумала, может, устроим праздник? Я уже и продуктов накупила и елочку… вроде, — мама куда-то повернулась, шурша. — Ага, вон она стоит! — Мам, я… — Позови друзей всех! Может у тебя уже и девушка есть? — усмехнулась женщина. — Я в любом случае буду рада каждому… — она опустила взгляд.— Буду рада тебе, — это слово было будто обведено красной ручкой, нежность и печаль были в красных чернилах. Дыхание перехватило и я в миг забыл про Арсений-блять-Сергеевича. Я захотел сразу же сказать, что приду, но сначала решил все обдумать. Где было написано, что я ее простил? Она еще на испытательном сроке! — Я подумаю, — она аж вся засияла, явно ожидая отказ. Я нажал «отбой», как только женщина кивнула, после осмотрелся. Пора домой, а то Дима ругаться будет. Интересно, как там Кьяра?

***

Девочка аккуратно макнула кисть в краску, делая быстрые маски на бумаге. — Я думаю, что это девочка, — утвердительно вжала она кисть в бумагу. — А я, что это мальчики! — крикнул шепотом мужчина. — Ну дядь, разве тебе не хочется милую доченьку? — Кьяра перевела взгляд на собеседника, непроизвольно хмуря брови. — Как ты? О Боже упаси! — он аккуратно переложил сына из рук в его кроватку, начиная чуть ее трясти. — Я вернулась! — зашла в гостиную Кира. В руках были пакеты с продуктами. — ТШшшш! — послышалось от них одновременно. — Будь тише, Арон спит! — он указал головой в сторону кровати, не переставая качать. Кьяра же подбежала к дивану и, взяв пульт, включила белый шум, который Арону очень сильно нравится. — Ой, — выдала жена, кладя пакеты осторожно на стол. — Теть Кир, ты что это, уже на новогодний стол готовить собираешься? — вернувшись за стол, спросила девочка. — Ага, поможешь? А то от мужиков не дождусь. — Это ты на кого намекаешь? — спросили Егор, который только перестал качать ребенка и Арсений, который до этого молча лежал на диване и листал соц. сети одновременно, от чего Кьяра и Кира прыснули от смеха.

***

Я большими шагами преодолевал лестницу и, пробежав по коридору вдоль комнат, получив замечания, наконец ворвался в нашу мини-хату. — ТОШ! Господи, зачем же пугать? — вздрогнул Дима на стуле. Видимо, опять что-то зубрит. — Да-да, а то у мамочки будет инфаркт, — подшутил Серый, перекатываясь на живот и отворачиваясь. — Мужики, срочная новость! — я пробегал взглядом в поисках заинтересованности. — Ну ребят, реально срочно! — Ну так рассказывай уже, — подал первый Матвиенко. Я с прищуром секунду помедлил. — Ну?! — Ладно! Но вы же слушаете? — Да, блин! — прозвучало уже в унисон. — Хорошо, так вот: моя мама приглашает вас на новый год! Всех! — Ого, впервые говоришь о маме, вы же это, поссорились, что, уже помирились? — наконец решил встать Серега, а Дима пока только вскинул бровь. — Я хотел позвать всех своих знакомых как в честь поступления! Ну как, придете? — от нервов я начал мять край рукава. Пригласить всех будет непросто, особенно с моим стеснением и ситуации с химиком, но если не позвать, перед смертью я буду жалеть. И все равно я скоро умру, если на то пошло, нафиг мне сейчас стыд — только эмоции и импульсивные поступки! — Ага, — снова в унисон. — Так вы встречаетесь? — с самым невинным голосом спросил я. — Че? — голос стал выше, кажется, не стоило спрашивать об этом. — Не, ну просто от вас такой вайб. — Какой «такой»?! Антон, мы сейчас передумаем! — решил за ребят Дима. — Все, все, молчу, — пробормотал себе под нос, тупо улыбаясь. Как же я все таки рад, что у меня есть такие друзья.

***

Предновогодняя атмосфера царит на улицах. За окном люди толпятся у магазинов, машины в пробках, а бабки на то они и бабки, даже снег и лед их не остановит, летят себе по льду, пока я еле-еле топчусь на месте, чтобы не упасть. Сережа и Дима постоянно ставили их в пример, угарая надо мной. Мама изредка звонит, спрашивает про сон, здоровье и т.д., а я что? Я вру! А что мне еще делать? Как я после всего просто скажу: «Привет! А у меня тут опухоль, злокачественная вообще-то, да-да, ты все правильно поняла, мы только помирились, а я одной ногой в гробу, круто правда?» Обхохочется прям. Снег подо мной жалобно хрустнул, отвлекая. Что-то внизу соскользнуло и в следующую секунду я лежал на холодном снеге, еле держась на локтях, но сдавшись, лег всем телом. Класс, как я только докатился до жизни такой? Послышалась знакомая мелодия. Я полез в карман, доставая оттуда телефон. — Привет с юга, тут твои два друга! — послышалось с помехами. С моей стороны послышался пресловутый смех. — Ну что ты, Антош, мы в кафе тебя ждем уже, ты идешь или как? — Да-да иду, — подтвердил я, вставая. Сережа цокнул, бросая трубку, а я все еще лежа слушал гудки. Закрыв глаза, прислушался к окружению. Послышался хруст снега. Почти что подпрыгнув, я замахал рукой: — Стопе, сюда идти не стоит, Мистер! Ее… — Что лежим, Шастун? — на удивления не укоризненно, а с усмешкой сказал мужчина. — Вы смеетесь надо мной, Мистер химик? — прозвучало небрежно, с некой неприязнью, но это было лишь колкость в ответ на произошедшее. — Прости, ты просто так мило подпрыгнул, замахав рукой, что я не смог не засмеяться, — он прикрыл свой смех рукой, пытаясь успокоиться. — А за Мистера химика обидно вообще, — добавил он с сарказмом. Я вытянул язык, зажмурив глаза. — Сейчас откушу! Слишком мал ты еще, чтоб язык мне показывать. — Ага, так себе угроза, — шикнул я под нос, отвернувшись, и закатил глаза. — Приходите ко мне на Новой год, — шепнул я, тихо, будто адресовано это самому себе. — Ты не против? — глаза удивлено расширились, а брови приподнялись. Он скрестил руки на груди, садясь на корточки и с недоверием наклоняя голову. Я махнул головой. — Конечно, я приеду, это ведь я предложил нам дружить и не хочу, чтобы из-за мой ошибки все опять вернулось в отправную точку, — с легкостью сообщил Арсений, будто он забыл мне подарок на день рождения купить, а не насильно поцеловал. Вот баран! — Ладно, думаю, тебе пора, а то тебя друзья заждались, — улыбнулся он. — Скинь адрес на тот номер! — добавил он, скрываясь из поля зрения. Телефон в руке так и разрывался от входящего звонка, который я удачно игнорировал. — Почему же с Вами так сложно, Арсений Сергеевич?

***

Я облокотил телефон об какую-то бутылку. Сильнее натягивая подарочную бумагу на подарок, я внимательно следил за действиями на видео, но получалась все равно какая-то херня. У плиты послышался настораживающий стук, на который я отвлекся и вся бумага снова скрутилась. — Да блять, — не выдержал я, топнув ногой. — Все хорошо, Тош, я ничего не взорвала, так и надо! — прибежала мама, вроде из ванной. — Я так и понял, — чуть зло кинул я, снова начиная натягивать бумагу вокруг подарка, а мне таких еще много упаковать надо. Ух, пусть только попробуют прийти без подарка! — Давай помогу, — она нежно перехватила руки, заменяя мои на свои. — Иди пока проверь, как там курица в духовке, — как-то неловко попросила та. — Ты меня пугаешь. Она успокаивающе улыбнулась. — Да все нормально, не ссы, — махнула рукой, уже склеивая разноцветную бумагу. Я закатил глаза, подходя к плите и садясь на корточки, чтобы взглянуть на курицу в духовке. — А как насчет помочь с салатами? — как-то неуверенно подала женщина голос. — Да, конечно! — Отлично, ты лучший.

***

— Ребята! — прокричал Сережа на все кафе, роняя рюкзак на рядом стоящий стул. — Это наша последняя встреча в этом году, как насчет отпраздновать? — Алкоголь в кафе заказывать нельзя, — скептично сообщил Дима, перелистывая конспект по биологии. — А кто сказал, что мы будем заказывать? — он потянулся рукой в рюкзак и показались три бокала, но перед тем, как достать самое долгожданное, Дима подскочил, останавливая, я аж поперхнулся газировкой, от чего он дошел до ноздрей, неприятно кольнув. — Ты дебил?! — он начал сумбурно осматриваться, — такое здесь доставать.. — шепотом ругал он. — Что шепчемся, пацаны? — с ухмылкой облокотилась о стол Жанна. Я их познакомил еще на прошлой нашей встрече, а она быстро с ними поладила.— О! У вас бухло! Делит…! — Да не кричи ты, давайте в общежитие, ок? — прикрыл он рот ладонью. Надо было покорно заказать на маркете, когда было скидка, а то эти комедии и драмы со стороны Димы только с попкорном хороши. — Все, нытик, мы поняли, ты у нас неженка и экстрим не любишь, короче, подождете, пока смена закончится? Я с вами хочу, — бесцеремонно она села на свободный стул, который так и не занял Матвиеныч. — Ребят, мне еще кое-что уладить надо, вы подождите, ладно? — я встал, хватая свою куртку, которая висела на спинке стула. — И куда ему надо-то? — обиженно спросил Серый. — А ты будто не знаешь, — ответила единственная девочка в компании. На нее вылупились два вопрошающих взгляда. — А так вы не знаете? …Апа, кажись мне пора работать!

***

Вот он, канун Нового года. На телевизоре играют новогодние фильмы, квартира украшена, мы вместе все выбирали и покупали продукты. Все было так, как я думал, что этого больше никогда не будет. Я сидел на полу напротив телевизора, мама на это кинула: «Этот пацан — мой сын, слишком крут для дивана!» и с улыбкой вернулась за работу. Я ей помогал, но иногда как ребенок застревал у телевизора с фильмами, которые я так давно не видел. Новая квартира, которая еще две недели назад была пуста, полностью преобразилась и я, да-да, немалый вклад в это вложил! Мамина комната было самой уютной, исполнена в оранжево-коричневых тонах, сама квартира почти вся из дерева, ведь мама говорит, что это создает чувство, будто мы живем в елке — это из-за нового года. Мне тоже нравится, мы быстро решили со всем и нашли общий язык. Квартира теперь просто афигенная, и Алиса будет расти в уюте. Между прочим, мы с мамой раскошелились и сделали отопление и под плитами, теперь пол теплее мой постели. Почесав живот, я встал и поплелся на кухню, чтобы наконец вернуться к помощи маме.

***

Прозвенел первый звонок и я быстро переключил фильмы на новогодние песни, первой заиграла «Last christmas», мадам же в это время открывала дверь. — Привет-привет! А я не с пустыми руками! — с яркой улыбкой крикнула Жанна, на ходу взрывая маленький самодельный фейерверк. — Да, толпа в квартиру может быть только у них, — шептался Дима с Серегой еще на ступеньках лестницы. — Заходим! Заходим! Не толпимся! — помахала рукой Майя, во всю улыбаясь. Новогодняя атмосфера так и веяла, переполняя всех до единого. Все улыбались и шутили, протягивали красивые пакеты с подарками, все было как во сне и не верилось, что со мной все это происходит, что это моя жизнь, мои люди, моя семья. — Ребята, я сейчас от счастья расплачусь! — наигранно прохныкал я, протягивая уже свои подарки. — У меня все скромно. — Что как чужие, Тоха, — хлопнул по плечу Серега, Жанна обрадованно начала трясти коробку, Дима кивнул словам Сережи, а мама с нечитаной улыбкой отпила чай. Послышался последний ожидаемый звонок, и я рванул к двери. Открыл. И быстро схватив куртку, потянул обладателя невероятных голубых глаз в лифт, который с прошлого использования еще не успел закрыться. — Нам есть, о чем поговорить! — кинул я в ответ на вопрос на лице.

***

— Ну и о чем ты хотел поговорить? — химик поправил шапку на себе, выжидающе начиная трясти ногой. Я заставил отвести нас в красивый, но безлюдный парк. Мы ехали недолго, ведь мамина квартира в центре. — Я хотел поговорить о… — взгляд опустился сам собой, я ничего не мог поделать. — Антон, если ты про поцелуй, то да, в этом полностью виноват я и если… — Нет, не в этом дело… Я же сказал, что люблю Вас, почему Вы это игнорируете? — голос был ровным, нигде не оступился. — Антон я..я не могу, я твой представитель, и ты слишком маленький для… — Для чего? Мне, между прочим, уже есть восемнадцать и я вполне могу понять, кто мне нравится! — голос уже был нихрена не был спокойным. — Я просто хочу услышать, да или нет? — Антон… — он неосознанно протянул руку, я же грубо оттолкнул. — Да или нет?! Тишина. Я сделал шаг навстречу. — Вы не понимаете, что я чувствую после встречи с Вами, с самого первого дня Вы показали, что любовь — это то, что отдают, не ожидая ничего в замен, что даже ненависть — не зло и… и! Tu es sensus vitae… — воздух в легких неизбежно закончился и зимний мороз, который был нужен больше чем, можно вдохнуть, обжог своим холодом. — Как Вы не понимаете, что именно после встречи с Вами в том парке все изменилось! И даже если это всего лишь совпадение, мне нравится считать именно так! И Вы самый настоящий ублюдок, если не ответите взаимностью! — я начал жадно глотать воздух, выпуская клубы пара. Дым проходил между нами, закрывая лицо напротив. Напротив послышался смех. — Puerili estis, — еле слышно, через смех. — Ладно, котенок, я буду с тобой, только выпустись, хорошо? — он отмахнул клубы, подходя ближе. — Вот когда тебе исполнится хотя бы двадцать пять, вот тогда и обручиться можно будет, или ты меня все-таки не так сильно любишь? — голос был игривый, даже высокомерный. — Ублюдок! Издеваться вздумал?! — отошел я на пару шагов. — Да нет, я полностью серьезен, просто ты так смешно выглядишь, что я не могу не засмеяться, а твое откровение, признайся, мелодрам пересмотрел, — с той же улыбкой он протянул руку. Я прищурился медленно, кладя ладонь в его. — Я, Арсений, с этого момента клянусь, что когда этому мальцу исполнится хотя бы двадцать пять, я возьму его замуж! — басом поклялся он, кладя руку на грудь. Тут уже смеяться начал я, хватаясь за живот, облокотил голову на сильный торс мужчины напротив, прикрывая глаза. — Ты мне тоже нравишься, но пойми, я чувствую себя педофилом, — он с такой нежностью приобнял меня, будто я фарфоровая игрушка, я же смеялся от всей души. — Тебе смешно, да? Я залился еще большим смехом, когда он начал во всю щекотать меня, начал отбиваться, и из-за чего мы упали в сугроб. — Все! Все! Прекрати, пожалуйста, я больше не буду смеяться! Правда! — умирая, выжал из себя я. — Ну смотри у меня! — встав первым, он притянул руку помощи. — Что, опять будешь клясться именем, что возьмешь замуж? — Кому-то не хватило? — шутливо поднял тот бровь, помогая встать. — Не-не, муж выучил урок! — назло хмыкнув, ответил я. Он улыбнулся, беря за руку, розовые щеки покрылись еще большими красками, из-за чего я зарылся в воротник, стараясь сконцентрироваться не на теплой ладони, а на собственном дыхании, который теплыми струями согревало лицо.

***

На крыше общежития. Я решил начать свою новую жизнь там, где хотел покончит со старой — на крыше. В голове еще стоял вопрос: «Это точно не сон?». Праздник прошел лучше некуда: Сережа и Дима отлично поладили с Арсом, когда узнали его получше, теперь он официально в нашей команде будущих импровизаторов. — Как насчет того, чтобы сделать мини игры ролей, в которых мы будем импровизировать, а шоу мы назовем «Импровизация»? Ну как вам, пацаны? По-моему, ахуенная идея! — чуть ли не засыпая, сказал Серега. — Хуевая идея, — пробормотал Дима. — Это самое абсурдное, что я когда-либо слышал. Весь город плыл перед глазами, наверное, из-за не выпитых таблеток, хотя кто ж его знает. Так плывет, что на секунду показалось, будто падаю и я оттолкнулся, полностью теряя равновесие и чувство пространства. Резкая боль. Картинки так и летали без очереди и порядка. В голове всплывали вопросы, которые так и метались, отдавая грустью и тоской. Кажется, слезы медленно стекали по щеке, еле щекоча ее. Открыть глаза уже не представлялось возможным. Сознание куда-то ускользало, а алкоголь не помогал. Боль начала потихоньку утихать. Мысли начали казаться неважными и лишними. Тьма стала такой теплой и обволакивающей, что ей хотелось отдаться без остатка. Раздались звуки сирены, но слух также ушел во всепоглощающую тьму. Без остатка… Вот так просто я все потерял? Неужели все так просто? Даже и не грустно больше. Просто… я так устал… А теперь так спокойно.