Дом, в котором Рождество

      Дэнни шлялся по городу, друзей он давно уже сопроводил в их предрождественском походе по магазинам, и те поспешили вернуться к своим семьям за сладким добрым праздником. А Дэниел? Он не хотел возвращаться к продолжившимся в этом году спорам о Санте. Cловно и не было того приключения с поэмой! Либо, во всяком случае, его родители приключения не заметили. Оттого и Дэнни как-то не сильно проникся поэтическим уроком. А сейчас он и не заметил, как ноги занесли его в богатый район. Здесь, на удивление, было более терпимо. Относительно всего размера каждого дома украшения были скромными и потому не сильно бросались в глаза. Дэнни не мог себе объяснить, почему богачи так скупы на праздничное убранство, но сейчас он был этому благодарен. В отстранении от остальных находился до боли знакомый особняк их "любимого" мэра. Едва заметив сиреневый камень, Фентон уж было хотел тут же повернуть назад, но ещё он на переднем плане заметил трёх снеговичков. Хах, мило! Но гораздо милее будет их подправить...       — Даже не думай об этом! — голос хозяина остановил концентрацию эктоплазмической энергии на кончике пальца, Дэнни тут же спрятал руки в карманы.       — Не понимаю, о чём ты, — не очень-то и правдоподобно соврал подросток. Этот праздник — безумие: только начало разговора, а они оба уже ведут себя не как обычно.       — Ну, конечно, — подходя ближе, отвечает Влад. Дэниел уловил запах напитка в его руках. Это был не кофе, а любимый у мальчика горячий шоколад. Единственное, что делало Рождество не столь ужасным. Запах напитка сливался со сходными в ощущении горьковатой призрачной половине Влада, что уже казалось сомнительным удовольствием. Голодная слюна в горле подростка отдавала отчаянием. — Дай угадаю: старые споры твоих родителей всё ещё продолжаются? — Не уловив реакции, мужчина продолжил, кивая: — Им стоило решить этот вопрос ещё в колледже, но увы. — Разумеется, Влад если бы не знал родителей Дэнни как своих бывших лучших друзей, то точно бы знал ситуацию по камерам. Дэнни был уверен в этом. А что ещё делать одинокому безумному миллиардеру в Рождество, если не наблюдать за Фэнтонами и радоваться, что у него могло быть всё хуже?       — Ты вышел просто поиздеваться надо мной? Спасибо, Влад, но мне хватает одного глупого праздника вокруг для плохого дня. И вообще, разве у мэра нет каких-то организационных дел на 25-ое?       — Последние приготовления города к празднику я завершил до обеда. Весь оставшийся день я свободен.       — О, ну, поздравляю тогда! Удачно тебе повеселиться с кошкой! — ядовитым сарказмом бросил Дэнни и уже быстрым шагом пошёл обратно. Ему было тошно от того, что даже этот одинокий мужчина казался куда счастливее Дэнни в этот треклятый день календаря. А ещё и заставляет чуть ли не облизываться вечно голодного подростка. Как же жаль, что на Рождество призраки не шалят...       — Дэниел, подожди!       — Чего тебе ещё?       — Я хотел предложить тебе свою компанию... Не смотри на меня так, я не буду заставлять тебя праздновать вместе со мной, но вместо того, чтобы шляться по холодным улицам, ты мог бы посидеть в тепле, тишине, поесть и попить горячего и вкусного.       — Спасибо, обойдусь, — буркнул Дэнни и всё же ушёл. Владу не оставалось ничего, кроме как пожать плечами и вернуться в дом. Ему никогда не удавалось заставить мальчика. Если ему нравится упрямиться — пусть так. Влад лишь попытался быть милым по случаю праздника и хорошего настроения.

*      *      *

      Слова Влада звучали очень соблазнительно. Если бы Дэнни на секунду задумался тогда, то, может, согласился бы. Заняться было по-прежнему нечем, а голод усиливался. К сожалению, он взял с собой не так много сбережений, их хватило на небольшой перекус, но это погасило голод совсем ненадолго, а после только усилило его. У него сейчас был выбор: вернуться домой, где, вероятно, главное блюдо снова ожило или взорвалось, и из еды только остатки хлопьев и мандарины, а ещё ругающиеся родители, или принять предложение подозрительно приятного вечера в компании Мастерса. Дэниел даже не знал, что хуже. Жаль, трюк спрятаться в подвале Сэм не работает на Рождество. Вот тогда бы это было прекрасно. Ну, а поскольку оба реальных варианта ужасны, время подкидывать монетку. Решка — идёт к себе домой, орёл — тихо посидит с Владом.       Орёл.       — Предложение ещё актуально? — спросил подросток, едва дверь открылась. На лице Влада заиграла победная улыбка.       — Неужто дома настолько плохо, Барсучонок? — издевательски пропел Мастерс. Нет, всё-таки он ошибся, и терпеть ругань домашних будет куда легче. — Извини, — рука на плече остановила Дэнни. — мне стоило промолчать. Вау, Влад извиняется? Неужто Рождественское чудо и впрямь существует? Как бы то ни было, любые улучшения со стороны Мастерса всегда побуждали Дэнни смягчиться. Хранится где-то глубоко вера в старшего полупризрака.       Юный Гринч внутри. На Владе глупый рождественский свитер. Гостиная и кухня при полном наряде. Это плохо. Но нет ни одной веточки омелы, что было бы очень в стиле Влада, даже если нет ни одной причины мамы Дэнни заглянуть к мэру. При походе до санузла выясняется, что остальные комнаты в доме не украшены. Ситуация становится терпимой.       В гостиной он встречается взглядом с белоснежной Хани. Дэнни, конечно, не фанат кошек, но из озорства решил её погладить. Медочек по обыкновению дрогнула от холодного прикосновения, ощетинилась и спрыгнула со спинки кресла. Спугивать это животное доставляет особое удовольствие, если за цвет шерсти и глаз считать её маленьким живым Владом.       — Ты ведь проголодался, да? Будешь индейку? — интересуется хозяин с кухни.       — Да, буду!       Кухонный стол представлен индейкой с апельсинами, пряничными человечками, начатым мясным пирогом и рагу. Многовато на одного, но сейчас это кстати. Выглядело и пахло всё так аппетитно, что можно поверить, что съестся всё быстро и в одного. Во рту скопилась слюна и желудок согласно проурчал. Естественный сигнал организма рассмешил Влада. Полупризраки снова стали в шаге от ссоры, но никаких комментариев не последовало, и всё обошлось. На протяжении всей совместной трапезы Влад сохранял гордый и довольный вид. Дэниел же сначала ел вяло, будто из-под палки, но видимо, прочувствовав всю красоту вкуса, быстро нарастил темп. Это было прям очень вкусно. Для парня, для которого самая вкусная еда — фастфуд Тошниловки и фруктовые хлопья, это другой уровень мироздания. Может, сюда бы подошла какая-нибудь острота или причитание, что парню стоило прийти раньше, но зверский аппетит мальчика вызывало лишь сочувствие. Наверное из-за понимания, что состояние практически перманентного той или иной степени голода у Дэнни, у подростка мужского пола, постоянно влезающего в драку и быстро регенерирующего, — ему, как никому другому нужно питаться качественно и в больших количествах.       С непривычки Дэниел переел (нет, разумеется, умят был не весь стол разом). Но оно того стоило. Можно сказать парень вспомнил, как довольствоваться жизнью. Подросток облизнул липкие губы, на которых ещё ярко сохранялся след былой трапезы, и растянулся на стуле.       — Это было вкусно. Если ты всё готовил сам, то отдаю должное твоим кулинарным способностям.       — Спасибо за комплимент. Когда-нибудь я мог бы научить тебя.       — Я подумаю, — пренебрежительно бросил парень. Вообще-то он планирует найти себе жену, которая умеет готовить. И с этого дня его требования к уровню готовки возросли.       Кошка замяукала в ногах своего хозяина, требуя внимания к себе. И вскоре Дэнни остался на кухне один на ближайшие 10 минут, за которые ужин успел утрамбоваться. Подросток лениво приоткрыл веки. Хвойная гирлянда со стеклянными шариками ударила по глазам не хуже эктобласта. Всё же годы выученной ненависти к Рождеству дают острую реакцию на любое напоминание о нём.       — Знаю, ты не в восторге от Рождественской тематики… — послышался сбоку голос Мастерса.       — «Не в восторге» — это мягко сказано. Если ты сейчас собираешься предложить надеть рождественский свитер и вместе спеть Jingle Bells, то забудь об этом. Мой максимум — принять декорации и пряничных человечков.       «Тем более вообще что-то петь с полным животом», — про себя добавил Дэниел.       — Вообще-то я хотел предложить тебе посмотреть фильм, но раз ты так категоричен, то я готов пойти на компромисс и поставить «Семейку Аддамс».       «О-о-о! Сам Влад Мастерс, так и быть, решил уступить в чём-то», — закатил глаза Дэниел. Но с другой стороны старший полупризрак здорово накормил его вкусной едой, моменты хорошего поведения с его стороны были редкостью. В конце концов, что он собирается делать ближайшие пару часов? Запереться в тёмной комнате и пялить в потолок?       — Что-то знакомое… О чём это?       — Комедийный сериал про странную семейку. — Намёк ясен, и это несмешно. Дэнни хмурится. До «страшных глаз» не доходит из-за насыщения горячей домашней едой. — И там нет ни слова про Рождество.       Помедлив, Дэниел всё же соглашается. Он проходит с Владом в домашний кинотеатр. Далеко не такой грандиозный, как в Висконсине. По размерам самая обычная комната. И стоит признать, тут уютно. Никаких украшений. Только мягкий диван, пара столиков, полотно, проектор, кувшин глинтвейна к просмотру, 2 полупризрака и кошка. Хани проследовала за ними, и как только её хозяин уселся на диван, уместилась на коленях, тыкаясь носом в тёплую ладонь. Влад пригласительно похлопал по свободному месту, как будто Дэниел нуждался в специальном предложении. Он ведь уже согласился, разве нет?       Кувшин уместился на столик. Один из стаканов Дэнни перенёс к себе телекинезом. К концу манипуляций серия так и не начиналась. Подросток перевёл взгляд на старшего, неожиданно столкнувшись с ожиданием в ответ… нет, вниманием к его персоне. Контакт длился всего секунду, но этого хватило, чтобы растеряться. Привела в чувства заигравшая заставка. Дэнни старался сконцентрировать всё внимание на ней, но подсознательно не мог не отметить, что это ожидание готовности Дэнни было милым. Идущее в разрез с тем, как у Фэнтонов принято неожиданно хватать друг друга и отрывать от дел. Потусторонний слух улавливает басистый смешок, на который подросток угрюмо складывает руки на груди. Фрутлуп.       Влад не соврал: ничего про Рождество в сериях нет. Конечно, чёрно-белая картинка, мягко говоря, удивляет, а нарратив очень спокойный, но шутки прошли проверку временем. Шутки про «жуткое» вообще воспринимаются особенно комфортно, когда ты наполовину в потустороннем мире. Даже оставайся Дэниел голодным, поймал бы себя на улыбке и на тихих смешках.       — Сердце Гринча выросло? — подмечает старший, услышав первый хмык.       — Я бы ограничился простым поднятием духа, но да. Должен признать, после вкусного ужина именно такое шоу мне и было нужно. Спасибо.       Короткое «спасибо» растеклось сладким молоком по сердцу Мастерса. Как мало нужно, чтобы осчастливить мужчину!       — Пожалуйста, Барсучонок. После всех этих попыток наладить наши отношения, всё оказалось так просто… Но я рад, что наконец нашёл к тебе подход.       — Ага, так и знал, это был твой злобный план, — несерьёзно возмущается Дэниел.       — Конечно, — подхватывает Влад. — И он блестяще сработал. Хоть в кой-то веки.       — А если серьёзно, меня не ждёт наутро трагическая картина?       — Нет, Дэниел. Не больше, чем твои родители могут вытворить сами, — уверил Влад. Он мягко почесал затылок Хани, на что животное сонно замурчало. Через пару секунд пришло осознание: — Ты сказал, «наутро»?       Осознание ударило Дэнни током и отразилось румянцем. Надо было так оговориться! Тишина в комнате подгоняла с ответом.       — Нет?.. — попытался выкрутиться Дэнни. Не сработало. Подросток поджал губу, придётся сказать правду. — Ладно, сказал, но я оговорился. Я собираюсь вернуться домой к десяти.       — Если хочешь, можешь остаться на ночь. Я постелю тебе в любой комнате.       Звучит неплохо с учётом всего вечера, но для родителей будет странновато. Какое-то странное «рано» вертеться на языке.       — Эм… думаю, я всё же переночую у себя.       Что ж, дело Влада — предложить. Данный отказ ни в коем случае не отменяет всего того прогресса между ними за один этот вечер. Дэниел отпивает глинтвейна и обратно облокачивается на спинку дивана.       Отец всегда говорил: "Дом там, где ты хочешь праздновать Рождество. Ты это поймёшь, когда станешь старше и встретишь ту самую, именно с ней захочешь остаться в одном доме на Рождественский вечер, а там уж, считай, навсегда."Но что если вместо дома "той самой" это оказался дом Влада?