Силуэт в окне

      За окном всё также нещадно мело. В тёмном стекле огромного панорамного окна лежащий внизу вечерний, словно сказочный город, был похож на рождественский имбирный пряник в белой глазури, расцвеченный светом новогодних гирлянд. Он тихо погружался в покой, всё же полностью никогда не засыпая, укрытый тёплым, белым, снежным одеялом.       Силуэт мужчины, замерший возле окна, казался олицетворением этого, словно застывшего, вечернего города, а ещё – олицетворением… одиночества.       Тэхён рассматривал кружащиеся за стеклом снежинки, что будто в сумасшедшем танце начинали своё фуэте*, подгоняемые музыкой ветра. Но вдруг, словно уставшие балерины, они замирали на одном месте, тихо покачиваясь в воздухе, от чего можно было рассмотреть мельчайшие нюансы рисунка на каждой из них. И ни один из этих рисунков никогда не повторялся, что всегда несказанно удивляло Тэхёна.       Скоро Новый Год. Уже завтра канун праздника.       Он чуть отстранился от окна и сейчас видел в тёмном стекле лишь своё отражение на фоне расцвеченного огнями города, также кружащегося в снежном танце. Вскинул голову, рассматривая себя в чёрном зеркале. На него глядел молодой, красивый, стройный мужчина с бокалом тёмного вина в руке. Чуть грустный взгляд таких же тёмных, как и это вино, глаз оббежал знакомый силуэт. Он неспешно отпил глоток, перекатывая на языке вяжущий, терпкий вкус, отставляя бокал на стоящий рядом столик, где стоял второй такой же. Скользнул по нему взглядом, гулко выдыхая аромат винных ягод.       …Шаги за спиной не услышал, лишь почувствовал вдруг чьё-то присутствие и тёплое дыхание на шее, что сразу же вызвало рой мурашек, заставив сдержать судорожный вздох.       - Привет, я скучал, - тёплые, нежные руки обвили талию, прижимая к себе.       - Привет, я тоже, - тихо улыбаясь, проговорил в ответ Тэхён, не желая даже негромким звуком нарушить столь чувственную атмосферу. - Не слышал, как ты вошёл.       - Не хотел тебя беспокоить. Да и дверь ты как всегда забыл закрыть, - мурашки продолжали бегать по телу, подгоняемые лёгкими касаниями горячего языка за ухом.       Тэхён выдохнул, вбирая в себя родной, знакомый, такой домашний и уютный аромат. От удовольствия даже немного закружилась голова. Он улыбнулся, кажется, впервые за весь день.       - Как прошёл день? – всё так же шёпотом.       За спиной раздался тихий смешок, руки с талии переместились чуть выше, обхватывая грудь и уже более настойчиво прижимая к себе.       - Как всегда: скучал по тебе. Торопился домой.       Тэхён зажмурился. Вспомнился снегопад за окном.       - Не замёрз?       - Не успел. В машине было тепло, а ещё слушал твою любимую «Slow Danсing» от Ви. Давай, поставим её, только чуть позже – я хочу с тобой потанцевать.       И стоявший позади мужчина стал чуть раскачиваться в такт звучавшему в его голове блюзу. Тэхён прикрыл глаза, откинул голову на крепкое плечо позади себя и отдался той же самой мелодии, играющей и в его сердце тоже.       Тихий смешок из-за плеча лишь слегка нарушил лирический настрой.       - Ты пил, и снова без меня.       - Всего один глоток. Я грустил. Ждал тебя. И, кстати, - Тэхён снова бросил взгляд на второй бокал с вином на столе, - я как всегда наполнил бокал и для тебя.       - Позже, - голос позднего гостя совсем сел, царапая шепотом. Зубы несильно сомкнулись на мочке. - Это всё может подождать.       Одна его рука скользнула наверх, обхватывая шею и лаская выпирающий кадык, что непроизвольно дёрнулся в ответ. Вторая по-хозяйски забралась под свободную футболку, оглаживая враз поджавшийся живот, пробегая по струнам тонких рёбер и легко задевая бусинку твёрдого соска.       - Я хочу тебя поцеловать. Прямо сейчас.       Тэхён закрыл глаза, отдаваясь первым, ещё совсем лёгким, чувственным ощущениям. Снова сглотнул, словно выныривая на поверхность после прыжка в воду, распахивая глаза и глядя всё в то же чёрное окно с отблесками ночного города внизу, прекрасно зная, что увидит в нём лишь… одного себя.       Тэхён был один. Всегда один. Видение исчезло, словно снежный вихрь за окном, который тоже внезапно стих. Однако, оно было настолько реальным, что даже обернулся, но – нет, всё верно - квартира ответила гулкой пустотой.       …Скоро Новый Год. Уже завтра канун праздника.       Тэхён его не любил. Да и День Рождения свой тоже не любил. Он приходился как раз таки почти на этот самый канун Нового Года. Родители обычно на все праздники улетали кататься на горных лыжах в Европу, мама лишь в сам День Рождения, да ещё в Новогоднюю ночь отзванивала, поздравляла и целовала в трубку, обещая, что они встретятся по приезде. То есть на Соллаль*, а, значит, лишь через месяц, а то и позже.       Близких друзей у него не было, а те, которые были, тоже лишь звонили, чтобы поздравить с Днём Рождения. Все готовились к Новому Году – не до чужих годовщин. Тэхён это понимал, поэтому даже не обижался.       Любимый человек… А его не было. Как-то не сложилось. И только вот эти видения, словно дразня собой, временами накатывали, выбивая почву из-под ног.       Тэхён одним глотком допил вино в своём бокале. Взгляд упал на второй – чего зря будет стоять. Он уже давно, почти три года, с тех самых пор, как начались эти странные видения, стал ставить второй бокал вина. Зачем? Для кого? Наверное, для этого незнакомца. Вино позже сам же и выпивал, потому как никакого незнакомца не было.       …Звук ожившего домофона разрезал тишину сумеречной квартиры. Тэхён резко оглянулся на дверь – вечерний гость явно ошибся адресом.       На экране появилось какое-то растерянное лицо незнакомого парня.       - Прошу прощения, что так поздно побеспокоил, - парень то ли заикался, то ли домофон барахлил, да ещё тот постоянно опускал голову, проглатывая часть слов. - Я к Вашей соседке… госпожа Пак… Пак Чимин… Она уехала… не могу дозвониться. Код в подъезд не помню, к сожалению, - парень замолчал, видимо, не зная, что ещё сказать, при этом, ворочая какими-то испуганными, широко открытыми глазами. - Вы не могли бы открыть дверь подъезда? А то на улице очень холодно.       Только теперь до Тэхёна дошло, что у парня просто от холода зуб на зуб не попадал, потому тот и заикался.       - Да, конечно, - нажимая зелёную кнопку домофона.       - Спас-с-сибо.       Экран погас. Тэхён почему-то ещё несколько секунд задумчиво глядел на замершее устройство на стене, понимая, что его уже очень давно никто «поздно не беспокоил». Даже не смог вспомнить, когда в последний раз у него были гости.       Снова в задумчивости отошёл к окну, протягивая к недопитому бокалу с вином руку, которая вдруг зависла над столом. Случайный взгляд далеко внизу зацепил маленькую чёрную точку, что отошла от дома с чемоданом на колёсах. Вот фигура в нерешительности остановилась, словно не зная, куда двигаться дальше.       То, что это парень «из домофона» Тэхён почему-то понял сразу. Вот только непонятно, почему тот так и не зашёл в подъезд. Неожиданно ему стало неспокойно. Что пошло не так?       Спонтанное решение заставило быстро выбежать из квартиры. И вот он уже спускается на скоростном лифте вниз, в нетерпении постукивая пушистой розовой тапкой по полу кабины, словно подгоняя того.       - Охранник Кан, сейчас парень заходил в подъезд? С чемоданом.       - Да, господин Ким. Он сказал, что приехал к госпоже Пак из соседней с Вами квартиры, но я так и не смог до неё дозвониться, поэтому не позволил ему остаться в подъезде. Предписание, знаете ли.       - Да, я Вас понял, - Тэхён задумался, и вдруг, словно кто заставил его произнести: - А если я за него поручусь, Вы его пустите в дом?       - Поручитесь? Но Вы ведь совсем его не знаете.       И тут Тэхён неожиданно для себя самого соврал, чего не делал никогда в принципе без веских причин:       - Почему же, знаю. Мне госпожа Пак не раз показывала его фото, - и даже не покраснел.       - А-а! Тогда совсем другое дело, - протянул охранник.       - Я тогда его сейчас позову, - и Тэхён, как был, лишь в домашних шортах, футболке и тапочках, выскочил на улицу. Только рядом с подъездом уже никого не было.       Ветер сразу же закружил вокруг тёплой, свежей добычи, пробираясь под тонкую футболку и вгрызаясь холодными, острыми пальцами в голое тело, заставляя невольно поёжиться. Он не понимал, что делать дальше – да только парень, ведь, окончательно замёрзнет, и это будет на его совести. И вдруг негромко произнёс:       - Чимин! Пак Чимин!       Из-за угла дома сразу высунулась голова в нелепой розовой шапке с длинными ушками, надвинутой почти на глаза, поверх которой красовался капюшон чёрного пуховика. Видимо, перед тем как нажать кнопку домофона, парень эту шапку всё же снял, чтобы его совсем уж не сочли за придурка.       - Пак Чимин? – на всякий случай уточнил Тэхён. Парень несколько секунд глядел, не мигая, а затем открыл рот, чтобы видимо подтвердить. - Пошли, - Тэхён даже не стал слушать, мотнув головой в сторону подьезда.       Тот раздумывал буквально ещё пару секунд, и вот уже, чуть ли не подпрыгивая и таща за собой довольно большой чемодан, двинулся следом.       - Тебе, парень, надо было сразу сказать, что знаком с господином Кимом, я бы тебя пропустил, - охранник явно чувствовал вину за то, что выставил парня на улицу в такую непогоду.       Тот, удивлённо открыл рот, собираясь что-то сказать, но, поглядев на невозмутимое лицо Тэхёна, захлопнул его, шмыгнув красным от холода носом и согласно кивая в ответ.       В лифте молчали. Да и что говорить друг другу, понятия не имели.       - Проходи. Можешь у меня подождать госпожу Пак. Она скоро будет? – решил всё же уточнить.       Парень пожал плечами. Он жутко волновался, продолжал ворочать огромными глазами, судорожно сжимая в руках ручку явно нелёгкого чемодана.       - Ясно. Брось уже свой чемодан - никто его не украдёт, поверь, - парень выпустил ручку, словно обжёгся. - Есть хочешь? – утвердительный кивок, - Тогда снимай куртку, мой руки и проходи на кухню.       Тэхён непроизвольно разглядывал парня, сидящего перед ним за столом: безразмерная розовая худи; тёмные джинсы; на голове встрёпанные чёрные волосы – тот даже не удосужился их пригладить после того, как снял эту дурацкую, розовую шапку кролика; такие же чёрные, большие, словно испуганные глаза; покрасневший от холода нос, которым тот постоянно шмыгал. Смешной какой! – улыбка сама собой попросилась на лицо Тэхёну, вздёргивая уголки губ.       На вид ему было не больше двадцати-двадцати одного. Да только Тэхён понятия не имел, сколько лет сыну его соседки, да и есть ли он в природе – этот сын. Дом был новым, въехали в него жильцы лишь три года назад, поэтому не знали не только тех, кто живёт в подъезде, но даже и соседей по лестничной клетке. В лучшем случае видели друг друга пару-тройку раз за всё время - «здрасьте», - и разбежались.       Ел парень жадно, набивая рот и пережёвывая так быстро, словно кролик листья капусты, при этом ещё и смешно дёргая носом – Тэхён чуть не засмеялся от своего же сравнения. Только уж больно тот был похож.       С вопросами пока не приставал, давал парню насытиться. Когда тот доел, лишь спросил:       - Чай? Кофе?       - Можно кофе?       Тэхён кивнул и отошёл к кофемашине, загружая в неё зёрна. Затем вспомнил, что тот ведь здорово промёрз.       - Согрелся? - парень мелко закивал. Тэхён вдруг кое о чём подумал: - Тебе, кстати, сколько лет? Ты хотя бы совершеннолетний?       Парень вдруг фыркнул.       - Да мне двадцать пять. Я еду из Сеульского Университета. Только на днях окончил, - сказано было даже с некоторой гордостью, что вызвало усмешку на лице Тэхёна.       - Двадцать пять? – Тэхён не поверил, гася улыбку. - Выглядишь гораздо моложе.       - Да знаю я, - тот как-то обречённо вздохнул. - Мне все так говорят.       - А документы есть? – решил на всякий случай поинтересоваться.       - Есть, - но с места не сдвинулся, а вот глазами снова заворочал как-то беспокойно. - В чемодане. Надо поискать.       - Я, почему спросил-то. Если совершеннолетний, хотел тебе в кофе для согрева предложить плеснуть немного коньяка.       Тот снова заворочал глазами, но согласно кивнул. Тэхён налил в большую кружку пару столовых ложек.       После кофе парень, видимо всё же отогревшись, стал засыпать прямо за столом, постоянно роняя голову и с трудом удерживая нить нехитрого разговора.       - Чимин, а как так получилось, что у тебя даже ключей нет от квартиры? – всё же какие-то сомнения не давали покоя.       - А-а? – тот приоткрыл глаза, сонно уставившись на мужчину напротив. - Не успел я.       - Не успел? Чего не успел?       - Ко времени не успел, - опуская голову на сложенные на столе руки и всё же засыпая.       Как-то эти мутные ответы не сильно удовлетворили Тэхёна, поэтому направился к двери. Нет, в чужом чемодане он, конечно, рыться не будет, а вот по карманам куртки вполне пошарить можно.       Он держал в руках и рассматривал удостоверение личности этого парня. Точно, этого. На него с фотографии глядели широко открытые чёрные глаза. «Чон Чонгук. Дата рождения – надо же, и, правда, двадцать пять лет. Думал - соврал. А вот с именем - беда. Всё не то. Очень интересно, - Тэхён покусал изнутри щёку. - Значит, к Пак Чимину мы отношения никакого не имеем, как и к квартире соседки. Та-а-ак. Тогда придётся выяснить, кого это я пригрел на ночь глядя».       Тэхён вошёл в гостиную, соединённую с кухонной зоной. Парень продолжал крепко спать, положив голову с растрёпанной макушкой на столешницу, чуть приоткрыв губы и причмокивая во сне, словно маленький ребёнок. Тэхён застыл - даже будить было жалко. Никакой опасности от этого мальчишки он не ощущал, но разобраться всё же следовало.       Подойдя ближе, несильно потряс за плечо – результат нулевой. И вдруг, будто случайно вплёл свои пальцы в неожиданно густые, жёсткие волосы над самой шеей, чуть проводя ими по ней. Просто почему-то очень захотелось это сделать.       - Эй, просыпайся, - получилось тихо, словно и не собирался его будить, поэтому тот снова даже не шелохнулся. - Чимин! – уже громче. И увидел, как испуганно распахнулись глаза, уставясь на мужчину. - А теперь скажи-ка мне, кто такой Чон Чонгук?       Парень замер на секунду, но тут же выпрямился на стуле, в момент просыпаясь.       - Откуда…? – но, видимо всё понял, увидев в руке Тэхёна своё удостоверение, поэтому лишь тяжело выдохнул и обречённо произнёс: - Это я.       - Да я уже понял. И к чему тогда был весь этот цирк? – парень молчал. - Не хочешь говорить? Ладно, тогда, может быть, с полицией ты будешь более разговорчивым?       И тут парень вскинулся, умоляюще глядя в лицо напротив.       - Не нужно полицию, прошу! Я ничего не сделал!       - Тогда рассказывай. Я ведь за тебя поручился, а ты, оказывается, всё наврал.       - Да ничего я не наврал! - как-то отчаянно проговорил, снова опуская взгляд в стол. - Просто по-дурацки получилось, и всё из-за меня, - вздохнул, видимо собираясь с духом. - Значит так. Меня зовут Чон Чонгук. Я окончил Сеульский национальный Университет, факультет – Архитектура, - с этими словами вдруг спрыгнул со стула и понёсся в коридор.       Тэхён изумлённо глянул на этого спринтера и пошёл следом – неужели решил сбежать? Да только с таким грузом быстро не сбежишь. Но парень лишь открыл чемодан, достал из него какую-то книжицу и протянул Тэхёну. Тот раскрыл и прочёл: «Диплом. Сеульский национальный Университет. Факультет – Архитектура. Выдан Чон Чонгуку и приписка: Диплом с отличием». Значит, не соврал. И сам не понял, почему отлегло от сердца. Как-то не хотелось, чтобы он оказался каким-то проходимцем, а ещё хуже – аферистом.       - Ладно, давай дальше, - отдавая документ, но говорить всё равно старался строгим голосом.       Оба вернулись на кухню, снова забираясь на барные стулья.       - У нас вчера был выпускной. Ну, и загуляли. В ресторане. Здорово так было, весело, - Чонгук помялся. - Мы с Чимином договорились, что я на неделю останусь у него дома в Сеуле, пока они с мамой будут кататься на лыжах в Австрии. Его мама уже там, Чимин должен был к ней присоединиться. И госпожа Пак в курсе, что я пока поживу у них. Мы с Пак Чимином - лучшие друзья. И, кстати, я у него дома уже не раз бывал в каникулы. Вот, - парень снова кинулся в прихожую. Тэхён за ним уже не пошёл - чего зря ноги топтать? - и принёс телефон.       Он открыл галерею и стал показывать Тэхёну фото. И почти на всех он был вместе с пухлогубым, симпатичным парнем. Да только, вот беда, Тэхён понятия не имел, как выглядит Чимин.       - Это Чимин?       - Ну да. А-а, - понимающе покивал тот. - Вы же не знаете, как он выглядит. Меня же с ним перепутали тогда, на улице. Но, это, точно, он - Пак Чимин.       Тэхён разглядывал фото и видел явное сходство парня на них со своей соседкой.       - Хорошо, предположим. Давай дальше.       - Ну, в общем, а дальше я лоханулся. Чимин уехал домой раньше из ресторана, ему надо было ещё собраться. Он и меня звал с собой. Но я сказал, что побуду ещё немного, потом смотаюсь в общагу за чемоданом, и тогда уже – к нему. Но загулял так капитально. А когда заявился в общагу за чемоданом, просто завалился спать и всё проспал. Чимин мне звонил, наверное, раз сто, только я ничего не слышал. А когда проснулся, то понял, что к нему, скорее всего, уже не успею. Но решил попробовать, правда, на звонки тот уже не отвечал. Я и опоздал-то всего на каких-то полчаса. Поэтому, когда меня охранник не впустил, хотел уже ехать на вокзал. Я ведь сам из Пусана.       - Из Пусана? А что тогда ты собирался делать в Сеуле неделю в чужой квартире?       - Ну, как - что? Погулять по городу. Встретить здесь Новый Год. Он же уже практически завтра.       - Не понял. Один? А почему ты не хочешь встретить Новый Год с семьёй или с друзьями в Пусане? – как-то парень рассказывал вроде и складно, да только всё равно были сплошные вопросы.       - Да мне не с кем встречать. Родители ещё четыре года назад, как я перешёл на третий курс, уехали в Китай. Отцу там предложили выгодную работу. Он тоже архитектор, проектирует мосты. Ну и мама решила, что я уже взрослый, да ещё и учусь в другом городе, поэтому поехала с ним. Так что встречать в Пусане праздник мне не с кем. Друзья все за шесть лет учёбы как-то растерялись, а институтские – разъехались по домам. Вот и подумал, что здесь будет хотя бы веселей.       Тэхён молчал, вроде как всё сходилось. Одно только ещё волновало:       - А зачем ты назвался Пак Чимином?       Чонгук хлопнул глазами и завис.       - А я не назывался Пак Чимином.       - Как это – не назывался. Ты сказал, что ты сын госпожи Пак.       - Не говорил. Я сказал, что приехал к госпоже Пак, и что я друг её сына – Пак Чимина.       Тэхён стал вспоминать разговор. А ведь, действительно, не говорил. Ещё и домофон «квакал», проглатывая слова.       - А, охраннику зачем сказал, что ты сын госпожи Пак? – продолжал Тэхён допрос с пристрастием.       - Да не говорил я такого! Я сказал, что приехал к госпоже Пак. Он ответил, что той нет дома. Я сказал, что знаю, но, мы договорились с ней, что я поживу неделю в её квартире. Он меня остановил и стал дозваниваться до неё, но не дозвонился и выгнал меня. Вот и вся история.       - Понятно, - протянул Тэхён. Надо же, получалось, что и этому Чон Чонгуку, как и ему самому, тоже не с кем было встречать Новый Год. И вдруг неожиданно пришла мысль: - Чонгук, и что ты собираешься дальше делать?       - Как – что? Поеду домой, в Пусан.       - Ну, так у тебя же там никого нет. Что будешь один там делать?       Тот пожевал губу, задумался, пожал плечами.       - Так там хотя бы квартира есть. А потом я всё равно в начале января собирался вернуться в Пусан, буду подыскивать себе там работу.       - Понятно, - Тэхён протянул, но всё же, хоть и понимал, что это явно поступок не разумного Ким Тэхёна, а какого-то авантюриста, каким тот никогда не был, неожиданно для самого себя произнёс: - Чонгук, а ты не хочешь всё же отпраздновать Новый Год в Сеуле?       - В Сеуле? – тот явно не догонял. - Но мне даже негде остановиться.       - Остановишься у меня. Здесь есть гостевая спальня.       - Правда? – тот снова заворочал своими огромными, какими-то по-детски открытыми, даже немного наивными глазищами. - Можно у Вас? А я не помешаю? У Вас ведь, наверное, будут гости?       - Никаких гостей не будет. Так что, не помешаешь, - и, ожидая ответа, даже стал невольно волноваться, удивляя этим самого себя.       И вдруг на лице напротив расцвела улыбка. Боже мой! Теперь уже Тэхён завис и не мог отвести глаз от лица Чонгука. Это была чудесная, открытая, абсолютно счастливая улыбка во все тридцать два зуба. И Тэхён не мог ни улыбнуться в ответ также широко, и даже не понял, почему теперь уже завис Чонгук, скользя глазами по его лицу и не скрывая своего явно ошарашенного вида.       - Что? – даже немного испугался Тэхён, не понимая реакции парня.       - Нет. Ничего, - и тот снова улыбнулся. - Просто у Вас улыбка чудная.       - Чудная? Почему? – страшно удивился – ему никто никогда такого не говорил.       - Ну-у, - парень протянул, продолжая улыбаться, - она похожа на вытянутое сердечко, - и вдруг засмущался, опуская вниз глаза.       И непонятно было, почему вдруг Тэхён облегчённо выдохнул, снова ярко улыбаясь.       - Ладно. Тогда давай знакомиться заново. Ким Тэхён, и давай на «ты», у нас разница в возрасте всего два года, - протянул руку.       - Хорошо. Чон Чонгук, - тот не просто пожал протянутую руку, а начал весело её трясти, схватив обеими руками и норовя вывихнуть тому кисть.       И в сумеречной квартире неожиданно стало, будто светлее и веселее от улыбки и энергетики этого немного странного, обаятельного парня. Вдруг Чонгук стал озираться, словно чего-то потерял.       - А у тебя, хён, что, ёлки нет?       - Ёлки? – почему-то вопрос озадачил. - Есть где-то. А что?       - Давай, нарядим. Завтра же уже Новый Год.       Тэхён недоумённо глядел на парня. Почему ни разу за три года у него самого даже не возникла мысль о ёлке? А, ведь, и, правда, можно нарядить. И Тэхён уже снова непроизвольно улыбался, разглядывая своего столь неожиданного гостя. И, конечно же, прекрасно видел, что и тот постоянно бросал взгляды на хозяина квартиры, при этом явно смущаясь и отводя поспешно глаза.       Они долго спорили, где поставить ёлку, а потом, когда всё же пришли к общему мнению, долго спорили и даже пытались поругаться, доказывая друг другу, какие игрушки и где должны висеть. Но вдруг оба одновременно замолчали, как-то неуверенно глядя друг на друга и понимая, что ведут себя просто как два старых друга, не поделивших одну песочницу. Осталось только ещё подраться из-за ёлки. Поэтому, резко замолчав, уже не споря, смущённо вешали, кто, куда, что хотел. А после, удовлетворённо сопя, переглядываясь и всё так же улыбаясь, любовались делом рук своих.       … Звонок домофона был вовсе не к месту. Что-то сегодня у Тэхёна какой-то незапланированный аншлаг. Кого ещё могло принести почти в ночь? Чонгук удивлённо уставился на хозяина квартиры, тот нахмурился. Он никого не ждал, да, если честно, и никого не хотел видеть.       - Тэхён, это я. Впусти меня.       Чонгук не удержался, стал подсматривать, косясь на устройство возле двери. На мониторе отразилось лицо симпатичного, брутального молодого человека, машущего в экран рукой и лучезарно улыбающегося.       - Что тебе надо? – прохладный тон поразил Чонгука.       - Как, что? – с парня сползла улыбка, а брови взлетели вверх. - Я приехал поздравить тебя с Днём Рождения.       При этих словах у Чонгука вытянулось лицо, а удивление стало ещё более очевидным, чем на лице нового гостя.       - Будем считать, что поздравил. Спасибо, Ён.       И Тэхён хотел уже отключиться.       - Эй, эй! Я же приехал к тебе! Я с подарком. Ты не можешь меня не впустить, - и вдруг уже тише добавил: - Тэ, я скучал.       - Да что ты? И долго скучал? Все полгода, что не звонил?       Недолгое молчание, и вдруг:       - Прошу тебя, Тэ, впусти меня. Нам надо поговорить.       Чонгук бросил быстрый взгляд на Тэхёна – что тот решит? Но вот раздался писк электронного замка, и экран погас.       Почему-то с обоих враз ушёл тот настрой, что словили, наряжая ёлку. Тэхён обернулся к Чонгуку, что стоял, словно замороженный, не понимая, что ему теперь делать. Тот, конечно же, догадался, что это не тётя в гости на чай приехала.       - Он ненадолго, - озвучил Тэхён ответ на не заданный им вопрос, почему-то тревожно глядя на парня. Чонгук неуверенно кивнул.       Парень, а, точнее, это был молодой мужчина, старше Тэхёна лет на пять, буквально влетел в квартиру, сразу же сцапав виновника торжества и впиваясь ему в рот жадным поцелуем. Тэхён вовремя даже не успел увернуться. Но в следующую секунду резко отшатнулся, высвобождаясь из захвата цепких рук и как-то смущенно поглядывая на Чонгука.       - Джиён, не думаю, что это уместно.       Тот враз тоже отстранился и только сейчас увидел застывшего на пороге гостиной неизвестного парня.       - У тебя гости? – проговорил разочаровано, и, скинув пальто и обувь, прошёл в комнату. - Привет. Ты кто? Тэхён, кто это у тебя тут? – повернулся к тому с вопросом в глазах. - Вроде как ни младших братьев, ни племянников у тебя нет.       - Это…друг, - нашёлся Тэхён. - Кстати, знакомьтесь: Чон Чонгук, Квон Джиён.       - Друг? – удивлённо Джиён. - А не слишком ли он молод для дружбы с тобой? Парень, ты хотя бы совершеннолетний? – и усмехается, скривив губы.       Чонгук раздражённо закатил глаза – этот вопрос его уже просто выбешивал.       Джиён протянул Тэхёну большой подарочный пакет, явно под завязку набитый подарками.       - С Днём Рождения, Тэ, - но глядеть всё равно продолжает на Чонгука, словно оценивая того. Неожиданно у Тэхёна зазвонил телефон, и он отошёл, тихо с кем-то разговаривая. Гость же вплотную приблизился к Чонгуку, насмешливо поглядывая и негромко произнеся: - Слушай, парень, очень тебя прошу, сьебнись куда-нибудь. Мы с Тэ… давние друзья, - выделил голосом последнее слово так, что не осталось никаких вопросов по поводу характера их отношений. - Ты же, я думаю, не дурак. Должен понимать, чем два взрослых человека будут заниматься здесь этой ночью, - и глядит, прожигая глазами.       Да, Чонгук дураком не был, поэтому прекрасно понял, чем будут заниматься два взрослых человека этой ночью. Ну, что ж, значит, Новый Год всё же придётся встречать в Пусане одному. Поэтому, не говоря больше ни слова, обулся, накинул пуховик и вышел из квартиры, везя свой неподъёмный чемодан. Лифт, словно его и ждал, так и остался стоять на двадцать восьмом этаже. Чонгук вкатил свою ношу в кабину, почему-то вдруг стало грустно и больно. Господи, да в чём проблема-то?! Они и знакомы-то всего ничего, тогда откуда вдруг эта вселенская грусть? Ответа не было.       …- Тэ, я так соскучился, - мужчина обнял со спины Тэхёна, только что закончившего разговор по телефону, интимно целуя того в шею.       - Ён, прекрати, - тот даже дёрнулся, высвобождаясь из его рук, и тихо произнёс: - Ты не звонил полгода. Я что, не понимаю, что ты был явно занят кем-то другим. Что, очередная пассия тебя послала накануне Нового Года, и ты сразу же вспомнил обо мне, чтобы не оказаться в праздник одному? – и увидел, как забегали глаза на холёном лице. - Значит, я прав, - Тэхён вздохнул. - Ён, я даже не хочу повторяться и снова говорить, что люди не меняются. Ты зря приехал. И да, я не один, - и только тут понял, что Чонгука нигде не видно, стал оглядываться по сторонам. - А где Чонгук? Чонгук!       - А нет никакого Чонгука, - мужчина скривил губы и удовлетворённо ухмыльнулся. - Я популярно объяснил мальчишке, что мы с тобой будем. заниматься сексом всю ночь, и что он тут лишний. Парень оказался понятливым, поэтому по-быстрому слинял, - тот узкими, змеиными глазами смотрел на Тэхёна, явно радуясь, что смог хотя бы тому нагадить. - Да и вообще, я что-то не понял: что это за мелкий беспризорник у тебя дома? Вроде как со вкусом у тебя всегда всё было в порядке. А тут вдруг какой-то заморыш, - зло хмыкнул.       - Ну, ты и сволочь, - прошипел Тэхён. - На, держи свои подарки и вали отсюда! – он всунул в руки разозлённого мужчины его пакет. - Пошёл вон! Понял?! – больно толкая в спину кулаком и выкидывая следом пальто и обувь.       - Ты серьёзно? – тот непонимающе оглядывался, надеясь, что Тэхён передумает. - Ты ещё очень об этом пожалеешь! Приползёшь на коленях, будешь просить прощения! Но я не прощу! Знай, на этом - всё! – тот уже просто зло кричал, натягивая на себя пальто и идя к лифту.       - Очень на это надеюсь, - тихо проговорил в исчезающую спину.       Тэхён вдруг понял, что ещё немного, и просто расплачется от обиды. Как же так? Почему Чонгук ушёл? Как он мог поверить этому уроду? И, понимая, что его уже не догонит, всё равно бегом бросился по лестнице вниз, вылетая из дверей подъезда.       - Чонгук! Чон Чонгук! – уже на весь сонный двор.       Ответом ему была тишина. Лишь сильный, холодный ветер трепал лёгкую одежду и, словно хлёсткими пощёчинами, кидал жёсткую, снежную крупу в лицо. Немного постоял, непонятно, на что надеясь, и вернулся в тепло подъезда.       - Охранник Кан… Парень с чемоданом…       - Ушёл. С полчаса назад, наверно.       Тэхён кивнул.       - Если вдруг вернётся, впустите его, пожалуйста.       Тот кивнул, удивлённо глядя на мужчину.       …Почему-то ёлка с её весёлыми, переливающимися огнями показалась вдруг здесь лишней, словно только вместе с Чонгуком ей было место в его квартире. Поэтому, не долго думая, отключил гирлянду, снова погружая квартиру в тишину и темноту.       Долго бродил по пустым комнатам, не зная, куда себя деть. Настроение стало ещё хуже, чем было до – хоть волком вой.       Ноги снова принесли к окну. Рука привычно потянулась за недопитым вином на столе. И снова в чёрном окне отражение одинокого мужчины с бокалом вина. Дежавю. Приблизился вплотную к окну, утыкаясь лбом в прохладное стекло. Почему-то этот странный парень с широкой, обаятельной улыбкой и копной взъерошенных волос не выходил из головы.       Неожиданно небо за окном, совсем рядом, окрасилось в красный цвет. И что-то просвистело в воздухе, разрывая тишину тихого, вечернего двора. В небе расцветала большая красная астра. Но вот она с хлопком взорвалась и рассыпалась на мириады мелких звёздочек, постепенно затухающих и исчезающих. И сразу же за ней взлетели ещё две, и ещё. Жёлтая, синяя, зелёная, белая – они со свистом взмывали в воздух, взрывались и разлетались в тёмном небе разноцветными конфетти.       Тэхён не мог отвести глаз от этого столь неожиданного, столь несвоевременного и раннего фейерверка. Новогодняя ночь - лишь через сутки, вот тогда он наслушается и насмотрится вдоволь на эти небесные разноцветные огни, и хотя все прекрасно знали, что их нельзя запускать рядом с домом, да только всё равно смельчаки решались, успевая порадовать себя и весь гуляющий в новогоднюю ночь народ фейерверками до приезда стражей порядка.       Кто же это такой смелый и нетерпеливый? Тэхён снова прижался лбом к самому стеклу, в очередной раз отставляя бокал с вином на столик и пытаясь разглядеть что-то внизу. И вдруг в свете вечерних фонарных огней и витрин магазина на пушистом, свежем снегу разглядел крупную надпись: «С Днем Рождения!» и даже задохнулся от неожиданности. Чонгук, это, конечно же, был Чонгук, и его первый и последний подарок на День Рождения ему, Тэхёну. «Первый и последний» - от этих совсем простых слов что-то больно сжалось внутри, по скулам забегали желваки, а образовавшийся в горле ком никак не давал сглотнуть.       Вот только внизу уже никого не было, и даже надпись постепенно исчезала, стираемая жадной и ревнивой рукой зимнего ветра.       Слёзы потекли сами собой, хорошо, что в тёмном окне их не видно. Господи! Да они и знакомы-то едва! Откуда вдруг тогда взялась эта вселенская грусть?       …Шаги за спиной не услышал, лишь почувствовал вдруг чьё-то присутствие и тёплое дыхание на шее, что сразу же вызвало рой мурашек, заставив сдержать вздох.       - Привет, я скучал, - тёплые, нежные руки обвили талию, несильно прижимая к себе.       - Привет, я тоже, - тихо проговорил в ответ Тэхён, не желая даже негромким звуком нарушить столь чувственную атмосферу. - Не слышал, как ты вошёл.       - Не хотел тебя беспокоить. Да и дверь ты забыл закрыть, - мурашки продолжали бегать по телу, подгоняемые лёгкими касаниями горячего дыхания за ухом.       Тэхён вдохнул, вбирая в себя неожиданно знакомый, такой приятный и уютный аромат, словно дышал им уже очень давно. От удовольствия даже немного закружилась голова. Он улыбнулся.       Вдруг вспомнился снегопад за окном.       - Не замёрз?       - Не успел. В такси было тепло, а ещё играла «Slow Danсing» от Ви. Давай, поставим её, только чуть позже – я хочу с тобой потанцевать.       И стоявший позади мужчина стал чуть раскачиваться в такт звучащему в его голове блюзу. Тэхён прикрыл глаза, откинул голову на неожиданно крепкое плечо позади себя и отдался той же самой мелодии, играющей и в его сердце – он тоже любил этот трек.       Вдруг сзади раздался тихий смешок.       - Ты пил без меня.       - Я грустил. Ждал тебя. И, кстати, - Тэхён бросил взгляд на второй, так и недопитый по странному стечению обстоятельств бокал на столе, - я, как всегда, наполнил два бокала, но тебя не было. Выпьешь со мной?       - Позже, - поздний гость взял со стола бокал, чуть пригубил и поставил обратно. Голос его неожиданно сел, царапая хриплым шепотом. Зубы несильно сомкнулись на мочке. - Это всё может подождать. А сейчас я хочу тебя поцеловать. Очень хочу.       Тэхён закрыл глаза, отдаваясь первым, ещё совсем лёгким, чувственным ощущениям. Снова сглотнул, словно выныривая на поверхность после прыжка в воду, распахивая глаза и глядя всё в то же чёрное окно с отблесками ночного города внизу, прекрасно зная, что увидит в нём лишь… одного себя.       Тэхён снова был один. Как всегда один. Видения уже просто сводили с ума.       Крепкие руки больше не держали за талию, их тепло неожиданно исчезло, от возникшего вдруг холода даже зябко передёрнуло. Резко обернулся, хотя понимал, что никого за спиной не будет.       И вдруг… на него глядели внимательные, чёрные, серьёзные глаза. И что такого детского и наивного он в них нашёл ранее? – сейчас не понимал. Это были глаза абсолютно взрослого мужчины, которые выжидающе, может, лишь чуть-чуть неуверенно глядели, оббегая всё лицо Тэхёна, пытаясь найти в нём какие-то ответы для себя. И, видимо, всё же найдя их, эти невероятные, широко открытые глаза вдруг засветились ярче того самого недавнего фейерверка.       Розовая, безразмерная худи куда-то исчезла, и сейчас перед Тэхёном стоял крепко сбитый молодой мужчина в облегающей чёрной футболке с покатыми плечами, широкой грудью, тонкой талией и – что стало вообще шоком – забитым под завязку чёрными чернилами правым рукавом.       - Зачем ты ушел? Как ты мог уйти? – Тэхён жадно разглядывал парня перед собой, до сих пор полностью не веря, что Чонгук здесь, в его квартире, что это не плод его воображения.       Тот снова оббежал взглядом всё лицо напротив, задержавшись на губах, от чего Тэхён невольно облизнулся и сглотнул.       - Этот парень сказал, что вы с ним будете заниматься сексом всю ночь, и что я вам мешаю.       - О, Боги! – Тэхён даже зажмурился, тяжело выдыхая. - Самовлюблённый дурак! – вздохнул. - Почему же тогда ты вернулся?       Чонгук продолжал глядеть прямо в глаза.       - Я решил, что ты сам должен мне это сказать, и тогда я уйду, - но вдруг снова широко улыбнулся. - Тем более, я ещё хотел поздравить тебя с Днём Рождения. Только подарка у меня не было, но зато были в чемодане фейерверки, я думал их запустить в новогоднюю ночь, но решил, что сейчас для них самое время. А потом из дома выскочил охранник, он сильно ругался, грозясь вызвать полицию, однако почему-то не вызвал и даже впустил меня в подъезд. После я долго стоял возле твоей двери, не решаясь нажать на звонок. Но вдруг заметил, что дверь в квартиру приоткрыта. На свой страх и риск вошёл и увидел тебя возле тёмного окна. Одного.       Чонгук на самом деле немного слукавил, он никогда бы не решился войти в чужую квартиру, тем более к человеку, который мог там оказаться не один. Никогда бы не решился, если бы не одно «но»: у него, как и у Тэхёна, тоже были видения, и он тоже видел два силуэта возле тёмного окна, он тоже скучал по кому-то неизвестному и тоже кого-то ждал. И только в такси, увозившем его на вокзал, понял, кого видел и обнимал в тех видениях. Поэтому развернул такси, поэтому вернулся, поэтому вошёл в эту тёмную, ночную квартиру.       Тёплые руки снова скользнули на талию, прижимая к себе чуть сильнее и чуть ближе. В глазах Чонгука блестели огни, и не понятно: то были огни теперь уже ночного города, который так и не заснул окончательно, или же - огни его собственных чувств и желаний.       Сумеречная квартира звенела тишиной, нарушаемой лишь негромким дыханием двух молодых людей, застывших рядом в этой самой тишине.       Но вот оба силуэта в тёмном оконном стекле слились в один. Воздух вокруг словно заискрился, превращая их первый поцелуй в ещё один разноцветный фейерверк.       Губы коснулись губ легко и сладко. Ни один из них не торопился, не пытался навязать свою волю, своё давление. Чонгук, словно с невольным вопросом постучавшись в чужие губы и не встречая молчаливого отказа, – его не будет, никогда не будет – толкнулся в чужой рот, облизывая его и унося с собой всё ещё сохранившийся лёгкий вкус винных ягод. И от этого вкуса пьянел сильнее, чем от самого вина. И даже не заметил, что инициативой уже вовсю завладел Тэхён, который неспешно, но настойчиво оглаживал своими длинными пальцами острую линию скулы парня, сцеловывая с неё чуть солоноватый привкус зимнего ветра вперемешку с лёгким горьковатым флёром фейерверка. Тэхён никогда бы не подумал, что запах сгоревшей серы может быть настолько возбуждающим, настолько притягательным, настолько чувственным. Зубы жадно сжали нижнюю полную губу Чонгука, и, не сдержавшись, чуть прикусил её, от чего раздался еле слышный, словно выдох, тихий стон прямо в губы напротив. И вот он уже завладел полностью этим сладким ртом, врываясь и исследуя его основательно до мурашек по коже, сладких, горячих волн и нехватки воздуха. И прервали поцелуй лишь, когда не стало хватать воздуха обоим, поэтому, тяжело выдохнув, прижались друг к другу лбами, восстанавливая дыхание и переводя друг на друга изумлённые взгляды, будто видя впервые.       Но вдруг Тэхён словно очнулся, развернувшись в чужих руках, глядя на уже привычный пейзаж за тёмным окном. Город был всё таким же сказочным, утопая в предновогодних огнях. И всё же он неуловимо изменился. А, может быть, просто изменился он, Тэхён? Говорят, счастье меняет людей.       - Скоро Новый Год. Уже завтра. "Или же новым будет не только год?" - пронеслось в голове.       Силуэт в тёмном окне застыл, любуясь неторопливо скользящими в воздухе, словно танцующими снежинками. Тёплые, сильные руки продолжали обнимать его за талию, прижимая горячей спиной к такому же горячему телу и явно торопясь соединить их в крепкий замок. На плечо улёгся упрямый подбородок.       Они ещё успеют поговорить обо всём, они ещё расскажут друг другу всё, и про свои видения - тоже: такие похожие видения, такие одинаковые. Они ещё расскажут друг другу всю свою жизнь. И будут рядом всю жизнь. И будут друг для друга самой жизнью.       Но сегодня они просто целовались, забыв обо всех и обо всём. Это был их первый поцелуй из миллиона других, которые ещё будут. И он был таким сладким, таким нетерпеливым, изучающим и долгожданным, что оба потерялись, выпав на время из своей реальности, чтобы с этого момента лететь только вместе, только рядом, в одном направлении, по одной орбите.       Только вот силуэтов в окне теперь будет два. Всегда – два. И этот вечерний предновогодний город, полный тайн, чудес и неожиданных подарков, укутанный белым, снежным покровом, и похожий на политый глазурью имбирный пряник, больше никогда не будет символом одиночества, он навсегда останется для обоих символом столь нежданно обретённого счастья, символом любви, символом общей Судьбы.       Дорогие мои читательницы и читатели!       Всех вас с наступающими праздниками: Рождеством, Новым Годом! Кого-то, может быть, ещё и с Соллалем!). Может быть ещё и рановато, да только зима уже наступила, а вместе с ней и предновогоднее, праздничное, суетливое настроение!       Скоро уже и День Рождения нашего Тэхёна. И этот миник пришёлся как нельзя ко времени. Сама не знаю, почему вдруг такое придумалось.       Возможно получилось немного грустно, но, надеюсь, что всё же, скорее - романтично).       В это непростое время всем желаю личного счастья и Любви.       Берегите своих любимых! Будьте всегда рядом! Давайте будем верить в чудеса, тем более новогодние! И они обязательно вас найдут!       Всех целую и люблю!       Ваша Рита. *фуэте (бал.) – быстрое вращение в балете на одном месте. *Соллаль – корейский Новый год, который отмечается обычно с родителями. Празднуется в первый лунный день года.