Time to break

Двадцатиминутная перемена. Нене быстрым шагом продвигалась на первый этаж, при этом на ходу пережевывая бутерброд, который дали ей на перекус родители. Вокруг детей разного возраста и воспитания, что заставляло девушку слегка тревожиться. Однако следует взять на заметку, что на бегу есть неудобно. На первом этаже, за лестницами, есть…тоже лестница, но в подвал. Туда-то Нинка Кукушкина и бежала. А вот уже возле лестницы в подвал стояла девушка с ярко-розовыми волосами. Эму Отори, девочка из Японии, но выращенная в России-матушке, как она любит говорить. Девушка со слишком ярким характером, за что иногда получала по лицу от нерадивых одноклассников. Хорошо, что есть Тимошка, который чаще всего защищает честь и достоинство членов своей «команды». Но вернёмся к Эму. Она вся засияла, увидев Нене (такое прозвище она дала Кукушкиной). — Ну что, Нене! Пошли уже вниз…! — Однако посмотрев на темную лестницу, ведущую в еще более темный подвал, её лицо приобрело совсем иной вид. Что-то вроде преувеличенного испуга, применяемом в комедиях — А знаешь, Н-Нене…Давай ты вперёд пойдёшь? Удивленно хмыкнув, будто только проснувшись, Нина сама заглянула вниз и решила помочь подруге. А заодно и пойти с ней. — Хорошо. Мы можем взяться за руки? — Дава-а-ай! Взявшись за руки, девушки начали преодоление страшнейшей преграды под названием «темнота и неизвестность». Ну и плюс пытались не грохнуться с лестницы. Не так уж и страшно. Однако ступив ногой на холодный бетон появился иной вопрос. А что тут надо делать? И почему Нинка об этом раньше не спросила, черт!? И тут Эму бросила свой рюкзак прямо на бетонный пол и открыв его, стала что-то искать, а вскоре и вовсе достала какую-то коробочку.  По-ки… Кукушкина что-то слышала об этой сладости. Она японская. И это палочки. Они еще шоколадные. — Мы будем это есть? — Не просто есть! А по интересному! — Это как? Отори достала из коробочки одну палочку и подсев к Нине ближе, засунула один конец себе в рот. — Засунь длугой конец палотьки себе ф лот,Нене! – Не очень удобно говорить, но понять её было можно— А потом мы долзны будем съедать эту палотьку со своих концоф и дойти до селедины!! Вандахой! — Хорошо. Это как-то странно. В школьном подвале вместе с подругой кушать палочку, причём так необычно… Эму лишь лыбилась, стараясь не выронить свой конец, пока Нене брала в рот свой. И началось «интересное» поедание палочек. Чувствуя приближение губ противоположной стороны к своим, каждая девушка смущалась. И достаточно сильно. Эму максимально старалась не пучить глаза от смущения, но все равно выходило как-то по-маньячески. А Нина наоборот—прикрыла глаза, дабы не столкнуться взглядом с той, чьи розовые губки, накрашенные, опять же, розовым блеском, непозволительно близко для тех, кто считаются подругами. Тёплое дыхание слегка било по губам, вызывался легкую дрожь. Пахло клубникой и шоколадом. А они все ближе и ближе к середине. И тут вселенная схлопывается! Ну как, образно. Схлопывается для Нене, губы которой Эму накрыла своими. И не сказать, что случайно. Это так неожиданно, непривычно и странно, что она совсем теряет контроль и краснеет уже до кончиков ушей. Этот поцелуй кончился быстро и по лицу Эму можно сказать, что она сама смущена от этого. Кажется, сейчас начнётся урок. — Давай ещё тут посидим? Все равно последний урок сейчас будет! Эму как всегда, остаётся на позитивной ноте. Нене очень любит эту черту в ней.