Мысли — навязчивые

Пацаны стоят на кассе в супермаркете, нагруженные чипсами, сухариками и колой перед походом в кино, и ждут, пока старушка перед ними пересчитывает мелочь. Картман, сложив руки на груди, бормочет что-то недовольное, Кенни оглядывается, гадая, подвернётся ли возможность стянуть жвачку со стенда у кассы, Кайл нетерпеливо барабанит пальцами по ленте, а Стэн просто смотрит на него и отключается. Стэн хочет целовать его. Целовать в губы, в нос, в щеки, в лоб, вести губами вдоль линии челюсти. Хочет держать его за руку, когда они тусуются дома, когда идут по улице и когда едут в школьном автобусе. Хочет класть голову ему на плечо, хочет лежать у него на коленях, хочет, чтобы Кайл перебирал своими длинными пальцами его волосы. Хочет пересмотреть с Кайлом все серии «Терранаса и Филлипа» с самого начала, ни на секунду не выпуская его из объятий, уткнуться носом ему в макушку и шептать что-то в его кудряшки (если Кайл согласится расстаться со своей шапкой, конечно). Хочет рассказывать ему шутки и гордиться тем, что заставляет его смеяться. Хочет заснуть рядом с Кайлом, и слушать, как Кайл называет его придурком, и хочет в шутку злить его, и хочет бесконечно смотреть в глаза Кайла, когда он рассказывает о чем-то, что ему нравится, и хочет, чтобы Кайл показал ему все свои любимые места в городе (типа, он и так их знает, но он хочет посмотреть на все это ещё раз). Хочет сидеть рядом с Кайлом, закрыть глаза, облокотиться на стену и слушать всю самую хорошую музыку, какая есть в мире. Гулять с ним по пустым улицам и слушать звуки шагов от двух пар кед. Уткнуться лицом Кайлу в грудь и плакать — выпустить все те эмоции, которые иногда мучали его лет с десяти, — и почувствовать, как Кайл хлопает его по спине и говорит: «все будет в порядке», — и одно это придало бы ему больше сил, чем Кайл может представить. Хочет впечатлить Кайла своими навыками игры на гитаре (он выучил то соло Металлики!), и хочет знать, что у них есть тупые локальные шутки, про которые Кайл никому никогда не рассказывает. Хочет позволить Кайлу взять контроль, и хочет, чтобы Кайл дарил ему засосы и кусал его губы, он хочет рассказать Кайлу обо всем, что ему нравится в сексе, и видеть ухмылку Кайла в ответ на свое смущение, и хочет, чтобы Кайл доверился и открылся ему, хочет слышать его сбивчивое дыхание, хочет знать, что делает все правильно. Хочет сохранить их близость в тайне и в то же время хочет кричать об этом на всех углах. И, ну, они и так делают половину этого, кроме части про секс, потому что они друзья, но Стэн просто хочет, чтобы Кайл знал, насколько это важно. И ещё он хочет, чтобы Кайл как-нибудь догадался обо всем сам. Потому что думать об этом — это одно, а сказать словами — просто, блять, стрёмно. Кайл пихает его локтем в бок: — Эй, чувак, я спрашиваю, у тебя есть два доллара? Мне на колу не хватает. Стэн вытаскивает из кармана мятую купюру и протягивает кассиру. — Спасибо, бро, я тебе завтра верну, — говорит Кайл, когда они выходят на улицу. И от этого вдруг становится больно. Стэн полжизни за него готов отдать, а Кайл будет возвращать ему два доллара за ебучую колу?! Может, он и объяснит ему всё, но, наверное, как-нибудь потом.