Не пацаны

Даше было больно. Больно от того, что Валера не ангел поднебесный. Обычный гопник с завышенным эго.  Разбиваться о стену больно, видеть, как образ хорошего человека ломается. Ей было стыдно признаваться сейчас, что она была готова посвятить всю свою жизнь Валере.  Турбо не был романтичным, заботливым, любящим. До встречи с ней, с Дашей. Ее улыбка самая лучезарная в его жизни, и принадлежала она только ему. По утрам утопал в ее шоколадных глазах, Даша игралась с его кудряшками, пока он чуть ли не мурлыкал.  Для Даши его широкая улыбка самая любимая. Его бескрайние зеленые глаза, которые смотрели только на нее с такой большой радостью и счастьем. Почему она полюбила именно его? Не Олега, который знает чего хочет от жизни и идет к цели - учится, работает, не тратит свое время на то, чтобы кого-то побить или ограбить «чушпана», проходивший мимо универсамовских и случайно задевший какого-то из них. Не Сашу, который был хорошим человеком с высокой целью в жизни. Она могла выбрать их, но Даша полюбила Турбо. За смех, за шутки, за то, что верит своим принципам. Сошлись они и поняли, что нужны друг другу.  Турбо увидел Дашу впервые, когда успел спасти ее от тех разъездовских. Она была бескрайне благодарна ему, а он, видя поблескивавшие от благодарности глаза, не мог не хотеть улыбаться. Тогда Валера понял: она та самая. Та самая, от которой сердце билось быстрее, и пульс учащался.  Он не знал как привлечь внимание этой девушки: она умна, интеллигентна, воспитанная не для «бандита». Но Валера не знал, что последующие дни из ее мыслей не выходил «спаситель жизни ее». Его спокойный голос, расслабленная походка, ухмылка, подаренная ей напоследок и слова, брошенные уже перед тем, как она вошла в подъезд - «еще встретимся, Даша».  Никогда он не любил он кого-то сильнее кареглазой. Да, он встречался с парой девушек, но это было не то. Просто пару раз повстречались, оставались на ночь друг у друга и на этом всё. Да Турбо даже не ухаживал за ними. А с ней все было по-другому: цветы, конфетки и шоколадки, жвачки, походы в кино и ненавистные ему театры. Он видел, как горели ее глаза при слове театр, а сам терпеть не мог сидеть два часа на кресле и смотреть за спектаклем, но счастье, которое он видел в ней - вот лучший подарок на все праздники.  В поздние ночи (так получалось, что родители девушки всегда были в командировках) Валера приходил к ней с рассеченной губой, бровью, с побитыми костяшками, с запекшей кровью на лице и ладонях, с открытыми ссадинами и ранами на теле, но с виноватым взглядом и тихой улыбкой. Она в шокированном состоянии глядела на парня и ничего не говорила, поджимая губы. Даша брала спирт, вату, пластырь и начинала реабилитировать его, стараясь не смотреть в его глаза, что внимательно следили за ее действиями. Она хотела выглядеть сердитой на него, но не выходило. Он начинал тихонько смеяться, и потом уже и девушка не выдерживала и обнимала его, говоря о том, что переживает и не хочет потерять его в очередной драке, из которой он отправится прямо в морг.  Даша не могла поверить, что человек, которого - она думала - знает, так поступит. Просто возьмет и выпалит той швабре грязные вещи про Айгуль. Даша не могла понять почему та девушка, которая и начала всю передачу информацию, так просто распустит слухи. Разве девушки не должны поддерживать друг друга? Каждый может оказаться в такой ситуации, к сожалению. Она бы никогда так не поступила, ведь это низко… Тем более что им сделала маленькая девочка, пережившая такой ужас и просто пытавшаяся забыть все это как кошмарный сон. А они, эти черви, лишь усугубили ситуацию.  Хотелось наорать и своими руками надрать зад Валере, чье имя всегда слетало с губ девушки как что-то личное, любимое и желанное, той суке и другим нелюдям на дискотеке. Хотелось стукнуть по голове Турбо, когда он указывал пальцем на Айгуль, взгляды, которые бросал на нее.  Она не могла поверить, что на месте девочки могла стоять и Даша. Неужели он бы поступил также и с ней? Не поддержал, отомстил, а бросил бы как вещь, уйдя на свое очередное свиное сборище отбросов общества и забыв все проведенные моменты вместе как жвачку, которую жевал две недели назад.  Даша уже несколько дней не общается с ним, не видится и не встречает его на своей улице. Расстались ли они? Избавилась ли она от этого камня, тянущего ее вниз? Наверное, да и да, но отчего кошки на душе скребут, внутри пусто и грустно? Почему она так хочет сейчас прижаться к сильному телу и никогда не отпускать. После всего что он натворил, она была готова бежать с объятиями на него.  Думает ли о ней он? Да, думает. Каждый день, час, секунду. Он сильно переживает за нее. Валера не переставал думать о ней, себе и своем гнилом поступке. Возможно, он был неправ, но не хотел этого признавать. Его дом - улица, его семья - улица, его смысл жизни - улица. И ему плевать на что он пойдет, лишь бы не навредить своему дому.  Иногда он думал о том, что неплохо бы извиниться перед девушкой, но сразу же отбрасывал эти мысли: на кой черт? Где он виноват? Если она такая истеричка, то пускай. Не его проблемы. Да и Айгуль явно была не против того, что случилось, раз пришла вся такая навеселе.  Его мысли, от которых Даша, если бы узнала, задушила своими руками. *** Даша не могла так жить. Не могла сидеть днями одна в квартире, ведь родители все время в разъездах, а в свободное от школы время они проводили время вместе с Турбо. Но сейчас они вроде как в ссоре…  Дома стало холодно, все стены давили на нее, тут и там виднелись чьи-то темные очи, смотрящие прямо в душу. Девушка начинала винить в себя в своем поведении. Все время прокручивала тот момент в голове и с каждым разом понимала, что поступила неправильно с парнем. Он ведь хотел как лучше для Универсама, а она его ударила. Никто сейчас ее не поддержит, не скажет, что сделала-то она все правильно, не успокоит ее. Ей просто оставалось корить себя во всем случившимся.  В какой-то степени она знала, что уверена в своих действиях и ей очень жаль Айгуль, но Даша не могла терпеть игнор со стороны парня по отношению к себе.  А Валера не хотел показываться слабым среди людей, не хотел, чтобы другие думали, что Даша - его уязвимое место. Ему было не все равно, что ударила она его на глазах у достаточного количества персон. Но взгляд… взгляд, полный отвращения, пренебрежения, неуважения и главное - разочарования, не забудет. Не сможет. Руки непроизвольно сжались. Хватит думать о ней!  Ему стыдно. Стыдно от своего поступка. Но ведь его не изменить: таковы его принципы и от них отказываться он не будет.  Даша сдалась первая. Неделя молчания с двух сторон, и вот она стоит перед дверью его квартиры и терпеливо ждёт, когда ее отворит высокий хозяин.  Дверь открылась, и Валера удивленно похлопал глазами, но сразу же впустил девушку в дом. Не прошло и секунды, как он был стиснут в крепких объятиях хрупкой девушки. Она зарылась лицом в его футболку, и Турбо нежно обнял ее в ответ, поглаживая спину.  —Прости, прости меня, Валер, – шмыгая носом, прошептала Даша, забывая все вокруг в этот момент: сомнения, страх перед ним за пощечину, тревогу. А Валера простил все обиды. Да, он не должен показаться слабым перед девчонкой, не хочет казаться каблуком, что терпит все унижения ради «бабы», но ведь Турбо любит ее. Любит.  Они найдут компромисс, но не сейчас. Не когда они счастливы и ценят друг друга. Может, когда повзрослеют? Поймут, что не подходят друг другу: Даша будет вспоминать свою глупую молодость, которую провела с молодым бандитом, а Валера ее - как опыт давней жизни, сидя за решеткой или бухая с такими же отбросами.  Даша снимет розовые очки и увидит, что вытворяют «пацаны». Избиения ни в чем невинных, драки, ссоры, кражи, пьянство… Она не хотела видеть эту колющую правду, что вовсе не вписывалась в ее реалии. Она всегда будет помнить поступок Турбо на дискотеке. Даша не видит в его словах оправдания, но примет Валеру в свои руки, лишь потому, что любит.    Но это все потом. Сейчас они обнимались, стоя в темном коридоре тесной, но такой уютной квартиры Валеры.