Запись 14. Восемьдесят два срыва
6 декабря 2023 г., 23:15
***Кай***
Я резко проснулся от голода и сел в кровати. Эндрю спал рядом, прижавшись ко мне спиной и заграбастав одеяло; я осторожно сполз, стараясь не разбудить его. Это было чем-то таким непривычным: любимый человек в постели… Я бросил короткий взгляд на него, и в сердце поселилось горькое чувство страха потери. Я усилием воли стряхнул его с себя и покинул комнату, прикрыв за собой дверь. Все вчерашние усилия окупились сторицей, но теперь меня настиг откат, и надо было что-то с этим делать. В животе заурчало, и из горла вырвался хриплый горловой звук, сильно зачесались зубы. Я понял, что все еще нагой, но это сейчас беспокоило меня меньше всего. Мне нужно было на охоту, пока я не начал воспринимать моего Эндрю, как кусок мяса с кровью. — Селеста, мне нужно наружу, я ничего с собой не беру и скоро вернусь. Я подобрался, втянув гениталии в брюшину и покрываясь мягкой серой шерстью, и в таком — своем настоящем — виде направился на выход. — Принято. Я на секунду задумался и остановился. — У тебя есть внешние датчики для контроля окружающей территории? — Нет, на их установку не было запроса. — У нас есть на это ресурсы? — Есть, но нужно провести настройку и проверить пригодность для текущих условий. — Займись этим, будь добра. Высокий приоритет. — Принято. Я вышел на улицу и постоял у входа, давая себе время приспособиться к внешним условиям, выдохнул и принюхался, закрыв глаза. В других условиях я искал бы человеческой крови, но теперь… Теперь мне придется изменить этой привычке и искать что-то ещё. Я сомневался, несмотря на все его убеждения, что Эндрю сможет понять и принять эту мою сторону, тем более что даже я сам находил ее более чем отвратительной. Люди не приемлют хищников, которые охотятся на них. И их можно понять. Я сорвался с места, оперевшись на усилившиеся руки, и пошел легкой рысью, выискивая след.***Эндрю***
Эндрю проснулся и откинулся на спину, ожидая нащупать Кая, но рука погладила только уже остывшие простыни. Он повернулся и зевнул, выбираясь из-под одеяла и потягиваясь. Взгляд его вяло блуждал по комнате — в обители морфа продолжал царить бардак. Несмотря на то, что вещи разобраны и разложены, они все еще кучковались по какому-то непонятному для техноманта принципу. Разве что на рабочем столе оставалось пустое пространство, но его получили, просто раздвинув в стороны лежавшие там вещи. Кай возился с идеей собрать из имеющихся деталей работающий персональный компьютер, но задача оказалась непосильной, хотя он все еще не сдался. Тут же были какие-то материалы для занятий искусством, за которым морф периодически коротал свое время раньше; они были заперты в ящики. Эндрю ещё не видел, чтобы Кай к ним прикасался, но на стенах уже висело несколько пейзажей, написанные ранее. Мерчер оделся, вытащив пару вещей из шкафчика, взял ботинки, а потом отставил их, вдруг подумав про манеру морфа постоянно ходить босым. Однажды, когда Эндрю спросил об этом, Кай ответил, что это его заземление, но вместо дальнейших подробностей сказал: «Ты должен научиться чувствовать пол собой, тогда будет понятнее». Эндрю встал, покачиваясь на ступнях и пробуя понять, что тот имел в виду, но почувствовал только холодок и твердость. Парень вздохнул, решив попробовать это хотя бы в течении дня. Он умылся и направился в кухню, поймав себя на ощущении гнетущей тишины комплекса. Ему казалось, что дом опустел и вымер — не было никаких звуков: ни привычной музыки, которую морф включал каждый раз при пробуждении, ни возни, хотя все двери, кроме рубки, были открыты. Эндрю сделал себе кофе и, прихватив чашку, заглянул в рубку. Там было пусто, горел только технический свет. — Селеста, Кай в комплексе? — Нет, он ушел примерно четыре часа назад. — Примерно? — Четыре часа, двенадцать минут, восемнадцать секунд назад, — невозмутимо парировала ИИ. — Мне было указано на необходимость смягчения формулировок для большей человечности речи. — Да-да-да, хорошо… Неважно. Он сказал что-нибудь, когда уходил? — Что ничего не берет и скоро вернется, также дал задачу на установку датчиков контроля окружающей территории, при условии наличия ресурсов. Последнее одновременно заинтересовало и насторожило. — А внутри комплекса есть датчики? — Да, через них я контролирую происходящее внутри и могу выдать соответствующую реакцию. Мерчер вспомнил о том, что в первый день здесь ему показали кнопку отключения наблюдения в его комнате. Картинка сложилась. — То есть, когда мы… — Я не веду записей, если тебе это важно. Может, я и звучу похоже на человека, но мой функционал отличается. Акты спаривания меня не интересуют. — Не называй это так, пожалуйста, — Эндрю вздохнул, смутившись, пощипал переносицу и ушел в кухню. — Принято. Он допил кофе, потратил еще полчаса на завтрак и сел, размышляя, чем себя занять. Делать не хотелось ровным счетом ничего. Техномант настолько привык быть постоянно в компании и озадаченным какой-то работой, что теперь немного потерялся. В конце концов, он вернулся в рубку, цапнул планшет с дубликатом бортовой библиотеки и поднялся в комнату с террасой, намереваясь найти себе чтиво. Солнце перевалило за полдень, но еще не опустилось достаточно, и комната оставалась в легкой тени. Эндрю забрался на топчан, пожалев об отсутствии подушек, включил экран и принялся листать списки. В итоге ткнул наугад и углубился в чтение истории о Джеке — плуте, который имел странную связь с тенями и дружил со сфинксом по имени Утренняя Звезда. Герой книги имел интересную возможность слышать, если о нем говорили в тени. Эндрю остановился и посмотрел на приближающееся пятно света из окна. Это самое безопасное солнечное место, а также обилие воды в их маленьком убежище удивляло даже больше, чем разговаривающий ИИ или сам факт функционирующего комплекса поселенцев. Он вернулся к мысли о тенях и имени… — Кай? — позвал он у себя в голове, не особенно надеясь на ответ. — Да, я здесь. — Появилось ощущение присутствия морфа, так, как будто бы он был на расстоянии вытянутой руки. — Где ты? — Я недалеко, уже возвращаюсь, — вместе с ответом пришло ощущение горячего ветра и привкус крови во рту. — Все в порядке? — Теперь да. — Теперь? — Прости, я не хотел бы говорить об этом… — Ощущение присутствия исчезло, морф закрыл свой разум, но Эндрю успел уловить нотки горького сожаления. Он просидел некоторое время, озадаченный. В голове со щелчком встали на место несколько деталей. Мысль о том, как морф ушел, не предупредив, отлетела в сторону, а на ее место встала связка танец — ветер — затраты флюидов — охота. — Селеста, зачем Кай охотится? Это как-то связано с его мутацией? — ответ был очевиден, но ему требовалось подтверждение. — Верно. Некоторые формы проявления его способностей требуют этого для восстановления запаса энергии. — А что произойдет, если он не станет ее восстанавливать? — Неконтролируемая агрессия, в терминальной стадии — распад и смерть, — она отвечала сухо. — Ты можешь со мной говорить нормально? — техномант вздохнул разочарованно. — Если Кай не сожрет кого-то там, он может сожрать тебя здесь. Если жрать будет некого, он сожрет себя сам, — Селеста выговорила это, как непослушному ребенку объясняют очевидные вещи. Эндрю сглотнул, вспомнив лицо Кая, когда тот признавался, что не сможет даже ударить его, не то что… — Это не зависит от него, — произнесла Селеста со вздохом, — это один из дефектов сборки. Часть его способностей — это побочный эффект мутации невыясненной природы, так же, как и последствия их использования не были предусмотрены. Как с этим справляться, было выяснено эмпирически. — То есть, однажды он сорвался? — Именно так, сорвался и чуть не устроил резню. Его заперли и четверо суток пытались привести в чувство, пока он не проломил клетку и не выгрыз сердце одному из лаборантов; после этого психоз закончился. Эндрю нервно сглотнул. — А я могу… — он подбирал слова, — узнать что-то об этом? — С компьютера в рубке ты можешь получить доступ к части файлов, пока не вступит в силу протокол «Робинзон». — Хорошо, — Мерчер встал и быстрым шагом направился в рубку. — Что такое протокол «Робинзон»? — Через шесть месяцев с момента посадки при активации протокола «Новый Эдем» членам экипажа становится доступна вся информация о каждом из команды, вплоть до секретных данных. В нашем случае это информация о конструктивных особенностях и работе с моделью 2.6.13.12, которая была недоступна, но загружена в меня для взаимодействия с ним. — Что такое протокол «Новый Эдем»? — Это протокол, который активируется при принятии решения о посадке на поверхность и формировании поселения, исключающем возможность взлета без помощи извне. Мерчер сел в кресло пилота, и включился экран перед ним. Селеста услужливо открыла папку с несколькими файлами. Написанный непонятным языко текст Эндрю прочитать не смог, но кроме текста, было еще три видеофайла. — Я не понимаю, ты можешь перевести это? — У меня нет доступа к копированию, изменению или удалению файлов, но я могу озвучить, — показалось, что она усмехнулась. — Давай… — По списку: 1. Принципиальная схема, спецификации… — По-человечески, пожалуйста. — Принято, — она фыркнула, — первые три пункта — это научная лабуда о его биологии, назначении, данные для сверки и ремо… лечения, если что-то пойдет не так. Следующие два — описание перегрузки, видеозапись перегрузки. Потом описание побочных эффектов мутации, видеозапись демонстрации побочных эффектов. Далее описание психоза и его вероятных последствия, видеозапись психоза. Далее личностные характеристики. — Остальное будет доступно после этого «Робинзона», так? — Верно. — Давай видео в порядке датировки, — Эндрю откинулся в кресле. Первое видео было смонтировано с нескольких камер. Кай в своей длинноухой форме, облаченный в бесформенные штаны и безрукавку из светлой ткани, стоял на небольшой бетонной платформе под небом, затянутым низкими облаками. Вокруг не было ничего, кроме мелкой растительности в пределах экрана. Рядом с ним стояли двое в лабораторных халатах с планшетом, что-то ему говорили, он кивал, они крепили к нему какие-то проводки, он продолжал кивать, затем обнял себя руками и кивнул снова. Не было видно выражения его лица, но Эндрю знал Кая достаточно, чтобы понять, что морфу не по себе, а может быть, даже страшно, хотя страха у этого мужчины он еще не видел. Ученые, — это были, судя по всему они, — проверили все еще раз и вышли из кадра. Кай выпрямился, тут появился крупный план, и стало видно, что морф поджал и закусил губу, а по лицу его катятся слезы. Он что-то прокричал, ему, видимо, ответили. Он кивнул неслышному приказу и закрутился, эти движения были похожи на то, что они делали вместе, но более резкие и быстрые. Камера снова переключилась на дальний план, стало видно, как с неба начинает опускаться облачная воронка, а по земле потащило траву и какие-то ветки. Потом маленькая фигурка на платформе запрокинулась назад, вихрь из нее взлетел и соединился с рукавом с неба, смерч расширился, картинка покатилась кубарем, и запись прекратилась. Получалось, что его заставили перегрузиться нарочно, чтобы посмотреть, что произойдет… Эндрю прошибло холодным потом. — Рабочая группа нашла Кая без сознания в шестнадцати километрах от места проведения эксперимента благодаря вживленным датчикам. Для них было большим сюрпризом, что он пережил это. На следующем видео Кай в своей женской форме стоял обнаженным в белом пространстве, были видны только его торс и голова, с висков и груди свисали проводки. С ним кто-то говорил, он отвечал коротко и сухо на незнакомом языке, глядя в камеру исподлобья. Появился новый голос на заднем плане. Далее ничего не происходило, только Кай произносил слова, а второй голос их повторял. — Демонстрация ментальной связи с другими метаморфами из его серии, — пояснила Селеста. Далее Кай закрыл глаза и задвигал головой, ветер поднялся и растрепал его волосы. — Воздействие на воздушные потоки. — Да, это я понял, — Эндрю неотрывно смотрел в экран. Послышался приказ, и Кай переоблачился в серую форму, с той лишь разницей, что в ушах не было ни единой серьги. Потом произошло что-то странное, морф как будто задымился, а потом превратился на туман, и датчики осыпались, а через несколько секунд снова собрался, хмурясь и глядя в сторону. — Полное преобразование. Сейчас говорится, что это непостоянная возможность, и нужны определенные внешние условия, чтобы это работало. Запись закончилась. Включилась третья — нарезка видео с разных моментов времени, и все кадры были сделаны с потолка и угла комнат. Вот Кай в комнате без мебели ходит туда-сюда и что-то кричит, потом он начинает царапать одну из стен, потом с совершенно безумным лицом подскакивает к камере и ломает ее. Вот с другого ракурса: дверь прогибается и ломается под несколькими ударами, из пролома вываливается морф, люди разбегаются, он заскакивает на стол и заламывает руки, из толпы выступают несколько человек с длинными палками с петлями на концах, двое других открывают стрельбу, морфа начинает шатать, он пытается на кого-то броситься и падает. Следующий кадр — серый в какой-то клетке с прозрачными стенками бродит туда-сюда и бросается на каждого, кто пытается приблизиться. Появляется ряд надписей. — Тут перечисление, что именно пробовали использовать: электрошок, транквилизаторы, газ… — Не продолжай, — от такого списка Эндрю стало нехорошо. Смена кадра: дверь открывается, и в комнату влетает обнаженный морф с выпущенными когтями и раззявленной клыкастой пастью. В помещении никого нет кроме девушки в халате, которая вскакивает из-за стола, начинает пятиться, подняв руки, и что-то успокаивающе говорить. Серый прыгает на нее и вгрызается в грудную клетку, около минуты он рвет беднягу зубами, а потом выпрямляется, измазанный кровью, что-то жуя с выражением эйфории на лице. Он вытирает кровь с лица локтем и смотрит в камеру, улыбаясь… Ровно так же он выпрямился, вытер рот и улыбнулся, когда… Эндрю вспомнил ночь охоты. К горлу подступила тошнота, а сердце сковал липкий страх. — Всего у него было зафиксировано восемьдесят два срыва за время функционирования, погибло в общей сложности двести восемнадцать человек. Всегда это были те, кому не повезло оказаться достаточно близко к нему. Последняя фраза звучала двояко, но Эндрю не стал уточнять, намеренно ли это было сделано. Он встал и на негнущихся ногах вышел. Послышался звук открывания входной двери, техномант метнулся в свою комнату, заперся там, заблокировав дверь, и забился в угол. Сейчас Мерчер осознал, с КЕМ он оказался в этом комплексе. Его нежный и любящий Кай оказался ЧУДОВИЩЕМ. Перед глазами стояло его счастливое окровавленное лицо и серые глаза, глядящие прямо в душу. Его била крупная дрожь, а по лицу текли горячие слезы. Эндрю проклинал себя и то, что увидел ту звезду, впервые пожалев, что его забрали у рабовладельца. Безмерный страх владел им.
